> Военный энциклопедический словарь, страница 73 > Пехота

Пехота

Пехота (Fuszvolk, Infanterie), она составляет по удобности Формирования, содержания и употребления ея на всякой местности, а равно и по многочисленности своей,главную силу всех европейских армий. Пехота есть дрё-внейший род войск; ибо люди сражались пешие гораздо прежде, чем изобретено было искусство обуздывать и употреблять на войне лошадей. В статьях Армии и Военное искусство мы говорили о вооружении, одежде исною силою и личною неустрашимостью или отвагою, чем военным искусством. Из них племена германского и славянского происхождения составляли свои армии преимущественно из пехоты, племена азиатские, из кавалерии. Римляне, для противодейство-вания этим последним, принуждены были также увеличить число своих конных полков. Примеру Римлян последовали Германцы. Конная служба соделалась у них почетною и исключительною принадлеяшостыо дворянского сословия, а пешая, предоставленная простому народу, впала постепенно в такое презрение, что наконец перестали даже считать пехоту войском, и определяли силу армии, только по числу коней, то есть рыцарских всадников. В этом униженном состоянии пехота осталась почти во все продолжение Феодальных столетий, и только стрельцы успели сохранить некоторое уважение. Лучшими стрельцами из луков, перед которыми неоднократно трепетали даже гордые, покрытые железом, рыцари, были английские (смотрите Азешсур, Кресси и др.); достойными их соперниками италиянские, а в особенности генуэзские арбаДети- сты. Наконец настало время восстановления ваяшости пехоты. Главными виновниками этой перемены были Швейцарцы. Победы, одержанные ими над австрийскими и бургундскими рыцарями, снова доказали превосходство неустрашимой пехоты, действовавшей сомкнутым строем, над конницею, и покрыли победителей такою славою, что соседния государства, в особенности франция, начали нанимать их для внешних войн и усмирения буйных васв. Но скоро корыстолюбие и продажность этих друисин заставили правительства помышлять о замене их природными регулярными полками. Император Максимилиан I учредил для этого знаменитое войско ландскнех-тов/, (см, слово).

Ландскнехты составляли правильные,

образе действия пехоты древних народов, о всегдашнем разделении ея на тяжелую или линейную и легкую и о постепенном усовершенствовании той и другой. В статьях же Греческое и Римское военное искусство, Легион и Фаланги описаны были системы, которым следовали Греки и Римляне при устроении и образе сражаться пехоты; то есть системы сомкнутого ея строя в больших массах и в отдельных небольших колоннах.

В последствие, когда, при беспрерывном умножении римских войск, начали принимать в оные чернь и иностранцев, и перестали с ранних лет обучат граждан военному ремеслу, утрачена была, вместе с воинскою строгостью и устройством войска, способность ратников действовать рукопашным боем по одиначке и в небольших отрядах; Отдельный строй в манипулах и когортах снова приблизился к устроению в Фалангах; мечи и короткие копья уступили место пикам; число легкой пехоты, вооруженной метательным ручным ем, и конницы умножилось, а потом стали употреблять в битвах и военные машины. Это принудило постепенно уменьшить глубину пехотного строя. В царствование последних Римских императоров легионы строились в длинные тонкие линии, которые прикрывались с Фронта рядом ба-лист и катапультов, а иногда и искусственными преградами, как то, подвижными рогатками, палисадами, и т. под. Этот упадок военного искус- и ства и мужества в римских армиях ¹ не мало содействовал к поражению и их нахлынувшими со всех сторон и на Рим варварскими народами и к j окончательному разрушению тысяче- и летней империи, давно уже приугото- и вленному внутренними раздорами и об- 1 щим развратом.. и

Народы, покорившие Западную Рим- скую империю, отличались более теле-хорошо вооруженные и обученные полки, которые, по внутреннему своему устройству и образу управления, можно называть малыми странствующими военными республиками; главами их были полковники. Появление этих полков совершенно изменило тогдашний состав армии и вид всего ратного дела; но и они были малонадежны, служили только за жалованье или добычу, распускались по окончании кампании, а при недостатке денег бунтовали и нередко переходили даже к противнику, когда он обещал им ббль-ниую плату. Это бедственное положение дел прекратилось по мере усиливания в государствах монархической власти и утверждения сю порядка и правильности правления. Для этого нужны были постоянные, покорные правительству и им одним содержимия войска; увеличение же срока службы соделалось необходимым по введению тогда в общее употребление и беспрерывному усовершенствованию огнестрельного я, требующого продолжительного обучения солдат. Эти обстоятельства, удобство содержать пехоту и превосходство огня ея и артиллерии над действием конницы, опять возвели пехоту на прежнюю степень важности. Уже в XYII столетии, при Морице Оранском и Густаве АдольфЕ она опять сделалась главною частью армий. В начале Тридцатилетней войны пехотные полки состояли из мушкетеров и пнке-неров; отношение между ними было как 1 к 4. Но в последних годах этой примечательной войны число мушкетеров увеличилось у Шведов (которым подражали все тогдашния войска), до 2 против 1 пикенера, причем первоначальный строй бригад (смотрите слово) в 12 шеренгах уменьшился постепенно до 6, 4 и 3. В следующем столетии никенеры вовсе вывелись в пехоте европейских армий, а равно и все роды оборонительного я, за исключением легких грудных лат у офицеров, которые продолжали также носить ники и спон-тоны.

Но это умножение и усовершенствование пехоты повело также к многим ошибкам и ложным понятиям в ея употреблении. Преувеличенное мнение о действительности огнестрельного я заставило тактиков думать, что главное дело состоит в осыпании неприятеля наибольшим количеством нуль, не обращая внимания на меткость стрельбы. ные Фабрики старались приспособлять только к быстрому заряжанию; начальство ценило достоинство пехоты только но скорости ея пальбы; об упражнении солдат стрельбою в цель никто и не думал. Устроение войск развернутым Фронтом и в три шеренги сделалось постоянным, а для умножения огней, причислили к каждому батальону еще по два легких орудий, ставя их в интервалы передней линии. Но эти меры не всегда соответствовали предиологаемой цели. Действие правильной и ускоренной, но не меткой пальбы, оказалось почти ничтожным, когда войска не сходились на самое близкое расстояние, и уменьшалось по мере своей продолжительности; ибо обыкновенно дым от а до такой степени покрывал боевия линии, что солдаты вовсе не видели куда стреляют. Притом иногда случалось, что решительный неприятель, а в особенности быстрая и смелая конница, пользуясь этими облаками дыма, внезапно устремлялась в атаку и неожиданным своим появлением приводила пехоту в страх и расстройство. Чтобы обеспечить себя от подобных неудач (в особенности в войнах с Турками), стали огораживать войска подвижными рогатками, которые ставили впереди Фронта и переносили с места на место, по мере надобности. По эти искусственные прикрытия мешали свободному движению войск и умножали без того уже черезмерно увеличившиеся обозы. Рогатки были опять брошены и пехота старалась защищаться против кавалерии штыками и огнем целых шеренг и на самом близком расстоянии. Войны Силезские и Семилетняя мало изменили состав и образ действия пехоты, которая по прежнему искала совершенства в быстроте и правильности пальбы и эволюции. Победы, одержанные Пруссаками, были следствием, не превосходства их войск, а гения Фридриха Великого, умевшего воспользоваться ошибками и неопытностью своих противников. Самия важные перемены испытала пехота в продолжение войн французской революции. У французов именно введено было (по примеру Северо-Американ-цев), употребление многочисленных и опытных застрельщиков, действие которых, наносило величайший вред длинным, неповоротливым линиям их противников. Последователи Фридриха В. к немалой своей досаде, принуждены были последовать примеру столь презираемых ими сперва республиканцев, и вместо утонченной точности и правильности в пальбе и эволюциях, обучать войска рассыпному строю, движимости и быстроте действий. Тактика пехоты изменилась: строй в длинные тонкие линии уступил место строю в батальонных колоннах, прикрытых цепью стрелков и сходствующему с когортным устроением римских легионов; полковия орудия были уничтожены; батальоны получили более самостоятельности; соединение же полков в постоянные бригады, дивизии и наконец корпуса, облегчая управление армиею, облегчило также движение и действие большими массами. Пехота сражалась с одинаковым удобством в местах открытых и пересеченных, в полном составе и отдельными частями, в сомкнутом строе и в рассыпную.

В наше время разделяют пехоту обыкновенно на два главные рода: легкую (Фузилеры, вольтижеры, егеря, стрелки) и тпжелую, или линейную (мушкетеры и гренадеры).

В настоящее время, пехота, не имея быстроты конницы и разрушительной силы артиллерии, далеко превосходит ту и другую своей самостоятельностью и способностью действовать на всякой местности. При обороне она удерживает те пункты, которые необходимы неприятелю для достижения своей цели, и защищает каждый шаг поля битвы; при наступлении она постепенно овладевает пространством, утверждается в завоеванных, точках и нередко пролегает путь действиям конницы.

Главнейшия качества хорошей пехоты суть следующия : высокая степень тактического образования и ловкости в эволюциях и маневрах; способность действовать на всякой местности; искусство в стрельбе, но и хладнокровие в употреблении ея, для из-беяиания всякой бесполезной пальбы; стремительность в действии штыками; знание самых употребительных саперных и поитонерных работ, а равно и приемов при орудиях, и прочие.

Пехота вообще, в наше время, вооружена ми (гладкоствольными либо нарезными) со штыком. Она строится : в развернутом фронте, колоннах, каре и в рассыпном строю (смотрите эти слова). Б. А. И. 3.