> Военный энциклопедический словарь, страница 71 > Польские воины

Польские воины

Польские воины. 7. Война за избрание Польского короля, 4733—1739.

По смерти Августа II, короля Польского, явились два претендента на престол Польского королевстваСтанислав Лещинский, занимавший некоторое время престол в продолжение Северной войны (ом. это), и Август, курфирст Саксонский, сын умершого короля. Дочь Станислава Лещинского была супругою французского короля Людовика ХУ, почему об имел сельву ио защиту- во франции и во всех дворах, где царствовали Бурбоны, между тем как Августа поддерживали в особенности Австрия, Россия и Пруссия., Державы ети, във следствие намерения польского сейма избрать в короли только природного Поляка объявили, что волю их на счет Августа оне готовы: поддержать силою; это еще более побудило, сейм избрать королем 12 сентября 1733 года, на равнине близ Воли, Станислава Лещинского., только что прибывшего из франции в Варшаву.

Часть польского дворянства, недовольная этим выбором, перешла через Вислу и там, под защитою, русского войска, 5 октября, недалёко от Праги, избрала королем Августа ИИ. Станислав, узнав о приближении рус-ских и саксонских полков, удалился в Данциг, где немедленно был осажден Русскими (смотрите Данцига) и откуда, переодетый, бежал обратно во Францию. 25 декабря был день коронования Августа- ПИ в Кракове. Это происшествие и явное участие в нем Австрии, хотя войска ея не вступали в пределы Польши и даже были выведены из Силезии, представили франции и Испании давно, ожидаемый, благовидный предлог, объявить войну императору Карлу VI. Настоящей ж=е причиною этой брани, известной в истории под названием войны за избрание короля польского, было желание супруги Исианского короля Филиппа V, Елисаветы Фарнезе, видеть сына своего королем одного нз государств Италии и увеличить влияние Бурбонов па эту страну посредством обезсиле-вия, императорской власти. Карл VI ошибся в настоящем положении дел в Европе. Почитая первого министра ои х. франции кардинала Флери Флегматическим и неопасным человеком, он надеялся воть против него Англию и Голландию, которые его оставили; рассчитывал на Пруссию, оставь ш.уюся в нейтралитете, на Россию;, занятую войнами с Польшей и Тур цией, и на обезсиленную Данию, и желая вступить в союзе с Сардивией слишком долго медлил предложением его,^; так что франция, обещав Сардинии Милан, под титулом Ломбардского государства, успела привлечь ее на свою сторону. Сардинский король Карл Эмануил был назначен главнокомандующим всеми союзвымивойскани в Италии. В октябре. 1733 года; Сардинцы заняли Милан и осадили Мантуу, между тем как одра французская армия перешла Альпы, а другая заняла Лотарингию и завладела, 29, октября, Келем против. Страсбурга. Император, пользуясь зимним вр.е-менем, поспешно приготовнлся к войне, приказал укрепить Этливгенские линии, прикрывавшия Филиппсбург, со-брал армию, в Италии и уговорил Гер-манский сейм объявить войну франции; Военные действия начались в Италии, в Феврале 1734 года. Имперскою армией командовал сперва храбрый граф Мерси. Две постигшия, его, одна за другою, болезни, препятствовали ему действовать решительно; он перешел По и оттеснил противников до Падуи, а заступившие его место генералы в£ибили их из позиции при Колонне, но потом отступили к

С. Мартино. По выздоровлении своем, Мерси, пользуясь временным отсутствием Сардинского короля, напал, 29 июля, на маршала Коаньи, расположенного близ Пармы (смотрите это олово), во был смертельно равен, а после него оконтужен и второй по старшинству, герцог Виртембергский. Имперцы, не смотря на одержанную победу, отступили за р. Секиу, где прибыл к ним новый главнокомандующий граф Ке-нигсек. Он разбил союзников по-

средством внезапного нападения на их лагерь при Квистелло, но потом сам был разбите под Гвасталою (смотрите эти слова). В южной Италии действия Австрийцев были вовсе неудачны. Дон-Карлос ивфант Испанский, сын Филиппа V, достигнув, в начале 1734 г., совершеннолетия, вступил ва престол доставшихся. ему по Базельскому миру герцогств Пармского и Пиаченского. Желая заменить их Неаполем, он собрал сильную испанскую армию, в Тоскане, поручил ее начальству герцога Монтемара, и пройдя через Папские владения, вторгнулся в пределы .Неаполя, между,тем как испанский 4лот блокировал Чивиту-Веккию и занял острова Ишию и Просиду. Незначительные силы Австрийцев, занимавшия Неаполитанское королевство, большей частью разбросанные по крепостям, не могли противостоять испанской армии. 6000 их собралось в укрепленной позиции близ С. Анжело де ла Канина, другой слабый отряд в Апулии. Испанцы силою овладели G. Анжельскою позицией, обложили Гаэту и Капу у и приблизились к Неаполю, который спешил отворить свои ворота. 10 апреля, 3000 Испанцев заняли столицу, а 10 маа, Дон Карлос провозглашен был королем Неаполитанским, под именем Карла 111. Остаток австрийского войска, в числе 9000 человек собрался при Битонто (смотрите это слово), но был, 27 мая, разбит Мовтеийаром. 5000 человек осталось на месте, остальные заперлись в Битонто и Бари и положили потом е. Вслед за этим сдалась Гаэта, и только граФ Траун держался в Капуе до ноября месяца. Неаполитанское королевство было завоевано; оставалась Сицилия. Монте-мар, получивший титул герцога Би-тонтского, переправился туда 24 августа, занял Палермо и стал готовиться к покорению всего острова. 3 июля 1735 Карл Ш был короновав королем ОбеихъСоцилий.

В то же время началась война и в Германии. По определению сейма, им-перская армия должна была состоять изъ120 т. человек; но в следствие недоставления нужных для этого денег, герцог Бевернский, принявший главное начальство над нею, нашел только 12 т., и потому не мог действовать наступательно. французы, под предводительством маршала Бервика, 9 апреля 1734 года, начали кампанию взятием Трарбаха, переправились тремя колоннами через Рейн и, обходом Этлингенских линий, заставили герцога Бевернского отступить в Гейльброн, где он передал начальство прибывшему из Вены принцу Евгению. Сила армии все еще не превышала 26,000 самого различного состава и несогласного между собою войска.- При таких обстоятельствах, принц Евгений, удрученный притом летами и в борьбе с недоверчивостью Венского двора, предпочел ограничиться наблюдением и обороною, не смотря на то, что армия его постепенно возрасла до 60,000 человек и что многие владетельные князья явились в его стан, в том числе корольПрусский, Фридрих Вильгельм 1 и сын его, столь знаменитый впоследствии — Фридрих II. французы осадили Филиппс-бург, храбро защищаемый комендантом, бароном Вутгенау. Герцог Бервик был убит во время осады, но преемник его, маркиз д’АсФельд принудил крепость сдаться. Единственного, спасения принц Евгений ожидал от союза с морскими державами и, пользуясь прежними своими связями с Английским двором, старался завлечь его в войну с францией). Но, -не смотря на готовность к сему короля Георгия III и на угрозы Австрии, в случае несогласия Великобритании, выдать наследную принцессу Марию Терезию за наследника испанского престола, миролюбие и твердость английского министра, Вальполя, одержали верх и Австрия принуждена была,

3 ноября 1734 года, заключить перемй рие, а 7 мая 1735 года подписать, по-крайней мере притворно, следующия предварительные мирные условия: Ста-виславу Лещинскому предоставлены были титул короля Польского и обладание всеми принадлежащими ему поместьями в Польше; Карл 111 признан Австрией) королем Обеих Сицилии; Сардинии уступлены Тортона, Новара и Виджеваво; все же прочия австрийские Владения возвращены Австрии. Прагматическая санкция (смотрите это) призванавсеми Бурбцнскими дворами. Герцогства Парма и Пиаченца отданы императору, за которым также утверждено было будущее обладание Тосканою. Но мнимое согласие продолжалось не долго. франция была недовольна тем, что за все свои пожертвования она не получила никакого вознаграждения. Англия волась. Испания- не уступала Пармы и Пиаченцы и, по случаю оскорбления посланника своего в Португалии, объявила королевству сему войну, прося помощи у Англии и Австрии. Сардиния вступила в переговоры с Австриею. Россия, победоносно окончившая войну в Польше., двинула в Германию, на помощь императора,

видя, что блистательные надежды ея в начале кампании не осуществлялись, снова объявила готовность к заключению мира. Служащие еще при Венском дворе Испанцы, опасаясь вместе с Ломбардией лишиться своих тамошних поместий, стали уговаривать Карла VI вступить в переговоры с Испанией), обещая Дон-Карлосу руку Ма-г рии Терезии; но эрцгерцогиня, нежно любившая жениха своего, франца Стефана, герцога Лотарингского, воспротивилась сему плану, и Карл VI долго не звал на что решиться. Наконец ов вступил сам, посредством графа Нейвида, в тайные переговоры с францией). Вдруг в северной Италии дела приияли благоприятный для него оборот. Каждая из союзных держав, войска которых облегали Ман-туу, не желая уступить другой обладание этим важным местом, тайно, старалась замедлить взятие крепости. Эта взаимная недоверчивость и намерение Карла VI, в случае неуспешных переговоров с францией, заключить отдельный мир с Испанией) и Сардивиею, наконец смягчили гордость франции. В Германии подписано было перемирие, за которым воспоследовал предварительный мир, заключенный в Вене 3 октября. Условия его были те же самыя, как к прежде, за исключением некоторых перемен в уступке земель Сардинии и того, что герцог Лотарингский немедленно должен был уступитыФран-ции Бар, а Лотарингию тогда, когда получит обещанную ему Тоскану. Сардиния, оставленная своими главнейшими союзниками, также согласилась на перемирие. Испанцы не бкили в состоянии противостоять быстрым действиям графа Кенигсека — который заставил их снять осаду Мантуи, оттеснил Монтемара в Тоскану и готовился к экспедиции в Неаполь, —⁴и сделались уступчивее. Хотя таким образом военные действия и прекратились, но настоящого мира еще не16,000 войск, под начальством генерала Ласси. Дания и Саксония также обещали помощь Карлу VI. Все это подало Австрии надежду на успех, и потому она, прекратив переговоры, снова объявила войну франции, не смотря на то, что Вальполь вторично объявил о нейтралитете Великобритании. Кампания 1735 г. началась столь- же неудачно дия Австрии, как и пред-вдущая. Мессина и Сиракузы били взяты;, в северной Италии.граФb Кевиг-сек должен был отступить перед союзниками в Тироль; Мантуа была обложена. В Германии принц Евге-ний, приняв, против своего желания, начальство над имперскою армиею, с 30,000 войска успель удержать в бездействии несравненно сильнейшую армию французов. Наконец Австрия;

— 40 —

ПОЛ

польские магнаты и буйная шлихта, уступая сильнейшему, с бездолрным гневом сложили е, но обратили се(ои взоры к франции, где надела тогда революция, и откуда Цоляад давно уже ожидали восстановления своей независимости. В непроницаемой тайне начали они составлять заговоры и .небольшия)конфедерации. Нуждаясь в предводителе, они избрали на это место знаменитого Косцюшко (смотрите это имя), более других вождей отличившагося мужеством и способностями к предшествовавшей борьбе, и удалившагося, по ея окончании, в Лейпциг. Он принял опасное предложение; пригласил к участью Игнатия Потоцкого, Болонтая и других ревностнейших республиканцев, и, вместе с Заион-чиком, поспешил к польской границе. Обстоятельства мало благоприятствовали тогда их замыслам: Король и сенат состояли под влиянием русского посла и начальника войск в Варшаве, Игельстрома; на содействие польской армии, переформированной на русский лад и разбросанной по всему королевству, нельзя было надеяться; крестьяне, угнетаемые своими владельцами, не оказывали охоты к общему восстанию; не было ви я, ни денег. Вдруг неожиданное происшествие ускорило мятежа. Тайные сношения Заиончика, смело прибывшего в Варшаву с главами прежних конфедераций, возбудили подозрение Игельстрома., Он предписал начальникам некоторых польских, войск ускорить распущение их, со-гласнЬ с постановлениями Гродненского сейма. Большая часть генералов повиновалась, но Мадалинский (смотрите это имя), командовавший конною бригадою в Пултуске, не послушался повеле-ния и, усилившись несколькими отрядами пехоты, выступил в поход, напал в-расплох на русский пехотный полк и захватил его казну, рассеял в Шренске прусский эскадрон, и, силою собирая значительные кодПОЛ

сколько лет не подписывали, пока, наконец, старания кардинала Флер,и и министра, Вадьполк и желание Карла уи соединиться, с Россией против Турок не склонили Австрию убедить герцога Лотарингского, вступившего между-тем в брак с Марией Терезиею, уступить тогда же свои владения франции за 3,500,000 ливров ежегодного дохода, а удовлетворить желанию Карла Эмавуила. И так, 8 ноября 1738 года, был заключен окончательный мир с францией), к которому присоединилась Сардиния 8 Февраля, а Испания -и Неаполь 21 апреля 1739 года. Станислав Лещинский отказался от польского престола с сохранением, однако же,титула короля и пожизненного владения Лотарингиею, которая, после его смерти, должна была перейти под власть франции. В замен Лотарингии герцог франц Стефан получил Тоскану с титлом гросгерцога; Карл 111 признан королем Обеих Сицилии; Парма и Ииачевца остались за Австрией); Сардинский король получил западную часть Ломбардии. Прагматическая санкция признана им и францией) во всей своей силе. Н. П. Э-

$I. Войны России са Польшей в царствование императрицы Екатерины 11.

а) Война -протих Барских конфедератов, 1768 г. и б) Война для защиты Тарговицкой конфедерации, 1792 г. (смотрите статью Конфедерация и Конфедераты).

в) Война России и Пруссии против Польской республики, в 1794 году.

Гродненским сеймом окончена была война,предпринятая императрицей Екатериною II, лая защиты Тарговицкой конфедерации против поборников конституции 3 мая 1791 года. Полыпа и безвластный ея король принуждены были уступить России и Пруссии значительную часть земель и покориться воле могущественной владетельницы севера. Варшава и некоторые пограничные города были заняты русскими гарнизонами. Гордые, беспокойные тгрибуций, приблизься к Кракову, куда поспешил также Косцюшко. Русский гарнизон выступил на встречу Ма-далинскому. Народ и скрывавшиеся в Кракове польские солдаты вое лись, прогнали оставшийся в замке слабый отряд и с восторгом провозгласили Косцюшку диктатором республики, 16 (27) марта 1794 г. В то же самое время вспыхнули частные восстания в равных местах Польши. Игельстром сосредоточил до 8,000 русских войск в Варшаве, где приверженцы революции всячески старались составить общую инсурекцию, призьивая к ю шляхту и отставных солдат и требуя, чтобы каждые пять домов в городах и селениях выставили в поле одного вооруженного ратника. 8а Мадалинским пошли генералы Денисов и Тормасов с 9000 войск, стараясь догнать его и утушить пер- вое пламя мятежа. В то же время Пруссаки, под начальством генерала Шверина, Вступили в польские пределы; один отряд их приблизился к Варшаве, другой к Кракову и Сан-домиру. Косцюшко, угрожаемый с двух сторон, бросился на Денисова и Тормасова. Одушевление и превосходство сил его войск, хотя дурно вооруженных и устроенных, одержали верх под Рославицем (4 апреля нов. стиля); Русские принуждена были отступить с потерей 4 знамен и 12 орудий. Вся Польша огласилась победоносными кликами; народ бросился к ю. В Варшаве вспыхнул ужасный бунт и большая часть русского гарнизона, внезапно атакованного польскими полками и вовшеюся чернью, была истреблена после продолжительной геройской обороны; Игель-етром с остальными успел пробиться и отступить к Ловичу. (См. Btop-Виава). В столице свирепствовало безначалие, зверское мщение над пленными нашими солдатами и приверженцами .России и всякого рода ужасы.

Скоро после сего. происшествия воспоследовало (19 апреля) подобное же восстание в Вильниь (смотрите слово). И там слабый русский гарнизон, под начальством генерала Арёёньёва, был частью перерезан, частию, гиёд предводительством маиора Тучкова, открыв себе дорогу штыками, пробрался в Гродно, к отряду генерала князя Цицианова, который, получив уведомление о грозившей еМу подобной же участи, успел отвратить её Выступлением из города и угрозами зажечь его при малейшей тревоге со стороны жителей.

Изступленный восторг разлился по всей Польше. Косцюшко, главный виновник ея мнимого освобождения, был украшен титлом генералиссимуса. Оставаясь в Кракове, он стал управлять республикою с неограниченною властию!, провозгласил всеобщее народное вооружение, в котором должны были принимать участие все Поляки от 15 до 50 лет, и этим увеличил армию до 70,000 человек Охотники и коссионеры (смотрите слово) были распределены по полкам, и из них составлены вторая и третья шеренги, вооруженные косами и пиками; из серебряных и золотых сосудов, принадлежавших церквам и частным особам, стали чеканить монету; налоги были удвоены. Но Косцюшко мощеною рукою старался прекратить порывы безначалия, и, не обращая внимания на ропот и козни дворянства и партии Фанатических демагогов, восстановил в Польше порядок и господство законов. Армия была разделена на 5 корпусов различной силы. Главный корпус, самого КосЦЮшки (23,000 человек) стал на дороге в Варшаву; корпус Заиончийа (19,000 челов,) у Люблина; Ясинского (6000 человек) у Гродна; другой, в 12;000 человек, под начальством Грабовского, у Вильны и 4000 челов. у Равы, Аия Иаблюде-вия за Пруссаками; .7000 ‘иелой. составляли резерв ь КраКёйе. Пора было Полякам изготовиться бою; со всех сторон шли на вих неприятели. Генерал Денисов, с разбитым у Рославица. корпусом, стоял близ Радома; остатки прежнего Варшавского гарнизона (около 3,500 человек) были у Ловима; третий отряд собирался против Равы и должен был, вместе с двумя предыдущнми, идти против Косцюшки. Небольшой отряд, генерала Ланского, расположенный у Дубявки, на Буге, вступил в Литву; генерал Нумзен из Бэуска, в Курляндии, и ДерФельдев, выдвинутый к Припети, готовились вторгнуться туда же; генерал Салтыков, с 30,000 человек, прикрывал возвращенные Россией от Польши области; главное начальство над всеми сими корпусами поручено было генерал-аншефу князю Репнину. С,границ Турции приближался грозные Суворов; 20,000 Австрийцев собирались на рубежах Галиции; с другой стороны вступали в Польшу 54,000 Пруссаков, под личным предводительством короля Фридриха Вильгельма 11, между тем как 11,000 челов., под начальством генералов Брюнека, ШенФельда и Фаврата, обеспечивали пределы восточной и южной Пруссии. Косцюшко, действуя с главными своими силами между Пплавицёю и Опато-вым, старался окружить Денисова, двинув в тыл его отряд Гроховского из Люблина и Гаусманна из Кракова; но осторожный Девисов отступил вочью на 6 (17) мая в Кел-иеские леса и пробрался ими к Ролану, близ Кракова, куда шел также генерал Фаврат из Пилицы, разбив 6 (17) чисиа 4000 Поляков у Сколы. В Ролане Денисов соединился с Прусским королем и Фавратом и вся армия, 30,000 человек, двинулась против Косцюшки, занявшего крепкую позицию у Щекоцинр. Поляки были разбиты и отступили в Радом, ге избрали новую позицию, имея авангард в Скоржисках. Половина прусско-русской армии медленно последовала за ними; другая стала у Пинчована Нидде, для прикрытия осады Кракова. Город этот сдался по первому востребованию генерала Эльснера, и 500 человек гарнизона получили свободный пропуск в Галицию. Оставив несколько войск в Кракове, союзники снова устремились на Кос-цюпику, который, не без труда, но в полном порядке, отошел за Пи-лицу и через Варку и Гору потянулся к Варшаве. Прусский король шел за вим через Моравице, Кельце, Опоч-но и Белу и расположился, 26 июня (7 июля), у Торчина, готовясь к предпринятью осады.

Во время этих происшествий на главном театре войны, генерал ДерФельдев, „ перейдя Буг, в средине мая, направился к Люблину, где Заи-ончик. тщетно усиливался возбудить помещиков к принятью участия в народной войне. 28 мая (8 июня) он был разбит ДерФельденом на высотах между Хельмом и Дубенкою; Русские завяли Люблин и проникли до Пулав, где предали огню великолепный замок князей Чарторижских. Князь Репнин приблизился к Вильне.

В Варшаве принимали все возможные, даже насильственные меры к отражению грозящей со всех сторон, опасности, хотя уже тогда некоторые, менее восторженные люди,предвидя неизбежную гибель республики, оставили отечество и передались Русским и Пруссакам. Слабый, безвластный король втайне сопротивлялся успехам революции, но публично принимал ея сторону и_г вместе с дамами первостепенных Фамилий, трудидся над возвышением укреплений вокруг столицы. Жители ея, большей частью изступленные якобинцы, готовились защищаться до последней крайности, и в первое ознаменование своего патриотизма повесили варшавского епископа, князя Моссальского и 7 других должностных особ, известных своим отвращением к народному восстанию. Косцюшко, справедливо негодуя за столь гнусное самоуправство, наказал смертью главнейших виновников, отослал в армию 1500 ревностнейших якобинцев, и восстановив таким образом тишину в городе, храбро и искусно защитил его против вялой ja несвязной осады Пруссаков (смотрите Варшава). В продолжение ея,непогода, скудное продовольствие и происшедшия от того болезни и бегство, ослабили осадную армию до 25,000 человек Оказался недостаток в аммувиции и артиллерийских снарядах. Король принужден был обратить осаду в обложение, а 25 июня (6-го июля) отступить к Рашину; оттуда, узнав о вспыхнувшем в тылу его восстании в южной Пруссии, он направился к Пе-трикову, Ченстохову и Закрочину, бросив на дороге множество обозов, орудий и больных. Русские, над которыми принял начальство генерал графа Ферзен, пошли вверх по Висле к Нулавам.

Давно уже шляхта южно-прусских, только что отобранных от Польши областей, собирала в неприступных тамошних лесах е, аммунпцию и продовольствие, и Формировала шапки недовольных. 11 (22 августа) _ч началось явное восстание. Инсургенты без труда заняли Гнезно, Серадж и Ра-вич, защищаемые слабыми прусскими отрядами; в западной а южной Пруссии жители взялись за е, провозгласили конституцию 1791 года и, укрепив позицию у Бржесца и Раджеева, избрали Немоевского своим предводителем. Куявский кастелян, Мвиев-ский, захватил у Врославека огромный транспорт артиллерии и снарядов, отправленный по Висле из Грауденца лгь Варшаве. Король приказал поспешить в южную Пруссию всем гарнизонам смежных прусских областей, чтобы рассеять мятежников. Знаменитый своим удальством и жестокостью, партизан полковник Секули двинулся туда же с отрядом легких поиск и грозными прокламациями; ге нерал Шверин, с 6-ю батальонами; стал на Бзуре, длй прикрытия тыла королевской армии. Но все эти меры не моВли остановить восстания. Кос-цюшко, медленно следуя за королем, отправил, 13 (24) августа, Мадалинского, с 1500 человек конницы, вниз по правому берегу Вислы в западную Пруссию. Мадалинский покушался переправиться -через Буг и Царев, в виду отряда генерала ШенФельда, но был разбит и, с потерей нескольких сот человек, отброшен в леса. Домбровский подкрепил его с 4000 отрядом и снова подвинулся к западной Пруссии. Противоставший ему полковник Секули претерпел совершенное поражение и, смертельно раненный, попался в плен. Город Бромберг сдался Полякам.

Но новия грозы поднимались на юге и востоке. Австрийцы, завидуя Пруссакам в завладении Краковом и желая участвовать в разделе верной добычи, двинули 17,000 войска через Люблин и Броды. Сандомир, Краков и Хельм были ими заняты; но этим Австрийцы ограничили свои действия и остались спокойными зрителями борьбы, возгоревшейся с удвоенною сиплою между Русскими и Поляками. Князь Репнин, занятый усмирением Литвы и ожидавший прибытия Суворова из Немирова, медленно двигался вперед, тем более, что генералы Вавржецкий и князь Гедройц старались, хотя без успеха, разлить по Литве новое пламя восстания, что 12,000 цольский корпус вступив в Курляндию, проник до Либавы и что Огинский вел с Русскими довольно счастливую малую войну. Но главный вождь в Литве, генерал Виельгорский, вздумавший играть в ней роль Косцюшки, не имел ни военных способностей, ни твердости характера этого полководца. Его завистью и происками остановлены были действия польских генералов Гра-бовского и Ясинского, занявших, как мы видели, Вильну и Гродно. Оба онигорько жаловались на Виельгорского, который, не трогаясь с своей позиции у Лиды, предоставлял их ударам противников. В начале июля, генерал Кнорринг, соединив близ Медникова под свое начальство отряды Лавского и Зубова, атаковал Вильну; но, после краткого успеха, принужден был отретироваться на 15 верст от города. Спустя два месяца, он получил в подкрепление отряд генерала Германа, и вторично напав на город Вильно, наконец овладел им, после изгнания гарнизона (смотрите Вильно), Виельгорский сложил с себя,главное начальство в Литве. Генерал Хле-винский, который принял оное до прибытияМокрановского, был разбит Русскими, ‘/иа-го августа с потерей 2000 человек. Мокрановский, прискакавший въГродно, не мог восстановить дела; приверженец России, граФb Браницкий составил контрконфедерацию и, набрав 13,000 человек войска, содействовал Русским при изгнании противников из Литвы и Курляндии. В средине октября заняты были Либава и Поланген. Между-тем ДерФельден, уступив Люблин Австрийцам, отошел к Слониму. Ферзен, продолжая следовать по левому берегу Вислы, старался отыскать удобное место для переправы, которую оспоривал у него Понинскдй с 9000 человек, Поляков. В это время явился на поприще войны бич врагов России—Суворов. Пройдя с 10,000 войска в 20 дней 560 верст, он взял 4 (15) сентября Кобрин и на другой день вытеснил противопо-отавлея ного ему с 25,000 человек генерала Сера конского из Крупчиц. Поляки. отступили к Бресту-Литовскому и Тирасполю. Суворов преследовал их, перешел 7 числа ночью через Буг в S-го поутру, напав в расплох на неосторожных неприятелей, нанес решительное поражение (смотрите Брест-Литовский), Скоро отступление Поляков превратилось в самое беспоря

ИИОЛ

шолдочное бегство; они лИШИЛИсь всей своей артиллерии, знамен и обоза, и только 1000 ч. могли достигнуть Праги-В столь опасном положении дел, Косцюшко решился перейти Вислу, соединиться с остатками корпуса Серавского⁴ и с отрядами Понинского и Княжевича и остановить Суворова, не дав грату Ферзену возможности примкнуть к нему. Но ферзен, обманув Понинского, переправился у Ко-шениц на правый берег Вислы. Косцюшко, поспешив к нему на встречу столкнулся с ним у Мацеиовиц, Там воспоследовало знаменитое сражение, 28 сентября (10 октября), в котором Поляки были разбиты ва-голову и лишились славного своего вождя, Кос-циошку (взятого в плен по получении трех тяжелых ран), 5-ти других генералов, всех орудий и знамен и несколько тысяч офицеров и ратников. Уныние, страх, отчаяние овладело жителями Варшавы, когда Понип-ский, неуспевший принять участия в Мацеиовицской битве, явился в Праге с остатками Косцюшкиной армии. Патриоты и чернь возопили о⁴ продолжении безнадежной борьбы; умеренные-советовали вступить в переговоры с победителями; король и преданная России партия хотели немедленного, безусловного повиновения. Колонтай предложил избрать на место Косцюшки Вавржевского; который до революции служил поручиком в прусской армии; 1 (12 октября) народ избрал era главнокомандующим, можду тем как Заиовчик старался усилить укрепления Праги. К Иосифу Понятовскому, Домбровскому и Мадаливскому, действовавшим в южной и западной Пруссии, было послано предписание — поспешить на защиту столицы. Прусские корпуса генералов Шверина, Фа врата -и Клинковштрема преграждали им путь. Понятовский, в намерении открыть дорогу своим товарищам, атаковал 11 (22) октября, с 10,000 чел прусский отряд, расположенный у Со хачева, был им отбит, но действием своим помог Домбровскому и Мадалинскому перейти Бзуру и пробраться к Варшаве. Туда же отступал Мокрановский из Литвы, после многократных ударов, нанесенных ему войсками князя Репнина. Два польские отряда были разбиты под Остро-ленкою и на Нареве. Между тем Суворов, присоединив к себе Ферзе-ва и ДерФельдеНа и истребив у Кобылки 5,000 человек Поляков, под начальством Майена, стал 18 (29) октября, лагерем под Прагою. К Станиславу Августу было послано предложение приказать польским войскам положить е. Король находясь в руках революционного правительства, отказал в требовании русскому вождю. Польская армия, в которой еще было до 30,000 человек, готовилась биться насмерть. 20,000 Поляков с 104 орудиями, под начальством Заиончика, завяли укрепления Праги. 22 октября (2 ноября) подошли Русские и устроили три батареи; под прикрытием их, Суворов, на следующее утро, рекогносцировал неприятельскую позицию. Поляки, обманутые этими распоряжения-пи, полагали, что оне намерен предпринять правильную осаду; но 23 числа, рано по утру, русские войска семью колоннами устремились на укрепления, овладели ими после отчаянного отпора и в ужасной, беспощадной схватке, истребили большую часть защитников Праги (смотрите это слово); только 500 человек с тяжело-раненым Заион-чиком успели убежать в Варшаву.

Исчезла. последняя надежда отстоять Польшу. Жители Варшавы, испуганные начинавшимся немедленно бом-бандированием города, требовали его сдачи. Условия, предложенные мятежным правительством, пе были приняты ^ч Суворовым; городской магистрат представил другия и 25 октября (5 ноября) подписал капитуляцию Варшавы. Остатки главной польской армии и ревностнейшие патриоты удалились из столицы к войскам, действовавшим против Пруссаков. Король и слабая его гвардия остались в городе. 26-го числа Суворов, в главе победоносного русского войска, торжественно вступил в Варшаву по восстановленному мосту, радостно .обнимая депутацию, подносившую ему ключи столицы и хлеб-соль. Кроткими мерами, забывая прошедшее, герой старался восстановить порядок и прежней положение Дел, выпустил из плена часть Польских ратвиков и обеспечил жизнь и имущество жителей.

Падение Варшавы скоро отозвалось-в южной И западной Пруссии, где все еще свирепствовала инсурецкия. Прусский король, оставив армию,- поручил главное начальство генералу графу Шверину. Но его лишняя строгость и несоблюдение дисциплины его войсками отвратили от него жителей. Мало но ма-лу вся южная Пруссия, за исключением Познани, Торна и еще друх городов, попалась в руки мятежников ови покусились даже овладеть Торном посредством нечаянного нападения, но были отражены. Наконец удаление Домбровского и Мадалинского и бедственное положение отравы помогли. Пруссакам прекратить бунт. Подполковник Гинрихс, заступивший место Секули, занял Бромберг и Инов-рацлав и очистил от мятежников весь округ Нецы; 15 (26) октября польский генерал.Карновский был разбит у Магвишева, с потерей 500 пленных и 6 орудий; 16-го, Фаврат одержал на Нареве верх над генералом Ильинским; 20-го, принц-Гольштейв-Бек-ский окружил между Битною и Сбой-ве 2000-й отряд Поляков и принудил его сдаться с 8 пушками. Скоро -потом Фаврат, назначенньий главнокомандующим Пруссаками на место- Шверина, отозванного королем, узнав о взятии Праги и Варшавы, оставил-Закрочие и перешел Вислу у Выш-города; генерал Кяивковштрем, преследуя князя Понятовского с берегов .Бзуры к Блоням, рассеял, 27 октября, корпус его близ Копимоса, а, 31-го числа, у Бловие, где Поляки лишились 25 орудий; оставшиеся 7,000 человек 50 пушками положили е. Генерал Девисов, котbрого Суворов послал за Вавржевским, отступавшим к Сандомиру в намерении спастись в Галиции, и прусский отряд генерала Клейста, догнали Поляков у Опоч-но,. Польская пехота рассеялась; 80 орудий достались в руки союзников. Ва--вржевский, Заиончик, Мясковский, Ге-дроиц и президент республиканского правительства, Закржевский, с 6000 человек конницы, пытались пробраться к австрийской границе, но, наткнувшись на прусский кордон, расположенный на Пидде, также были захвачены в плен и возвращены в Варшаву. Только Ма-далинский, Колонтай и несколько сот сфицеров и солдат успели поодинач-ке достигнуть Галиции, где были обезоружены Австрийцами и отправлены во внутрь края.

Судьба Польши была решена⁴; 29 декабря (9 января) король оставил Варшаву и удалился в Россию; 14 (25 ноября) 1795 г. он сложил корону. В начале того же года Россия присоединила Литву $ своим владениям; 15 {26 апреля) войска,ея заняли Курляндию, откуда последний герцог отправился в купленное им в Силезии .имение, Саган; скоро потом Польская республика окончательно была разделена между Россиею, Пруссией и Австриек Б. J. И. 3.

111. Война против польских лия-шежников в 4834 г. ()

Возстанием 17 (29) ноября 1830 года .{см. статью Варшава в III томе Лексикона) Поляки покусились расторгнуть узы, постановлениями Венского кон-

() Примечание. Барта к статье Польская война 1831 года, соединена с картою ТИрусско-Российско-французской вой-_яы 1806 и 1807 годов. гресса соединявшия царство Польское с Российским государством. Забыв священны долг, присяги, забыв безчисленные благодеяния императора Александра, они вызвали на брань могущественную Россию, а посягательством на державные права императора Николая лишили сами себя надежды на его помилование. Одна только сила могла обрааумить дерзких мятежников; Поляки сами постигали это и стали готовиться к отчаянному сопротивлению.

Генерал Хлопицкий, избранный войском и народом в диктаторы, предвидя неизбежную гибель отечества, ’тщетно старался отсрочить ее замедлением и переговорами, и в то же время, усиливался одолеть козни Якобинских клубов в Варшаве и изступленный восторг буйного юношества; он принужден был уступить общему порыву революции и сложил тегостную свою власть. Преемником его в командовании армиею, с названием генералиссимуса, назначен князь Михаил Радзивил, знатный и богатый вельможа, но весьма посредственный полководец; гражданская же власть перешла в руки правительственного комитета, под председательством князя Адама Чарторижского.

Известие о мятеже в Варшаве было принято в Санкт-Петербурге, в Москве, во всей России, с всеобщим негодованием. 24 ноября государь объявил собранным на разводе войскам об измене Поляков. Ответом служил единодушный крик: Веди нас против них; мы накажем мятежников; мы отмстим за оскорбленную честь России! Восторг достиг до такой степени, что государь, желая умерить его, напомнил войскам, что не все Поляки нарушили клятву верности; что должно карать зачинщиков мятежа, но не мстить народу; прощать раскаявшихся, без слабости; оказать непоколебимую твердость, устраняя ненависть)).

Как в первом донесении Цесаресипа упоминалось о восстании только части польской армии, которую, надеялись тогда усмирить войсками, оставшимися верными великому князю и Литовским корпусом, то государь предписал командиру этого последняго, генерал - адъютанту барону Розену, сосредоточив корпус у Бялостока и Бреста, вступить немедленно в Польшу. Но скоро получены были известия о быстром распространении мятежа по всему царству. Не желая подвергнуть .корпус неудачам при встрече с сильнейшим неприятелем, и намереваясь разгромить бунт одним общим, решительным ударом, государь отменил прежнее распоряжение. Барону Розену велено было дождаться присоединения выступивших из Остзейских губерний и Подолии, 1 пехотного и 3 резервного кавалерийского корпусов: в случае же напора на него превосходных неприятельских сил, предписывалось ему отступить, упорно защищаясь, в Гродно. 1 (13) декабря воспоследовало назначение главнокомандующим действующей армией против польских мятежников знаменитого победителя Турок, генерал-фельдмаршала графа Дибича Забалкан-скагф, которому были также подчинены смежные с Польшею, западные .губернии, объявленные в осадном положении. Главнокомандовавший 1-ю армиею, генерал - Фельдмаршал граф Сакен, должен был принять строжайшия меры для сохранения тишины в южных странах России. Корпуса: гренадерский, гвардейский, 5 резервный кавалерийский и 2 пехотный двинулись из Новгорода, Петербурга и Украйны для составления резервов.

Силы польской и русской армий.

При начатии мятежа, польская армия, устроенная по примеру русской, состояла: из гвардейского отряда, одного пехотного и одного кавалерийского корпусов, Под начальством генералов: Винцевтия Красинского, графа Станислава Потоцкого (убитого мятежниками) и

Рожнецкого. В гвардейском отряде было, кроме артиллерии и 1 батальона саиеров, 1 полк пехотный (гренадёрский) и 1 конноегерский. ИИЬхотный корпус разделялся на две дивизии (генер. Круковецого и Жолтовского), каждая в три бригады (2-х линейн. и 1 егер.), а каждая бригада в⁴ два двухбатальон-ные полка. Кавалерийский корпус состоял из одной конноегерской и одной уланской дивизии (генер. Клицкагб и Вейссенвольфа). В каждой дивизии было по четыре четырехэскадронвых полка. Артиллерией (2 конные и 6 пешия батареи) командовал генерал Гау-ке, также лишившийся жизни от рук заговорщиков. Всего было до26,000 человек пехоты, 6,800 кавалерии и 106 орудий.

Тотчас после, восстания, обнародован был набор во 100,000 человек милиции, из которой предполагалось составить 100 батальонов и 100 эскадрое нов; в то же время все находившиеся в отставке офицеры и солдаты были приглашены возвратиться в прежние свой полки. Как срок службы в польской армии продолжался только 10 лет и ежегодно увольнялось до 3,500 человек, то не трудно было сформировать из них, менее чем в месяц, в каждом пехотном полку по два новых батальона (3-й и 4-й), а в каждом кавалерийском по два эскадрона, (5-й и 6/й) старых И опытных солдат, исправно вооруженных захваченным в арсенале ем. Сформирование милиции, или, как ее обыкновенно называли, коссионеров и краку-сов, требовало более труда и времени. Не доставало я, лошадей,- офицеров, кадров. Старые полки, которым была поручена, организация новых, презирая эту рухавку (сволочь), мало занимались ею. Наконец составились в каждом воеводстве по два трех-батальонных полка пехоты (всего 16), в которых только передняя шеренга имела, а остальные две вооружены были пиками и косами. Для сформирования 16-ти полков кавалерии

Формировке находились: 44 батал. 69 эскад. и 2 батареи. Д так, Вся вооруженная сила Поляков простиралась до 120,000, частью хороших, частью Посредственных и дурных войск.

To-же самое можно сказать и о начальниках их. Как многие старые генералы погибли во время бунта, илй удалились из царства, то остались в нем немногие, испытанные войною начальники корпусов и дивизий. Рад-зивил, Пац, Серавский, Фома Лубянский, Войчинский, пресТарелый Малаховский и др., поступившие вновь на службу, отвыкли от нея в продолжительной отставке; произведенные же в генералы полковники: Кицкий, Скар-жинскгй, Хлоповский, Рожницкий и пр были храбры, во мало знакомы с ратным делом. Между офицерами на одного воина Наполеоновских времен можно было считать по десяти пылких, неопытных и непослушных юношей.

Вдруг посреди этих приготовлений к отчаянной борьбе, сопровождаемых преждевременным ликованием народа, веселий и празднеств в Варшаве -разразилась над ней громовым ударом весть что Русские перешли границу.

Фельдмаршал г.раФb Дибич Забал-канский прибыл в Гродно в конце декабря. Он постигал трудность возложенного на него дела — усмирения восставшего варода; знал выгоды которые местоположение царства Польского представляло обороняющемуся над наступающим, умел ценит храбрость и превосходное устройство старых польских Войск, но знал также и преданность, и непоколебимое мужества Русских, и не сомневался в успехе. Фельдмаршал был любим войсками за доброту его сердца и справедливость; имя его со славою упоминалось в реляциях походов против Наполеона; способности полководца оказал он в только-что оконченной борьбес Турками; по неположено было, чтобы каждые 50 дворов выставили по одному всаднику. В конце января их считалось уже В,000, изрядно вооруженных но с дурными, взятыми из-под плуга и экипажей лошадьми. Несколько лучше были волонтерные конные (кракусские) полки, сформированные, в числе 11-ти, иждивением воеводств и названные по их именам, да еще разные вольные.отряды, наприм. один пеший егерский и один уланский полк детей (уроженцев) варшавских, два батальона подлясских и сандомирских застрельщиков (курпов), корпуса Адских стрелков, Златого знамени, Белого Орла и прочие, в которые преимущественно поступила многочисленные выходцы из Галиции, Позена и наших западных губерний. Артиллерия была усилена 5 новыми батареями, составленными из запасных орудий, найденных в Модливе, прусских пушек брошенных в Варшаве в 1806 году, и турецких, подаренных императором Николаем, по взятии Варны, для сооружения монумента Польскому королю Владиславу Храброму, павшему г под стенами этого города. (См. Варна).

Из всех этих войск, при открытии войны, были готовы к действию: 43 батальона старой пехоты, 11 новой (составленной из четвертых батальон.) и 12 милиционной и волонтерной -г-57,000 ч.; 62 эскадрона старой регулярной конницы, 24 эскад. новой, 56 кракузской и up. 20,000 лошадей и 14/, батарей со 142 орудиями. По предписанию Рад-зивила вся пехота, разделена была на 4 дивизии, под начальством: Круко-вецкого, Жимирского, Скржинецкого и Шембека. Гарнизон Модлина состоял из 3-х, гарнизон Замостья Из 4 батальонов; 4 другие батальона были откомандированы в отдельные отряды Двервицкого и Сера вока го на верхней -Висле; кавалерия была переформирована в 5 дивизий, а часть ея послана в вышеозначенные и другие отряды. В

от,орые ц фго приближенных замечали в нем уменьшение прежней предприимчивости и неусыпной, даже беспокойной, деятельности; еготелосложение ц полнокровие заставляли опасаться за его здоровье.

Начальником главного штаба,граФ Иван Иванович избрал многолетнего своего сподвижница на военном поприще генерал - адъютанта графа Толя воина твердого решительного, изумительно хладнокровного в битвах, нравом строгого, даже сурового. ( величайшей личною неустрашимостью он соединял опытность, приобретенную в шести исполинских войнах, и пользовался полною доверенностью солдат. Генерал-квартир-мейстером был генерал-адъютант Нейдгардт.

Первоначально вверенная Фельдмаршалу армия должна была состоять: из 1-го пехотного корпуса, генерал-адъютанта графа Палена 1-го (1-я, 2-д, и 3_-я пехотные, 1-я артил. и 1-я гусарская дивизии, 36 батал. 24 эскадр. 96 орудий — 36,OOP чфл.); 6-го иди Литовского, генерал-адъютанта барона Розена (24 и, 26-я цехот. дивизии, 6-д артиллерийская 6-я уланская и Литовская гренадерская бригада, 30 бат., 24 эскадр., 80 орудий — 32,000 человек); 3-го резервного, кавалерийского, генерала от кавалерии графа Витта (3-д кирасирская и 3-я уланская, дивизии, с артиллериею, 48 эскадр. 32 орудия, 6500 человек) и Варшавского; гвардейского отряда, генерала от инфантерии графа Ку руты (4 бат. 12 эскадр. 20 орудий, 5500 человек); а всего около 80,000 человек войска,которым предписано было; тотч.ас, после сврего сосредоточения у Бялостока и Бреста, начать военные действия. Место их па границе долженствовали занять корпуса: гренадерский, генерала от инфантерии князя Шаховского (1-я, 2 я, 3-я гренад. и гренад. артил. дивизии, 36 бат. 72 орудия — 34,0Q0 челов.) и $ резервный кавалерийский), генераллейтенанта, барона Крейца (2-л драгунская и 2-я конпо-егерская дивизии, с артиллериею, 48 эскадр. 48 орудий, 8000 человек), так-что всяи сииа назначенных к вступлению в царство, войск, за отчислением гарнизонов, оставленных в Вильне, Минске, Грод-не, Бялостоке и др. городах, и с причислением казаков, саперов, .парков. и т. Д., простиралась до 98 бат. 155 эскадр. и 10 казачьих полков, всего 86,000 пехоты, 22,000 кавалерии, 4000 казаков, или 112,000 человек с 336 орудий. Гвардейркий корпус, великого князя Михаила Павловича, (две цехот. две цавал. и гвардейская артил. дивизии, 17 батальон. 32 эскадр. 72 орудий,.

24,000 человека) назначенный. составить главный резерв, и выступивший: из С. Петербурга 26 декабря, мог, прибыть в Литву только 1-го марта, а 2 пехотный корпус, генерала ох каваиерии графа Палена 2-го, (три пе-хот. одна артил. и одна гусарская дивизии) только-что возвратившийся из. Турции, где лишился двух третей, своего состава., комплектовался в губерниях Орловской, Могилевской и Витебской, откуда предполагалось, ему: выступить только в конце января.

Планы действия и стратегические замечания.,

В- Варшаве главы революции и пылкое юношество все еще не преставали, мечтать о необходимости и безсомпенном успехе вторжения, польской ар- мии в наши пределы и изливать, свой: гнев на Хлопицкого, решительно отвергнувшего это дерзкое предприятие. Подполковник польского генерального штаба Хржановский, офицер, одаренный большими военными способностями; представил диктатору, в начале декабря, план наступательных действий, основанный на предложении, что русские корпуса тянувшиеся с севера и юга, не прежде достигнут западных границ империи, как в течение января. Поэтому он советовал: собрав польскую армию (тогда 3.6,000;

пехоты и 7000 конницы) между Лоизою, Снядовом_хи Замбровом, быстро и стремительно ударить на Литовский корпус, шо мнению Поляков) расположенный в их пользу, и, рассеяв его, двинуться против 1-го корпуса, приближавшагося длинными колоннами из Прибалтийских губерний. Хржа-новский надеялся опрокинуть и его, и, усилившись литовскими переметчиками и волонтерами, оттеснить к Двине гренадеров; после чего, утвердясь в завоеванной стране, уже не трудно бвило бы ускорить общее в ней восстание. В случае неудачи, Хржанов-ский предлагал отступить к Бресту, который предполагалось укрепить и снабдить запасами всякого рода. Таким образом,. подкрепясь вновь сформированными войсками, Поляки .надеялись противостать Русским, которые, утомленные зимней кампанией и не имея продовольствия, по отдаленности запасов, дурному состоянию дорог и истощению западных губерний, це ииог-ли бы действовать решительно. Во всяком случае, .этим операционным планом часть русской армии была бы приведена в расстройство, а Польша, хотя .бы, первоначально, сиасена от вашествия. Если же, продолжал Хржа-новский, Поляки, сверх ожидания, были бы разбиты в Литве наголо-ву, то этим ускорилась бы развязка всего дела, которую, рано или поздно, должно ожидать под стенами Варшавы.

Нельзя не согласиться, что операционный плав Хржановского был хорош; во, проникая внутрь Литвы, Поляки; вероятно, скоро были бы окружены спешившими туда, несравненно превосходными русскими силами; надежда же на соуммшленность Литовского корпуса и на общее восстание Литовцев, как оказалось впоследствии, была совершенно ложна. Притом барон Розен, имея под м вместе с гвардейским отрядом Цесаревича, до 35,000 человек войска и подкрепляемый на каждом шагу отступления подоспевавшими к нему колоннами, мог упорно оспоривать у неприятеля каждый шаг пересеченной и лесистой местности. Граф Пален мог ударить на левый, барон Крейц на правый—фланги Поляков, а прибытие гренадерского и 2-го пехотнага корпусов могло довершить их поражение, которое было бы тем бедственнее, чем бы далее они углубились в Литву. Истинная сила Поля-ков находилась в их отечестве, где все им благоприятствовало; с пере- ходом через границы эта сила уменьшалась по мере удаления войск от своего базиса, то есть Бислы. Разсматривая же это предприятие С политической точки зрения, мы увидим, что вторжение Поляков в пределы империи, оскорбляя народную честь Русских и возбуждая древнюю ненависть их к Ляхам, подняло бы на нии всю исполинскую силу Россий, которая незамедлила бы задавить дерзких, малочисленных Нашественников. Могло ли удасться Полякам то,.чтЬ не удалось Наполеонуе

По всем этим причинам военный совет, собранный князем Радзиви-лом, решительно отверг план Хржановского и положил действовать оборонительно. Некоторые члены совета предложили расставить армию близ границы и упорно защищать каждый шаг земли; другие советовали, не занимаясь трудною и бесполезною обороною пространства между Бугом и Вислою, ожидать Русских у Модлина. В оправдание свое гомнения, они приводили известные слова Наполеона, что армия, которая обладает треугольником, образуемым Варшавою, Модли-ном и Сероцком, а следовательно, имеет в своих руках переправы через Вислу, Буг и Нарев и операционные линии на Ковно, Бялосток и Брест, может повелевать всей Польшею. Слепо веря этому изречению великого полководца, они не замечали что магическому, в глазах их, треугольнику в доставало главных условий его силы: что Сероцк вовсе не был укреплен; что укрепления, воздвигаемия тогда вокруг Варшавы и Праги, в были окончены, а Модлин находился в полуразрушенном состоянии. Генерал-квартирмейстер Пронд-зинский считал выгоднее стать за Вислою, заняв Прагу в виде тет-де-пона и имея войска собранными в укрепленном лагере при Варшаве, как для защиты этого города, так и для нападения на Русских, где бы они ни покусились переправиться через Вислу. Хржановский, напротив того, предлагал сосредоточить армию у Венгрова, имея отряды в Остро-ленке и Седльцё, и, смотря, по действию Фельдмаршала, или атаковать ту часть его войск, которая покажется на левом берегу Буга, или же, если главные его силы перейдут на этот берег, то принять сражение в превосходной позиции у Лива. Наконец, совет определил: в ожидании действий Фельдмаршала, расположить армию, эшелонами на двух главных дорогах в Ковво и Брест и, при наступлении Русских, медленно отретироваться в избранную заблаговременно .позицию у Грохова. В следствие этого пехотная дивизия Круковецкого и конная Янковского (13 батальонов, И6, эскадронов, 24 орудия) заняли на Ковенском шоссе Зегрж, Сероцк и Пултуск, выдвинув два кавалерийские полка, в виде авангарда, к Ро-жану; дивизия Жимирского (12 батал. 24 орудия) стала на Брестском шоссе у Минска, Шеницы.и Калу шина, с отрядами в Ливе и Ополье; впереди ея уланская дивизия Сухоржевского (16 эскадрой.) завяла Седлец и Венгров; дивизия Скржинецкого (9 батал. Г2 орудий) расположилась у Добре и Станиславова; главный резерв (ииехот. дивизия Шембека, кавалерийские Лубенского, Томицкого и Рутье и 6 батарей) был между Окуневым и Варшавою.

В строю состояло 54,000 человек w 136 пушек. Не смотря на эту малочисленность сил, свойственная Полякам самонадеянность одушевляла войско и большую часть народа. Они надеялись на свое мужество и не сомневались в скорой помощи в только франции и Англии, но даже Австрии и Пруссии. Обреченные на гибель судьбою, Поляки не видели, что эти державы, по тогдашним политическим обстоятельствам, должны были желать скорейшого усмирения польского мятежа, и что франция, защищай его, могла возжечь общую европейскую-войну.

С вашей стороны, действующая армия, по приближении гренадерского корпуса, расположилась на пространстве между Гродно и Брестом, за реками Бугом, Наревом и Бобром:

1- и пехотный корпус стоял справа, между Гониондзом и Книшпном;

2- я гренадерская дивизия в Гродно, где была также главная квартира Фельдмаршала; 6-й корпус и гвардейский отряд Цесаревича находились влево между Бялостоком, Брянском, Бельском и Гродзиском; 3-й резервный кавалерийский между Высоколитовском и Брестом. На крайнем левом фланге 5-й реЗервн. кавалер. корпус был между Устилугом и Влодавою; в Ковне сосредоточивались, под начальством князя Шаховского, 1-я гренадерская дивизия и три полка 3-й; (1-я ея бригада занимала Вильну, а 6-й карабинерный полк БялОсток, где оставлена была также лишняя часть артиллерии). В армии бьио тогда, круглым счетом, 86,000 пехоты, 22,000 кавалерии 4000 казаков, а всего до 112,000 человек с 336 орудиями. Лучшими в ней .войсками считались поселенные: -гренадерский и 3-й резервный кавал корпуса. Другие корпуса состояли большей частью из молодых солдат, неиспытанных еще войною, но одушевленных желанием сразиться с врагами отечества; только в 6 кор-лиусе большая цоловина людей были уроженцы из губерний, возвращенных от Подыци. Литовская гренадерская бригада, в которую, переведены были 24 офицера из полков лейб-гвардии и назначен командиром храбрый генерал-маиор Муравьев, не уступала в устройстве и преданности, русским войскам.

Царство Польское разделено Вислою на две, почти равные, части. Восточная половина ограничивается рекою Бугом, которая, поворотив близ Аура к западу, соединяется у Се-роцка с Наревом, а несколько ниже, у Модлива с Вислою; пространство между Сими реками цокрыто огромными лесами И; болотами и пересечено множеством болотистых речек, представляющих хорошия оборонительные позиции. Река Вепрж, по западному своему направлению, прикрывает левый, подобно как р. Буг, в низовьях своих, правый фланги наступающей к Варшаве армии. Крепких оборонительных линий- от нацшх границ до Вислы не имеется. Это свойство местности и пятая стихия Подыни— грязь, весьма затрудняют движение войск, особливо весною и осенью. Тогда колонны удобно могут следовать только по двум прекрасным шоссе из Ковпо и Бреста. По ту сторону Вислы шоссе проведены в ПозевъКалиш и Краков. Оредоточи.ем всех больших дорог в Польше служит Варшава. Этот город, как, но этому обстоятельству, так и по своему многолюдству, богатству и моральному влиянию, есть не только важнейший пункт и операционный предмет всех военных действий в Польше, но и вертеп беспокойной деятельности и мятежей Поляков.

Соображаясь с этим свойством театра войны и с отдельным располц-жением польских войск по дорогам в Ковно и Брест, Фельдмаршал составил следующий план действия: он хотел проникнуть между цойяоутымв путями в треугольник, составленный течением Нарева и Буга; потом не ожиданно поворотить влево и таким образом разорвать надвое неприятельские силы. 1 и 6 корпуса с резервами, перейдя Варев у Суража и Ты-кочина, должны были направиться сперва к Остроленке, чтобы подать вид будто бы русская армия намерена стать на Ковенском шоссе; но потом вдруг обратиться усиленными маршами к югу, снова перейти у Вышкоца Буг и устремиться к Праге. Этим движением Фельдмаршал надеялся отреч зать как Круковецкого у Пултуска. так и Жимирского у Кадушина, и разбить Поляков по частям. Дей- ствия должны были начаться немедленно, чтобы успеть перейти по льду Буг, а если можно, и Вислу, хотя цредввделось для войска много трудов и лишений в зимнем походе qq стране бедной и мало населенной. Но тогда все думали, что война будет скоро окончена разгромлфниемъцротив- ников и взятием Варшавы. План действия графа Дибича, основанный на здравых правилах стратегии, был смел и решителен; но фельдмаршал кажется, слишком полагало# на постоянство погоды и оплошность Поляков. При наступлении оттепели, или заблаговременном отступлении Радзи-вила, избранный нами операционный путь, обнаруживающий, по мере приближения войск к Варшаве, правый их фланг со стороны Моддина, ско-, ро оказался бы неудобныц и опасным. Предмет действия — Варшава, по вскрытии Вислы, также не мог, быть достигнут, и Русским остават лось бы тогда одно лишь средство к скорейшему окончанию войны: искать другой удобный пункт для переправы через Вислу выше Варшавы и атаковать этот город с левого, берега реки.

/. Вступление Русских в царство Польское и военные действия до сражений, при Грохове.

20 января (I Февраля) 1831 г., Фельдмаршал граФ Дибич Забцлканский перенес главную свою квартиру,из Гродно в Бялосток; войска сосредотр чились у самой границы и 24 и 25 генв. (5 и6 Февр.) перешли ё,е ца 11-ти пунктах, по треш главным направлениям. На крайнем. правом крыле, у Ковно, князь Шаховской, с 18 батальонами гренадер, 4 эскадронами гусар и 46 орудиями, переправившись несколькими эшелонами через Нарев пошел на Мариамполь, Сувалки и Августов, уже занатый отрядом генерал-маиора Ман-дерштерна, который с 5 батал. Ипе-хотнг. дивиз., 2 эскадр. гусар и J2 орудиями, перешагнув Бобр у Домбровм, одним усиленным маршем достиг Августова. Главная армия, разделенная на пять колонн, иступила в Польшу ва пространстве от Тыкочина доГран-не, а именно; граФb Пален, с 1 корну сом, у Тыкочина и Желтки, направляясь к Ломзе и Замброву; барон Розен, с 6-м корпусом, а за ним главная квартира и резервы, у Су ража и Шонткова, откуда они двинулись на Высоко-Мазовецк и Чнже-во; наконец граф ВитТ, сь 3-м резервным кавалерийским корпусом И одною бригадою пехоты, у ЦЬха-новца и Гранне, следуя к Венгрову. Левее его, летучий отряд полковника Авреиа (2 эскадр. улан, 1 полк казаков) из Бреста направился к Бяле И М ендзирджычу, сохраняя сообщение между главными нашими силами и 5-м резервным кавалерийским корпусом барона Крейца, который перешел через Бугь двумя колоннами: генерал-лейтенант баров Гейсмар (с 2-ю конно егерскою дивизиею, 24 .орудиями и 2 полками казаков) у Вдодавы, следуя к Селлецу через Радзив и Луков; барон Крейць (с 2ю драгунскою дивизиею, 24.орудиями и 1 казачьим полком) в Устцлуге, продолжая марш на Краснортав и Люблин. Небольшой гряд, цз.ь 6 эскадр., 4 орудий и 200 казаков, под начальством Генерал-Том X.

маиора Кавера, был назначен наблюдать за Замостьем. Итак, 2б января, более 100,000 русских войск с 320 орудиями были уже на неприятельской земле, занимая весьма значительное пространство от Воввы до Устилуга. Фельдмаршал нарочно растянул их таким образом, чтобы обмануть Поляков ва счет направления своих операционных линий, занять как можно более земли и тем облегчить продовольствие войск. По главные силы (корпуса Палена, Розена и Витта) могли быть сосредоточены в 24 часа. Неприятель нигде не показывался. Наши войска переступили границу с радостный ь ура и были встречаемы жителями, хотя с скрытным опасением, но с покорностью и приветствием; к ним выносили хлеб-соль, кресты и образа; везде исчезали белия кокарды и белые орлы, и восстанордядись прежние цвета, гербы и рдастя. Строжайший порядок господствовал в армии; от жителей требовали только снабжения солдат съестными припасами и сдачи я.

Хотя Цодяки давно уже не сомневались в скором начатии войны, но все-таки известие о наступательной ь движении Русских сильно их встревожило. Радзивил поспешил в Окунев, избрав это местечко главною квартирою армии, и тотчас был там окружен незванными советниками. Круковецкий, Шемоек, Скржицецкий, Бейссенвольф и др. представили ему планы действия и требовали принятия их. Слабый Радзивил не знац на что решиться и совершенно предался советам Хдопидкого, прибывшего в Окунев с намерением сражаться, хотя бы простым воином, и умереть за отечество. Положено было выдвинуть авангарды Круковецкого и Жи-мирского к Остроленке и Ливу, чтобы узнать направление главных русских сил; Хржановский отправился в Калу шин для производства усаленной рекогносцировки. По его пра-

тлашевию, Сухоржевский, оставивший 27 явваря Седлец при приближении полковника Анрепа, снова занял этот го-род; Хржавовский и Жимирский, с полком улан и 1 пехотным, двинулись к Ливу и Венгрову, откуда передовия войска 5-го резервного кавалерийского корпуса отступили к Медзне, Хржановский послал просить Скржи- нецкого подвинуться к Лйвцу, но получил в ответ, что ему велено следовать к Драге, где генералиссимус намерен был принять общее сражение. Хржановский возвратился в Лив, оставив в Венгрове небольшой передовой отряд. Между тем величайшая деятельность кииела в Варшаве. Мятежное правительство определило защищать город до йоследней край ности и тотчас приступило к его укреплению: в улицах устроили баррикады; на левом берегу Вислы, господствующем над Прагою, расположили батареи; городская ограда была усилена и поручена обороне национальной гвардии; пышный манифест объявил всему свету, что Варшава будет второю Сарагоссою. В то же время правительство в строжайших прокламациях грозило смертью всякому Поляку, который осмелится вступить в сношение с русскими войсками, снабжать их продовольствием, повиноваться поставленным ими властям и прочие Воеводства, долженствовавшия служить поприщем воевных действий, были объявлены состоящими в осадном положении и в непосредственном распоряжении военного начальства; к русским колоннам высланы эмиссары с возмутительными воззваниями, которые впрочем не произвели ни малейшого действия. Целью войны было обнародовано восстановление Польши в древних ея пределах.

27 января (8 Февр.) русские колонны заняли Ломзу, где были найдены значительные склады жизненных и военных запасов, Замбров, Чижево, Остров и Нур. Главная квартира прибыла в

Высоко-Мазовецк. Вдруг появилось совершенное неожиданное препятствие, которое труднее было одолеть, чем неприятеля. мороз, доходивший при выступлении войск из Бялостока, до 20 и более градусов, превратился в оттепель. На другой день снег начал исчезать с полей, лед на реках таял, дороги покрылись водою. Эго неприятное обстоятельство, крайне затруднявшее движение артиллерии и тяжестей, заставило фельдмаршала изменить первоначальный план действия. Он опасался, чтобы армия, продолжая прежнее свое направление, не углубилась наконец в угол стечения Царева и Буга-, вскрытие которых могло случится ежедневно, и не предвидел возможности продовольствовать войска в столь бедном, болотистом и лесистом краю, тем более, что наши запасы, везомия большей частью на санях, далеко отстали от армии. Тщетно начальник главного штаба настаивал в исполнении первого плава действий, для отменевин которого не видел еще побудительных причин; граФ Иван Иванович решился .немедленно перевести армию на левый берег Буга и, устремив главные ея силы на правое неприятельское крыло, истребить его до прибытия левого. Все корпуса получили приказание обратиться влево и Форсированным фланговым движением направиться: 1-й корпус из Замброва через Чижево в Нур, 6-й и резервы из Острова в Брок. Там они должны были по льду переправиться через реку и продолжать марш на Венгров. ГраФ Витт, перешедший уже Буг у Нура, остановился и пропустил вперед 1-й корпус. Дороги были непроходимы, погода ужасная, и войска только с величайшим трудом и напряжением сил могли достигнуть места нового своего назначения.

Вь польской главной квартире ничего не знали о перемене направления русских войск, которых все ещё полагали на Ковенском шоссе. Хлопиц-кий, настоящий начальник армии и ру- ководитель генералиссимуса, (хотя прочие генералы оспоривали,у него эту власть, и ненавидели твердого, даже упрямого товарища), не хотел отказаться от своего намерения, сразиться с Русскими у Грохова и только против своей воли согласился идти на встречу им, кь Пудтуску. 29 января главная польская квартира перенесена была в Яблопву; авангард Круковецкого, под вачальствЬм полковника Янковского, занял Остроленку; сам Круковец-кий — Пултуск; Шембек двинулся к Сероцку, а за ним пошли Скржинец-кий и Жимирский; в одно и то же время обе воюющия армии приняли соверщен-протпвоположную дирекцию: Русские к югу, а Поляки к северу. Но лишь только последние осведомились о движении Фельдмаршала ке Нуру и Бро-кв, то поспешили возвратиться на свои прежние места. Круковецкии из Пул-туска отступил в Радзимин

Между тем 1-й и 6 и корпуса перешли 30 и 31 января (11 и 12 Феврали) Буг, частью по льду, частью по мосткам, паромам и устроенному ва-ско-ро понт.ому мосту, и двинулись к Венгрову; за ними следовали: гвардей ский отряд Цесаревича, 2-я гренадерская дивизия и 3-й резервн. кавалерийский корпус. Вечером 31-го числа авангард Ч-го корпуса, под начал ством генерал-маиора барона Сакева, занял Венгров и преследовал стоявший там польский пост до Ливца. и-го (13) Февраля Сакен атаковал переправу на этой болотистой речке, и - овладел ей после сильной перестрелки (смотрите ст. Венгров); в то же время генерал-маиор Влодекь, с авангардам 6-го корпуса, перешел Ливец, несколько ниже, у Старавесь. Фельдмаршал, видя недостаток ваходив шагося при войсках продовольствия и усталость людей от усиленных переходов, решился дать армии несколько дней отдыха и дождаться. отставших обозов и парков. 1-й корпус стал между Венгровым и Лйвом, имея авангард генерала Сакена (1-я гусарская дивизия, часть 3 уланской и 2 полка егерей) на дороге в.Калуишн; 6 и корпус расположился по ту сторону Лива; близ Коритнициц, с авангардом генерала Влодека (6-я уланская дивизия и два егерские полка) у ИИнев-ника, близ опушкДи лесов, простирающихся до мест. Добре и дал ее. _хЛи-товская гренадерская брииада находилась по направлению кь Каменчику; резервы, под начальством великого князя Константина Павловича, были направлены, на Соколов и Седлец, откуда Сухоржевский отступил кь Калу шину, преследуемый полковником Анреном; 3-й, резервный кавалерийский корпус остановился у Макободы. Таким образом главные силы нашей армии заняли полицию за р. Ловцом, между тем как правое крыло князя Шаховского,! (13) Февраля, дошло только до Августова. На и евом крыл е, генерал барон Гейсмар из Лукова направился к Серочину, а барон К рейц, заняв Люблин, явился далеко впереди у Пулав.

Чтобы обеспечить оставленный армией правый берег Буга, князь Шаховской получил приказание, но прибытии головы его колонны в Ломзу, присоединить к себе отряд Мандериитерна, сосредоточить следовавшие позади эшелоны гренадеров и составить отдельный корпус из 22 батал. 6 эскадр. и.2 казачьих полков, имея влево, между Наревом и Бугом, летучий отряд полковника Шиндлера (полк казаков). Па передовых постах происходила ежедневно более или менее значительные стычки, а, как у нас был тогда недостаток в казаках, и легкая наша кавалерия не привыкла еще к аванпостной службе, то нередко удавалось Полякам нападать в-распдох на ея авангарды и наносить им довольно чувствительные потери: например при рекогносцировке, предпринято#

Скржинецким, 3 (15) Февраля, против авангарда генерала Влодека, у Пневой- ка, и в ночной тревоге в части авангарда генерала Сакена.

Вдруо получено было в главной нашей квартире вовсе неожиданное известие, что генерал Гейсмар разбит и что Поляки наступают к Седлецу. - Вот в чем состояло дело. ИИреста-релый польский генерал Клипкий, командовавший резервными войсками на верхней Висле и находившийся тогда в Гуре, узнав о приближении 6 резерв. кавал. корпуса, приказал помощнику своему, Дверницкому, перейти (с 3-мя батал., 13 эскадр. и 6 орудиями — око- ло 7000 человек) на правый берег реки, прикрыть правый фланг главной армии и, если нужно, атаковать Русских. 31 января, Дверницкий, переправившись по льду у Мнишева, двинулся к Же-лехову и узнав, что Гейсмар находится у Лукова и Ружа, вознамерился нечаянно на него напасть. Ночью на 2-е Февраля, он прошел лесами через,Филипповну к Сточеку и столкнулся там с частью дивизии генерала Гейс-мара, который, осведомившись о намерении неприятеля, поспешил к нему на встречу. Разобщенное следование-наших полков, стремительное на них нападение Дверницкого. прежде нежели конные егеря успели выстроиться к бою. и неопытност наших, большей частию- молодых офицеров и солдат, имели следствием расстройство и поражение передовой бригады, которая в беспорядке спешила к Серочину, потеряв 8 орудий, 9 зарядных ящиков и до 400 человек убитых, раненых и пленных. (См. стат. Сточек). Вид 2-й бригады, .развернутой впереди Серопина, остановил преследующих Поляков, которые, восхищаясь этим первым успехом, ликовали всю ночь и следующий день в Сточеке, а потом, через Паригов и Гуру, возвратились на левый берег Вислы. Неизъяснима была радость в Варшаве и польской армии при получении известияо-Сточекском деле; только и говорили о несомненном уже торжестве Поляков, и Дверрицкий сделался героем всего народа.

Фельдмарша и послал начальника своего главного штаба в Седлец для управления действиями левого крыла. ГраФъГоль приказал Гейсмару, отступившему уже к Седлецу, снойа двинуться к- Скуржецу а Серочину, о расположил резервы эшелонами по шоссе в Калушии. В авангарде была уланская бригада генерала ГИиллара, за ней 2-Я гренадерская дивизия, гвардейский отряд Цесаревича и 3-я кирасирская дивизия. 5 (17J числа, вся армия, запасшаяся между-тем 10-тя дневным продовольствием, снова пошла вперед тремя колоннами; в правой генерал баров Розен на Добрей Станиславов, в средине граф Пален из Лира в Калушин, в левой граФ Толь туда же по Брестскому шоссе. Калушинг, (смотрите это слово) был взят без большого сопротивления со стороны Жимирского, который отретировался к Минску. За ним пошел генерал Сакен с конницей 1-го корпуса. Скржинецкий, вспомоществуемыга весьма выгодною для него местностью, держался несравненвр упорнее у Доб-ре (смотрите эго) и только к вечеру удалился через Станиславов к Пустельнику, весьма слабо преследуемый Русскими, которые легко моглибы отрезать его, обойдя его правый Флаиг по Зимно-водской дороге.

На следующий день, 6-й корпус, имея в резерве Литовскую гренадерскую бригаду, должен был следовать к Станиславову, а авангард его к Окуневу,; 1-й корпус идти к Дембе-Велькам, выдвинув авангард до Ми-лоспы. На промежуточной дороге через Цыганку шел генерал Сакень с 1 полком казаков и 2-мя уланов, а за ним генерал-маиор Чеодаев сь 5-ю батальонами 2-й гренад. дивизии; остальная ея часть, отряд Цесаревича и 3-я кирасирская дивизия эшелонировались между Минском и Калушиным. Жи-мирский, усиленный конною дивизией Лубянского, отступил, сражаясь и останавливаясь у Стояддо, Ольниавы и Яновска; но был везде проинан силь-г но напиравшим на него русским авангардом, лишился одного орудия и едва мог удержаться за Милосною. Не мепее упорны были стычки на двух других дорогах, ведущих к Праге.

Дела при Добре и Калу шипе откры ли Полякам наступление Русских двумя отдельными колоннами, посреди густого леса. Црондзивский предложил Хлопицкому, собрав, _ч6-го февраля, главные силы впереди Окунева, у дарить ими на барона Розена, прежде нежели колонни, находившаяся на шоссе и занятая Жимирским, могла подать ему помощь. Польский генерал-квартирмейстер надеялся опрокинуть Розена, разорвать центр нашей армии и отделитьправое крыло, князя Шаховского, оть левого, графа Палена и Крейца. Шембеку, заменившему в арриергар-де Скржинецкого, приказано было при появлении 6 корпуса, медленно отступил к Окуневу, соедииигься там с Скржпнецкимь и держаться упорно, чтобы заставить Розена ввести в дело сколько можно более войск. Мюль-бергь, сь 4-мя батальонами гвардейских гренадеров, был поставлен в Забранеце, а Круковецкий изь Рад-зимина перешел в Туров. Оба эти Генерала должны были броситься на правый фланг Русских; 8,000 человек конницы, с 24 орудиями, собранные еще левее у Ревчаны и Подсветы, выйдя на большую Станиславовскую дорогу, ударить в тыл Розена и удержать приближавшиеся резервы. Хло-щщкий сам хотел управлять общей атакою, и для того прибыл, рано по утру, в Пустельник. Но Розень, получивший повеление идти только до Станиславова, не являлся, а- авангард его остановился в лесу не доходя Пу-стельнйка. Между тем по пушечному &1ню на Брестском шоссе можно было заметить, что левая русская колонна, преследуя Жимирского, далеко уже зашла в правый фланг польской армии;⁴Хлопицкий, потеряв терпение, возвратился с дивизией ПИембёка в Окунев. Только к вечеру авангарды Сакеыа и Влодека стали показываться со стороны Цыганки и Станиславова; началась сильная канонада, и Поляки, опасаясь быть отрезанными оть Праги, отступили кь Грохову. Польский отряд, Вольского, беспечно следовавший по дороге из Цыганки в Милосну, был внезаино окружен конницей Сакена и головными батальонами Чеодаева, во успел пробиться,и лесами достигнуть Окунева. Кь сожалению ваши войска на эгой дороге, по которой можно было бы отрезать Жимирского и ударить во фланг и тыл Скржинецкоыу, были слишком слабы для этого важного, может быть решительного предприятия.

На 7-е (19) число февраля никто не ожидал бигвы. Хлопицкий собирал и расставлял свои войска в выиодной позиции впереди Грохова. Фельдмаршал хотел вывести армию из лесов и⁴ йотом вступить с мятежниками в генеральное сражение. Арриер-гард, Жимирского, подкрепленный дивизией Шембека, стоял при выходе из леса у корчмы Вавра; русские авангарды: 1-го корпуса (квязь Лоиухин) и 6-го Влодскь) имели предписание остановиться ва Выгодских высотах; корпуса собираться: 6-й у Гржибов-ской воли, 1-й и уланская дивизия Са-йена на пространстве до Мидосны; 2-я гренадерская дивизия следовала кь сему последнему селению, отряд Цесаревича кь Дембе-Велькам, кирасиры к Минску. Ген. Гейсмар был послан с бригадою конных егерей в Карчев, чтобы.осведомиться о средствах устроить там переправу через Вислу и о толщине льда. -Покушение Жимиирска-го — воспретить князю Лопухину дебу-ширование из леса, повлекло за собою внезапное кровопролитное дело при Вафрг (смотрите эго слово). Русские, -приНОЛ

пол

- 4

нужденные сразиться, при весьма невыгодных для них обстоятельствах, против сильнейшого неприятеля, но постепенно подкрепляемые подоспевшими к вим войсками, наконец одо- лели отчаянное сопротивление Поляков и- оттеснили их к Грохову. Фельдмаршал ограничился этим успехом приобретенным только после величайших усилий, и расположил армию в виду неприятельской у опушки лесов от Ввра до Кавендзнна. Разуверившись в прежнем своем мнении о незначительности средств мятежников и скором ох усмирении, он хотел дать отдых утомленным своим войскам и дождаться прибытия князя Шаховского и отставших от армии подвозов с продовольствием. Главная квартира перенесена была в Милосну и прикрыта гвардейским отрядом Цесаревича и З ей кирасирскою дивизиею. К князю Шаховскому послано ₄ приказание об ускорении его следования, а для облегчения его, одна бригада уланов и батальон егерей, под начальством генерала барона Сакена, отряжены через Марки к Зе-гржу для занятия тамошнего моста.

8 {20) Февраля Фельдмаршал пред- и, инял личное обозрение неприятельской позиции, -которая найдена была весьма выгодною. (См. Грохов). А чтобы узнать, в какой силе Поляки занимали ключ е.я — лежащую левее Грбхова ольховую рощу, барон Розен получил приказание атаковать ее с частью 6-го корпуса. Нападение,это было с уроном отбито и войска возвратились к прежним своим бивакам, между Кавендзином и Выгодою:

С своей стороны—Поляки,⁴ изобильно снабжаемые. из Варшавы всеми потребностями и считавшие себя победителями, потому-что не были совершенно побеждены у Вавра, спокойно стояли у Грохова, ожидая нового нападения Русских. Прондзивский и Рыбинский, посланные рекогносцировать наше расположение, представили было проект ударить на нас в расплох. Они заметили, что правый Фларг 6’ корпуса на Домбровской высоте, против ольховой рощп. вовсе не был прикрыт, между-тем как левый терялся в Заставских болотах, и предложили, заняв Русских с Фронта всей кавалерией и конною артиллериею, вдруг устремиться из рощи с 40 батальонами на иравое их крыло, потом повернув направо, во фланг прочим войскам, отбросить их в болота, прежде нежели могли бы подоспеть резервы. Плав был смел и хорошо обдуман, но Хлопицкий, опасаясь оставить без защиты дорчгу в Прагу и зная из опыта, что не легко было разбит Русских в расплох, не принял предложения и обе армш остались в бездействии до 13 числа.

Между тем князь Шаховской, не встретив сопротивления в Августовском воеводстве, кроме незначител-ных вольниц Пушета, Шона, Годлевского и др., которые разбежались при его приближении, ирибыл 5 (17) Февраля с первым своим эшелоном в Ломзу. Тут он соединился с отрядом генерала Мандерштерна и получил предписание Фельдмаршала из Венгрова : спешить вперед для взятия магазинов, собранных неприятелем в Остроленке, Рожане и Пул-туске, и овладения Сероцком и Зегр-жем. Князь Шаховской, назначив в авангард отряд Мандерштерна, выступил 7-го числа из .Ломзы, где остался гренад. графа Аракчеева полк, перешел на следующий день у Остро-ленки по льду через риику Ыарев и был 10 (2) числа в Еиултуске, предшествуемый на расстояний одного перехода Мавдерштерном. Там доставлено было квязю адъютантом главнокомандующого, гвардии ротмистром Му-хановым, пробравшимся с 50 казаками через Окунев, Ядов и Камеи-чик, вторичное предписание, ускорить прибытием своим к армии с авангардом и 1-м эшелоном гренадерского корпуса, собирая ло возможности другие эшелоны в Нултуске. И (23) числа Шаховской достиг Се-роцка и немедленно переправил один карабинерный полк и 4 орудия по льду через Буг; чтобы обойти левым берегом реки мост у Зегржа, Миндерштёрн пошел туда же по шоссе. Поляки, устроив тет-лепоны с обоих концев моста, занимали их прибывшими из Модлйва батальоном и эскадроном конницы. Они были прогнаны и укрепления взяты генералом Мавдерштерномъв Оставив тут 1 батальон 6-го карабинерного полка и послав партью казаков в Яблонну, князь Шаховской двинулся к Нёпоренту, где примкнул к нему отряд генерала Сакена. Силы князя состояли тогда из 11Д батал. 16 эскадр. 600 казаков и 60 орудий, всего до 12,000 войска. Авангард Ман-дерштерна был в Рембелевчизне. 12 числа, рано по утру, гренадеры- неожиданно были атакованы с левого фланга генералом Янковским, который, послан будучи Хлопицким вслед за отрядом генерала Сакена, незаметно пробрался через Белолен-ку, Гродзиск и Слупно, с конною своей дивизиею, двумя батал. пехоты и 4-мя орудиями. После первой, неизбежной тревогй, гренадеры отбили нападение, и князь Шаховской, послав за Янковским отряд Сакена, быстро двинулся к Белоленке, занятой меж-ду-тем частью дивизии Круковецкого. {См. Бгьлолежа). С неукротимым мужеством гренадеры и морские полки Мандерштерна бросились в это селение, овладели им после упорнейшей схватки с Поляками и расположились, ночью на 13-е число, в расстоянии пушечного выстрела от Круковецкого, сосредоточившего свою дивизию впереди Брудно._

В статье Грохов (смотрите IV т. .лексикона) подробно изложено, каким образом это стремительное наступление князя Шаховского расстроило план, начертанный Фельдмаршалом для об-щого нападения на неприятельскую позицию, назначенного только 14 (26) Февраля. ГраФь Иван Иванович, опасаясь, чтобы князь Шаховской, подвинувшийся слишком далеко вперед, не был подавлен превосходными силами мятежников, предписал ему, оставив прежнюю свою операционную линию, иримкнуть через Марки и Зомбки к правому флангу главной армии; когда же приступ к этому дальнему и трудному обходу повлек за собою, 13-го февраля рано по утру, второе дело при Белоленке (смотрите слово), то сам фельдмаршал, для выручения гренадеров, атаковал польский центр и правое крыло. Закипело кровопролитное сражение при Грохове. Главные в нем действия ограничивались частными Фронтальными нападениями на оль,ховую рощу, которую Пиляки, имея за ней главные свои силы, защищали искусно и мужественно и которую можно было бы взять. простым обходом вправо к стороне Кавендзина. Блистательная атака части нашей конницы не могла иметь важных результатов; колонна князя Шаховского несколько расстроенная у Белоленки и задержанная во время следования къЗомбкам дурным состоянием дорог, только под вечер прибыла в Кавендзин. Скоро потом воспоследовало приказание Фельдмаршала прекратить бой. (См. Гроховь).

II) Происшествия от Гроховского сражения до начатия наступательных действий Поляков.

Ночью на 14 (26) Февраля члены народного правления и первенствующие польские генералы собрались в Варшаве на совещание. Длопицкий, тяжело раненный под Гроховым, преследуемый ненавистью и упреками клуби-стов отказался от всякого участия в делах Цольши и скоро потом удалился в Краков. Радзивил, признаваясь в евоей неспособвости командовать армиею, сложил, с себя достоинство генералиссимуса; на его место избран был Скржинецкий, отличившийся мужеством и распорядительностью в ДобрескоЙ и Гроховской битвах, не смотря на то, что он был моложе чином Круковецкого, Шембека, У минского и др. Но чтобы не обидеть честолюбивого Круковецкого, он был назначен Варшавским генерал-губернатором.

Новый генералиссимус со смире- вием повиновался воле правительства и товарищей, во торжественно объявил: что, не надеясь спасти отечество, он будет только стараться сохранить народную .честь и готовить славную могилу армии. Положено было открыть переговоры с Фельдмаршалом о заключении мира, а между тем изготовиться к упорной защите Прагского мостового jкрепления и Варшавы. В сл}чае новой неудачи, правительство решилось, не отделяя свою судьбу от судьбы армии, оставить столицу и переселиться в Кельце.

Первое распоряжение Скржинецкого состояло в приказании сжечь Прагу, чтобы открыть свободное пространство для действия артиллерии с тет-де-пова. Укрепление этого последнего были по везможвости усилены и.снабжены 30 орудиями; комендантом назначен опытный полковник Кос; начальником гарнизона, состоявшего из двух батальонов — маиор Кекерницкий. В Варшаве, на левом нагорном берегу Вислы, устроили новия батареи, обстрелнвавшия перекрестным огнем подступ к тет-дегпону; остававшиеся еще на нравом берегу войска перешли на левый и были расположены; пехота в самом городе, кавалерия в, ближайших селениях Обеспечив таким образом столицу от внезапного -нападения, Скрживецкий приступил к восстановлению порядка в расстроенном, упавшем духом войске и к ободрению жителей, со страхом ожидавших возобновления Суворовских времен. Между тем день

14 (26) Февраля прошел безь малейшого движения со стороны Русских и взволнованные умы ожили новою надеждою и бодростью.

Б русской армии с нетерпением ожидали рассвета, в полном убеждении, чго. тогда дан будет знак к приступу; во войскам объявлен быд отдых. Скоро потом запылала Прага, и только оконечность ея могла быть спасена и занята авангардом генерала Гейсмара. Этот пожар разрушил последнюю надежду Фельдмаршала на добровольную сдачу Варшавы и убедил его в твердом намерении мятежников ине покоряться воле императора. Оставались три средства к усмирению их: 1) немедленный штурм Праги и рдирование Варшавы; 2) переход через Вислу по тонкому льду и нападение на столицу с левого берега реки; 3) отложение атаки до весны. Фельдмаршал не любиль приступов, называя их дерзкою, ненадежною азартною игрою; он оиасался при переправе по льду, внезапным вскрытием реки, лишиться сообщения с парками и подвозами, и потому избрал медленный, во верный, по его мнению, способ достигнуть предполагаемой цели. Предпринятая инженер-генералом Деном рекогносцировка мостового укрепления доказала возможность атаковать его 14 го, даже

15 числа; но фельдмаршал решительно отверг сделанные ему на этой конец предложения. Падение Варшавы и гнездившейся в ней революции были отсрочены. Сюва Суворова что приступ Праги спас Польшу и русскую армию от трехлетнего кровопролития пе нашли отголоска в душе нового карателя Поляков.

Скрживецкий умел превосходно воспользоваться давным ему временем. С неутомимою Деятельностью занялся он восстановлением устройства в войсках. Подобно Хлоницжому, он был враг революции и ея беспЬряд-ков, невавидел якобинцев, и хота не был одарен пеукротимою решительностью и твердостью души диктатора, но за то имел более предусмотрительности и хладнокровия. В первом своем воззвании к воинам, не скрывая от них опасного положения отечества, силы, счастия и воинских доблестей их противников, он побуждал солдат к одному только — сражаться и умереть с честью. Поляки приписывали эту скромность Скржи-вецкого известной смиревности и благочестью его характера, и надеясь найти в нем, если не Цесаря, то по-крайней мере Фабия Кунктатора, обратили на него последния свои надежды.

ИИо приказанию генералиссимуса, батальоны действующей армии были укомплектованы старыми солдатами милиционных полков, а состав этих последних уменьшен одним баталио-вом. Из четырех кавалерийских корпусов составили три: У минского, Лубенского и Скаржинского; четыре пехотные дивизии получили новых начальников : Рыбинского, Гелгуда,

Казимира Малаховского и Мюльберга. Старшие генералы, недовольные выбором Скржинецкаго: Вейсенвольф, Клицкий, Сухоржевский, Шембекъидр. были удалены; Прондзинский назначен начальником главна! о штаба, Хржанов-ский— генерал-квартирмейстером, Моравский— военным министром. Спустя несколько двей после Гроховской битвы, польская армия снова была готова выступить в поле. _t,

Русские стояли во все это время у Праии, нуждаясь в, продовольствии и страдая от непогоды. Фельдмаршал возвратился с гвардейским отрядом Цесаревича в Мидосну и приказал Зчму резервному кавалерийскому корпусу отойти в Ласкаржев. Генерал Сакев, с 4 батальонами, 12 эскадр., 700 казаками и 8 легк. орудиями, был послан в Зегрж, чтобы обеспечить прибытие задних эшелонов гренадерского корпуса, а по получении извес-тий, будто бы значительные силы мятежников собираются у Пловска, Це-ханова и ГИрасницы, двинул туда ой’ пехотный корпус, с предписанием прикрыть Ковенское шоссе и расположиться около Насельска, Дембе и Зегр-жа, имея передовые посты по реке Вкре. Пред Прагою остались 1-й пехотный корпус, гренадеры, Литовская гревадерская бригада и часть резервной конницы.

Вышепомянутые слухи о сосредоточений польских войск в Шонеке, вскоре оказались ложными, -и барон Розеи возвратился к армии, разрушив Зегржский мост и оставив за Бугом отряд Сакена. Сему последнему велено было стать у Остроленки,-содержать в спокойствии страну между Царевом, Вкрою и прусскими границами, прикрыть магазины в Ломзе и служить авангардом приближают госягвардейского корпуса. В Пдоц-ком воеводстве началось тогда народное ополчение. Барон Сакен, желая разогнать его решительным ударом двинулся из Наседьска в Голымин, а полковника Лахмана, с 4 эскадронами уланов и сотней казаков, по- слал в Малушин, сборное место мятежников. Лахман, обманув искусными демонстрациями бдительность Модлинского гарнизона, после усиленного вочного перехода, неожиданно явился перед Малушином, истребил совершенно находившиеся там шайкц коссионеров, лесничих и вооруженных крестьян, взял в плен начальника их, Венгродского и 5 офицеров, и, сделав в продолжение 30 часов более 80 верст, благополучно примкнул к Сакену.

Несравненно важнее были происшествия на крайнем левом фланге нашей армии. Ночью после Гроховского сражения Фельдмаршал получил донесение от барона Крейца, Что отряд его счастливо вышел из самого затруднительного положения. Мы оста—

или этого генерала в Люблине, занятом им 27 января (8 Февраля). Там доставлено было к нему предписание главнокомандующаго: переправиться через Вислу и разогнать сборища милиции в Савдомирском и Краковском воеводствах. 1 (13) Февраля, барон Крейц перешел реку у Пула в и двинувшись к КоШеницам, послал во все стороны отряды для исполнения возложенного на него поручения. Часть ополчившихся шаек была рассеяна, запасы я и аммуниции уничтожены. Начальник штаба 5-го резервного кавалерийского корпуса, генерал маиор барон Деллинсгаузев, проникший 5 Февраля с 2 эскадр., сотней казаков и 1 орудием до Радома, (откуда генерал Дзеконский, с 3000 кос-сионеров и кракусов, бежал к Кель-цу), захватил и предал огню несколько тысяч разного я и мундиров. .Страх распространился по всему левому берегу Вислы и увеличил силу барона Крейца. С разных пунктов пошли на него войска: Дворницкий и Серавский 0 стороны Борок; вольные корпуса Казаковского и Ла-говского из Шидловица; Дзеконский и 4000 ополчения, под начальством Рбмана Солтыка, из Кельца и Опа-това. Опаснее всех был Дверииц-кий, который, возвратившись из-под Сточека и соединившись с Серавским, имел у себя до 10,000 человек хорошого войска. Крейц стоял у Рычиволи, имея авангард, 6 верст впереди, у Новавеси. 7 (19) Февраля, в день Ваарского дела, авангард этот был атакован превосходными силами Двер-иицкого (смотрите Новавесь) и опрокинут с потерей двух орудий и 200 челов. иленных. Но Дверницкий, на другой день, не возобновил атаки, а, получив известие о наступлении Фельдмаршала к ПрагЬ, возвратился к Гуре. Баров Крейц простоял у Рычиволи до 12 числа и потом перешел обратно через Вислу у Тырчина. Когда Дверницкий, усиокоевный на счет Вар

шавы, снова стал наступать против Крейца со стороны Гловачева и Бржозы, переправа уже была окончена и наш отряд находился в безопасности у Ма-цеовицы, где отдыхал несколько дней.

Фельдмаршал, поблагодарив барона Крейца за искусное действие предписал ему расположиться в ИИулавах и содержать в повиновении Люблинское воеводство. Но предписание это уже не застало Крейца в Мацеовице: узнав о восстании, готовившемся в ИИулавах, Конской-Воле и Казимирже, он двинулся туда, послав вперед генерала Деллингсгаузена с 3 эскадр. драгун и 300 казаков. Между те.м бунт, приготовленный в ИИулавах, действительно вспыхнул 14 (26) Февраля. Мятежвики тайно перевели чс--рез Вислу волонтерные отряды Ко-зацковского и Лаговского, которые, с помощью жителей, напав в-расплох на стоявший в Пулавах эскадрон Казанского драгунского полка, невзяв-шаю нужных мер предосторожности, перерезали нескольких людей, а остальных захватили в плен, после храброй обороны. Поляки тотчас возвратились на левый берег Вислы. Барон Крейц, прибывший 16 числа в Конскую-Волю, готовился наказать бунтовщиков, как получил известие о другом восстании, происшедшем в Люблине, в следствие которого русский комендант этого Города, с состоявшим при нем эскадроном, ушел в Маркушев. Крейц поспешил в Люблин, восстановил порядок и начал заниматься исследованием заговора; но вдруг поражен был донесением, что Дверницкий перешел Вислу и приступил к исполнению тайной экспедиции, порученной ему мятежным правительством.

Экспедиция Дверницкаю. Вскоре после Гроховского сражения, несколько бежавших в Варшаву Волынских дворян представили, через вновь учрежденный Лелевелем, так называемый, Русско-Литовский комитет, проект — возмутить против России всю Волынь, если отправлено будет туда подкрепление регулярных войск. Собранный для dero военный совет, после продолжительных прений, принял это предложение и велел Дверницкому пробраться в Волынь с партизанским отрядом в 1000 человек конницы. Но Дверницкий не иначе хотел выступить в иоход, как со всем своим корпусом. Генералиссимус согласился; однако предписал ему, по вступлении в русские пределы, действовать вънекотором расстоянии от Буга, не дав припереть себя к этой рекЬи австрийской границе; в случае неудачи, он советовал Дворницкому, ра-зделив отряд на несколько мелких частей, стараться проникнуть в Литву. 17 Февраля Дверницкий выступил из Кошениц въГвевашов, с 4 батальонами, 22 фскадр. и 12 орудиями, около 6,500 человек. На другой день авангард его, перейдя Вислу по едва державшемуся еще льду, выгнал из Пулав оставленные там Деллинсгаузеном два эскадрона; за ними двинулся Дверницкий. 19 Февраля ов встретил у Курова Тверской драгунский полк, ожидавший его с 2-мя орудиями и 300 казаков. Дверницкий обошел его слева пехотою, атаковал с Фронта конницей и опрокинул, с лотерей обоих орудий, до Маркушева. Там Тверской полк был подкреплен Финляндским, только-что прибывшим из-под Замостья, под начальством генерала Кавера. Наши, в свою очередь, пошли вперед, но наткнувшись на главные силы Двер-ницкого, в расстройстве были отброшены к Маркушеву. Барон Крейц лодоспел из Люблина С остальною конницею, восстановил порядок и увидя превосходство неприятельских сил, на другой день отступил к Пяскам и Суходоли. Вечером 20 Февраля, Дверницкий вступил в Люблин, принятый жителями с восторгом. В ь то же время часть гарнизона крепости Замостья, усиленная ГрубЬ-ииовским ополчением, напала в рас-илох на резервный батальон Житомирского пехотного полка, расположенный в Устилуге, и захватила большую часть его в плен. Эти успехи воспламенили все воеводство: охотники сбтнями являлись к Дверницкому; составленное им революционное правительство провозгласило всеобщее народное восстание. С своей стороны, ба-ро’н Крейц из Суходоли поворотил в Олешники, перешел там Вепрж и, истребляя находившиеся на нем мосты, спустился по правому берегу реки к Ленчне, куда велел также прибыть из Устилуга генералу Балбе-кову с двумя резервными батальонами 25 пехотной дивизии.

По первому известью о появлении Дверницкого, Фельдмаршал приказал графу Витту выступить для его преследования с 3-ю кирасирскою дивизией и 13-ю гренадерскими батальонами 3-й дивизии и Литовской бригады. 23 Февраля (7 марта) граФ Витт, останавливаемый на каждом шагу непроходимостью дорог, достиг местечка Рык и приказал устроить мостьг на Вепрже в Шарнах и Бобровниках. 25 го февр. генерал Муравьев перешел реку с Литовскою гренадерскою бригадою, а 27-го граф Витт с остальными своими силами. Серавский, который 20 Февраля вслед за Дверницким переправился с 6000 человек через. Вислу близ Пулав, узнав о движении графа Витта, поспешног возвратился на левый берег; сам же Двервиц кий, оставив 23-го февраля Люблин., приблизился к Русским границам и расположился у Красностава, чтобы, в случае надобности, отступить в Замостье. Генерал Балбеков, дошедший уже до Войславице, не замедлил отступить в Устилуг, преследуемый партиями Дверницкого.

Желая ускорить действия против этого генерала, Фельдмаршал поручил управление оными генерал-адъю-тапту графу Толю, который 27-го числа прибыл в Жиржину, к колонне графа Витта. Там ему доставлепо было довесепие о возвращении нами Люблина. 26-го февраля баров Крейц, осведомившись об удалении Двервиц-кагб оставил Левчпу и на следующее утро достиг до Люблина, где находился 1 батальон и 300 кракузов. Они были выгнаны из предместья, заперлись в Вивьявсвую мельницу и, после упорной защиты, частью пали под штыками спешившихся драгун, перед водимых генералом Кавером,частью взяты были в плен.

По некоторым слухам, Дверниц-кий находился тогда-в Фалкеевке. Граф Толь, полагая, что он намерен возвратиться за Вислу и желая Тому воспрепятствовать, поспешил в Люблин, а 1 (13) марта двинулся с злаввыми своими силами к Быхову, ноелав барона Крейца в Пяски. Но польский вождь и преданные ему жители обманывали Русских ложными, известиями о местопребывании и намерениях Двервицкого. Притом трудно было догнать легкий его отряд кирасирами и гренадерами. 4-го числа граФb Толь, тщетно разослав во все стороны партии, перешел в Пяски, откуда Крейц возвратился в Люблин отправив генерала Пашкова с бри гадою конных егерей в Пулавы. 5 (17) марта граф, услышав, что Двервпц кШ обратился к Грубешову, быстро двинулся в Красностав. Там наконец он завал достоверпо, что его противник, видя невозможность проникнуть в Россию, отступил под стЬны Замостья. Граф Толь, не решаясь атаковать его в столь выгодной позиции и затрудненный в движениях своих весенними разлитиями рек, положил ограничиться наблюдением. Генерал Муравьев с 6 бат., 14 эскадр. и 12 орудиями был оставлен в виде авангарда у Красностава; главный корпус отошелъв Люблин и Крейц перешел в Беджшце и У ржевдоб, охра-, няя пространство между Замостьем я Вислою; полковники Анреп и Бутовский сь летучими казачьими отрядами разъезжали вокруг Замостья.

В продолжение тщетных этих поисков, Фельдмаршал, сожалея о неудобном расположении войск на биваках под Прагою, решился разместить их на тесных квартирах. 23 Февраля (7 марта) корпуса оставили Гроховское поле оражения и пошло: 1-я и 2-я гренадерские дивизии (3-я _хбы-ла у графа Толя) в Латович, Иерусалим и Сточек; _ч6й пех. корпус занял Станиславов; оставшаяся при армии часть 3 резервного кавалерийского корпуса стояла в Гарволине и Мацео-вице; гвардейский отряд Цесаревича в Жедехове и Горжно. Главная квартира была перенесена в Шеницу. 1-й пехотный корпус прикрывал Брестское шоссе, расиоложась эшелонами на биваках у Милосны, Дембб-Ведьке и Минска; генерал Гейемар, с двумя конноегерскими и двумя казачьими полками, был в авангарде у Вавра, имея посты вокруг Праги. Войскам предписано было, в случае наступательных действий Поляков : 1-му корпусу отступать медленно к Минску; 4-му, поддерживая его правый фланг, собираться в Калушине; всем прочим войскам сосредоточиться в Ше-нице и ударить в правый фланг и тыл неприятеля. Но фельдмаршал, так мало верил возможности вылазки Поляков, что разместил даже две дивизии 1-го корпуса, стоявшие у Дембе-Вельки и Минска, на кантонир-квартиры вокруг Кольбеля и Осека. Каждой дивизии назначен был особый раион для продовольствования.

Удаление русских войск дало повод варшавским журналистам и пристрастном их отголоскам в Европе к самым нелепым толкам : то приписывали это отступление бунту гвардейского корйгуса, взятью Каме— вец-Нодольска Запорожскими казаками, и возмущению на Волыни; то ведолось определить план дальнейших действий польских войск. Первою необходимостью представилось укрепление Варшавы, как центрального пункта всего театра войны, которого падение повлекло бы за собою покорение всей Польши. Хржановский предложил соорудить впереди столицы 5 отдельных Фортов, соединенных плечными прикрытиями, исправить вал кругом города, и устроитьнесколько выходов, прикрытых лю_чнетами. Скржинецкий, сознаваясь в незнании Фортификации, поручил это дело инженерам; оня окружили Варшаву огромным укрепленным лагерем, взятым в концЬ кампании Русскими, и который описан нами в статье Варшава (смотрите Ill т. лексикона). Потом генералиссимус приступил к рассмотрению представленных ему операционных планов. Прондзинский хотел, чтобы главные польские силы, выступив из Праги, немедленно о быстро устремились на русские кавтонир-квартиры, разбила „Фельдмаршала, отделили несколькими Форсированными маршами графа Толя от гвардии и, принудив того и другую очистить царство, вторгвулись в Литву. Некоторые генералы советовали встретить Русских с Фронта, оспоривая у них переправу; если же нельзя будет остановить ее, то дать сражение на левом берегу Вислы. Хржановский предложил выступить через Модлин на встречу гвардии, в полном убеждении, что фельдмаршал откажется от перехода через Вислу, чтобы поспешить на выручку этого отборного корпуса. Прондзинский остался при прежнем своем мнении и скоро потом заболел. После долгого колебания, генералиссимус принял проект Хржа-новского. У минский с отрядом из 5 батал., 20 эскадр. и 8 конных орудий, (около 6,500 человек), был послан в Модлин и Остроленку, чтобы оттеснить Сакепа и наблюдать за гвардиею, прибывшей тогда в .Демзу; Серавский для защиты верхней Вислы, с 7 бат.;

статку съестных припасов и прочие Скржинецкий и никоторые умеренные руководители революции знали противное и еще раз пытались вступить в переговоры с русским главнокомандующим, посредством маиора графа Мычельского, посланного в Милосну, а потом в Шевицу, под предлогом размена пленных. Но переговоры 9ТИ нс имели и не могли иметь успеха, ибо фельдмаршал требовал безусловной покорности, а мятежники — признания их независимости и губерний, возвращенных Росеией от Польши. Притом граф Иван Иванович оолагал, что революция, потрясенная Гроховским сражением, приближалась кь своему окончанию и не имела уже средств выдержать второй решительный удар; Поляки же, ободрившись от первого страха и вадеясь на скорое вооруженное посредничество франции, опять стали мечтать о скором торжестве их дела. Они с величайшим усердием готовились к продолжению войны. Под Гроховым мятежники лишились до 10,000 ружей; снарядов у них осталось тодько на два сражения; литейных дворов, овых заводов и ружейных Фабрик не было. Скржинецкий приказал исправить остававшиеся еще в арсенале изломанные и карабины, отнял их у национальной гвардии, успел получить и е посредством наскоро устроенных у Кельца и Кон-ске заводов и контрабандного привоза из Пруссии, и, в конце Февраля, вместо прежних 50,000, имел уже

50,000 человек хорошо устроенного и вооруженного войска.

Ill) Наступательные действия Поляков

26-го февраля (10-го марта) генерал Янковский с значительными силами выступил из Иираии, чтобы .произвести рекои носцироику. Ом с уроном был отбиг генералом Гейсмаром; но успел удостовериться в отступлении главной русской армии. Остава12 эскадр. и 6 орудиями, (7,500 человек), расположился против Пудам, простираясь в право до Садьца и Завихво-ста; левее его стал Пап с резервами (12 батал., 16 эскадр. милиционных полков, 14 орудий и конною бригадою Янковского, 11,400 чел ) между Гнева-шовым и Кошеницами; Рыбинский с 1-ю пехотною дивизией был в Гуре-Кадварии; пехбтвия дивизии Гелгуда и Малаховского и кавалерия Лубенского и Скаржинского, назначенные, вместе с Рыбинским, в экспедицию против гвардии (около 55,000 чел ), находились в Варшаве.

В русской главной квартире Фельдмаршал, не зная готовности Поляков к выступлению, полагал что Поляки не отважаеся на третье сражение в открытом поле. Тщетно граф Иодь, возвратившийся 11-го марта в Шени-цу, старался разуверить его: армия оставалась в прежнем разбросанном своем положении, с тою лишь разницею, что 6-й корпус сменил дивизию 1-го, расположенную, по Брестскому шоссе. Баров Розен занял эшелонами как эгу дорогу, так и Ста-ниславовркую, и имел впереди у Вав-ра генерала Гейсмара. Силы 6-го корпуса простирались еще до 18,000 человек, но войска были утомлены и расстроены. Из 1-го корпуса, графа -Палена, (до 20,000 человек) 1-я и 3-я пехотные и 1-я гусарская дивизия, находились между Гарводиным и Паризовым; 2-я ди визия расставлена была по правому берегу Вислы от Карчева до устья Вепр-зка; гвардейский отряд Цесаревича_ч(о000 человек) занимал Жедехов; 1-я и 2-л гренадерские дивизия (16,000 человек) были в окрестностях Латовича. Всего под рукою у Фельдмаршала было до 60,000 войск. На левом берегу Вепржа, граф Витт имел 3-ю гренадерскую дивизию (5,000 человек) между П) лавами и Люблином, а 3-й резервный кавал. корпус (4,000 человек) у Любартова. Баров Крейц, наблюдая за Дверницким, с 6, батал., 31 эскадр. и 5 казачьими полками — (около 9,500 человек)поставил три драгунские полка в центральной позиции у Уржендова; полковник Авреп, с одним драгувским и 3-мя казач. полками, находился влево у Красностава и против Зямостья; вправо генерал Пашков, с 2-мя конно-егерскими и 2-мя казачьими полками, расположен был по правому берегу Вислы от Юзефова до Пулав; в резерв стоял генерал Муравьев с Литовскою гренадерскою бригадою в Люблине. Сила всех наших войск за Вепр-жем доходила до 18,500 человек Но граф Витт с 3-м кавал. корпусом и 3-ю гренад. дивизией имел приказание возвратиться к главной армии. Гвардейский корпус (24,000 человек), перейдя 10—15 (22-Г-27) марта границы царства, расположился для отдыха между Остролен-кою, Замбровом и Тыкочиным. Отряд барона СакеваЛб,000 человек) подвинулся к Макову; 2-й пехотный корпус, графа Палева 2-го, приближался к нашив пределам и имел назначение занимать пограничные пункты и часть Польши, оставляемую главною армиею. Границы наши против Замоет были прикрыты некоторыми войсками 1-й армии, Фельдмаршала графа Сакена, порученными начальству генерал-лейтенанта Ридигера: 11-я пехотная дивизия, 1-я бригада 3-й гусарской и 4 резервные батальона 6-го корпуса расположены были двумя линиями : первая в Порецке, Владимире и Устилуге вторая в Луцке, Дубне и Кремевце. Но эти воцска, недавно возвратившиеся из Турции, еще не были укомплектованы и не превышали числом 4,500 человек пехоты и 2,500 конницы, с 28 орудиями. В случае^/ надобности, ови могли быть подкреплены 10-ю пехотною,. 4-ю драгунскою и 1-ю конно-егерскою дивизиями, приближавшимися из Волыни и Цодолии.

Таким образом обе стороны гото-вииись в продолжению упорной борьбы; во полководцы их имели в виду две совершенно противоположные це/~ ли:, Скрижнецкий хотел устремиться к северу, против гвардии; граф Дибич двинуться к югу, перейти Вислу и ударить на Варшаву. ГраФ Толь просил его отложить это опасное предприятие, до прибытия гвардейского корпуса; но фельдмаршал полагал иметь достаточные силы для усмирения Польской столицы.

Лучшими пунктами для устроения переправы найдены были: Морджице, ниже устья Венржа; Тырчин, против Кошевице, где переходил Вислу отряд барона Крейца, Тарновёк и Кар-чев. Фельдмаршал избрал Тырчин, представляющий наиболее выгод для постройки и защиты мостов, и велел генералу Герстенцвейгу приступить немедленно к собиранию нужных для этого материялов. Для развлечения внимания неприятелей, небольшия переправы и демонстрации долженствовали быть производимы в Карчеве, ‘ Тарновеке и, выше Пулав, у Рахова. Прикрытие работ поручено было 2-й пехотной дивизии: 1 батал. ея с 8 батарейными орудиями расположился над устьем Вепржа, 1 егерский полк с 4 орудиями у Тырчина, а другой, также с 4 орудиями, у Тарновека. Волынский гвардейский полк и 8 пушек стали у Модржи-це. 40 (22) марта все приуготовительные работы долженствовали быть окончены, а 17-го — армия выступить в поход. Но, чтобы не дать Полякам воспротивиться сену движению вылазкою из Прг}ги, граф Дибич приказал устроить в Карчеве несколько брандеров, которыми полагал истребить Варшавский мост. Покушение это не удаюсь; брандеры селина мель и взлетели на воздух без учинения вреда; экипажи были спасены.

Не смотря на эту неудачу, русская армия, в назначевпый к тому день, двинулась в поход. Дороги все еще были непроходимы, и следование войск, а в особенности артиллерии и тяжестей, подвергалось величайшим затруднениям.

Тремя усиленными маршами наши колонны достигли Вепржа. 1-й. корпус, пройдя через Гарволин и Желехов,. расположился в первой линии между Рыками и Бабровниками, занимая также Стенжицу и Варкозин; гренадеры,направившись на Сточек и Окржею, стали во второй линии, между Местечком и Джончговом; гвардейский отряд Цесаревича был в резерве у Коцка. Главная квартира -занимала- Рыки. К графу Витту послано было предписание двинуться с 3-м кавалерийским корпусом р 3-ю гренадерскою дивизией к Пулавам. 19 (31) марта все наши колонны были готовы к переправе, когда вдруг оне были остановлены известием: что Поляки выступи ш из Праги и, разбив Гейсмара, идут со всеми своими силами на Розена. Этим расстроились все предполржения графа Ивана Ивановича и война приняла новый, неблагоприятный для нас оборот.

t Ирондзинский, оправившись от постигшей его болезни, поспешил к Скржинецкому. Пламенными словами он доказал ему неуместность движения против гвардии, которое, в самое биагоприятвое для Поляков время, удаляло большую часть их сил от главного театра военных Действий; доказал несомненность разбития Гейсмара и Розена, непосредственным следствием которого будет уничтожение намерения Фельдмаршала перейти Вислу и, убедив генералиссимуса, получил разрешение воротить войска Лубенского, Рыбинского и Мюльберга, двинувшиеся уже к Модливу по левому берегу реки.

В статье Дембе-Велъки подробно описано поражение генерала Гейсмара у Вавра и баронаРозена у Дембе-Вельке. Поляки выступили из Праги со всеми своими силами, простиравшимися до 40,000 человек; наши, войска (18,000 человек) были разбросаны от Гро-хова до Калушина, от Вионзовки до Ренчая. Неприятель шел виеред со свежими отдохнувшими войсками, од-вою массою по превосходному шоссе; мы принуждены бьии собираться, по непроходимым лесным и болотистым дорогам, на пунктах, которые до прибытия наших усталых колонн, уже были заняты мятежниками. Результатом было то, что 6-й кориус, отступив в расстройстве, отброшен был к Седлецу и Поляки свободно моглидействовать во фланг и тыл Фельдмаршала. К счастью его, Скржи-вецкий не умел воспользоваться приобретенными важными выгодами. Развлеченный восторгом войск и пышными депутациями, арибыбшими с поздравлениями из Варшавы, и удивляясь сам неожиданному торжеству, Вольский вождь не внимал совету Ирондзшиского — устремиться немедленно на графа Дибича, оставив против Розена только небольшой отряд, и долго ае знал на что решиться. Наконец инструкция, посланная Фельдмаршалом барону Розену и найденная в сумке на груди убитого ординарца этого последняго, прекратила его нерешимость, Удостоверившись в разобщенном положении 4-го корлуса, он вознамерился довершить его поражение взятием Седлеца. К стороне Рык отправлены были, 20 марта (И апреля), через Шенвицу и Гарволин Скаржин-ский с кавалерийскою своей дивизией и 3 бат. пехоты, и Хржановский через Сточек и Желехов, с 3 бат.,

4 эскадр. и 4 орудиями. Дфмбинсций, с

5 эскадронами, двинулся влево в Бу гу и Лявцу, чтобы очистить от Русских всю, эту страну; сам Скржи-нецкий, с главными силами, перешел в Калушив, а Лубевский с авангардом в Бойме, имея передовые посты на Костржиее. Тут генералиссимус опять остановился, не решаясь (как он объявил депутации народного правительства) слишком удалиться от Варшавы, чтобы не быть отрезанным быстрым движением Фельдмаршала т Минск. - и

В Калушиае представлялись Скржп-нецкому три операционные пути: 1) против гвардии, 2) к Седлецу против Розена и 3) против главной нашей армии. Первый путь был самый не-выгодвый: ибо гвардия, вероятно, Стала бы отступать при приближении неприятелей, а Фельдмаршал напал бы на нихъс тыла. Движение к Седлецу, без сомнения, кончилось бы совершенным рассеянием Литовского корпуса и взятием большей части парков, запасов, госпиталей и прочие, собранных в СедлецЯ и Лукове; притом Поляки отрезали бы тогда сообщение Фельдмаршала с гвардиею, и, в случае наступления графа Дибича, двигаясь но исправному шоссе, легко могли; или предупредить его у Минска, или отступить в Прагу. Третий пть вел прямо к решению дела одною жестокою, но окончательною схваткою.

Мы.уже говорили, что Скржинецкий намерен был избрать вторую ил этих операционных линий, которая обещала ему почти верные успехи и мало сопротивления со стороны 6-го корпуса, между тем как столкновение с нашими гренадерами и другими резервами могло бы похитить у него легко приобретенные лавры; воодушевление войск, требовавших битвы с Фельдмаршалом, одержало верх, и 22 марта (3 апреля), главная польская квартира перенесена была в Шеницу, где собралась также большая часть армии. На Костржине осталась только конная дивизия Лубянского и одна бригада пехоты (Ролавда). Дивизия Мюдь-берга была оставлена в Минске, в виде резерва. Один пехотный полк пошел в Лив, для занятия этого пункта до прибытия У минского. 23 Марта возвратились в Шеницу Скаржинский и Хржановский, которые, в продолжение своих поисков, захватили весколь-ко обозов, до 200 человек пленных и только у Желехова встретили линию русских войск, выстроенную в боевой порядок. После непродолжитедьи-®ой канонады, оба польские отряда отступили через Латовичи к своей армии и донесли, что фельдмаршал отказался от перехода через Вислу и собирает свои силы у Рык.

ГраФ Дибич, получив первое донесение о нападении мятежников на Гейсмара, не считал положение 6 корпуса слишком опасным и отсрочил только переираву главной армии; но последовавшия за тем известия доказали ему опасность собственного его положения в углу между, двумя реками, имея во фланге всю неприятельскую армию, а часть русской за Вепржеы, близ Пулав. Многие полагали, что тогда именно следовало бы Фельдмаршалу перейти реку и устремиться на Варшаву, чтобы смелостью этого предприятия изумить мятежников и заставить их поспешить назад, для защиты своей столицы. Может быть, Фельдмаршал и решился бы на это; но его остановило другое, величайшее зло недостаток продовольствия, произшед-ший от дурного состояния дорог-, вспыхнувших в Литве восстаний и других причин. Фельдмаршал принужден был отказаться от любимого своего плана — перенести театр войны на левый берег Вислы — и решился идти вниз по правому берегу во фланг и тыл Скржинецкого. Армия была сосредоточена у Рыкь. Авангард из 1-й пехотной дивизии, 3-х гусарских полков и 16 орудий, под начальством князя Лопухина, выдвинут к Желехову, который он, по выоро-вождении обозов и больных, оставил при приближении Хржановского и Скар-живского и занял позицию за городом. 1-й корпус стал у Клочова, позади болотистой речки Окржеи; гренадеры, гвардейской отряд Цесаревича и З и резервный кавалерийский корпус прибыли, 23 марта, в Рыки, дневали там 24 числа и потом расположились в крепкой оборонительной позиции у Вилешина. В тот же день, храбрый я деятельный генерал князь Горча-

Тои X.

ков, приняв командование надъаван- гардом, снова занял Желеховь и произвел с коввицей большую рекогносцировку. Партии его пошли в Гарво-лин, Паризов, Сточек; он сам стал в виду неприятеля у Лоаацион-ки. Гио донесению князя Горчакова, большая часть польской, армии была концентрирована у Латовича. Барон Розен, видя, что неприятель не преследует его ро ту сторону реки Ко-стржина, и получив в подкрепление: 1-ю бригаду 3-й гренадерской дивизии

3-ю 7-й иехотной и два гусарские полка 2-го корпуса, под начальством ге_гнерал-маиора Сиверса, оставил всю пехоту свою и часть конницы впереди Седлеца, а сам с кавалерией двинулся, 25 марта (6 апреля), к Руже, чтобы возсТановить^чсообщение с Фельдмаршалом. Генерал-маиор граф Химан, с 4 эскадр. конных егерей, занял Лукове.

В.статье Иган,е изложены дальнейшия, военные действия между мятежниками и бароном Розеном. Скржи-нецкий, простояв три дня в Шеви-це, опять отменил свое намерение — идти на встречу Фельдмаршала — и двинулся к Латовичу,. где занял неприступную, но слишком растянутую оборонительную позицию за болотистою речкою Свидрою. Бездействие его взволновало войско и находившихся при армии.депутатов народного оравлеыия. Увлеченный их настояниями, генералиссимус, не смея вступить в бой с главною нашей армиею, опять решился внезапно напасть на 6-й корпус. План, составленный на этой конец Прондзинским, подобно первому, отличался смелостью и искусством; но гнерешительность Скржинецкого, _в упорствовавшего играть роль Фабия-Медлителя, опять не допустила Цоляков к приобретению полного успеха (смотрите Иганье). Авангард 6 го корпуса, атакованный с Фронта у Ягод-не и обойденный слева по дороге в Скуржец, был отрезан и расстро-

ев; но геройское мужество и самоотвержение 13 в 14-ю егерских полков спасли его и дали время большей части его войск пробраться за реку Му-хавец; баров Розен, прискакав с конницей из Ружи, собрал тут все свои силы, готовясь на другой день к отчаянному, хотя безнадежному сопротивлению. К немалому своему удивлению, он увидел на следующее т-ро, что Поляки, узнав вероятно о прибытии Фельдмаршала в Луков, отступили за Костржин и расположились вокруг Калу шина. Сам генералиссимус уехал в Варшаву. Так кончилась знаменитая экспедиция Поляков⁴ против барона Розена! Важнейшие ея результаты для мятежников ограничивались циновеныым сца-севием Варшавы, выигранием времени и расстройством 6-го кориуса, который с тех-пор не мог уке принимать деятельного участия в действиях.

Мы оставили главную нашу армию в крепких оборонительных позициях у Вилешина и Клочова. 24-го марта (5 апреля) граф Иван Иванович собрал военный совет в Рыках. В нем начальник главного штаба краткими, энергическими словами изложил положение дел, начав с мнимого усиления армии гвардией и 2-м пехотным корпусом; граф Толь объявил, что первая должна была оставаться в Августовском воеводстве, прикрывая Бялосток, а 2-й корпус обязанный употребить 5-ю дивизию для охранения страны от Ков-во до Гродно, а 6-ю от Бялоотока до Влодавм, мог усилить барова Розена только 7-ю дивизией и 3-мя полками гусар. С столь малочисленным подкреплением, лишившись са$иb в де-лех при Дембе-Вельке половины своих войск, Розен ре мои в одно и тоже время защищать Брест, главное складочное месю армии, Брестское шоссе и новый операционный путь на Коцк и Тырчин. Начальник главного штаба предложил: не отказываться от перехода через Вислу, но собрать для этого постепенно более сил, оставив на правом берегу Буга один только отряд барона Сакена, расположив корпус Розена, усиленный 6-ю и,7-ю пехотными и 2-ю гусарскою дивизиями, у Желехова, и, присоединив к главной армии гвардию и войска состоявшия под начальством барона Креи-ца, которого место должен был занять генерал Ридигер. В настоящую же минуту граф Толь советовал двинуться, со всеми имеющимися под рукою силами, через Желехов и 11а-ризов, на Шешицу, и сражением принудить Скржинецкого к отступлению. Фельдмаршал одобрил это мнение; но донесение генерал-интенданта, что в армии имеется продовольствия только на 3 — 4 дня, а ожидаемые из Литвы подвозы еще не прибыли в Коцк, расстроило и этот план действия и большинством голосов определено было: приблизиться фланговым маршем к магазинам в СедлецЬ, Меыдзиржыце и Бресте и к ожидаемым с Буга транспортам.

27-го марта (8 апреля) князь Горчаков сделал вторичную усиленную рекогносцировку к; Латовичу, которая подтвердила только прежние его показания. Пленные Поляки единогласно объявили, что за Свидром стоит авангард мятежников в 20,000 челов., а за ним остальная армия, около 40,000 человек. Предприятие Скржинецкого против Розена им еще не было известно. фланговое движение русских войск началось 28 марта и было направлено к Лукову 5-ю колоннами и большим полукружием, которого центр составлял Латович. По самой меньшей и ближайшей кь неприятелю дуге шел авангард князя Горчакова, на Лопа-ционку, Сточек и Ружу, прикрывая собою марш других колонн. По второй дуге двигался 1-й корпус через Желехов а Осины на Луков.

Правее его тли грена иеры из Виле-шиеа на,Окржей и Радориш; еще правее гвардейский отряд Цесаревича и главная квартира на Войзи цжов, и наконец — граФ Витт с кирасирами. на Држончгов, Коцк и Радзин. Генерал Герстенцвейг получил приказание сжечь мосты у.Тыр-чина и Молржоце и следовать потом с своими отрядами через Рыки в Коцк; барон Розен должен был держаться в Седлеце до последней крайности.

29-го марта, в день сражепия при Иганье, Фельдмаршал с главными ситами прибыл в Луков. Гул орудий из под Седлеца сптьио его тре вожил. Он чувствовал, что судьба всего похода висела на волоске, но усталость войск не позволяла ему принять участие в битве; на слелую-щее утро армии велbно было одним усиленным переходом слииовать к Седлецу. Там узнали об отступлении неприятеля, и войска расположились: гренадерский и 1-й корпуса с остатками 6-го, впереди города, вдоль по речке Мухавцу; граф Пален 2-й с 12 бат.-18 эскадр. 22 оруд. (большей частью 2 корпуса) и 700 казаками в авангарде у Ягодпе, а геперал Ман-дерштерн с 2-мя батал. и 18 эскадр. у Скуржеца, на дороге в Латович. Кирасирская дивизия осталась в Лукове, гвардейский отряд Цесаревича в Радзине, а Герстенцвейг, с 5-ю батал в Коцке. Летучий отряд изь 1 пехотн. и 3-х кавалерийских пол ков, под начальством графа Тича-на, наблюдал за пространством между Брестским шоссе и Вепржем. Для обеспечения этого расположения справа недоставало только удаления из Лива и Венгрова отдельного корпуса У минского. Этот генерал отправлен бьи, как мы выше говорили, при выступлении Скржинецкого из Варшавы, через Модлин в Остроленку, с одною дивизией конницы, 1 егерским полком и волонтерами Кутеля, чтобы удаеить Сакена и тревожить гвардию. Прибыв к Остро-лснке, У минский увидел на той стороне Царева отряд Сакена, готовый к принятью его, и в тоже время узнал, что великий князь Михаил Павлович придвинул часть гвардии в подкрепление Сакеву. Уминский отступил к Рожану и Пултуску, где остался несколько дней в бездействии. Во время движения Полякову к Дембе-Вельке, он получил предписание приблизиться к левому флангу армии, чтобы содействовать в разбитии Розена. Уминский построил у Старого Замбека мост через Царев, с намерением перейти на левый берег реки: но, наблюдаемый вблизи отрядами генералов Сакена и графа Ностица (бригады легкой гвардейской кавалер. дивизии), предпочел дальнмй обход через Зегрж и Праигу прямому направлению на Вышков. До начатия этого движения произошла у Рожана маловажная стычка между двумя полуэскадронами гвардейских драгун и гусар и двумя эскадронами польских улан и конных егерей, в которой первые быш опрокинуты с потерей 2-х офицеров и 31 рядового. Великий князь занял центральную позицию впереди Ломзы и поручил авангард свой (-отряды Сакена и графа Ностица, одну бригаду гвардейской пехоты и 24 оруд.) генерал-адъютанту Бистрому, ст приказанием двинуться к Выш-кову и очистить страну между Царевом и Бугом.

29-го марта (10 апреля) Уминий приблизился к Ливу в то самое время, когда загорелось там довольно упорное дело между генералом Пина-белем, занимавшим с нашей стороны Лив и Венгров с двумя ротами егерей и 1 эскадр. улан, и Андржи-хевнчем, посланным из Калушпна к Ливу с 10-м линейным полком-При приближении его, Пннабель, 26-го марта, очистив Лив и Венгров и разрушив мост на Ливце, отступил к Макободам. Там он получил приказание снова двинуться вперед и защищать, во что бы то ни стало, переправу через Ливец. Усилившись и батал. саперов, 2-мя эскадр. уланов, отрядами Фуражиров и 4-мя орудиями, Лянабель, 28-го марта, атаковал Авдржихевича, который, восстановив мост и устроив на скоро тет-де-пон, занимал его двумя ротами, а остальные свои сйлы имел ва левом берегу реки. Пинабель приступом взял тет-де-пон и снова разрушил мост, но заболел. На место его был послан к Ливу, в день Иганьского дела, генерал-маиор Насакен с подкреплением из 1 батал. 3 эскадр. и 2-вь орудий. В эту самую минуту явился У минский с целым своим корпусом, овладел переправою, взял Венгров, и авангардом своим пре. еледуя Насакена до Соколова, отрезал сообщение гвардии с Седле-цом.

Фельдмаршал отправил против него геверал-лейтаванта Угрюмова с

9-ю батальонами 1-й гревад. дивизии, 14 эскадронами и 16 орудиями, с предписанием очистить правый берег Ловца и уничтожить мост. У трюмов выступил 1 (13) апреля из под Седлеца, а Уминский тотчас ушел за Ливец. 2-го числа по полудни мостовое укрепление было атаковано гренадерами и взято посл& упорного дела,(смотрите Венгров). Но наша конница понесла чувствительный урон в схватке с польскою, перешедшей реку в брод несколько выше Лива. У трюмов, разрушив мост и тет-де-пон, возвратился к Седлецу; у Венгрова остался небольшой отряд.

Итак, русская армия, через семь недель после Гроховской победы, стояла не под Варшавою, а под Седлецом, уступив неприятелю значительное пространство земли и потеряв множество людей. Мнение Ёвроиы об ея непобедимости начало колебаться; войска утратили доверенность к своему полководцу. С своей стороны, Поляки, полагая, что главное дело уже сделано и, по легкомыслию своему, мало заботясь о будущем, праздновали в лагерях у Калушвна, Латовича и Лива победу и время Пасхи, а в Варшаве спорили в народном собрании о вопросах политических.

Возстание в Литве и на Волыни. Самое неприятное для нас последствие кратковременного торжества польских мятежников было восстание в Литве. До половины марта, присутствие значительных русских сил препятствовало вго у; но когда наши войска удалились в Польшу и когда распространились слухи об успехах Поляков, заговорщики решились приступить к явному поднятью я. В Вильне стояла тогда слабая (3-я) дивизия 2-го пехотного корпуса, непревышавшая силою 3200 че ловек; в других городах вовсе не было войска, кроме слабых инвалидных команд. Тщетно литовский военный - губернатор, генерал - адъютант Храповицкий, видя приближающуюся грозу, требовал подкрепления. Фельдмаршал, считая опасения его преувеличенными, ограничился усилением Виленского гарнизона одним гусарским полком и отправлением казачьяго полка в Ковпо.

В⁴ половине марта назначены были русским правительством по всей Литве новый рекрутский набор, и налог хлеба и Фуража для армии. Заговорщики положили воспользоваться этими обстоятельствами для достижения своей цели, и впервые подняли Само-гитию. 14 (26) марта, разные шайки на скоро вовшихся дворян, дворовых людей и крестьян заняли Рос-сиенм, обезли находившихся там 60 инвалидов, ограбили казну и провозгласили независимости Литвы. Примеру Россиен последовали другие уезды Виленской губернии. Везде рекруты и арестанты были освобождаемы, русские чиновники взяты в плен, избиты, некоторые умерщвлены; казна, магазины а запасы я и аммуни-ции захвачены; везде явилась трехцвет-ные кокарды, мятежные правительства а возмутительные прокламации. Определено было, чтобы каждые два дома (дыма) выставила по одному пешему, каждые десять домов — по одному конному ратнику. В Ворне устроен был. ный завод; мастеровые работали денно и ночно над мундирами и аммуницией новой милиции; близость Пруссии облегчала приобретение а, свинца и других военных потребностей.

Между-тЬм полковник Бартоломей выступил, 16-го марта, изь Ковно сь 1200 человек войска и 4-мя легкими орудиями, для усмирения бунта в Тельше. Против него двинулись несколько тысяч мятежников, в том числе 800 человек, вооруженных ми. 18-го марта они были атакованы Бартоломеем близ Эйратолы и разбиты наи олову. Часть их разбежалась, другие в беспорядке отступили в Юр-бург, Немокшти, Выдукле и Циговь-яне, распространяя везде восстание и побуждая к народной войне. Бартоломей занял Россиену. Тельшенские инсургенты пустились вдоль по границе, к Полангену, прогоняя слабия таможенные команды, которые спаслись в Пруссию. В Полангене мятежники надеялись открыть морем сношение с внешними своими друзьями. МЬстечко это, мужественно защищаемое капитаном Бутеном с горстью конной таможенной стражи, 24-го марта, было занято инсургентами, но скоро потом снова у них отнято. В то- же время Курляндское дворянство, граждане Ли-бавы и Митавы и часть Рижскоии городской гвардии, известная под названием черных голов (Scbwarze Haup-ter), волись против нарушителей спокойствия; Форстмейстер МангеЙФель смормировал из лесничих отряде в 500 застрельщиков, с которыми храбро защищал пределы Курляндии.

Из Поневежа инсургенты, в чис-ле 2,000 коссионеров и курпов (егерей) и 500 конных кракусов, выступили к Вилькомиру, где находился пре-старелый генерал-лейтенант Безобразов с запасными эскадронами 1-й гусарской дивизии (280 старых солдат и 800 рекрут). Окруженный со всех сторон Поневежскими и составившимися в Вилькомирском уездЬ шайками, он решился пробиться в Вильну и счастливо исполнил это опасное предприятие. В самом городе Вйльне, беспрерывно волнуемом кознями,скрывавшагося там в непроницаемой тайне главного комитета заговорщиков генерал-адъютант Храповицкий, своей решительностью и казнию некоторых зачинщиков бунта, с трудом сохранил наружную тишину.

По получении донесения об этих происшествиях, Фельдмаршал граф Дибич предписал гвардейскому корпусу отправить несколько легких отрядов в Августовское воеводство; 2-я бригада 5-й пехотной дивизии, под начальством генерал-маиора Малиновского, послана была в Ковно для совокупного дишствования с полковником Бартоломеем; остальные две бригады заняли Вильну, Гродно и другие важнейшие города, а генерал-дейтенанть князь Хилков, прибывший в Нур сь

1- ю уланскою дивизиею, пошель Форсированными маршами в Самогитию, куда двинулись также из Динабурга; Риги и Курляндии кадры 1-й пехотной дивизии (2,462 человек) под начальством ге-верал-маиора Ширмана. Изь внутренней России резервные батальоны 1-ю,

2- го и 3-то пехотных корпусов были отправлены на телегах к Двине и Днепру.

Между тем мятежники водрузила знамя бунта в Янове, Ширвинте, Не-менчине, Свенцянах, Видзах, Троках, Ольшанах и до самой Вильньь В Гродненской и Минской губерниях, в Вилейке и Дисне, также явились признаки восстания. Генералу ХраповицкоВь первых числах апреля русская иавная армия, отдохнув от трудов последних маршей, стояла в окрестностях Седлеца, готовая возобновить военные действия: начальники и солдаты горели нетерпением отмстить врагам за поражение 6-го кории)са и доказать, чтоР)сские не отвыкли побеждать Поляков, столько раз ими побежденных в самой Польше, в долинах Италии и на полях России. Заботы об устройстве продовольствия войск, и распространившиеся между внми заразительные болезни, не позволили Фельдмаршалу тотчас же исполнить это желание. Для сохранения заиасов нужно было иметь выгодное, безопасное место. Граф Дпбичь приказал инженер-генералу Деиу сильно укрепить Брест и отправил туда барона Розена с остатками 6-го корпуса; следование подвозов из- России было ускорено; провиантские чиновники разосланы для покупки хлеба и Фуража. В эго время постиило русскую армию бедствие другого рода — холера. Перенесенная в Седлец прибывшими из Литвы и внутри империи войсками она истребила в первия три недели до 6,000 воинов, потом стала ослабевать, по не оставила армию до самого окончания войны. Бивачная жизнь солдат в странах болотистых и недостаток хорошей пищи были главными причинами ея распространения и смертоносности. Госпитали наполнились больными, число которых, по уверению докторов, равнялось уже третьей части армии.

Вь то время, когда центральные силы обеих сторон отдыхали между Царевом и Вепржем, началась деятельнейшая малая война на оконечностях их флангов.

При начатии движения из Рык к Лукову, Фельдмаршал предписал барону Крейцу, исгребивь мосты, начатые у Рахова и Казимиржа, сосредоточить свои войска под Любланым, оставя на Висле только цепь казачьих постов и имея небольшие отрядыну и всем Русским, бывшим в Вильне, грозила явная, почти неизбежная опасность.

Вь конце марта (27 числа) мятежники покусились овладеть важным, для нас городом Ковно, где находились тогда полу батальон о-го егерскаи о полка и несколько команд друиих войск, нодь начальством полковника Выш-ковского. Не смотря на черезмерное превосходство неприятельских сил, 8иот храбрый штаб - офицер отразил яростное их нападение (смотрите Кибпо); полковник Бартоломей в Россиенах опрокшиль смелыми вылазками облегавшия ей толпы, цо когда голод принудил его оставить юрод, то, пробившись сквозь неприятелей, онь направился к ь прусской границе и сталь в крепкой позиции за рекою Свентою, близь Псиш-ваыгена. Тут (31 марта) атаковали его

10,000 инсургентов; Бартоломей оибил их натискь, но наконец принужден быль удалиться, сь согласия местных начальств, в прусские пределы.

Генерал Храиовицкий, получив в подкрепление разные небольшие отря-1 ды войекъд 300 мужественных линей-ныхь казаков, прибывших с а, послал их и 500 человек пехоты с 4 орудиями, под начальством полковника Верзилина, в Ошмяны. 2 (14) апреля отряд этот приблизился к юроду. Мятежники убежали в Выш-ыевские леса, и только 600 человек решились защищаться. Они встретили Русских впереди Ошмянь, и быв ими опрокинуты, засели в домах и церквах. Казаки спешились и шашками истребили мятежников и отчаянно защищавшихся жителей. Такой пример строгости подействовал громовым ударом на другия шайки: панический страх Овладел⁴ ими; всюду видя грозыыхь казаков, (ов), они разбрелись но домам или скрылись в леса и бо лота. Разлитие бунга на некоторое время было остановлено.

Экспедиция Сераеского, Дворницкого и Xржаное сисого. в Красвоставе, Горшкове и Уржен-дове, для наблюдения за действиями Двервицкого и Серавского. Едва только Крейц успел исполнить это приказание, как полупил известие, что’ часть корпуса Серавского перешла Вислу между Раховым и Юзефовом. Генерал Крейц, полагая, что это движение бы-Лр предпринято только для облегчения средств Дверницкому оставить За-мостье и возвратиться за Вислу, ограничился отправлением генерал-маиора графа Толстого с партией легкой конницы в Красннк и Уржендов. для ближайшого наблюдения за Серавскич. Фельдмаршалъприказал Крейцу стараться разбить по частям как этот корпус мятежников, так иДвернип-кого, если он оставить Замостье; но если удастся им соединиться, то отступить, защищаясь по мере возможности, к Коцку, на главную армию, или к Ленчне. В сем последнем случае генерал Ридигер должен был двинуться к Красноставу, а сообщение между ним и Крейцом сохранял бы вновь составленный летучий отряд из 1 драгунского и 3 казачьих полков, под начальством генерал-маиора Давыдова. Между тем партии Серавского, перешедшия Вислу, снова отступили на левый берег, и это еще более утвердило барона Крейна в прежнем его мнении, что появление неприятеля была только рекогносцировка и что Двер-ницкиии, вовсе не думая о вторжении в Волынь, непременно обратится назад за Вислу. Серавский несколько раз предпринимал подобные же переправы, и видно было, что он имел иовеление тревожить барона Крейца, для развлечения его внимания.

Вдруг Фельдмаршал получил рапорт генерала Ридигера, что Двер-ницкий, У9 марта (10-го апреля), перешел Буг между Крыловым и Ли-товичами, и что Ридигер, не будучи в силах удержать его, отступает к Стыру. Этим объяснилась загадка, беспокоившая по сие время русских генералов и обратившая внимание ах на Замостье. Смелое покушение Двер-ницкого, без сомнения, могло нарушить спокойствие в Волыни, но не трудно было предвидеть окончательный результат его и гибель Дверниц-, кого. Фельдмаршал, в намерении пресечь его отступление, приказал барону Крейцу идти вслед за ним Форсированными маршами; Давыдов должен был прервать сообщение Дперницкого с Замостьезд; Ршигер сразиться с Дверницкйм с Фронта. Барон Крейц, повинуясь воле главнокоман-довавшого, собрал войска у Чернеава, но в то же время рапортовал графу: что он считает движение Двервицкого к Бугу демонстрацией имевшей целью заманить туда его отряд и облегчить этим переправу Серавского, осТановиенную только готовностью Крейца встретить его со всеми своими силами. Барон Крейц присовокупил, что преследуя Дверноцкого, он оставит без защиты Люблинское воеводство, менее других против вас вооруженное, и что движение Серавского за отрядом Крейца приведет его в самое опасное положение. Фельдмаршал согласился с (мнением генерала, основательность которого не замедлила оказаться: 2 (14) апреля, Серавский действительно перешел Вислу со всем своим корпусом близ ИозеФова, Сольца и Кази-миржа и, соединив свои колонны у Оно ль а, пошел к Люблину. В то же время генерал Пац с резервами переправился через Вислу у Потиче (выше Карчева, где Поляки устроили мост и сильное мостовое укрепление),и двинулся к Сточеку. Барон Крейц немедленно устремился на встречу Серавского, 5 (17) числа разбил его совершенно при Вронове (смотрите это слово) и преследовал до Казимиржа, где Поляки намерены были возвратиться за Вислу, а до прибытия судов, посланных к Папу, заняли выгодную позицию впереди города. На следующее утро овя были атакованы бароном Крейном и опрокинуты, после храбрейшей защиты; Казимирж был взят приступом; пехота мятежников частью была перебита, частью захвачена в плен. С конницей и орудиями Серавский пробился к Пулавам и переплыл там и у Голомба через реку, на лодках и паромах. Одними пленными Поляки лишились 54-х офицеров и более 1500 нижних чинов. Барон К рейц, дав войскам несколько часов отдыха, обратился к Вепржу, откуда, по дошедшим до него слухам, ожидали Паца. Но сеи последний, узнав о неудаче Серавского у Вровова, поспешил обратно в Потиче и на левый берег Вислы. Этим кончилась экспедиция в Люблинское воеводство этих двух отдельных польских корпусов, несвязная, дурно начертанная и исполненная.

Еще веудачвее была экспедиция, предпринятая Дверницким в Волынь и подробно нами описанная в статьях Борсмль и Люлипская корчма. Разбитый генералом Ридигером на берегах Стыри и притесненный к австрийской границе, Дверницкий принужден был бежать в Галицию, где отряд era был обезоружен и отправлен во-внутрь государства.

Удалением Двервицкого с поприща военных действий злоумышленники в Волынской и Подольской губерниях лишились последней надежды на успех предполагаемого ими восстания. Известие о Варшавском бунте взволновало и здесь несколько горячих голов между дворянством, духовенством и шляхтою; но масса народонаселения, русского, по происхождению, языку и вероисповеданию, осталась непоколебимо преданною законному царю. В Пфдолии составился тайный комитет, или, так называемая, юнта, для определения средств к начатью воз--стания и вступлению в сношение с варшавским мятежным правлением. От него она получила обещание в помощи, прокламации, революционные знамена и проч. ’и тотчас приступила к делу. Положено было скрытно набирать войска, число которых надеялись довести до 20,000 челов. Первым поприщем действия избрана страна между Днестром и Бугом, чтобы встретить ожидаемый из Молдавии 4-й корпус генерала Рота; самое начатие бунта было отложено до получения дальнейших известий от Дверницкого. Менее чем в Подолии, Дух мятежа распространился на Волыве, где все козни и обещания Варшавских якобинцев совратили с пути верноподданства только нескольких дворян в пограничных уездах. Преувеличенные известия, сообщенные ими Дверницкому в Замфстье, о всеобщей готовности восстать на Россию, более всего побудили его к вторжению в наши пределы; но там он не нашел ни конфедератов, ни денег, ни другого рода помощи. Хотя и составились во Владимире, Горохове, Друж-поле и на других пунктах небольшия шайки бунтовщиков, но, по прог-нании Дверницкого в Австрию, они скоро были рассеяны посланными на них от генерала Ридигера и Фельдмаршала Сакена подвижными колоннами, а главные их сборища, в с. Че-реване (в 17 верстах от Владимира) и Ковеле, взяты генерал-маиором Квицким с несколькими эскадронами драгун.

В одно и то же время с этими происшествиями на оконечности левого фланга нашей армии, подобная же деятельная, но нерешительная малая война кипела на правом фланге, в Плоцком и Августовском воеводствах. В последнем воеводстве маиоры Пушет и Шон вели против наших подвижных отрядов настоящую войну гверильясов, скрываясь в глуши лесов и болот, нападая шалыми отрядами ца транспорты и подвозы, перехватывая курьеров и оскверняя действия свои отвратитель-вым безчеловечием. В начале апреля они собрались около Мариамполя в числе 4000 человек и, 1C числа, напали на стоявший там небольшой отряд .наших войск, под начальством полковника Анненкова (3 роты пехоты, 2 эскадрона улан и 2 орудия). Но они были совершенно разбиты, приперты к р. Шешупе и 1170 челов. из них взяты в плен, в том числе и Шон, который был расстрелян за. свои злодеяния и василь-ства, обращенные в особенности против злополучных. Этим прекратились на некоторое время их вабегп. В Плоцком воеводстве барон Сакен, все еще занимая Остро-ленку, имел разные дела с инсургентами, поддержанными полковником Левинским с частью Модлинского гар-визона. Но Левинский был разбит при Селкоре (8 апреля), а скоро потом имел ту же участь генерал Янковский, прибывший из Варшавы в Модлин со свежими войсками и с предписанием проникнуть въЛитву. Кроме его, действовали в этой лесистой и пересеченной болотами и оврагами стране партизанские отряды Годлевского, Венгродского и Заливска-го. Первые два были рассеяны нашими войсками, аЗаливский успешно держался в лесах на р. Писсве, откуда впоследствии пробрался, вдоль по Прусской границе, в Самогптию. На конце правого крыла главной нашей армии, также происходили разные стычки у Венгрова, Макободы и Соколова. Уминский, после удаления Угрюмова, снова занявший Венгров, стал продолжать свои внезапные, нередко удачные, нападения на напш отдельные посты; так например 9 (21) апреля он, при помощи жителей, ударил ночью на два эскадрона конных егерей, занимавших Соколов и захватил их в плен. Спустя несколько дней, этот важный для сообщения с гвардией пункт был опять заняв нашим Татарским уланским полком.

Движение главной армии т Куфлевф и Мцнску.

Главные силы мятежников во все-это время стояли неподвижно близ Калушина; главная квартира и резер-вы (пешая дивизия Малаховского и конная Скаржинского) находились в Ендр-жееве, в 4-х верстах за Калугой— нмм, занятым бригадою Ромарино (3 пехотные полка). Вправо у Цеглова стояла дивизия Гелгуда, имея впереди у КуФлева конную бригаду Дембин— ского и два батальона пехоты. Переднюю линию на Костржине занимали; Уминский в Ливе; Рутье (с дивизией кавалерии и бригадою пехоты Завадского) у Сухи; Лубевский в Бойне, имея за собою пехотную дивизию Мюль-берга; на нравом фланге Пац в Ла-товиче и Гарволине. Силы этих войск простирались до 60,000 человек. Но Скржинецкий медлил употребить их в дело, а продолжал отправлять ноты ко всем европейским дворам, прося цч посредничества и не получая ответа. Фельдмаршал, имея свои войска сосредоточенными у Седлеца и Лукова, с авангардом у Ягодне, приводил, в порядок провиантскую часть и ожидал донесения из Литвы и Волыни, прежде нежели возобновит военныяе действия. Войска скучали и теряли доверенность к главнокомандовавшему. Наконец граФb Иван Иванович решился двинуться вперед и, видя затруднение атаковать неприятеля с Фронта, положил обойти правый его фланг со стороны КуФлева. Он надеялся припереть Поляков к Бугу, отрезать-их от Праги и Модлина и победить в генеральном сражении. Удачйак рекогносцировка, предпринятая, 9 (21 апреля, генералом Мавдерштерном из Скуржёца до самого КуФлева, показала возможность скрытно приблизиться к неприятелю. Но непредвиди-мия препятствия и неблагоприятные случайности, обыкновенно сопровождавшия действия Фельдмаршала в Польше, и тут похитили у вего ожидаемый верный успех (су. статьюМипск8, дело 1831 года). Ливни и испорченны дороги замедлили следование колонн: намерение графа было сообщено Полякам переметчиками; Дембинский умел несколько .часов задержать нас у КуФлева (13 апреля); Скржинепкий, успеме отступить к Минску и Дембе Велькам — и вся экспедиция кончилась виаловажнмм делом при Минске (14 апреля). Главная наша армия расположилась на биваках близ этого города. Рекогносцировки и известия, получаемия от жителей и лазутчиков, показывали силу и неприступность неприятельской позиции за Дёмбе-Велька-ми; окрестности Мивска, до крайности разоренные войною, не .представляли никаких средств пропитания. — Русский вождь решился возвратиться за Костржин. 16 (’28) числа армия двинулась в обратный поход двумя колоннами: Фельдмаршал с главными силами направился через Калуишв и Яблонну, ва Суху, где был устроев мост; гвардейский отряд Цесаревича. 2-я пехотная дивизия и часть конницы ил Цеглова ва КуФлев, Руду и СЬд-л.ец; арриергард Мандерштерна, усиленный двумя полками егерей, отступил по шоссе и стал потом у Алексина. Поляки медленно пошли за Русскими и снова заняли прежние свои позиции, во с большей осторожностью. У минский, возвращаясь в Лив, имел у сел. Окунева довольно удачную стычку с летучим отрядом геверала На-сакеня. За Кострживым Русские расположились: авангард, под начальством графа Палена 2-го (8 батальон., 18 эскадр., 2 полка казаков, 22 орудия — 6600 человек) у Сухи, имея передовые посты близ Слухочина, Гремб-кова и Вышкова; непосредственно позади авангарда стали главвия силы,{ Ь батал., 46 эскадр., 167 орудий —

30,000 челов.у у Конца, Кваснянки и Жукова, с резервами у Кржеснина. Влево, на шоссе у Я годны и Алекси-яа, был Мандерштерн (8 батальонов, 8 эскадр., 12 орудий—3700 человек) с постами в Ланчке и Осиеске; впереди Седлеца, у Гробянова, стоял гвардейский отряд Цесаревича (4 батал., 12 эскадр., 20 орудий—4300 челов.); наконец у Скуржеца и Водынце — 2-я пехотная дивизия генерал-маиора Гурко (8 батал., 7 эскадр., 8 орудий — 5400 человек). На оконечностях флангов действовали летучие отряды: полковника Трас-кина (1 улан., 1 казач. полки) между Ливнем и Бугом, сохраняя сообщение с гвардиею, и полковника Кузнецова (2 казачьи полка) близ Серочина, обеспечивая связь с Любливым через Л ков и Коцк, где строили двойное мостовое укрепление. Барон Крейц, попрежнему, занимал Люблинское воеводство, находясь с главными силами у Наленчова и имея отряды генералов графа Толстого и Пашкова в Бобровниках на Вепрже и Уржендове близ Вислы. Гвардейский корпус, получивший при выступлении Фельдмаршала к КуФлеву, приказание двинуться к Нуру, предпринял обратный путь в Ломзу, а барон Сакен в Остроленку.

19 апреля (1 мая) русская армия отпраздновала Пасху. Генералитет был собран для поздравления в главной квартире, в мызе Хоиечно; вдруг ослышался с авангарда гром орудий, Фельдмаршал поскакал туда; во Поляки, сделавшие рекогносцировку со стороны Яблоныы, уже были отбиты. 20 числа Фельдмаршал перенес главную свою квартиру в Жуково, где она осталась в продолжение 3-х недель. .Армия бивакировала ва прежних позициях, прикрывая обобщения с Брестом и Нуром и находясь, в готовности устремиться к Калуиппну, если Поляки оставят его в намерении действовать вправо или влево от шоссе. Фельдмаршал начал зани-маться тогда начертанием плана и приуготовлениями к неожиданному перенесению театра войны на левый берег Вислы. Он чувствовал, что только там можно было решить воину, и что, после неудачи переправы выше Варшавы, должно произвести ее ниже этого города, на таком месте, где никто не ожидал бы подобного предприятия. Граф Иван Иванович избрал для этого страну возле Торна, по удобству доставить туда водою нуж-вые жизненные и военные запасы, и употребить суда, имп нагруженные, к устроению моста. Намерение сие было сохраняемо в непроиицаемой тайне, и к концу апреля уже было собрано в Торне 20 больших лодок сь мукою и овсом.

21 апреля неприятель, скрывая, разными демонстрациями, настоящую свою цель, опять стал тревожить русские авангарды; но, найдя их в готовности принять ею, отступил. Фельдмаршал, разгневанный дерзостью мятежников, решился отмстить им усиленною рекогносцировкою, назначив на оную 8 батальонов егерей, 12 эскадронов гусар, 1 полк казаков и 6 орудий, под начальством генерал-маиора Граббе. Подкреплением служил 1-й корпус графа Палена 1. 22-го числа Граббе выступил из Сухи черезь Грембков к Зимнаводе, где увидел несколько польских войск; но они скоро исчезли; ваши опят пошли за Костржин и были там, обрадованы известием о поражении Двернпцкого. Чтобы дать генералу Крейцу средства и вперед противиться подобным покушениям мятежников, Фельдмаршал усилил войска, стоявшия в Люблинском воеводстве слабою бригадою генерала Фезы 4-го корпуса (1500 ч.), и 7-ю весьма слабыми же эскадронами конных егерей, под начальством графа Тимана (650 человек). Но Поляки, устрашенные примером Серавского, стояли неподвижно за Вислою.

Экспедиция Xромановского к Замо-ешью.

Между тем в польской главной квартире начали беспокоиться о судьбе Двериицкого, 6 котором знали только, что онь пробирался вдоль по австрийской границе в Подолию. Хржанов-ский предложил подать ему. помощь отправлением к Замостью сильного отряда, которьй в то же время мог бы воспрепятствовать Русским переправиться через верхнюю Вислу. Он самь вызвался вести этот отряд, в который поступили самия отборные войска; бригады: пехотная Ромарино и конная Скаржинского (7 бат. 9 эскад. 10 оруд. — 6500 человек). 21 апреля (3 мая) Хржановский выступил из-под Калу-шина, 22-го он был в Желехове, а на следующий день пошел к Рыкам, Там узнав, что баронь Крейц стоит у Тамбова и Курова, он вдруг поворотил влево к Коцку, на самую линию сообщения главной армии с Люблинским воеводством. Полковник Кузнецов, разъезжавший по сему пространству с 2-мя казач. полками, немедленно бросился к Лысобыкам, переправился вплавь через Вепрж и первый донес о появлении мятежников барону Крейцу, который тотчас-же сосредоточил свой корпус у Гар-бова. 25-го Хржановский занял Коцк, откуда Фези и граф Тиман только что выступили к Камионке. Остававшиеся в Коцке150 человек конницы и другия команды были захвачены в плен. Если б Хржановский несколько ускорил свой маршь, то мог бы напасть в расплох и на оба наши отряда. От пленных Поляки впервые узна-ии об участи Дверницкого, и Хржановский, в недоумении нато решиться, остался, 26 числа, в Коцке, ожидая приказаний генералиссимуса. Скржи-нецкий предписал ему продолжать начатое движение и стараться присоединить кь себе остатки отряда Дверницкого. 27-го Хржановский направился к Любартову, где на следующий день был атакован генералом Крейцом (смотрите Аюбартов). После искусной, и храброй обороны, Хржановский перешел у Сирник через Вепрж и, потеряв часть своего отряда, пробрался с остальною Форсированными марта-пи по лесам и болотам к Ленчне. 29-го он был уже близ Красностава, а 30-го отправив вепред тяжести и взятых у генерала Фези 500 человек пленных, пошел к Замостью. У Из-бицы догнал его граф Толстой с 4 эскадр. драгун и 1 казач. полком и с уроном опрокинул его арриергард, но не мог остановить главного отряда, который, в 3 часа по полудни, вступил в Замостье. Дзеконский, который, для поддержания Хржановского, должен был переправиться через Вислу, исполнил это только 30 числа аиреля, когда Хржановский был уже в Замостье. Когда же Дзеконский узнал, что барон Крейц обратился на неио из под Любартова, то поспешно удалился за Вислу. Следствием этого было отрешение Дзеконского от командования корпусом и замещение генералом Ромариво.

IV. Движение Скржипецкого против гвардии и сражение при Остроленкгь.

Страна между Бугом и Наревом, от соединения этих рек до песчаных высот Червонного Бора, тянущихся от Ломзы к Острову, дочти сплоигиь покрыта лесами и болотами. Река Нарев, составляющая от Су-ража до устья Бобра границу Бело-стокской области и Польши, течет на этом, пространстве по весьма болотистой, широкой долине, которая проходима только по длинным гатям: у Суража, Жолтек, Тыкочива и в неск. других местах. Далее, от Ломзы до Сероцка, болота уменьшаются, берега становятся выше и представляют много выгодных для переправы пунктов. Буг от Нура до Сероцка окаймлен высокими сухими берегами и правый берег почти везде господствует левым. По этому свойству своему, страна представляет столько же неудобств для движения и продовольствования войск, сколько и для наблю дения за действиями неприятеля. Малыя, расчищенные под пашни пространства находятся только : вокруг селений; у Ломзы и Снядова, по обеим сторонам Червоннаго-Бора и в восточной черте, между Тыкочиным, Высоко-Мазовецком и Бндржеевом. Лучшия центральные позиции при защите этой страны от неприятеля, переправившагося через Буг между Каменчиком и Нуром, имеются у Снядова и Зам-брова; лучшие передовые оборонительные пункты к стороне Сероцка: у Говарова, Вонзева и Острова, а еще далее впереди у Пржетича и Чижева к стороне Нура. Кроме этих точек, отличаются первостепенною стратегическою важностью Остроленка и Ломза. Первая по удобству наблюдать за неприятелем на правом берегу Нарева и защищать переправу через эту реку; Ломза по сосредоточению в вей главных иутей сухопутного и водяного сообщения, и по близости к русским и прусским границам, облегчающей своз в этот город жизненных и военных запасов. Занятием Ломзы можно было содержать в повиновении как Августовское воеводство, так и страну между Наревом и Бугом. Русские, убежденные этими обстоятельствами в важности Ломзы, укрепили ее и сделали пунктом опоры для действий гвардейского корпуса, который имел туте свою главную квартиру, госпитали, парки и тяжести,

В совещаниях, в Бндржееве, между Скржпнецким, Нрондзинским и Хржановским, признано было: 1) что нападение на, главную русскую армию с Фронта, через болотистую речку Костржин, слишком опасно, и лучше ударить на один из ея флангов; 2) что разбитие барона Крейца не представляло бы важных стратегических и политических выгод, но 3) что поражение гвардии (которое предложил Хржановский еще перед начатием Дембе-Велькского похода), не считая славы торжества над отборнейшими войсками Русской империи, могло иметь следствием немедленное от~

ступление Фельдмаршала из царства и успех восстания Литвы. Все тогдашния обстоятельства благоприятствовали Полякам: отдельное расположение гвардейского корпуса; удобство скрытно двинуться на него, прикрываясь Бугом, Наревом и Модлиным, и надежда без особой для себя опасности, навести ему неожиданный удар. Скржи-нецкий соглашался с этими доводами, но, по нерешительности своей, несколько раз отлагал начатие экспедиции. Наконец князь Чарторижский дал ему знать, что умы в Варшаве в высочайшей степени взволнованы его бездействием, что прения якобинцев грозят новою революцией и что должно отвлечь их вмешательство во внутренния дела государства, каким-либо блестящим успехом на военном поприще. Скржинецкий выведен был из обыкновенной своей летаргии, и в то самое время, когда Фельдмаршал, после рекогносцировки к Зимноводе стал жаловаться, что Поляки так трусливо избегают всякой с ним встречи, готовил ему. самый чувствительный удар. Он распространил илух, что намерен к 1 (13) числу мая атаковать всеми силами Седлец, действуя справа со стороны КуФлева и ЦЬглова, и этим действительно обманул своего противника.

Фельдмаршал готовился предупредить покушение Скржинецкого стремительным нападением на Калушин, надеясь или найти там всю армию мятежников и принудить ее к бою, или захватить часть ея и обозы. В величайшей тишине войска выступили, ночью с 30-го апреля на 1-е мая, из своего расположения за Костржином. В полночь 1-й корпус достиг Яблон-ны и развернулся позади этого селения без огней и аванпостов. За ним стояли другие корпуса. С рассветом все двинулись вперед через Тржебу-чу. Цепь неприятельских стрелков занимали опушку лежащого впереди Калушина леса. При появлении ваших колонн, она поспешно отступила в алушин, а оттуда в Ендржеево. Фельдмаршал последовал за нею. У Ендржеева Поляки держалйсь некоторое время; пленные то уверяли, что тут был Скржинецкий со всей армиею, то показывали, что он накануне ушел к Дембе-Велькам, и Русские имеют дело с одним У минским, который остался в арриергарде с дивизиями: пешею, Мюльберга, и конною, Томинского. Мятежники при напоре наших войск отступали, защищаясь, с одной позиции на другую и наконец очистили Минск, до которого продолжалось преследование Русских. 2-го числа наша армия в третий раз возвратилась за Костржин.

В самый этот день Скржинецкий предпринял движение к СЬроцку. Приуготовления к тому были сделаны с большим искусством. Вышеупомянутые слухи о предполагаемой атаке Седлеца и экспедиция.Хржановского к Коцку и Замостью ввели Фельдмаршала в заблуждение; для отвлечения же его внимания с правого берега Буга, при появлении там польских войск, разглашено было, что это партизанские отрады, посланные в Литву через Августовское воеводство. Уминский с двумя дивизиями (11,000 человек 26 орудий) был оставлен у Калушина и имел приказание, в случае напора на него главной нашей армии, защищать Прагу; при отступлении же Фельдмаршала, очистить решительным наступлением страну между Вислою и Бугом, употребив на это также корпуса Дзеконского и Хржановского. Сверх этого, Уминский должен был неусыпно наблюдать за движениями графа Дибича и о каждом немедленно .доносить генералиссимусу. У Зегржа и Сероцка устроены были наскоро тет-де-поны через Нарев и Буг; наконец, для усиления действующих войск, расформировали резервный корпус Паца и разместили новые его полки по другим бригадам, так что в каждой из них находился 1 полк старого и 1 нового состава.

План, начертанный Провдзинским для нападения на гвардию, состоял в том, чтоб быстрым, неожиданным напором разбить ее до получения помощи от Фельдмаршала, и оттеснив остатки гвард. корпуса, открыть сообщение с Литвою, куда Поляки все еще желали перенести поприще войны. Как можно было предвидеть, что фельдмаршал поспешит на ‘ помощь гвардии, то польская армия должна была, при его приближении, занять оборонительную линию за Наревом, чтобы отрезать нам сообщение с Пруссиею, где как известно -было в главной квартире Скржинецкого, делалось ириу-готовлевия к переправе Русских через Щажнюю Вислу. У Сероцка и Лом-зы предполагалось устроить укрепленные лагери, для прикрытия флангов, и чтобы, смотря по обстоятельствам, можно было действовать во фланг и тыл Фельдмаршала. Между тем Учинский, усиленный Дзиконским и Хржа-новским до 25,000 чед. при 40 орудиях, должен был вести самую деятельную наступательную войну па левом .берегу Б)га, ц, если нужно, соединиться с Скржинецкпм. Этот, несколько сложный план действия расстроился от одного неожиданного обстоятельства: гвардия не была разбита.

, 30 апреля (12 мая) вечером Скржи-нецкий оставил место, своего расположения у Калушнна и Минска, с 4 мя пешими и 2-мя конными дивизиями, II пошел к Сероцку двумя колоннами: иехота и кавалерия через Окупев и Кобылку, а артиллерия по .шоссе мимо Праги. 1-го (13) Мая, во время дела при Ендржееве, Поляки переправились .через Буг и, присоединив к себе отряд Янковского, составили армию в 46,000 человек На следующий день, успокоенные возвращением графа Дибича в C₁xy, опи двинулись вперед.

Великий князь Михаил Павлович, был уже извещен от передовых своих постов, что Поляки строят у Сероцка мосты через Буг и Нарев и уведомил о том Фельдмаршала, с присовокуплением, что неприятельские партии являются близ Вельойток. Как великий князь не мог предполагать, чтобы вся польская армия направилась против гвардейского корпуса, то соображаясь с прежними слухами, принял идущия на него войска за усиленный корпус Умпнского, и приказал гвардии сосредоточиться у Замброва, чтобы _f соображаясь с обстоятельствами, или птти на встречу неприятелю, или отступить к Нуру и соединиться с главною армиею. Генерал-адъютант Бистром, с 5 бат., 12 эскалр., 16 орудиями и 300 человек гвардейских казаков, был выдвинут в Вонзово для наблюдения за неприятелем; 4 батал. с 8 орудиями стали для его подкрепления у Червива; отряд геперала Сакееа, в Остролеп-ке, прикрывал правый, а 4 эскадр. гвард. конных егерей, в Острове и Ендржееве, левый — фланги.

1_-го (13) мая, Бистром двинулся к Пржетице, где узнал, что мят-ежви-ки занимают Вельонткп с 7000—8000 войск. По причине крайне лесистой местности, наш авангард, оставив в Пржетице генерал-маиора Полешко, с 1 бат. егерей, двумя ротами Финских стрелков, 300 казаков и 2 орудия, возвратился в Вонзово. Со стороны неприятеля, Скржинецкий разделил армию на три колонны: Дем-биеский с 4 батал., 6 эскадр. и 6 пушками (4200 человек), был направлен по правому берегу Нарева к Остроленке; Лубенокий, с своим кавал. корпусом и пехотною. дивизиею. Каминского (12 батал., 24 эскадр., 26 орудий — 12,000 человек) пошел вдоль по Бугу к Нуру, уничтожая мосты и сообщения гвардии с Седлецом. По прибытии в Нур, Л)бенский имел приказание неусыпно наблюдать за Фельдмаршалом и, в случае переправы его через Буг, отступить к главным силам. С.

о,стальною частью войск (36 батал., 24 эскадр., Чй орудия — 30,000 человек) рам Скржинецкий направился на Лом-зу, имея въавангарде Янковского, с _чпехотною дивизией Рыбинского и одною бригадою конницы. 3 (15) мая главная польская армия достигла Воли, Янков ский Поржонцф, Лубенский Вышкова. а Дембинский Пултуска. Русских нигде не было; но на другой день Поляки надеялись встретить их.

Фельдмаршал пригласил великаю князя, в невероятном случае нападения на него превосходного неприятеля, придерживаться более Буга нежели Царева, чтобы главная армия могла подкрепить его.

4-го (16) мая, рано по утру, Янковский двинулся к Пржетице. Генерал Полешко защищался хладнокровно и мужественно, отбил нападение’двух батальонов на это селение, а у Длугосед-лы стремительную атаку двух полков кавалерии, которых повели вперед Хлаиовский и адъютанты Скржинецка-го, прибывшего с Пропдзинским на место битвы. Искусные Финские стрелки нанесли своими штуцерами значительный вред мятежникам, особливо их офицерам () Медленно и в величайшем порядке наш передовой отряд отступил в Плавки и-Бродкн и, присоединив к себе стоявшие там 17 батальона и гвардейский уланский полк, держался до наступления .ночи, после чего отошел к Вонзово, а оттуда в Соколово за р. Орж.

Главная польская квартира перенесена была в Длугоседло авангард в Бродки, Дембинский был въРожане, Лубенский в Броке. Эскадрон русских гвардейских улан, расположенный в Порембах и атакованный польскими конными егерями, отступил в bс-тров и схватил несколько пленных, от которых великий князь положительно узнал, что он имеет дело с

Г) В числе 50 раиеиых было 30 офицеров. целою польскою армиею. Видя невозможность достигнуть Нура⁴ и соединиться с Фельдмаршалом, великий князь решился смело встретить ^ч опасность, став в центральной позиции у Снядо-ва. Генерал Бистром получил приказание немедленно перейти из Вопзо-ва в Соколово.

Храбрый отпор генерала Полешко образумил Поляков и их вождя, который опять, внал в опасения и нерешительность. Стремительный напор Поляков охладел 5 (17) мая; неприятельский авангард только в 4 часа по полудни развернулся перед генералом Бистромом, который, чтобы не сразиться, имея за собою болотистую речку Руш и длинную деФИлей у Якаца, стройно отступил за теснину. Сперва двинулась пехота, оставив у моста саперов и стрелков; потом отошли конница уступами; генерал ОлФерьев с гвард. уланами прикрывал движение. Когда он перешел через речку, саперы истребили мост, не обращая внимания на картечный огонь 1& польских орудий. Гвардия заняла нижеследующую позицию: авангард у Якаца, имея справа, против Клечкова, гвардейских драгун, слева у Кацин-ска и Глембокы конных егерей; главные силы были у Снядова с промежуточными постами между этим городом и Якацем и влево у Духны. Па оконечности правого фланга стоял барон Сакев у Остроленки. В этом расположении войска остались весь следующий день, ожидая дальнейших предприятий мятежников. Польская армия остановилась по ту сторону речки Руша. Дембинский приблизился к Остро-ленке, а Лубенский занял Нур, откуда находившийся там слабый русский пост, под .начальством капитана Назимова, разломав мост, отступил в Цехановец. Скржинецкий, пользуясь мгновенным пресечением сообщения между гвардией и главною русскою армиею, и желая подкрепить литовских инсургентов, отправил к ним Хла-шовского с одним уланским полком, ротою пехоты, 2 легкими орудиями и 100 человек офицеров и унтер-офицеров для обучения тамошних новобранцев. 7 (19) мая, Хлаповский выступил из Бсенжаполл, перешел, 9-го числа, границу у Мевы и направился к Брянску.

И так, 6-го (18) мая Поляки стояли в виду той гвардии, которую они так -торжественно и всенародно обещали азстребить при первой с ней встрече. Прондзинский, коммиссар народного правления, Роман Солтык, и вся молодежь в армии громко требовали немедленной атаки. Силы были почти равные (от 26,000 до 30,000 человек); мятежники имели более пехоты, гвардия более конницы и артиллерии. Но Скржи-нецкий объявил, что он не может отважиться на бой до взятия Остролен-ки и до получения известий от У минского о намерениях Фельдмаршала. Для достижения первого пункта, дивизия Гел-гуда была отправлена к Остролевке, чтобы напасть с тыла на барона Са-кена и, если можно, захватить в плен весь его отряд. Сам Скржинецкий находился при этой колонне. Барон Са-кен, полагая, что он имел дело с одним только Дембинским, упорно защищал мост через Нарев и, подбив выстрелами своей артиллерии несколько польских орудий, принудил противника удалиться. Вдруг Сакев узнал от своих разъездов, что две сильные неприятельские пехотные колонны идут на него со стороны Срже-, куна. У нашего отряда был только один пут отступления — шоссе в Ломзу. Сакен немедленно потянулся по нем до Мясткова и таким образом благополучно ушел от грозившей ему опасности. Когда Скржинецкий, в час по полудни, приблизился к ОстроленкЬ, то город уже был занят Дембинским. Гелгуд пошел за Сакеном и, расположившись у Мясткова, стал почти-что в тылу гвардии. Покушение Малаховского восстановить -мост у Клечкова было отбито гвардейским егерским полком с 4 орудиями:

Ночью на 7-е число получено было известие, что Лубевский занял Нур, а Фельдмаршал стоит еше у Седле-ца. Теперь, кажется, ничто не мешало Полякам нанести гвардии обещанный удар. Положение ея было действительно опасно. Присоединением Дембинского Поляки стали превосходить ее сплою; Гелгв угрожал ея тылу; сообщение с Фельдмаршалом было прервано, Прондзинский еще раз и самым настоятельным образом требовал атаки. Спор его с генералиссимусом дошел до явного разрыва; но Скржинецкий, все еще опасавшийся вступит в генеральное сражение с гкар-дейскими войсками, мужество и устройство которых он испытал в предъи-дущих арриергардных делах, решительно отказал двинуть армию вперед. Только Гегуду было послано (и скоро потом отменено) предписание идти к Ломзе; Гелгуд в недоумении остался весь день в Мясткове, ограничиваясь отправлением партия вправо к Щепанкову. Остальные польские войска дневали в прежней своей иозиции.

Великий князь постигал невозможность долее оставаться у Снядова и решился продолжать отступление к Бя-лостоку, для обеспечения этого важного пункта и предоставления Фельдмаршалу возможности устремиться в еыл Полякам, буде они станут преследовать гвардию. 7 (19) мая, рано по утру часть тяжестей потянулась к Ломзе, другая, к Тыкочину. В 9-ть часов последовал за ними великий князь с пехотою, артиллерией и Кавалергардским полком, направляясь -на Мен-женив; генерал Бистром с конницею, егерями, саперами и финскими стрелками, прикрывал отступление. Только - что двинулись наши войска, Гелгудова партия явилась у Щепан-кова, в правом фланге нашего ар-риергарда; но встреченная 8 эскад|Ю-вами кирасир с 8-ю орудиями, была обратно прогнана в Мястково. Бистром оставил Якац только после обеда и, следуя уступами, достиг Гача, где! расположился на ночлег. Трудный маневр — переход с одной операционной линии на другую в виду превосходных сил неприятеля — был исполнен в примерном порядке. Поляки тихо пошли за Бистромом. Янковский с авангардом занял Сня-дов; вслед за ним армия перешла теснину у Якаца; главная квартира осталась в Трочине. На другой день Скржинецкий решился непременно догнать гвардию и сразиться с нею. В 4 часа по утру, он двинулся к Гачу тремя колоннами и, став в голове пехотвой дивизии Рыбинского и всей конницы, с необыкновенною ему деятельностию, лично устремил их за великим князем. Прондзинский поскакал в Мястково, чтобы вести Гел-гуда и Дембивского в Ломзу; Лубен-ский стоял в Нуре., В два часа по полудни Скржинецкий. настиг последний эшелон русского арриергарда, отряд генерала Полешко (5 бат. егерей 4 орудия), в лесу между селениями Коломея и Рудки. Бистром уже был в Менженвне, а великий князь в.Ло-иухове. Полешко имел приказание держаться в лесу до наступления но.- чи, чтобы дать время пробраться, тяжестям по крайне песчаным дорогам в Тыкочин. Скржинецкий послал прямо против него. Янковского с дивизией Рыбинского; влево, вдоль по Белому-болоту,. пошла бригада. Богуславского; вправо, на Рудки, конт ная бригада Кицкого и один пехотный полк, а еще правее, на Меаженив, остальная конница Скаржинского. 14-ть орудий прикрывали атаку. Три раза Поляки, предшествуемые тучей стрелков, вторгались в лес., три раза они были опрокинуты штыками гваре дейского егерского а Финляндского полков; конница их, принужденная делать весьма значительный обход,

Тонь X.

прибыла толька с наступлением ночи к Менжениву, встретила, там графа Ностпца с 1-юбригадою легкой гвардейской кавалерийской дивизии и не смела напасть на нее в потьмах. Обозы благополучно перебрались через Нарев. Главные силы великого князя, выступив в 14 часов ночью из Лопухова, прошли через Тыкочин в Злотарию,-переправились там через реку и заняли позицию у Жодтек. Бистром притянув к себе эшелон генерала Полешко, в час по полуночи. направился в Тыкочин. Неприятель не преследовал его, но часть польских колонн потянулась к Жолт-кам. Опасаясь за свой правый фланг в случае движения к Злотарии, генерал-адъютант Бистром решился перейти Нарев у Тыкочина и правым берегом реки, примкнуть к великому князю.

Скржинецкий расположил свою главную квартиру в Коломее; армия стояла впереди эшелонами до Рудки и Менжениаа. Гелгуд, вечером 7 числа уже: бывший около Ломзы, обманутый ложным. известием, отступил по шоссе, к Хойнам; там он встретился с Дембинским поссорился с ним насчет этого непонятного отступления, : ВО, ПО прибытии ПрОНДЗИНского, вместе с Дембинским возвратился к Ломзе. К немалому своему удивлению; Поляки нашли, что укрепления, устроенные вокруг этого города, оставлены Русскими! Они немедленно заняли Ломзу, где узнали, что барон Сакен, успев истребить большую часть хранившихся в городе магазинов и мост-на Нареве, удалился в; Ставишки.; Возстановив наскоро мост, иГелгуд отправил за Бакеном небольшой отряд -полковника Сера-ковского, а сам с остальными войсками поспешил в Каломей к главной армии; -

9-го (21) мая, Скржинецкий’ продолжал преследование Бистрома к Ты-кочину и в тоже время послал

пол

- т пол

Скаржинского и Гелгуда вправо к Жолткэм, чтобы отрезать нашему ар-риергарду отступление за Нарев, в чем, как мы уже видели выше, не успел. Столь же неудачно было покушение овладеть силою переправами у Тыкочина и Жодтек (смотрите Тыкочин). Тут кончились наступательные действия Поляков. Преждевременно провозглашенные подвиги и .трофеи ограничились занятием полосы земли,которую гвардия, за исключением нескольких, со славою выдержанных арриергард-ных дел, вовсе не оспоривала. Для своего оправдания, мятежники объявили во всех европейских журналах, что русская гвардия не решилась противостать им и была спасена только быстрым отступлением. Но BfoMy хвастовству верили только самые ослепленные приверженцы революции. Сражение под Кульмом было еще в свежей памяти. Поляки дрались не лучше французов; а там 8000 гвардейцев остановили отважный натиск 30,000 неприятелей и помогли потом истребить их. Под Снядовом гвардия более 30 часов стояла в готовности принять сражение. Почему же Скржинецкий не дал егое — Мы не будем говорить о распоряжениях великого князя Михаила Павловича: самия события доказывают их превосходство. Потеря, понесенная гвардией во все время отступления от Пржетипы до Ты-кочкна и Жолтек, не превышала 38 офицеров и 680 нижних чинов, убитыми, равеньими д пленными.

Следующий день, 10-го (22) мая, было воскресевье. Поляки, отслужив молебствие в Тыкочине за мнимое спасение отечества, предались необузданному ликованию. Князь Чарторижский, прибывший из Варшавы, поздравил генералиссимуса, говоря, что он едва мог догнать на почтовых лошадях ообедоносвое его шествие; все готовились на следующее утро вступить в пределы России, и вдруг, в час по полудни, раздалась между неприятелями ужасная весть, что фельдмаршал перешел Буг, разбил Лу-бенского и идет в тыл мятежникам. Тотчас же дано было предписание к общему отступлению; главная квартира в ту же ночь бтправилась в Менженпн; за ней утремились войска, бросив на дороге часть тяжестей и усталых и оставив в Тыкочине больных и раненых. Давно уже Пронд-зипский предсказывал Генералиссимусу этот печальный конец мнимого его торжества, доказывая опасность углубится в Тычочинский мешен, (какь он называл безразсудное преследование гвардии до Царева), и необходи-димость остановиться у Снядова,чтобы идти потом на встречу Фельдмаршалу. Биля противное мнение Скржи-нецкого, он просил увольнения от занимаемой должности, получил ёго и согласился остаться при армии только до прибытия Хржаповского. Теперь когда оправдались все опасения Проид-зипского, Скржинецкий снова прибег к его советам. Сперва Провдзинский предложил отступить в Ломзу и расположиться по правому берегу Нарева между реками Бобром и Писеком, усилив укрепления Ломзы и продо-вольствуясь запасами Августовского воеводства. Сераковский, получив нужное подкрепление, должен был разбить и преследовать Сакева по дороге в Ковно, куда, в случае взятия Ломзы Фельдмаршалом, предполагалось направиться и главным польским силам, останавливая преследование Русских в выгодных позициях, у Граиева, Райгорода и Августова, и дав время Уманскому действовать наступательно. Но Скржинецкий, опровергая идей общого сражения, объявил, что он отправил парки и запасы обратно в Модлин, и что, по невозможности действовать без них, должно спешить обратно в Остроленку. Но дабы удержать за собою сообщение с Литвою, занятием важного и превосходно укре- пленного города Ломзы, и не покинуть

Сераковского, генералиссимус прибег к гибельвой полумере. Он отправил Гелгуда в Ломзу, предписав Сера-ковскому продолжать теснить Сакена, а сам с остальными силами направился к Остролеике. Обозы большей частью потянулись за Гелгудом и впоследствии не мало затрудняли его действия; небольшой арриергард под начальством Янковского, остался в Тыкочине.

5 (17) мая Фельдмаршал получил второе извещение великого князя, что неприятель теснит передовой отряд генерала Полешко и что гвардия сосредоточивается у Снядова. Граф Дибич, одобряя эту меру, советовал направить, если нужно, отступление генерала Бистрома на Остров и Епдржеево. В то же время он двинул генерала Кисмера, с одною уланскою бригадою и двумя полками казаков, в Боссов, чтобы охранять дороги, ведущия через Ядов и Лив к Нуру. Этим ограничились меры предосторожности главнокомандующого, который и тогда не верил экспедиции Скржипецкого против гвардии. 6 числа узнал он о занятии Нура Поляками. Это воервые встревожило его. Не видя перед собою значительных неприятельских сил и начиная наконец опасаться за гвардию, он направил, 7 (19) числа, генерала Угрюмова с 1-ю гренадерскою дивизиею, гусарским полком и отрядом генерала Кисмера в Соколов, куда сам намерен был выступить на следующий день с главными силами, чтобы, судя по обстоятельствам, соединиться с гвардией или снова возвратиться в Седлец. Для прикрытия Брестского шоссе оставлен быи граф Пален 2-й, с 8 батальонами 2-го корпуса, 6-ю кавалерийскими и 2-мя казачьими иолками. Он имел ириказание сосредоточить войска свои в Сухе, защищать Седлец и занять двумядругими батальонами иМендзыржиц; в случае дке нападения на него превосходных неприятельских сил, отступить к Бресту на соединение с бароном Розеном, и вместе с пим действовать ваступательно, или защищать до последней крайности Брест. Генерал У трюмов, по сильному занятью Нура мятежниками, поворотил в Гранне, для устроения там понт.ого моста и восстановления коммуникации с гвардиею. Вечером 8 числа, нарочный, прибывший от великого кия_гзя с известием об отступлении Его Высочества к Рудкам и Тыкочину, наконец рассеял сомнения Фельдмаршала, и он без малейшей останоьчси предпринял поход к Бугу.

В статье Нур мы описали переправу русской армии через Буг, победоносное дело ея авангарда у Нура и от-и стуцление Лубенского к Замбровуи куда прибыл также Янковский из Ты-кочина Между тЬм Скржинецкий с главным корпусом достиг, 11 (23) мая, Снядова, а ва следующий день Трошина. Гелгуд был в Ломзе, Лу-бенский в Надборах. Фельдмаршал быстро двинулся за мятежниками, но, желая скорее соединиться с гвардиею, принял несколько вправо и через Клуково пошел к Высоко-Мазовецку, предшествуемый авангардом генерала Берга. С своей стороны, великий князь, отправив в Бялосток гвардейский гусарский полк, чтобы наблюдать за действиями Хлапопского, выступил 10 мая из Тыкочина и Чифе-ва вслед.за Поляками. Впереди шли авангарды графа Ностица и генерала Слатвинского. Они захватили множество усталых и несколько повозок, но не могли догнать неприятеля, 12 числа воспоследовало соединение головной колонны гвардейского корпуса с .генералом Бергом.

Описание движения нашей армии к Остролеике и знаменитого сражения при сем городе находится в статье Остроленка. Победа, одержанная геройским мужеством наших войск, в особенности гренадеров, не смотря на значительное превосходство сил и отчаянное сопротивление противников, не имела важных последствий. Скржи-нецкий успед собрать у Пултуска жалкие остатки своей армии (от 45,000 человек, с которыми он перешел 1 маи р. Буг, едва оставалось у него 15,000) и отступил с ними к Сероцку.

Дела в Литве и Подолии.

В Остролевке граф Иван Иванович получил донесения о почти совершенно утушенных восстаниях в Литве и Подолии. Правда, что движение Хлаповского и Иелгуда в Литву предвещало новия и еще сильнейшия смуты, но между тем прибывали в эту страну наши резервные войска и, следовательно, нельзя было иметь на счет ея больших оаасений. В Подолии спокойствие было водворено окончательно. Фельдмаршал, которому события в Литве так много мешали в правильном продовольствии войск и в сообщениях с С. Петербургом, надеялся иметь теперь более средств действовать свободно.

Происшествия в Виленской губернии.

Мы уже говорили выше, что из 11-ти уездов, составлявших тогда Виленскую губернию, в 9-ти обнаружился мятеж; что в руках наших войск оставались только города Ковно и Вильно, где однакож скрывались неизвестные главные зачинщики .бунта, управлявшие всеми его действиями. Скоро мятеж коснулся двух остальных уездов: Свевцянского и Брацлавского. Самый город Брацлав был содержим в повиновении присутствием полковвика Каховского с небольшим отрядом войск. В Минской губернии, явились возмущения в уездах Дисвен-ском и Вилейкском. Но при приближении к Вилейке подполковника Боль-центадя с 2-м Тептерским казачьим полком, вся эта сволочь, вспомнив участь Ошмян, разбежалась цо лесам, бросив на дороге е. Небольшая толпа ушла в Мяджел, где, прикрытая лесами, озерами и болотами, скоро опять возрасла до 3,000 человек пехоты и ЭД0 кавалерии.

Постоянные неудачи убедили мятежников в необходимости согласного и совокупного действия. Положено было атаковать всеми силами Вильну. По составленному для этого плану, мятежники Виленского уезда должны были собраться у Майшаголы на Вилькомир-ской дороге; Свенцлнцы и Брацлавцы, на дороге в Динабург у Неменчива; Ошмянцы на пути в Минск у Трок, а Поневежцы на Ковенском пути, у Иеве. Другия шайки стояла уже на Вилий у Ковган. Все эти толпы, окружавшия Вильну в расстоянии 21—28 верст, простирались до 20,000 челов. Ковенским инсургентам поручено было наблюдать за г. JKobbo и переправами через Видию; Вилькомирцам остановить русские войска, приближающияся со стороны Дивабурга, а Само-гитцам встретить колонны, ожидаемия из Курляндии. 7 (19) апреля, главная часть мятежников, перейдя Вилию у Чабцшек, расположилась близ Иеве, в лесу у селения Ковган. По получении о том известия, генерал-адъютант Храповицкий выслал на рекогносцировку полковника Верзилина, только-что возвратившагося из Ошмян, с линейными его казаками, 2-мя ротами пехоты и, 2-мя пушками. Мятежники напали на него близ селения Оосянигаек; встреченные картечью и ружейным огнем, они обратили тыл; конница ускакала; пехота скрылась в домах и стала защищаться; но выбитая штыками и шашками, побежала в леса; наместе остались 120 человек убитых и 30 пленных. Русские лишились только 6 человек. Преследовав неприятеля на расстоянии нескольких верст, Вирзилин, через Троки, прибыл обратно в Вильну. За два дня до этого происшествия, полковник Вышков-ский, с 2-я ротами пехоты, 60 всадниками и 1 орудием, рассеял у Корнилов, близ Ковно, другую толпу инсургентов с потерей ими 150 челов. Эти поражения заставили бунтовщи-

(Фен(еергом. Эти подкрепления позволили генерал-губернатору Храповицкому действовать решительнее. Со_:гласно с присланным из Петербурга планом действия, приказано было генералу Отрощенке очистить Ошмян-ский уезд и дороги в Гродно и Минск; князю, Хилкову открыть дорогу в Петербург через Видзы и,. Динабург; генералу Сулиме двинуться в Самогитью; ’ полковникам Верзилину и Крагельскому обеспечить бли- жайшия окрестности Вильны. В то же время наЛиФЛяндского генерал-губернатора барона Палена и генерала Ширмана возложено было занятие Шав-ли и Тельша. Отрощенко, с 1 / бат., 1 эскадр. и 4 орудиями —1200 человек, узнав, что шайка Ошмявцев находится в Вишневских лесах, поспешил туда из Вильны через Ошмя-ны и Олыиавы. Мятежники скрылись в болотистые леса у Рума; атакованные там 17 (29) апреля, полковником Севастьяновым с частью отряда Отрощенки по Валошинской дороге, между тем как другая колонна отрезала им отступление у Бокшты, они были почти совершенно истреблены, и только 80 всадников успели бежать в Пруссию. Генерал Ширман, выступив из Динабурга такжо с 1,200 человек, рассеивая противоставшия ему толпы; устремился на Повёвеж, восстановил тами законное правительство, и увезя с собою непокорных дворян и ксензов, пошел к Шав-ле на встречу барону Палеву, который прибыл туда, 24 апреля с 2000 ичеловек и 6 орудиями, опрокинув на дороге авангард Мятежников у Каль-ве и все Шавеиьское ополчение у Япи-шек.

В то же время кнВзь Хилков, оставив, 16 апреля, Вильну с 1 егерским; 1 уланским полками и 8 пушками, разбил на следующее утро мятежников Виленского уезда у Май-шаголы и Ширвинта, взял, 18 числа, сел: Гедройце приступом и 24-го приков, собранных в Ковганах, отложить нападение на Вильну и потянуться через Янов к Шатам, для противодействия генералу Ширману.

В Самогитии инсургенты действовали отдельными отрядами. Россией ские шайки помогали Августовским и Ковенским; Телыпеские наблюдали малыми отрядами Курляндскую границу от пределов Пруссии до р. Випдавы; за этою рекою стояли Шавельцы и Вилькомирцы; числом юни доходили до 6000 человек; резерв иэ 600 пехоты и 300 конницы стоял в Тельше. При таком расположении мятежники вели деятельную малую войну с слабыми русскими постами,прикрывавшими Курляндию. Генерал-маиор РевненкампФb принял добровольно начальство над 800 челов. собранных в Полангене (регулярных войск, пограничных стражей и военных работников по Виндавскому каналу); у Рицена на р., Аа, стоял обер-Форстмейстер Ман-теЙФель с 500 лесничих; менее значительные отряды занимали Обер-Бар-тау, Эссерн и другия пограничные точки. 8 (20) апреля генерал Реннен-кампФb внезапно напал на шятеясн и- ков в Дорбиане и с уроном лрог-нал их к Салавту. По возвращении в Поланген, он нашел там- полковника Бартоломея, который с отрядом своим (1000 челов.) возвратился из Пруссии. 11 (23) числа оба они атаковали м. Кретингев и рассеяли засевших там и в Карчянах инсургентов. Но по несоразмерному превосходству сил этих последних, наши не могли удержать за собою этих пунктов и возвратились на прежние позиции. Так протекла большая часть апреля. В конце этого месяца явились в Литве свежия русские войска. 12 (24) числа, генерал-лейтенант князь Хил-ков вступил в Вильну с бригадою улан и одним полком пехоты. 14-го прибыла в Ковно другая уланская бригада и также один полк пехоты с генералами Сулимою, Малиновским и, был в Свенцяны, откуда инсургеи-ты бежали в Луцки, чтобы соединиться с Диснейскими шайками. Кыязь Хилкав, оставаясь несколько дней в Свенцянах, обеспечил С. Петербургскую дорогу расстановкою на почтовых станциях небольших постов и направлением в разные стороны подвижных колонн. Генералы Сулима, Малиновский и Офенберг, J6 апреля, направились из Ковно к Капланам с 1 пехотным, 2 уланскими полками и 12 орудиями и проинали мятежников, оспоривавших у них переправу через р. Невязу; после этого генерал Сулима двинулся, 22 апреля, также к Шавле, чтобы принять от Ширмана большой муниционный транспорт, приведенный для главной армии из Динабурга. У мызы Пржисто-вьяны, между Шадовом и Б а ии за голою, стояли соединенные силы Литовцев, до 7000 человек. Сулима приказал Ладожскому пехотному иолку, после краткой перестрелки, броситься в штыки на центр мятежишков; уланы ударили на них с фланга и менее чем в полчаса вся толпа была смята, опрокинута и преследуема до леса, где огонь стрелков, засевших у опушки, остановил улан. Мятежники, потеряв в этом несчастном диа них деле до 2000 человек, отступили к Госсиенам, и рассеялись там, чтобы возвратиться в свои уезды и вести гверильясскую войну. 26 апреля (8 мая) Сулима ирибыл в Шавли, куда явился также отряд полковника Бартоломея. Этим сила русских войск в Щавле возрасла до 7000 человек и начальники их положили усмирить ими .три Самогитские уезда. Барон Палев и генерал Ширман пошли к Тельшу, Малиновский и Офенберг к Россиевам, Сулима эскортировал вышеупомянутый транспорт в Ковио. В Шавле остались 600 человек гарнизона, под начальством полковника Мака. 30 аиреля барон Пален, опрокинул шайку, занявшую выгодную позицию у Вышвяни, занял Тельш, а полковник Ховен с фланговым отрядом Борну. Мятежное правительство немедленно рассеялось и спокойствие было восстановлено. 1 (13) мая барон Пален, соединившись с Ховеном, двинулся к Полангену, где были тогда главные силы инсургентов. _ч

Новое нападение на этоть, по мнению польских и литовских мятежников, важнейший пункт, давно уже было решено в совещаниях частных начальников шаек. 25 апреля (7-го мая) они собрали в Дорбиине и Кретиниене до 4000 человек с двумя небольшими пушками, вылитыми в Ворне, предполагая 27-ю числа устремиться к Полангену. Там, по выступлении Бартоломея, оставалось у генерала РенненкампФа не более 8000 человек Пе смотря на то, он решился предупредить бунтовщиков и с двух сторон пошел на Дорбиан. Схватка была упорна, но несметпое превосходство сил противников принудило РенненкампФа отступить. Мятежника пошли за ним и готовились атаковать Поланген, как вдруг узнали, что барон Пален явился у них в тылу. Панический страх овладел столь надменными до того времени инсургентами; они без памяти бросились бежать вдоль но прусской границе до Швеишнивы и Таурогена. Баров Палев соединился у Крегингена сь генералом РенненкамииФом.а Ширма ы поспешил в Ретив, сжег устроенный мятежниками в Задвой-нах овой завод, захватил вылития в Ворне 8 пушек и истребил все собранные с большими трудами военные, запасы. Отсюда он направился к Таурогену, рассеял (6 мая) одним своимь появлением стоявшую там толпу и тотчас поворотил к Юрбургу. В одно и то же время прибыл туда генерал Малиновский из Россиен. Сопротивление Литовцев продолжалось не долго. Лишившись большей части своих людей, они бежали в Цитови янские леса, куда пробрались также, жалкие остатки Тельшеских, Ш а вельских и Россиенских инсур-иентов. Ширман и РенневкампФ заняли тогда и очистили от мятежников северную, а Сулима и Малиновский южную часть Самогитии. Обманутые своими помещиками, крестьяне сми-, ревно возвратились к сельским работам; варшавские эмиссары ускакали восвояси; уцелевшие еще зачинщики бунта скитались в глубине дебрей у Ретова, Куршан и Цитовянь, продолжая не Партизанскую уже, а разческую войну против одиночных лиbдей и самых мелких команд Одинаковая участь с Саиогитией постигла и восточную Литву. Князь Хил-ковь, генерал Отрощенко и полковник Каховский, рассеяв тамошния шайки, водворили прежнее спокойствие, причем ревностно содействовали им, так называемые, Филиионы, или Бурлаки, переселившиеся в Тройский и Вилькомирский уезды в ХУ и ХУИ столетиях, русские раскольники, которые всюду принялись за е на защиту Белого царя. Главную силу литовских мятежников составляли тогда Вилейкскил шайки, вновь собранные и сформированные в неприступной позиции у Мядзолы. Отсюда они предприняли завладеть уездным городом Вилейкою, занятым генералом СаФьяифвым с двумя слабыми резервными батальонами. 4 мая, (22 апреля) инсургенты действительно ворвались в южную часть города, но скоро были опрокинуты штыками наших солдат, и только 1000 человек успели добраться до Глубокого, где нашли Дисненскую шайку, отступившую туда после такого же неудачного покушения на город Дисну, отбитого резервами гренадерского саперного батальона.из Динабуриа. Как вскоре потом прибыли в Глубокое и истатки разбитой князем Хилковымь Свенцявской ТОЛПЫ; то сила мятежников снова возра-сла до 6000 человек. После бурного совещания, положено было пробраться в Вилькомирский уезд, ибо усиливавшиеся на Двине русские войска и близость собиравшейся в Витебске резервной армии графа Толстого, не иоз-воляли уже надеяться на успех в восточных уездах. Чтобы удобнее скрыть это движение, мятежники разделились на две части: лучше усгроен-иые и вооруженные отряды потянулись к Вилькомиру, а коссионеры и другая сволочь вступила в Витебскую губернию, в намерении распространить и там восстание. 10 (22) мая, они овладели Леиелем, после краткого сопротивления инвалидной команды, но окруженные подоспевшими из Витебска колоннами, были разбиты и большая часть их захвачена в плен. Первая шайка 2500 человек (в том числе 750 человек довольно, хорошо устроенных кракусов и 600 застрельщиков), оттеснив слабый отряд полковника- Тинькова (120 человек пехоты и 60 улань), расположенный на станции Качергишки, достигла усиленным маршем через Рышманы и Солоки, ии мая, Везунь, где пристали к ним остатки Вилькомирцевь. Но согласие продолжалось только несколько дней; споры за верховное начальство разъединили мнимых защитников отечества. Свенцянские и Дисненские толиы пошли через Шимани и Купишкй в Трашкун, откуда присоединились потом к Гелгуду; Вилейкцы, иресле- дуемые некоторое время князем Хил-ковым, направились через Коварен и Вилькомир в Подширвинг и_ч Чи-бишки, где примкнули к Хлановскому.

Теперь остается сказать несколько слов о виленских студентах. Дол-ио, но. тщетно, ожидали они восстания в самом юроде; наконец, соскучившись, вышли, волись спрятанным для них в монастырях и костелах ем и решились вести партизанскую войну. 450 челов. этой молодежи, собравшись, 14 (26) апреля, в близлежащей роще, обратились, зле дуя Рудникскими лесами, к Трокам. Встреченные и преследуемые нашими отрядами из Трок и Мерена, под начальством подполковников Кра-гельского и Беляева, они потянулись к Ожеронцу, имели несколько стычек с вашими партиями и пробрались наконец к мятежникам, свирепствовавшим к окрестностях Су-мелишек и Барбаришек. Между тем посланы были на них из Вильны отряды полковников Севастьянова - и Верзилина. 18 (30) мая они напали-на мятежников отступивших в Вош-тортанский лес, и совершенно рассеяли их. До 200 студентов пало под штыками пехоты и шашками линей-ных казаков. Жалкие остатки этой толпы присоединились к Хлаповскому.

В Гродненской губернии спокойствие было менее нарушено чем в Виленской. Одна только горсть заговорщиков, пробравшаяся в огромные Бя-ловежские леса и усилившаяся тамошними лесничими, беспокоила наши сообщения на Брест и Бялосток, -захватывая транспорты, команды и курьеров. Наконец удалось подполковнику Горскому, отправленному против них с 2-мя ротами пехоты, 2-мя эскадронами и 1 пушкою, проникнуть до самого вертепа этой шайки, рассеять ее и взять все ея запасы. Для обеспечения дорог, барон Розен отправил в Бяловеж генерала Линдена с 2-мя батальонами, 3 эскадронами и

3-мя орудиями. Таково было положение Литвы, когда вступлением в нее Гел-гуда и Хлаповского начался -новый период тамошних смут -

Дела в Подолги и на Волыни.

По уничтожении отряда-Дверницкого, Фельдмаршал граФb Сакен предписал генералу Ридигеру занять, с 4 резервным кавалерийским корпусом и 10-ю пехотною дивизиею, - Владимирский и Ковельский уезды и обеспечить границы от Крылова до Виодавы от новых нашествий со стороны Польши; на него же возложено было наблюдение за Замостьем, восстановление спокойствия до границ Гродненской и Минской губерний и сохранение сообщения с действующей армиею. Генерал-лейтенант Кайсаров с частью 3-го пехотного корпуса и двумя вновь сформированными полками 6-го, должен был очистить от бунтовщиков северную Волынь и заменить Ридигера, если он двинется к Замостью; генерал от инфантерии Рот, командир 5-го пехотного корпуса, расположенного в Бессарабии, должен был перейти Днестр с 18-ю пехотною и 5-ю уланскою дивизиями и содержать в повиновении Подолию.

, В статье Дашев мы описали восстание в этой последней губернии и разгромление его генералом Ротом. Остатки мятежников бежали в Линзы, в намерении пробраться оттуда в Винницу, и вместе с тамошними бун товщиками, приблизиться к Днестру и австрийской границе. Генерал Рот, дав своим войскам несколько дней отдыха, пустился преследовать бегущих с двумя полками улан, направляясь вправо к Волыни, через Янов, Хмельник и Менджибож. Генерал-маиор Шереметев, с другими двумя уланскими полками, пошел влево к Бугу; трем запасным эскадронам конных егерей, собранным в депо в Махновке, предписано было идти к Виннице. 800 мятежников, спасшихся из-под Дашева, следовали через Во-ровнику к Михалевке, близ Тыврова, чтобы переправиться там через Буг. Тывров уже был занят Шереметевым, но два его эскадрона, послана ные в авангард к Михалевке, распо- ложившись там без всяких мер предосторожности, были внезапно атакованы мятежниками и с уроном обращены за Буг: Видя прямую дорогу в Тывров занятою, мятежники снова обратились к Ободне, и силою открыв себе путь в Янов, решились идти в Бар, где, по слухам, восстание шло успешно. Ложность этих известий не замедлила оказаться и привела мятежников в величайшее уныние. Ови поспешно оставили Янов, разломав за собою мост и окольными дорогами посиешили к пределам Галиции. В дер. Майданске, близ м Дерожни, Лятичевского уезда, догнал их Шереметев. Прежде чем мятежники, обремененные огромным обозом, успели выбраться из лесистой дефилеи и устроиться к бою, наши уланы понеслись в атаку, опрокинули арриёргард мятежников, взяли часть обоза и, после уоорной схватки, овладели двумя орудиями. Поражение мятежников было решительно; храбрейшие из них легли на месте, или попались в плен₄; остальные раёбре-лись малыми толпами и побежали к Галиции. У Женичковца примкнула к ним шайка Барских бунтовщиков, которая, воспользовавшись отсутствием войск, заняла и разграбила, 10 числа, город Бар, но услышав о .поражении товарищей, поспешила подкрепить их. Разстройство Подольских шаек сообщилось и Барским; забыв прежнее свое намерение—пробиться на Волынь, все вместе бросились в Сатанов и перешли там австрийские границы, в числе 700 человек 14 (26) мая, в самый день Остроленского сражения. Такой жалкий конец имело восстание Нодо-лии, в котором впрочем, из миллионов жителей участвовали только 5000 человек.

В Волынской губернии мятежнические шайки, собравшиеся в Овруче и Ра домысле, без труда были истреблены подвижною колонною полковника Севастьянова; спаслись Немногие.

У. Последния распоряжения и смерть фельдмаршала.

Впечатление, произведенное на жителей Варшавы и всей Польши результае том битвы под Остроденкою, было тем сильнее, чем более верили, они последнему донесению Скржинецкого из Тыкочина: ч,то два воеводства очищены от неприятеля русская гвардия разбита, а польские войска стоят на Литовской земле и открыли сообщение с тамотвйми Ийн-сургентами. Уже Поляки перевеСДНсь пылким своим воображением на берега Двины и Днепра уже видели трепет Петербурга,—и вдруг разнесся слух, что генералиссимус один, без войска, прибыл в Прагу. Скоро потом начали прибывать длинные ряды повозок с ранеными и толпы расстроенных и унылых войск, единогласно обвинявших Скржинецкого в быстром перевороте счастия. Разочае рование было ужасное. Все явные и тайные враги Скржинецкого и, в главе их, _/ давнишний его завистник, Круковецкий и члены якобинских клубов, усилившись жалобами недовольного Прондзинского, возопили против него. С своей стороны, генералиссимус, стараясь скрывать по возможности объём понесенных потерь, обвинял правительство в слабости и требовал сосредоточения верховной политической и военной власти в одной особе. Народное собрание, чтобы успокоить полководца, вместо упреков, Отправило к йему депутацию с одобрением всех его действий, отрешило Круковецкого от должности варшавского генерал-губернатора, назначив на его место Провдзинского, но отвергло проект о переменеправительства. Скржинецкий, довольный тем; что сохранил главное начальство над войском, стал ревностно заниматься его комплектованием и реорганизацией. Модлин, куда спаслись из-под Остро-ленки часть армии и почти все. ея тяжести, -был приведен в лучшее оборонительное положение; несколько полков нового состава распределены по старым; обнародована новая конскрипция. Мало ио малу собрались под Прагою довольно значительные силы, одушевленные новою надеждою.

Между тем главная русская армия поднялась 20 мая (1 июня) от Острб-ленки и малыми переходами пошла к

полпол

Нултуску, куда прибыла 23 числа. 1-й пехотный корпус, с 3-ю гренадерскою дивизией а одною кирасирскою бригадою, стали у Голымива; гренадерский корпус, одна кирасирская и одна уланская бригады за Пултуском, гвардия в, резерве у Макова. Главная квартира была в Клечеве. Аванпосты простирались но Нареву и Бугу до р. Вкры. В О-строленке остался один, в Лом-зЬ два полка пЬхоты. Атаманский казачий полк наблюдал за течением Буга от Нура до Нарева. В этомь расположении армия осталась несколько не-дизль, в продолжение которых Фельдмаршал занимался управлением действий против Гелгуд.ч, планами к переправе через Bucjy у прусской границы и заготовлением правильного продоволь, ствования войск; покупкою в Пруссии и доставлением в Данциг из Остзейских наших провинций запасов муки, которые потом по Висле были отправлены в Торн. Управление сими покупками возложено было на статского советника ииейкера; сбор материалов для постройки моста — на инженер-иолковнпка ФнтингоФа.

В то же время Фельдмаршал предписал барону Крейцу оставить Люблинское воеводства и двинуться к Брестскому шоссе, откуда он должен был примкнуть к главной армии. .Корпус барона Розена был усилен двумя бригадами 7-й пехотной дивизии.

Эти распоряжения генерал-Фельдмаршала графа Дибича Забалканского были последними. Ночью на 29 мая (10 июня) он заболел сильнейшим припадком холеры щвь 11 часов по полуночи скончался. (См. статью Ди-шчь).

Начальник главного штаба, генерал-адъютант граФb Толь принял временное верховное командование войсками. Он немедленно перенес главную свою квартиру в Пултуск и продолжал приводить в действие начертания графа Дибича.

Барон Крейць, сдавь генералу Ри-дигеру начальство в Люблинском воеводстве и оставив ему в подкрепление слабую 2-ю конно-егерскую дивизию и два- nqjKa казаков, прибыл 26 мая (7 июня) через Коцк в Седлец, усилился там войсками графа Палена II и отправил генерала Муравьева с литовскою гренадерскою бригадою,

4- мя полками 2-й лехотн. дивизии, одною бригадою драгун и 3-мя полками казаков через Ендржеево в Ортро-левку; а сам с бригадою пехоты и

5- ю иолками кавалерии расположился у Нура, прикрывая отрядами как Брестское шоссе, так и подвозы провианта из России на пространстве между Бугом и Наревом. Генерал Рпдигер, находясь в Люблине с 12 бат., 36 эскадр. и 900 казаков (12,000 человек и 24 орудия) занимал страну между Вепржемь, Вислою и австрийскими границами; генерал Кайсаров, с одною пехотною дивизией 3 корпуса и бригадою улан (около 6000 чел ) наблюдал Замостье.

Действия Гелгуда и Хлаповского.

Мы говорили выше, что Хлаповскии, в то время, когда польская армия стояла против гвардии у Снндова, был отправлен в Литву с отрядом из 800 человек конницы и инструктеров для литовского ополчения, при 2-х орудиях. Хлаиовский перешел ираницу империи у Мены и двинулся на Брянск, распространяя слух, что он составляет авангард сильнейшей колониы. Из Брянска он ыаиравился в Бяло-вежские леса, опрокинуль, 11 (23) мая, у Гайновчины генерал-маиора Линдена, встретившей ей с 1 батал., 1 эскадр. и 2-мя орудиями 4 корпуса, соединился в Масееве с шайками лесничих и других литовских бунтовщиков, и сделал притворное движение к Слониму, вдруг поворотил мимо Волковиска к Мостам. Там он, 17 (29) мая, переправился на лодках через Неман, угрожал Гродно, но потом Форсированными маршами пошел к Лиде, захватывая в плен;

или рассеявая найденные на пути небольшия русские команды. По предписанию генерал-адъютанта Храповицкого, генералы Огрцщенко, князь Хил-ков и Сулима должны были двинуться против Хлаповского. Но он не останавливался, а спешил далее через Оравы и Стокишки в Китовишки, где примкнули кь нему разные шайки мятежников. Литовцы снова принялись за е. Хлаиовскии составил из них линейные полки и батальоны и скоро имел уже до 5000 человек с 5-ю орудиями; во юрдость еио и презрение, с которым польские регулярные войска обходились с литовскою рухавкою, отстранили от них все сердца и превратили первоначальный восторг и преданность в неюдование и ненависть. Вдруг Хлаиовскии получил известие о приближении Гелгуда и приказание примкнуть к его корпусу. Неспособность Гелгуда командовать войсками давно уже была известна Хлаповско-му: он сам надеялся быть иероем и освободителем Литвы, и поэтому только с досадою подчинился чужому начальству.

В день сражения под Остроленкою, Гелгудь выступил из Ломзы правым берегом Нарева с намерением соединиться с Скржинецким. На дороге прибыль к нему Дембинский с коннырти Нознанскими кракусами и приказанием слеювать со всеми его войсками в Литву. Корпус Гелгуда состоял тогда из двух бригад пехоты (И/г бат.), 2 эскадр. конницы и 21 орудий; отряд Дембпнского из 3 бат., 5 эскадр. 4 орудий. Всего, со включением вольнаю ограда Заливского, было около 12,000 человек. Но Гелгудь не имел ни малейшого понятия о военном деле и быль притом в явной вражде с пылким, тщеславным Дем-бинским. 16 (28) мая оба они двинулись в Грииево, где соединились с Сераковским. Генерал барон Са-кен, сь 7/ бат., 4 эскадр. и. 300 казаков— (около 5500 человек и 14 орудии) — стоял в крепкой позиции у Райгорода. Узнав о победе, одержанной Фельдмаршалом у Остроленки, он пошел с частию, своего отряда к Ломзе: но в трех верстах от Райгорода встретился со всеми силами Гелгуда, и, после храброго сопротивления, принужден быд ночью отступить в Августово (смотрите Ратород). Оттуда потя-нулся он к Ковно, и прибыв туда 21 мая (2_хиюня), приказал разломать за⁴ собою мост на Немане. _ч

Гелгудь преследовал ей слабо, и вместо того, чтобы обратиться из Августово в Гродно, где Русские имели весьма значительные магазины и запасы, направился в Ковно. Известие в Сувалках, что сильный русский корпус идет по следам его, устрашило Гели уда, и он поспешил далее к Кальварии и Мариамнолю. Там, Ь военном совете, решено было перейти через Неман .в Гелгутиш-ках, 7 верст выше Юрбурга, чтобы скорее вступить в Самогитию. Для замаскирования этого движения, Дем-бинский пошел к Ковно, начал из Алексотена стрелять по городу, но потом также поспешил в Гелгутишки. 25-го числа весь польский корпус был уже но правую сторону Немана. Русская колонна, так сильно испугавшая Гелгуда, была — бригада леикой гвардейской кавалерий (1200 человек) посланная, под начальством генерала Ол-Ферьева, для наблюдения за Ноликами и восстановления тишины в Августовском воеводстве; варшавский гвардейский отряд генерала Куруты направился в Гродно и Меречь.

По получении в Ковно известия, что Поляки намерены переправиться у В е-лоны, генерал Малиновский посие-шил туда с 4 бат., 10 оруд. и 300 казаками; но узнав, что переход уже совершен, возвратился в Ковно. Между тем доставлено было барону Са-кену приглашение генерал-адъютанта Храновицкаю : прибыть в Вильну для защиты этого города против Хланоц-

подподского. Сакев поспешно собрал все свои войска и 27 мая оставил. Ковно, с 10 бат., 10 эскадр., 760 казак. (7000 человек и 26 орудий), истребив мост ва Вилие. 30 мая (11 июня) он прибыл к Вильве и занял позицию на Поварских высотах.

В статье Вильно изложены медленные и ошибочные движевия Гелгуда после перехода через Неман. Он ослабил свои войска, отправлением Шимановского к Цолангену, Дембинского в Ширвинт, Хлаповского в Рыконты и утратил драгоценное время колебанием и пустыми демонстрациями. Наконец, подойдя к Вильне, он был разбит, 7 (19) июня, соединенными силами Сакена, Ку руты, От-рощенки и других генералов. Этим решилась участь фксиедиции Гелгуда. Он в беспорядке отступил в Кай-даны, а Хлаповский в Ковно. Спустя несколько дней, прибыл в Вильно начальник резервной армии, генерал от инфантерии граф Толстой. За ним стали вступать резервы; войска стройные, многочисленные, кипящия желанием сразиться с мятежными врагами. Дембинский, через Майшаголу и Ширвивты, направился к Вилькомиру, с намерением держаться за СвЬнтою. Заливский возвратился в Августовское воеводство. С того времени устройство и повиновение быстро стали упадать в корпусе Гелгуда; начальники войск не слушали приказаний главного вождя; солдаты своевольствовали; половина вновь набранных литовских полков разбежалась по домам; другая ушла в леса, для продолжения партизанской войны. В корпусе оказался величайший недостаток в е и снарядах.

Между тем Шимановский, отправленный, как мы видели, в Самоги-тью и усиленный действующими там шайками мятежников, атаковал Шарлю, занятую 900 человек гарнизона, но был отбит с значительною потерею. и укрепился в Цитовьянах. 9 (21) июня русский гарнизон, обманутый ложным, слухом ои приближении бригады Роланда, оставил Шавлю. Шимановский немедленно занял ее, во 11 числа Русские возвратились и выгнали мятежников. Гелгуд перешел в Рос; сиены. Тогда прибыл в Вильну генерал барон Крейц, назначенный командовать всеми действовавшими против Гелгуда войсками. По его приказанию, генералы Сакев и Дел-лингсгаузен двинулись с двух сторон на Ковно. Кекервицкий, защищавший этот город с двумя литовскими полками, был опрокинут и взят в плен с 600 человек. При получении о том известия, Гелгуд и Хлаповский (принявший должность его начальника штаба) двинулись, 18 (30) июня, к Кайданам, пригласив туда и Дембинского. Но этой последний рассудил иначе. 19 числа он выступил к Поневежу, имел там, 23 июня, упорное дело с генералом Савоиви, преследовавшим его с частью войск резервной армии, и отступил к Шав-ле. Гелгуд обратился в Плембург, за Дубиссою, был оттуда прогнан генералами Сакевом и Деллпвсгаузе-ном и опять поспешил в Россиены, а 25 числа соединился с Шимановским в Цитовьянах. В самый этот день Дембинский явился под Шавлею, где стоял полковник Крюков с 3000 пехоты и 150 человек конницы. Под .вечер он был атакован Дем-бивским, но с уроном отбил егО. На следующий день подоспели Шимановский, а потом и Гелгуд. Поляки со всех сторон бросились на Крюкова, но были разбиты, выгнаны из занятой им части города и принуждены отступить к Курщанам (смотрите Шавля). Обозы Гелгуда, до 1000 повозок, во время следования к Шавле, были взяты близ Коржина передовыми войсками Деллингсгаузена. Унылые, расстроенные солдаты боевого корпуса стали на биваках позади р. Виндавы. В военном совете, собранном в

Куршанах, пдсле долгих споров и взаимных упреков, Гелгуд был отрешен от командования и корпус его разделился ра три .части : Хлапов-ский, а с ним и Гелгуд, решились приблизиться через Янополь и Горж-ды к прусской границе, и, если нужно, спастись за оную; Роланд напра-вился к Полангену; Дембинский объявил намерение пробиться в Поне- веж и дальним обходом достигнуть пределов царства, а при неудаче этого предприятия, возвратиться в Литву. По прибытии в Ворну, Роланд узнал, что на него идет генерал Ширман из Плуньян; он тотчас потянулся назад,за Хлаповским, бросив на дороге всех усталых, и раненных.

30 июня (12 июля) Хлаповск.ий потребовал к себе всех офицеров своего отряда, изложил им безнадежное его положение и, получив их согласие перейти в Пруссию, исполнил это на следующее утро у Лангалена. В самое это время колонна Роланда по- тянулась мимо этого селения, ища про хода в Августовское воеводство; часть отряда Хлаповского пристала к вей, другая осталась в Пруссии. В происшедшей от того суматохе, один польский офицер подскакал к, Гел-гуду и убил его ным выстрелом. Войска Хлаповского, объятия страхом, немедленно положили е и сдались подоспевшей к границе прусской команде. Роланд продолжал свое следование, но, теснимый войсками барона Крейца, последовал, 3 (15) июля, у Коадъютена примеру Хлаповского. Сила обоих отрядов простиралась тогда ещё до 5000 человек пехоты, 1000 человек конницу и 25 орудий. По выдержавии карантина от холеры, войска были эскортированы Пруссаками к Мариенвер-деру, а я, пушки и лошади выданы Русским.

Из всех ПОЛЬСКИХb войск, вторге нувшихся в Литву, один только Дембинский успел возвратиться в Польшу. При выступлении из Куршан, у него состояло 2500 челов. пехоты, 1300 конницы и 6 орудий. Пробравшись лесами и болотами мимо отряда генерала Савоини, расположенного в Шав-ле, он достиг Митавской дороги, и через Лигу ми и Пушолаты прибыл, 1 (13) июля, в Понёвеж. Преследуемый генералом Савоини с 8000 человек войска и 12 орудиями, Дембинский поворотил на Рогов и, переправлсь на пароме через реку Свенгу, двинулся в Курклы и Овонту, где был догнав войсками Савоини. Поляки ушли ночью и, истребив за собою мосты и переправы, приняли вид, будто бы направляются к Свенцянам и Динабургу; но вдруг, через Жадов и Да ни ше в, устремились в Сморгони, пленив на дороге несколько команд, курьеров и транспортов, и поспешили через Ольшаны и Збойск к Неману. Савоини, который хотел предупредить их у этой реки, следуя по прямому направлению через Вильно и Ошмяны, пришел туда неоколькими часами позже. 11 июня польский отряд перешел не без труда Неман и продолжал следование через Вселюб и Дзиен-циол к Слониму; но узнав, что оттуда выступил против него генерал-маиор Станкевич, с 3 батальонами, 4 .эскадронами и 3 орудиями, и, что Савоини находится у него в тылу, опять бросился вправо к Деречину и через Изабелин достиг, 15-го числа, Беловежских лесов. Тут Дембинский был обрадован неожиданным известием, что к нему идет на встречу другой польский отряд, полковника Рожицкого, посланный из Варшавы к Дпвцу с 1,200 человек и пробравшийся по левому берегу Буга в Дроги-чив, а оттуда, преследуемый генёра-дом Боленом, в Наревку. 14 (26) оба отряда соединились и, оттеснив Болена, иошди на Ордю; 18 июля, они переправились у Цехановца через Марчдц, а у Мыслиборга через Буг, и 19-го достигли Угощь, близ Косополпол

®п. Барон Розен также намеревался встретить Дембивского, еще до прибытия его на Буг, выступил из Бреста с значительною частью 6го корпуса на Высоко-Литовск, но Дем-бпнский ускользнул к Ммслиборгу. Когда же Розен, Савоини и Станке-вичь прибыли в Цехавопец, то Дем-бинский уже был в безопасности, ии обогнув отряд генерала Голо- вина, спешивший отрезать его из Лукова через Радзимин, достиг Варшавы.

Экспедиция Янковского и Ромарино 07, Люблинское воеводство.

В начале июня главная польская армия была расположена следующим образом: генерал Янковский с пехотною дивизией Мюльберга (4-ая) и конною Турно, стоял в авангарде у Калушина: пехотные дивизии Рыбинского, Малаховского и Серавского (1,3 и 5-ая) были у Праги, конные дивизии Ягмина и Казимира Скаржинского в Варшаве. Белинский с несколькими батальонами и эскадронами был в Радзимине, защищая переправы через Буг и ^вНарев у Зегржа и Се-роцка. Ромарино, принявший начальство над резервным корпусом Дзе-конского, (6300 человек 12 орудий) в Гуре-Кальварии; Хржановский, с 6000, у За-мостья. Не смея уже противостать главной русской армии с войсками, большей -частью нового набора. Скржи-нецкий обратился опять к прежнему своему образу действий против отдельных наших корпусов. Отдельное расположение генерала Ридигсра в Люблинском воеводстве представляло, по мнению генералиссимуса, удобнейшее средство к его разбитию. 2 (14), июня, Скржинецкий выступил из Пра-ги. Главная его квартира перешла, с 3-ю и 5-ю пехотными дивизиями, в Шеницуи Рыбинскийс 1-ю дивизией и частью конницы пошел через Больше и Домановице к Седлецу, выдвинув небольшой авангард к Сбу-чину. Янковский, с состоявшими пцд его начальством дивизиями Мюльберга и Турно, был направлен к Коц-ку и Люблину, куда должны были двинуться также Ромарино, переправясь через Вислу у Голомбе, и Хржановский из Замостьл. Смелым движением генерала Риди тера к Лисобы-кам и делом при Будзиско 7-го (19) июня рушилось и это предприятие. Янковский, претерпев сильное поражение, отступил, вместе с прибывшим к нему в подкрепление Рыбинским, к Окржее, а оттуда к Праге, по предписанию Скржпнецкого, устрашенного демонстрацией графа Толя, к Се-роцку и Зегржу. Ромарино возвратился в Гуру-Кальварию. Хржановский, который между тем занял Люблин, по отступлении оставленного там слабого отряда графа Тимана, двинулся в тыл Ридигера; но узнав, что этот генерал идет к нему на встречу через Ленчну и что дорога в Замостье пересечена Кайсаровым, поворотил к Пулавам и 13-го (25) числа перешел у Голомбе на левый берег Вислы. В Замостье остался Крысинскип с 3000 челов. гарнизона, который неоднократно тревожил вылазками блокировавший его отряд генерала Кайсарова.

VI. Назначение генерал-фельдмаршала графа Паскевича-Эриванского главнокомандующим действующей армиею; переходу ея на левый берег Вислы и занятие Ловича.

12 (24) июня прибыл в Пултуск, через Мемель и Ломзу, новый главнокомандующий действующей против польских мятежников армиею, знаменитый герой заский, генерале-Фельдмаршал граФ Иван Федорович Паскевйч-Эриванский. Во время проезда через Ломзу, он осмотрел окрестности этого города и, постигнув стратегическую его важность, приказал усилить укрепления, чтобы иметь надежный пункт между пределами Империи и войсками, действовавшими в Плоцком воеводстве, а также вре-меноую базу для корпусов, которые, по усмирения Литвы, двинутся на соединение с главными нашими силами. По прибытии в Пултуск, в.главную квартиру армии, Фельдмаршал, во исполнение предначертания государя императора, занялся средствами к немедленному перенесению войны на левый берег Вислы и для этого начал сосредоточивать войска.

Первый отряд, возвраиившийсн к армии, был летучий походного атамана, генерал-лейтенанта Власова (3 полка казаков, 2 эскадрона гвардейских конных егерей и 2 орудия), отправленный графом Толем к нижней Висле, чтобы восстановить спокойствие Во Плоцком воеводстве, разогнать сборища народного ополчения, захватить запасы хлебавытребованные варшавским мятежным правительством, и сделать подробную рекогносцировку путей, по которым должны были следовать наши колонвы. Генералу Власову предписано было- ласково обходиться с жителями, спокоить умы их и платить исправно за все получаемия от них потребности. Атаман исполнил с полным успехом возложенное на него поручение; занял 7 (19) июня Плоцк, встревожил левый берег Вислы, переправив у Влоцлавека несколько казачьих партий, и 13-го числа, благополучно возвратился в ИИлонск. Ночью с (26) на 15(27) июня, неприятель, выйдя цз Модлива с двумя батальонами, шестью эскадронами и двумя орудиями, внезапно напал на наши нередовые посты, расположенные но реке Вкре, в намерении взять Насельск и проникнуть до ЦЬханова, где находились ваши тяжести; но после непродолжительного успеха, был прогнан подоспевшими со всех сторон резервами.

Предпринимая движение за Вислу, должно было пожертвовать прежней своей базою и операционною линией и удалиться с бывшего до этого театра военных действий, на котором оставался только слабмй_вкорпус барона Розена. Фельдмаршал предписал ему— находясь с главными силами в Бресте и обороняя его, в случае надобности, до последней капли крови —выдвинуть вперед к Седлецу авангард, под начальством генерал-лейтенанта Головина (8 батал. пехоты, 7 эскадр. улан, и 1 полк казаков, всего до 7000 человек при 14 орудиях). Аван гарду сему дана была трудная, при его малочисленности, инструкция: 1) беспрерывно тревожить оставшихся в Подлясскомь воеводстве неприятелей:

2) стараться навлекать на себя внимание и как можно более войск главной армии мятежников, чтобы обличить этим переправу Фельдмаршала;

3) занимать весь край между Бугом и Вепржем, Брестом и Вислою, оставаясь в связи не только с бароном Розеном в Бресте, но и сь генералом Ридигером в Люблине и отрядом барона Пиллара (700 человек кавалерии) в Острове; 4) не вступать в решительное дело с превосходными неприятельскими силами, а отступать, находясь от них в расстоянии одного перехода; наконец 5) держаться Брестского шоссе, но, при удобном случае, делать демонстрации до Минска, Праги и Модлина.

Генералу Муравьеву, принявшему, по отъезде барона Крейца, начальство над его войсками, повелено было отправить генерала Герсгенцвайга с 2-мя полками пехоты, 2-мя драгунскими и

10-ю орудиями в Ломзу, где должен был соединиться с ним отряд ге-нерал-маиора Штрандманна (3 батал. пехот. лейб-гвдрдии Гродненский гусарский полк, 4 орудия). Герстевцвейг имел назначение: сменить бригаду ОлФерьева, которая возвратилась к гвардейскому корпусу; наблюдать, за Августовским воеводством и страною до прусских границ, имея отряды в Остолееке, Острове (генерала Пиллара) и Нуре; защищать Ломзу и, смотря по обстоятельствам, противодействовать Гелгуду, если, он, принужденный оставить Литвуи захочет пробиться в Баршаву. Генерал Муравьев с остальными своими силами (9200 человек пехоты, 3400 конницы, 64 орудия, 700 казаков) прибыл через Остров, Длугоседдо и Обрите 20 июня (2 июля) в Пултуск, и увеличил этим силу главной армии до

56,000 войск и 319 орудий.

Фельдмаршал разделил ее на 4 колонны: авангард; или крайнее левое крыло генерала графа Витта (7 батал. иехот. 3 полка кавалерии и 200 казаков) должен был двинуться на Сохочин и Плонск, имея впереди генерала Власова с 5 казачьими полками. Левая колонна, князя Шаховского (29 батал., 6 полков кавалерии, 500 казаков), а с ней и главная квартира, следовали на Слонск, Луберадз, Малушин, Ржевин и Роготворск; правая колонна, великого князя Михаила Павловича,(17у_з гвардейских .батал., 6 полков кавалерии и 3 эскадр. казаков), на Маков, Цеханов и Рационж; отдельная колонна графа Палена 1 (25 бат. 4 полка кавалерии, 500 казаков) на Лржа-сниц, Млаву, Шренок. Безунь и Липно. Обозы и парки, прикрытые 3-мя полками, егерей и 1 казачьим, шли частью с графом Паленом, частью еще правее; за каждою колонною находился небольшой арриергард. Генерал-маиор Анреп, с двумя полками кавалерии, оставаясь некоторое время в Остр ленке, должен был потом за. ключать шествие. В случае наступательного действия Поляков со стороны Модлина или Зегржа, колоннам предписано было присоединиться к войскам князя Шаховского, после чего фельдмаршал намерен был принять сражение, действуя преимущественно многочисленною своею, конницей на левый Флавг неприятеля, чтобы отрезав его от Модлина, отбросить к Нареву. Этими превосходными распоряжениями Фельдмаршал надеялся обеспечить трудный фланговый марш вокруг крепости, из которой неприятель, простым движением вперед, мог прорезать наши колонны. В то же время взяты были надлежащия меры для одоления препятствий, ожидаемых от недостатка продовольствия в стране, истощенной реквезициями, а равно от дурного состояния дорог и от свирепствовавшей в войсках и между обывателями холеры.

Движение началось 22-го июня (4 июля) а 26-го армия прибыла в Плоцк. Авангард графа Витта стал у Бори-шева; князь Шаховской и главная квартира заняли Плоцк, гвардия Тржено-во, граф Палев Поржин, особый арриергард, составленный во время следования из 6 полков пехоты, 1 гусарского и казачьяго, под начальством генерала Муравьева, занял Ле-щино, имея впереди казаков походного атамана.

Неприятель, не постигая цели русского главнокомандующого, мало мешал следованию колонн, которое Скржинецкий сначала принял за демонстрацию только части нашей армии. Убедившись в противном, он послал пехотную дивизию Мюльберга и конную Турно через Модлин на правый берег Вислы. 24-го июня, Турно напал на Плонск и вытеснил отту-,да казаков, но не пошел далее. Мюльберг остановился у Войцицф и Бландовки, откуда направил партии в Насельск, Пултуск и Маков. 26 числа, сам Скржинецкий перешел из Варшавы в Модлин с двумя дивизиями пехоты о одною конницы; 5-я дивизия стала у Пржиборовица, в подкрепление Мюльбергу, пододвинутому к Плонску, 3-я дивизия у самого Модлина, а кавалерия на левом берегу Вислы, у Казуня. Этим ограничились действия польского вождя; он старался только выиграть время медле-вием, демонстрациями и нападением на отдельные наши корпуса, надеясь разбитием пх остановить графа Па-скевича.

Рыбинскому, усиленному конницей Ягмина, приказано било двинуться к Седлецу; корпусу Ромарино перейти Вислу у Потичф и занять Желехов; все фти войска (27 батал., 32 фскадр.— около 27,000 человек с 34-мя орудиями) поручены были начальству Хржановского. Рыбинский, медленно подаваясь вперед, занял 25-го июня Калушин; но опасаясь за левый свой фланг и встревоженный смелыми рекогносцировками и частными нападениями на него Головина, отступил 27-го числа к Минску и Дембе-Велькам.

Пунктом иереправы главной армии было избрано селение Осек у самой Прусской границы, по выгодам, представляемым там местностью к ио-стройке и обороне мостов и по удобству получать покупкою из Торна все нужные к тому материалы. Ближайшия распоряжения были возложены на графа Палена. Сам Фельдмаршал хотел остаться на несколько дней в Гилоц-ке и отвлекать внимание неприятеля ложными приуготовлениями к переправе при этом городе. — 28-го июня (ИО Июля), граф Пален, усиленный всеми саперными батальонами, понт.ми иарками и разными другими командами, выступил из Паржина, достиг одним переходом Липно и на следующий день был уже в Оееке. В то же время летучий отряд из гусарского полка и 200 казаков, под начальством генерал-маиора князя Гагарина, был послан вправо, для осмотра пространства к стороне Ос-троленки и Ломзы и наблюдения — не приближаются ли оттуда неприятели. Со стороны Поляков дивизии Мюль-берга и Турно, а за ними Серавский, пододвинулись к Напольску и Волкову, откуда начали тревожить арриёр-гард графа Витта. Фельдмаршал, не желая встречей с ними остановить главное свое предприятие, оставил, 30 июня, (12 июля) Плоцк и двинулся в Сребрно, а 1 (13) июля в Каменькато-во, впереди Липно, где была главная

Том X.

квартира. Отряд Муравьева примкнул к армии, граФb Витт расположился на иравом берегу Скрвы, истребляя все мосты на этой реке и наблюдая за дорогами, ведущими в Лин-но и Осек. Между-тем Мюльберг, заняв Плоцк одною бригадою конницы, подвинулся к Слупно

Чтобы удалить этого неугомонного противника и обеспечитьсвое сообщение с Остролевкою, Фельдмаршал велел генералу Герстенцвейгу двинуться из Ломзы к ИИлоцку С своей стороны, польские летучие отряды захватили в Мливарже, близ Остролен-ки, пост из двух эскадронов драгун; но и они были остановлены, генералиссимусом, который приказал дивизиям Серавского и Малаховского возвратиться из Пржиборовица и Мод-лина в Варшаву. Конница Скаржннского, усиленная бригадою иехоты, была направлена через Каминнос в Сохачев. Сам Скржинецкий, получив донесение Хржановского о наступательных действиях генерала Головина, поспешил в Дембе-Вельки.

В статье Калушит мы изложили иричины, побудившия Головина, не обращая внимание на слабость своего отряда, смело и стремительно атаковать, 27-го июня, Рыбинского в Калушиве, 29-го Ромарино в Шенице и распространить своими партиями тревогу по всему пространству от Буга до Венр-жа. Некоторые военные писатели, не постигая настоящей цели этих действий и судя о них по некоторым последствиям, назвали их необдуманною дерзостью справедливо наказанною огирокинутием авангарда 6-го корпуса 3 (15) июля, у Минска, и приписывали одному лишь счастью спасение от совершенного разбития у Ка-лушина и пленения (7 июля) в.Седле-це. Но этою именно смелостью польский главнокомандовавший и значительная часть его войск были отвлечены от Варшавы и нижней Вислыи Отряд в 7000 человек, почти беспрерывно

сражаясь в продолжение 14 дней с

27,000 неприятелей, Вышел наконец без важных потерь из самого опасного положения,

С (13) июля, граФb Пален начале постройку мостов, обеспечивая ее занятием лежащих на этом месте двух островов, устройством тет-де-пова и батарей на правом берегу и переправою на левый берег полка казаков и бригады егерей. Казаки немедленно заняли Случево, Рационжек и Нешаву,) а егеря приступили к укреплению моста и с этой стороны реки. Несколько судов были вооружены пушками и составйли небольшую флоти- лию, управляемую, отрядом гвардейского экипажа. Переход армии начался 4 (16) числа. Сперва переправился корпус графа Палена и занял позициюу Рациовжека; за ним двинулись парки и тяжести. Армия до 6 числа оставалась у Николя; граф Витт был впереди Липно. 7 (19) июля армия перешла в Осек и стала дебушировать на левый берег.В голове шел отряд генерала Муравьева; потом—гвардия и гренадеры. Граф Витт расположился на позиции у Липно за.р. Мненою, с аванпостами на Скрве. 8 числа, он последовал за армиею, и направившись к Ловичеку, уже занятому графом Паленом, опять составил авангард, имея под своим начальством 6 казачьих полков, литовскую гренадерскую бригаду генерала Муравьева и две бригады легкой кавалерии. 1-л гренадерская дивизия примкнула к сиГоему корпусу. Армия расположилась: главная квартира в Ыешаве, гренадеры в Брудново, гвардия в Бржеше, граф Пален въЛовичеке, а .впереди его граф Витт.

Прибыв в Осек, Фельдмаршал, к немалому своему огорчению, узнал, что одно из главных начал, на которых были основаны дальнейшия его действия,—то есть приуготовление достаточного запаса продовольствия, — вс было еще упрочено. Граф Иван Федорович, находясь в Пултуске, принял для этого самия деятельные меры. не жалея ни трудов, ни денег; но распоряжения прусского правительства к отвращению холеры, остановили провоз запасов из России и внутри Пруссии; доставление же водою вверх по Висле производилось весьма медленно; в Осеке находилось только на 20 дней муки; не было ние нужного числа печей для обращения ея в сухари, ни средств для их транспортирования за армиею. Фельдмаршал, с свойственною ему энергиею, умел устранить сии важные неудобства. В течение 5 дней было построено 540 печей; 5000 челов. стали заниматься денно и ночно печением сухарей; по прошествии 5 суТок, армия имела их в готовности на двадцатидневный срок. Но как подвижныепарки могли поднять только двухнедельную провизию, то остальная часть сухарей была сложена в Осеке и поручена защите генерала Герстенцвей-га. В то же время Фельдмаршал разослал по окрестностям коммиссионеров для покупки, на чистия деньги, за выгодные цены, картофеля и других съестных запасов; и Пруссаки, и Поляки, наперерыв стали доставлять их в армию. Эти распоряжения принудили Фельдмаршала остаться в Ни-шаве до 14 (26) июня. В самое это время граф Паскевич был обрадован оФФИциальным известием о вог-нании войск Гелгуда и Хлаповского в Пруссию.

Благоприятное это обстоятельство у-меныппло важность Ломзы и позволило присоединить к армии часть войск, действовавших в Литве. Фельдмаршал велел генералу Герстенцвейгу, оставив в Ломзе небольшой гарнизон, двинуться через Рационж и Липно к Осеку, а барону Крейцу со всеми войсками, входящими в состав действующей армии, примкнуть к ней, направляясь на Августов, Ломзу, Шренск и Скомпе. Поляки вовсе не показывались на левом берегу нижней

Вислы, и только 9 и 10 июля делали слабия рекогносцировки к Вроцлавеку и Бржешу. -

Пространство от Нешавы до -Варшавы, на котором открывалось новое иоирище военных действий, несколько менее лесисто и низменно, чем Плоц-кое воеводство; но. оно также пересекается многими болотистыми речками, которые представляют войскам, отступающим щ дороге из Торна в Варшаву, через Бржеш, Коваль и Гостиниц, довольно хорошия оборонительные позиции: у Гомбина за речкою Дья-волеком между Смеловице и Ноконово; за Скрвою у Гостинина; 14 верст далее за ручьем Скоком, у селений Смолевты, Решки и Щавин; наконец у Сохачева за Бзурою, откуда, до Варшавы, простираются уже открытия равнины. Выгоднейшая из всех этих позиций находится у Сохачева. Река Бзура превосходно прикрывает ея Фронт; впадающия в нее ио перпендикулярному направлению речки Утрата и ИИиссья обеспечивают фланги; правый берег, на котороц лежит Сохачев, командует левым. Обойти эту позицию можно только направляясь на Ловйчь; боковых сообщений тут мало. Как сообщение нашей армии с правым берегом Вислы ограничивалось мостом у Осека, который но этому составлял нредмет первостепенной важности, то фельдмаршал положил двинуться вперед с величайшей осторожностью, находясь во всегдашней готовности встретить неприятелей, буде они отважатся проникнуть туда; а для обеспечения- переправы и защиты тет-де-по-нов назначил генерал-маиора Ренне, с 2-мя полками казаков, 2-мя егерей, 3-мя ротами саперов и одною гвард. экипажа (около 4500 человек с 18 орудиями). Одна пехотная бригада должна была занимать Вроцлавек. Впрочем, самое движение армии достаточно прикрывало иеренраву, с левого берега Вислы; флотилия препятствовала разрушить мост брандерами; если же неприятели показались,бы со значительными силами на правом берегу реки, то генерал Ренне имел приказание, перейдя с артиллерией и войсками с тет-де-нона на острова, отвести за оные переднюю половину моста.

Предписание, посланное к генералу Герстенцвейгу, — следовать к Осеку — нашло его на реке Вкре, близ Сохочина. Авангард его (л. гв. Гродненский гусарский полк и эскадрон гвардейских казаков) был в Шонеке; 5 батал. и 4 эскадр. занимали Гу-таржево; легкая гвардейская кавалерийская бригада ОлФерьева находилась в арриергарде у Новемясто; генерал Анреп, с двумя полками драгун, прикрывал левый фланг к стороне Модлина; князь Гагарин действовал вправо к стороне Цеханова. 11 (23) июля, Герстенцвейг даинулся к Ра-ционжу. Там он был атакован конною дивизией Турно, поддержанною под вечер всей пехотною Мюльберга (смотрите Рационж). После упорной битвы и отражения яростных атак Турно,Гер-стевцвейг отступил за Вкру и стал в выгодной позиции у Глиновека. Мюль-берг также не оставался в Рационже, а в следствие полученных от Скржи-нецкого предписаний, отошел, 12 числа, через Бабушев в Шонек, отдохнул там два дня и направился потом через Модлив к Сохачеву. Князь Гагарин занял Рационж и оттуда поспешил на соединение с главною армией. За ним последовал, 13 (25) июля, генерал Герстенцвейг, рассеявая на дороге своими отрядами сбежавшиеся в некоторых местах скопища поснолитого рушения. 15 числа он достиг Осека, а 17-го переправился через Вислу. На левом .берегу этой реки два летучие отряда, — один, под начальством полковника Кузнецова (1 полк казаков и2эскад. улан), другой поручика Козловцова (25 охотников) — были посланы к шоссе ведущему из Варшавы в Калиш. Кузнецов разогнал близ Сампрльно

19 (31) июля войска дневали, за исключением левой фланговой колонны, пододвинутой к Вимиску. Разъезды правого фланга, дойдя до Бзуры, .узнали, что польский отряд, находившийся в Ловиче, очпетил этот город: казаки немедленно заняли его; за ними Поспешил генерал Муравьев, и 20 июля, рано поутру, вступил в Ловичь с 4 полками пехоты, 6 эскадронами и 18 орудиями. Армия также обратилась туда. Граф Витт дошел в Бочек, посылая партии в Орлов, Симавовице, Плашкоцин, Дембек, Конти и Ми-стржевице; левая фланговая колонна заняла Залусков; граф Пален прибыл в Кожьержев, князь Шаховской в Мостки, великий князь Михаил Павлович в Чернеев, Фельдмаршал в Кервозию. Передовые посты имели небольшия стычки с Поляками впереди Сохачева и у Кутно.

21 июля (2 августа) авангард вступил в Ловичь. Казаки заняли Аркадию и Неборов, а аванпосты их весь левый берег р. Равки. Граф Пален стал у Вицие, князь Шаховской у Свержник, гвардия у Голевско; главная квартира была перенесена в Маль-шицу. 22-го граф Витт остался в прежней своей позиции. Корцус графа Палена развернулся у Забытова, занимая передовыми постами Комбин и Бочки; за ним гренадеры и гвардия сосредоточились у Попова. Генерал Герстенцвейг послал подвижную колонну (4 эскадр. 2 орудия) к Лен-чице.

’ 23 июля главная квартира и весь боевой корпус перешли Бзуру и, заняв Лович, стало на вновь избранной операционной линии по Калишскому шоссе, если можно назвать таким образом направление, обращенное лицем к прежним основаниям и путям дей-твия. Положение вашей армии, почти беспримерное в истории войн, могло быть оправдано только необходимостью и предыдущими событиями. Находясь в расстоянии 130 верст от шаткагодве партии в 1500 человек милиции и взял в плен 1 полковника, 2-х офицеров и 180 нижних чинов; Козловцев, скрытно проникший до Колло, был принужден отступить перед выехавшим против него сильнейшим отрядом конницы, но также захватил несколько пленных.

14 (26) июля главная армия снова двинулась вперед : авапгард занял Бржеш, аванпосты его — Ковал, Хожен и Орлс 15ro числа, граф Витт перешел в Ракутаво; главная квартира и 1-й пехотный корпус прибыли в Бржеш, гренадеры в Волицу, гвардия в Венец и Каморку. фланговый.отряд был послан вверх по берегу Вислы в Добегнево. иб числа главная квартира переместилась в Коваль; корпуса стали у Свиентковице, Лайчево и Какутово, авангард у Иатрово. Казачьи посты распространились по дороге, ведущей из Ленчица, через Кутно и Гомбин, в Плоцк.

17- го, вся армия приняла вправо для обхода Госгнпского леса. Авангард направился к Трембкпм, посылая разъезды до Ракова и имея передовые посты ио Охяе от Кутно до Вислы; левая фланговая колонна достигла Дони-нова; главная квартира, гвардия и корпус графа Палена были в Гостинине, князь Шаховской в Стржелках.

18- го числа граф Витт занял Осмолив и Жихлин; казачьи посты проникли вправо до Кашева, влево до Каршницф и Бржож, левая фланговая колонна прибыла в Радживье. Главная квартира была в Гомбине; корпуса дошли: 1-й до Тоиальво, гренадерский до Шавина, гвардейский до Валишева. Генерал Герстейцвейг выступил в след за армией в Коваль и Гостиниц, направив вправо на Раджеево, Пиотрково, Ижбице, Клодаву и Кутно, — отряд из одной бригады драгун, несколько сот казаков и 2-х конных орудий для рассеяния показывавшихся там мятежнических шаек.

подподнадеяться на скорое и счастливое окончание, войны.

Между тем, как русский главнокомандующий Действовал так мудро дальновидно, в распоряжениях польского генералиссимуса .заметны были прежняя нерешительность и несвязность. Пропустив удобнейший случай остановить следование главной русской армии к нижней Висле движением к Насельску или Плонску, как настаивал на том Прондзинский, Скржи-нецкий оставался в бездействии у Мод-лина и Варшавы и послал за Фельдмаршалом только две пешия и одну конную дивизии, которые также действовали вяло и нерешительно. Потом он погнался, без всякой нужды, за малочисленным отрядом генерала Головина, и двинувшись наконец сb главными своими силами к Соха-чеву, не Только не затруднял марш Фельдмаршала по опасным дефииле-ям, но не обеспечил даже Бзур-скую линию занятием и укреплением Ловича.

19 (31) июля был собран большой военный совет в Варшаве, в котором определили атаковать Русских везде, где бы они. ни были найдены.

21 числа войска мятежников расположились на Бзуре: главные силы эшелонами от Топольно до Сохачева, одна дивизия в Жукове, друг&я в Козлов-Бискуне. Скржинецкив, не зная еще о заватии Ловича нашей армиею, полагал, что она находится на позиции у Гомбина, где намерен был на нее напасть.

22-го предпринята была рекогносцировка, и Поляки увидели, что фельдмаршал, со всеми своими войсками, находится уже в левом их фланге. Начались новые споры; некоторые генералы предложили идти к Лояичу левым берегом Бзуры, другие советовали принять сражение у Сохачева, переменив Фронт и став за 11ис-еьею. СкржинеЦкИй, опасаясь т Варшавскую дорогу, приказал двинутьсяпункта, соединявшего ее с правым берегом Вислы, армия стояла Фронтом к России, посреди неприятельской страны, и не имела ни базиса, ни пунктов опоры, ни надежных средств к нродовольствованию, между тем как Поляки, сражаясь в центре своего отечества, опирались на сильно укрепленную столицу и обладали свободными переправами через Вислу в Варшаве и Модлине. Тогда же начали являться в тылу наших войск первые несомненные признаки предписанного мятежным правительством общого народного вооружения и в некоторых дистриктах уже собраны были толпы в 3000 и более человек Фельдмаршал занялся немедленно устранением этих неудобств. обладание Ловичем представляло ему важные для этого способы. По положению этого города на правом берегу Бзуры, между двумя болотистыми ручьями, легко можно было укрепить его, и таким образом не только получить и временную базу и безопасное складочное место, но и надежное прикрытие дорог в Калиш, Нешаву и Краков⁴, по которым неприятель, без сомнения, не осмелился бы действовать, имея тогда у себя во фланге главную русскую армию. Притом позиция при Ловиче, угрожая левому флангу Поляков, расположенных у Сохачева, прикрывала также прямую дорогу в Варшаву через Блони и сообщение с генералом Ри-дигером, и представляла, сверх того, средства к ограничиванию раиона, занимаемого мятежниками. По всем этим причинам граф .Иван Федорович, уже при самом переходе через Вислу, избрал Ловичь предметом ближайших своих операций и намерен был, если нужно, овладеть им силою. Узнав, к удивлению своему, что Поляки добровольно оставило Ловичь, он не терял ни одной минуты для его занятия; тотчас же приказал обеспечить его надежными укреплениями и только тогда стал твердо к Болимову, куда армия немедленно пошла через Червонну-НиЬу. Рыбинский с своей дивизией и частью конницы остался в Сохачеве.

24- го произведена была новая рекогносцировка, под начальством Рома-риво, к Неборову, который, после продолжительной канонады, был занят польским авангардом. Граф Витт сосредоточил свои войска у Аркадии.

25- го вся русская армия пошла вперед, в намерении отбросить неприятеля за Равку; но Поляки сами отступили туда. Граф Витт опять стал в Неборове, имея передовой пост у Ласежник. Гвардия расположилась в Аркадии, гренадеры в Мислакове, 1-й корпус остался в Ловиче, заняв особым авангардом Бочки, и посылая отряды легкой конницы по левому берегу Бзуры до Илова. Походный атаман Власов, с двумя полками казаков, был на правом крыле у Стахлева, против польского поста в Руде. В этом расположении обе воюющия, армии остались до первых чисел августа, занимаясь: русская укреплением Ловича, а польская приуготов-лением у Бловие сильной оборонительной позиции.

Действия генералов Головина и Ри-дигера.

Во время действий авангарда 6 корпуса против Хржавовского и отступления его через Морды и Лосиие в Бялу, генерал Ридигер запимал главными своими силами Люблин и .имел два отдельные отряда: один, генерала Пашкова, у Коцка, чтобы сохранить сообщение $ Головиным; другой у Курова, для наблюдения за тече- нием Вислы от Завихвоста до Вепржа.

Разъезды Пашкова ходили до Желехо-ва, Лукова и Мевджиржеца. Скржинец-кий, полагая, что сам Ридигер следует за ними, выдвинул корпус Ро-марино кт Лукову и Коцку.; но после нескольких незначительных стычек, убедившись, что Ридигер находится в Люблине, возвратился со всеми, войсками в Прагу.

Тогда генерал Ридигер, неимевший уже против себя неприятелей, получил предписание Фельдмаршала переправитьсячерез верхнюю Вислу, что- бы вторжением в Сандомирское и Краковское воеводства принудить Поляков разделить свои силы, прерват£ их сообщение с Краковом и разогнать народное ополчение. Выбор места переправы был предоставлен усмот-рению генерала Ридигера. Назначив для этого иозффов, он отправил туда барона Геиисмара с 2 полками пехоты,

2 эскадронами, 1 казачьим полком и 6 орудиями; генерал-маиор Илохо-во, находясь с 6 эскадронами драгун в Белжице, подкреплял Гейсмара; Давыдов, с бригадою конных егерей и 1 казачьим полком, наблюдал за Вислою до устья Вепржа; сам Ридигер перешел с боевым корпусом в Гарбов.

24 июля (5 августа) мост был окончен, под руководством доктораДая, служившего прежде во флоте, и весь корпус генерала Ридигера (14 батал. 29 эскадронов, 2 полка казаков — до

14,000 человек с 42 орудиями) прогнав пушечными выстрелами отряды милиции, показавшиеся на левом берегу, перешли Вислу. Для защиты моста остались 2 полка пехоты и 10 пушек, под начальством генерал-маиора Слатвинского; Люблинское воеводство было занято отрядами генерал-лейтенанта Кайсарова, который облегал также Замостье с 6 пехотн.

3 гусарскими и 1 казачьим полками; один гусарский полк стоял в Гр) бе-шове.

Перед Ридигером открывалось обширное поле действия между Пилицею, Вислою и границей вольного городе КракОпа. Важнейшие в нем пункты были Радом, Кельце и Конске. В первом из этих городов находились воеводское правление и сборное место милиций, под начальством Янушецача; в Кельце, богатом и многолюдном городе, Вейссенвольф и Каменский Формировали резервные эскадроны кавалерии и здесь были литейные дворы и ные Фабрики мятежников; в Конске, лежащем на ближайшем пути в Краков, было главное депо русских пленных. 6000 чед. новонабранного войска, под начальством Шептицкого, занимали О пато в; отряд из 4 батал., 4 эскадронов и 600 кракузов стоял у Тарлова, 2 батальона и 4 эскадрона у Павловской Воли. Рожицкий, назначенный, ио возвращении из Литвы, военным начальником Сандомирского, Краковского и Кадищского воеводств, следовал туда из Варшавы с отрядом Обуховича (2000—3000 человек и 6 орудий). Гористое и крайне лесистое местоположение воеводства Сан-домирского и северной части Краковского весьма благоприятствовало ведению малой войны.

Тотчас после перехода через Вислу, генерал Ридигер занял авангардом барона Гейсмара Павловскую Волю. Два отряда, под начальством принда Адама Виртембергского и графа Тимана, двинулись: первый к Тарлову, откуда Поляки отступили в Опатов, второй к Завихвосту.

27 июля, Гейсмар подвинулся к Це-пелову, Ридигер к Аипско. Принц Адам Виртембергский, приближаясь к Опатову, узнал, что занимавшие его неприятели направились к Ильзе и Радому и тотчас повернул туда же, в намерении атаковать их у Острови-цы; но не мог нагнать мятежников. Генерал Ридигер, получив известие

0 следовании польского отряда, под начальством полковника Кодянковска-го, из Яновица в Радом, отрядил

1 полк пехоты и 1 кавалерии с 2 орудиями в Ильзу, чтобы замедлить движение Рожицкого, а с остальными войсками пошел к Жводину. Кодян-ковский, переменив свое направление, отступил к с. Границе. Там достиг его авангард Гейсмара. Поляки свернулись в каре и стали ретироваться к близлежащему лесу, но нашли его уже занятым нашей пехотою; в то же время драгуны бросились в атаку. Устрашенный Колянковский положил е с 18-ю офицерами и 505 нижними чинами; бывшия при нем 2 пушки также достались победителям. В следствие этого удачного дела, принц Виртембергский занял, 30 июля (11 августа), Радом, а на другой,двнь направился к Новомясту, на Пилице, чтобы открыть сообщение с главною армиею; граф Тимав был послан в Конске; Ридигер занял центральную позицию у Радома, приказав спустить мост из ИозеФова в Подгорже, близ Казимиржа, где он снова был наведен. Польская милиция njaocno-датое руинение везде разбегались по приближении ваших войск и возвращались в свои жилища.

В Подлясском воеводстве, генерал Головин, после отступления Хржановского из Седлеца, снова двинулся вперед и занял Луков, имея небольшой отряд на шоссе, у Збучина. Тут он получил предписание барона Розена идти Форсированными маршами через Морды к Дрогочину, чтобы прорезать путь Дембинского. Головин шел без остановки по 50 верст в, сутки, но все-таки не успел захватить польского, отряда.

Происшествия в Варшаве и польской армии.

Медленные, слабия действия Скржи-нецкого давно уже вооружали против него многочисленных варшавских якобинцев и преданных им журналистов. Скоро пристала к ним большая часть народа, руководимого клу-бистами, а наконец и войско, в особенности жеполки нового набора, непривыкшие еще к безропотному повиновению воле начальства. Народное собрание, принужденное уступить общему негодованию, отправило, 28 июля (9 августа), в Болимов коммиссию,

составленную из членов правительства, сената и палаты депутатов, с полномочием — действовать сообразно с опасным положением отечества. Коммиссия предложила Скрживецкому сложить с себя командование войсками и, получив отказ, с согласия генералов и полковых командиров, отрешила его от должности генералиссимуса, назначив на его место Дембинского, только что возвративша-госа из Литвы. Между тем в Варшаве господствовало, безначалие и происходили кровавия явления, стоившия жизни нескольским польским гене ралам и другим особам. Они прекратились только при выборе генерал-губернатором столицы Круковецка-го, который, хотя сам был один из тайных зачинщиков этих беспорядков, но в то время восстановил спокойствие примерами строгости. Скоро потом вступило: в город несколько ролков армии, оставившей Болимов-скую позицию, чтобы приблизиться к Варшаве. 4-го (16.) числа прежняя правительственная коммисия сложила свою власть, которая перешла в руки Кру-ковецкого, под названием президента народного правительства; вице-президентом назначен был Немо-евекий. /

VII. Военные действия до взятия Варшавы. Следование главной армии к Надароюину.

При. отступлении Поляков из-под Болимова, Фельдмаршал приказал графу Витту, восстановив сожженный на Равке мост, двинуться ио направлению к Бловие. За ним nqinja вся армия, оставив в Ловиче 3 батальона, саперов, 2 эскадрона и 20 орудий. Авангарду 1-го корпуса,стоявшему на левом берегу Бэуры, и посланному туда же отряду графа йостица (2 полка легкой гвардейской кавалерии, 1 эскадрон казаков и 4 орудия) велено было следовать на Сахачев. Отряд генерала Герстенцвейга, примкнувший в Ловиче к армии и посланный вправо к Скер-невицам, направился через Мщонов в Гродзиск.

3го (15) августа, граф Витт настиг близ Шимавова, на реке Пис-се, польский арриергард, неуспевший еще переправиться за сию речку. Неприятель, заняв селение, защищался упорно, во принужден бьЫ отступить с потерей 100 человек пленных. Наш авангард стал в с. Касках; гренадеры расположились в Шаманове, 1-й корпус в Миколаеве, гвардейский в Дуииполе. На левом фланге, граф Ностиц, переправившись через Бзуру у Сохачева, шел но шоссе к Топалову. Там стояли несколько батальонов и 2 полка кавалерии, мятежников. Граф Ностиц, не имея пехоты, обошел селение и, схватившись с неприятельскою конницею, опрокинул ее. Ночью неприятель отступил за реку Утрату.

4- го (16) числа, Русские продолжали наступать: авангард графа Витта подвинулся до Бловие, где присоединился к нему отряд графа Ностица; 1-й корпус дошел до Бивевицы, гренадеры и гвардия до фашицы и Джи ковала. Герстенцвейг расположился у Котовоцы.

Нри появлении казаков за Бловие, Поляки отстуиили к Варшаве.

5- го (17) числа армия дневала, за исключением легкой кавалерии, которая, под начальством графа Витта, приблизилась к Варшаве для обозрения окрестностей. Неприятельская колонна из 2 батальонов, 2 эскадронов и 2 орудий, под начальством полковника Галлоа, преследуемая казаками, остановилась у Бронницы и открыла огонь. Наша легкая конница, пройдя Алтар-жев, развернулась по обеим сторонам шоссе и пошла вперед. Поляки немедленно стали отступать, но казаки, обскакав их с флангов, пресекли им путь отступления. Граф Витт приказал одному уланскому иолку ударить на пехоту, другому на орудия. Атака была увенчана совер-шенвым успехом. Полковник Гал-лоа и вся его пехота (37 офицеров, 1322 вижНих чинов) с 2 орудиями были взяты в плен; конница ускакала в Варшаву.

Там Круковецкий и престарелый Малаховский, заменивший Дембинского, (ненавидимого клубистами по своей привязанности къСкржинецкому), в командовании армиею, занялись ея переформированием. Войска были разделены на три корпуса: Уминского, Дембинского и Ромарино, и резерв Лубенского. Каждый корпус состоял из двух дивизий пехоты, одной дивизии кавалерии и резерва; главный резерв Дубенского из шести кавалерийских полков и 60 орудий. Всего было около

53,000 человек с 168 орудиями.

6-го (18) августа, началось обложение Варшавы, для котораю Фельдмаршал граФ Паскевич-Эриванский сделал следующия распоряжения : право-Флан-говый отряд, пододвинутый 5 числа в Рашин, пошел в Пясечно; Рашин был занят авангардом графа Витта, занимавшего казаками своими все дороги, ведущия в столицу; 1-й корпус стал за авангардом у Воли-цы, гренадеры, гвардия и резервная кавалерия у Надаржина, где была также главная квартира.

Генерал-маиор Ланской, с двумя гусарскими полками, был поставлен в Блоне для прикрытия шоссе и левого фланга армий. Он и генерал Герстенцвейгь должны были посылать партии до Вислы, а второй из них даже за эту реку, чтобы открыть сообщение с бароном Розеном. Походному атаману Власову велено было занимать сильными постами. Раков, Влохи, Одоланы, Горжкевки, Иемелин и Служев, имея пикеты вдоль по реч.-ке Рнове.

В этом расположении Фельдмаршал намерен был дождаться прибытия барона Крейца, достигшого уже Оссека, и двух бригад иехоты, вытребованных от генерала Ридигера, а между тем войска должны были изготовиться к приступу.

Действия в Сапдомирском воеводстве.

Генерал-адъютантъРидигер, узнав о движении Рожицкого в Конске, пошел туда же и, на дороге рассеял большую часть отступавшего перед ним мятежнического отряда. З_гго (15) августа, войска наши вступили в Кон-тже, откуда Рожицкий удалился в Ордо-вацские и Кельцеские леса; но часть его арриергарда была настигнута у Мрочкова и разбита отрядом графа Химана. После этой удачной экспедиции, Ридигер возвратился в Радом.

10 августа., Рожицкий снова двинулся к Шидловицам и Вержбице, послав отряд князя, Гедройца лесами вправо к Гневашеву. Ридигер тотчас направил против него две подвижные колонны: одна (из 2-х батал. и 2-х эскадр.) должна была напасть на него с Фронта; другая (1 бат. и часть казаков) отрезать его отступление. В тот же день Гедройц был атакован у Квятки-Кролевской, разбит совершенно и взят в плен с 13 офицерами и 105 нижних чинов. Рожиц-кий удалился в Нльзу, преследуемый генералом Гейсмаром.

Действия барона Розена.

После неудачного покушения захватить Дембинского, барон Розен возвратился в Брест, а генерал-лейтенант Головин в Седлец, имея передовой пост в Ягодне. Поляки, занимавшие Подлясское воеводство., сосредоточивались в столице, угрожаемой главною нашей армиею.

Фельдмаршал предписал барону Розену двинуться к Минску, стараясь демонстрациями к Праге обратить на себя часть неприятельских войск, и облегчить этим покорение Варшавы. По при сем запрещено было барону Розену- вступать в -дело с мятежниками, а при нападении на него превосходных сил, приказано отступать к Бресту. Авангард генерала Голо-

Крейцу оставить в Плоцком воеводствеотряд из 1 казачьяго и 1 драгунского полков, 8 эскадр. улан и 4 конных орудий, под начальсвом ге-верал-маиора Дохтурова, для занятия всего пространства между Наревом и Вкрою. Другой отряд (л. гв. Подольской кирасирской, уланский Цесаревича, 1 драгунский полки с артиллериею), под предводительством генерала Кнор-ринга, был послан в Калиш, для восстановления законного порядка в этом воеводстве, а третий (2 полка улан, 1 драгунский и 6 орудий), порученный князю Хилкову, направлен к Сохачеву для наблюдения пространства к Вышгороду и Моллину. Сь остальными своими войсками барон Крейц продолжал следование к главной армии, с которою соединился И4-го и 16-го августа.

Наступательные действия_ч Ромарино против барона Розена.

7 (19) августа Круковецкий, собрав общий военный совет и объявив, ему, что в Варшаве имеется продовольствия только на 11, а Фуража на 7 дней, требовал определения средств, для продолжения обороны города. Он сам, Хржавовский и Рыбинский предложили дать сражение впереди Варшавы. Дем-бинский и Серавский твердили: что должно, оставив столицу, снова перенести театр войны в в1итву; остальные генералы большинством голосов решили защищать город в раионе его укреплений; а между тем отрядить два корпуса на правый берег Вислы, чтобы, опрокинув барона Розена и генерала Дохтурова, собрать свежие жизненные запасы. На эти экспедиции назначены были корпуса Ромарино (2 див. пехоты, 4 бригады кавал. — около 20,500 человек с 42 орудиями) и Лубенска-го (1 кавал. дивизия и несколько пехоты — до 3,000 человек и 8 пушек). Первому велено было действовать по Брестскому шоссе, второму между Наревом и Вислою.

Экспедиция Ромарино, дурно обдуманвива, усиленный 1 полком пехоты и 1 уланским, занял, 26-го июля, Калу-шин; передовой его пост — Минск. Кавалерийские партии были посланы влево к Карцеву, где открыли сообщение с генералом Герстенцвейгом, и Ма-цеевицам, вправо к Радзимину и Се-роцку. 29-го числа, генерал Головин, подвинувшись к Минску и Дембе-велькаы, предпринял со всей конницей усиленную рекогносцировку до самой Праги и встревожил столицу несколькими пушечными выстрелами и сигнальными ракетами. Ночью наша конница возвратилась в Дембе-вельки; легкие отряды завяли Карцев и Яблоныу.

3-го (15) августа, барон Розен с частью 6-го корпуса (до 8,000 чал.) прибыл в Минск, откуда авангард генерала Головина пошел в Дембе-вельки, а передовой пост в Милосну. барон Розен, желая овладеть Праг-ским мостовым укреплением, посредством внезапнаго-нападения, одобрил смелое предложение гвардейского генерального штаба капитана Слввицкого, который вызвался сжечь Варшавский мост, спустившись к нему на лодках из Мендженина с горстью охотников.

6-го (18) августа, 6-й корпус стал у Яновска, генерал Головин у Милосны, а передовой пост у Грохова. Ночью на 8-е (20) число войска приблизились к Праге, чтоб быть В готовности напасть на нее, если Сливицкому удастся истребить мост; генерал Головин расположился у Кавендзива и Грохова; первый эшелон 6-го корпуса у Вавра, второй у Милосны. Но покушение Сливицкого не удалось, и барон Розен возвратился в Минск, оставив эшелон у Яновска; авангард одять занял Дембе-вельки; линия передовых постов шла от Зержена через Вавр, Кавендзин и Марки, до. Ковенского шоссе.

В то же время Фельдмаршал, же-, лая стеснить обложение Варшавы, велел геиералу от кавалерии барону ная и исполненная, описана нами в статье Менджиржиц. Обходом на Карчев и Желехов, принудив барона Розена отступить к Мепджиржицу, Ромарино, вместо того _f чтобы остановиться — согласно с полученною инструкцией—у Седлеца, откуда он мог, въ/случае надобности, в два перехода, возвратиться в Варшаву, погнался за 6 корпусом до Лукова, был остановлен на несколько часов храбростью арриергарда генерала Головина у Кринки (16 августа), а на следующий день, разбив Розена у Рагозницы, продолжал преследование его до Тирасполя. Там он простоял несколько дней без всякой надобности и потом, по приказанию Круковецкого, встревоженного демонстрациями Фельдмаршала к построению моста у Гуры-Кальварии, отступил, в Менджиржиц и Сед-лец, где, 27 числа, узнал о падении Варшавы.

Лубенский прошел 11 (23) августа через Модлин и, усилившись там конницей бывшего отряда Дембинского (1200 человек), направил сильный .отряд за Дохтуровым в Пултуск и Маков, откуда партии его стали разъезжать по всему воеводству до прусских границ. Сам Лубеаский, с главными своими силами, двинулся вниз но правому берегу Вислы к Осеку, куда прибыл ночью с 17 на 18 (29— 30) августа. Но генерал Ренне, сняв переднюю часть моста, отвел ее за острова. Получив донесение о появлении Поляков на цижней Висле, Фельдмаршал послал поведение генералу Кноррингу, занявшему между тем Ка-лиш и ИИетрйкау, носившигь к Крас-невицам в подкрепление Ренне, куда Кнорринг и прибыл 24 августа.

VII Взятие Варшавы и окончание войны.

Сосредоточив у Надаржина до 76,000 войск и окончив все приготовления к приступу Варшавы, Фельдмаршал граФ Паскевич Эриванский начал атаку 25 августа (6 сентября). Подробности этого знаменитого военного подвига описаны в 111 томе вашего Лексикона (смотрите стат. Варшава). Польская армия, по удалении Ромарино, непревышавшая силою 33,000 человек, была слишком слаба, чтобы защищать с успехом огромный укрепленный лагере, окружавший Варшаву большим полукружием по левому берегу Вислы и состоявший из 80 отдельных верков разного вида. Приступ, мудро начертанный и приведенный в действие с неодолимым всесокрушающим мужеством, поверг к стопам государя императора мятежный город., По капитуляции, заключенной 27 августа (8 сентября), между генералами Малаховским (Круковец-кий накануне сложил с себя председательство народного, правительства) и Бергом, остатки польской армии должны были очистить столицу и Прагу и двинуться к Плоцку, чтобы ожидать там дальнейших по велений Его Величества. Но едва Поляки успели избегнуть ожидавшей их неминуемой гибели, как спасшиеся из Варшавы и собранные в Закрочиве члены мятежного. правительства, под председательством Немоевского, уничтожили акт безусловного повиновения, подписанный Кру-ковецким. Армия пристала к вероломным представителям народа и Фельдмаршал снова должен был взяться за е, чтобы сломить сле-пое упрямство бунтовщиков.

После падения Варшавы, вооруженные силы Поляков, составляли три отдельные части: главная армия, над которою, по отрешении Малаховского от места генералиссимуса,. привял начальство Рыбинский, и которая,по присоединении к ней Лубянского, опять возрасла до 30,000 человек, была расположена в окрестностях Модлина; Ромарино, с 20,000, действовал против Розена; Рожещкий, с 12,000 человек, находился в Сандомирском и Краковском воеводствах. Фельдмаршал имел под рукою более 60,000 человек победоноснаю и превосходного войска, но занятие Варшавы и предполагаемое обложение Мод-лина требовало иокрайней мере 20,000 человек, и должно было выставить сильные наблюдательные корпуса против Ро-марино и на левом берегу Вислы, чтобы воспротивиться покушениям Поляков пробраться в Калиш и Краков. Итак, для действия против Рыбинского Оставалось едва ли более 25,000 человек Фельдмаршал положил отсрочить возобновление военных действий, чтобы дать время Розену и Ри-дигеру одолеть Ромарино и Рожицка-го; после чего, усилившись частью их войск, граФ намерен был нанести последний удар главной армии мятежников. Он отправил в Модлин генерала Берга, а между тем приблизил свои войскапо обеим сторонам Вислы, к Новыдвору и Казуну, разделив их на две части. Первая, под начальством князя Шаховского, состояла из 2-го пехот. корпуса, 1-й и 2 и гренад. дивизий, 7 полков регулярной кавалерии и 3 казачьих, и расположилась у Велькой-Горки, имея передовой пост у Зегржа, чтобы сохранить сообщение с отрядом генерала Дохтурова. Левая часть, под командою графа Палена, (1-й пехотный корпус, 3-я гренадерская дивизия, литовская гренад. бриг. 5 батал. 3-го и 4-го корпусов, 12 кавалерийских и 2 казачьих полка) стали в позиции между Маложице и Дембиным, наблюдая Казунь авангардом князя Хилк-ова. Для ближайшого сообщения между обеими частями, устроен был понт.й мост в Чосткове. Один драгунский полк занимал Сохачев; гвардия и главная квартира остались в Варшаве.

Вогнание Ромарино в австрийские владения.

Выступая из Варшавы к Модлину, Малаховский предписал Ромарино следовать туда же. Но этой последний рассчитывал иначе. Под предлогом опасности расположения польских войск у Плоцка, между Вислрю, прусскою границей и русскими корпусами, выступившими из. Варшавы и приближавшимися из Литвы, а на самом деле, в намерении продлить войну и действовать независимо, Ромарино избрал совершенно противоположное направление. Он решился отступить к верхней Висле, переправиться через нее у Завихвоста и, соединившись с Рожицким, защищать Сандомирское и Краковское воеводства, или же, в случае новых неудач, спастись в Галицию, взяв с,собою полученные в Варшаве для покупки провианта 3/₂миллиона злотых.

Главные силы Ромарино были тогда в Лукове; он сам с бригадою конницы занимал Седлец; одна пехотная бригада и часть кавалерии составляли на Кострживе авангард, обращенный к Варшаве. Ромарино объявил посланному Малаховского, что, для исполнения полученного предписа ния, ему следовало бы сосредоточить сперва свои силы у Седлеца и этим потерять целия сутки, потом следовать с утомленными войсками Форсированным маршем на Баменчик, выставляя левый свой фланг нападению главной русской армии. На это он не хотел отважиться и потому, вопреки воле своего главнокомандующого, поворотил через Войжисков к Вепржу, перешел эту реку в Лысобыках и двинулся через Мехов и Куров к ВанвольницЬ. Прибывший в Брест начальник главного штаба 1-й армии, генерал-лейтенант Красовский, преследовал его по пятам с авангардом генерала Головина, усиленным одною .бригадою 5-й уланской дивизии; казаки направились к Казимиржу; барон Розен с 6 корпусом пошел на Радзин и Коцк. В то же время генерал от инФан-терии Рот, вступивший с двумя бригадами своего кориуса в Люблинское воеводство, и часть войск, блокировавших Замостье, потянулись вдоль по австрийской границе наперерез пути Ромарино.

2 (14) сентября, Красовский догнал Поляков у Коваля и немедленно развернул войска к бою; но был оста-новлен прибытием парламентера с письмом к Розену, в котором Ро-марино предлагал перемирие; барон Розен, справедливо дюдозревая, что это был только предлог для яыигра-нил времени, требовал немедленной и безусловной покорностей. 6-й корпус приблизился к авангарду, но Поляки уже успели отойти к Оиолью где заняли выюдвую позицию за болотами, проходимыми только но насыиям. Сильный отряд, под начальством Завадского, был послан в Подгорже для овладения находившимся там мостом и открытия таким образом ближайшей дороии в Радом. Намерение это не удалось: мост был спасен присутствием духа доктора Даля, который отрубил якорные канаты, в то самое время, когда Поляки вступили на мост. 3 (15) сентября Красовский атаковал Ромарнно. Храбрые полки 7-й дивизии, не обращая внимания на убийственный огонь неприятельских батарей, с песнями прошли насыпи и ворвались в Ополье. Поляки отступили, преследуемое нашей конницею. В самое это время показался Завадский, возвращавшийся из Подгоржа. Барон Розен направил против него генерала Фези, с 24 пехотною дивизией и уланскою бригадою 4-го корпуса. Завадский был опрокинут и отступил усиленным маршем черезь Ходлик и Трщинець к ИозеФову. Туда же направился Ромарино, под прикрытием сильного арриергарда, который однако же был разбит у Вржеловеца. Уныние и беспорядок распространились в войсках мятежников; дороги были покрыты брошенным ем и толпами возвращающихся домой новобранцев. 4 (16) сентября Ромарино, но соединении с Завадским, покусился остановить наш авангард у иозффо-ва, действуя особенно своей артиллериею; но генерал Головин, выдвинуввперед 16 орудий, с 15 и 16 егерскими полками, овладел лежавшей вb фланге Поляков рощей и этим заставил Ромарино отойти к /Свецехову, впереди Рахова. Снова опрокинутый там Головиным, он занял позицию у самого Рахова, имея пехоту в городе, а артиллерию и конницу на правом фланге. Тамбовский и 15 егерский полки пошли в щтыки взяли Рахов и прогнали Поляков, которые, отступив к Завйхвосту, стали за речкою Санною у Коссина, в намерении держаться тут до окончания постройки моста, наводимого у Завихвоста. Между тем присоединился к нашему авангарду отряд генерала Пашкова(8 эскадр. конных егерей и 4 орудия-), посланный генералом Ридигером для наблюдения за Римариномь по левому берегу Вислы ц переправившийся через нее у Иозе-Фова. Красовский,двинул его в правый фланг мятежников со стороны Мнишека, 13, 14 и 49 егерские полки ударили в левый фланг; Головин напал с Фроита. Ромарино, принужденный отказаться от намерения перейти Вислу, отступил к Борову у самоии австрийской границе. Там, 5 (17) сентябри, снова завязался бой. Ромарино еще раз хотел остановить Розена переговорами о. перемирии, но опять цолучив отказ, перешел сухой рубеяс, отделяющий Царство Польское от Галиции и сдал е австрийским войскам, подоспевшим туда под начальством генерала Бер-толетти. У Ромарино было тогда более 14,000 человек в том числе до 5000 конницы и 42 орудия.

Преследование Рожицкого в Краков и Галицию.

Генерал-адъютант Ридигер, откомандировав барона Гейсмара с двумя бригадами пехоты к главной армии, был слишком слаб, чтобы действовать решительно против Рожиц-кого, скрывавшагося в лесах за Вержбицею. Вдруг получено было в Радоме известие, что Рожицкий направлиется к Висле и что Ромариво намерен следовать туда же по Люблинскому воеводству. Ридигер, опасаясь за мост у Подгорже, оставил в Радоме принца Адама Виртембергского, с 2 батал., 6 фскцдр: и 4 орудиями, а с остальными своими силами иоспе-шил, 28 августа (9 сентября)., через Скарышев и Ценелов, в Яновице. Рожицкий уже. завязал дело с отрядом генерал - маиора Слатвинского, прикрывавшим мост; но узнав о приближении Ридигера, удалился немедленно. Арриергард его, настигнутый у Хотчы, был разбит с потерей 500 человек пленных, в том числе 18 офицеров.

Преследуя неприятелей через Липско и Гробовец, Ридигер получил от Фельдмаршала предписание: прекратить военные действия, согласно с варшавскою капитуляцией. В следствие этого заключено было, 30 августа, с Рожпц-ким перемирие и определена демаркационная линия, простиравшаяся от Су-леиова на Пилице ♦ через Опочно, Шидловнце, Грабовец и Баллов, к реке Камиенке, и по ней до ея устья в Вислу. Между тем один польский отряд успел занять Петрикау, где захватил в илен 200 человек русского гарнизона; другой, под начальством полковника Петровского, встуиил в Калиш, откуда однако же был, 1 (13) сентября, с уроном прогнан генералом Кноррингом, возвратившимся из-под Красвовиц. Перемирие продолжалось не долго. Ридигер, изве ютившись о покушении Ромарино овладеть мостом у Подгорже и видя в том ясное доказательство, что польские вожди не намерены исполнить варшавскую конвенцию, дал звать, 3 (15) сентября, Рожицкому о возобновлении военных действий. 4 (16) часла, главные наши силы заняли Севно и Жеборчип; принц Адам Виртембергский, смененный в Радоме 1 пехотным и 1 кавалерийским полками, прибывшими из Варшавы, двинулся к Вержбице.

На следующий день, сосредоточивая свои войска на Камиенке, Ридигер узнал 6 вогвании Ромарино в Галицию и о том, что фельдмаршал приказал генералу Головину, принявшему начальство над 6 корпусом вместо барона Розена, назначенного командиром ского корпуса, — подкрепить Ридигера пехотою.

7 (19) сентября, генерал Ридигер перешел Камиевку и занял Тарлов, между тем как Красовский, с двумя бригадами 24 дивизии, 2-мя эскадр. улан, 2-мя казачьими полками и 4-мя конными орудиями, переиравился через Вислу у Завихвоета и 9 (21) числа соединился с Ридигером в Соботке. Рожицкий отступил изь Опатова в Лагов, где примкнул к нему резервный отряд Каменского. Ридигер немедленно занял Опатов и 10 числа начал стремительное преследование неприятеля. Геперал Плохово, сь конницей его авангарда, атаковал арриергард Рожицкого в Лагове и прогнал его, взяв в плеи 4-х офицеров и 300 нижних чинов. Рожицкий обратился на Хмельыик и Пинчов, Ка-менскип на Столбницу. ГИринць Адам Виртембергский, находясь на правом фланге, занял Куров и Васниов и пошел к Кельце _еи Ёндржееву. Рожицкий надеялся держаться некоторое время за Пидою, чтобы дать время присоединиться к нему отрядам, бывшим в Конские, Кельцах и Славкове; но генерал Ридигер расстроил это намерение. Послав генерала Красовского, с 14 эскадр., 2-мя казачьими полками и 9 орудиями, за Каменским в Столбницу, он сам с боевым корпусом двинулся, 12 (24)сентября, к Ииинчову. Впереди шел на рысях генерал Иилохово с двумя кавалерийскими иолками, обскакал Пинчов и не дав Полякам сжечь мост на Ниде, догнал арриергард их у Ми-халова. Получив подкрепление, он бросился на мятежников, выгнал их из занимаемой позиции и захватил в плен 26 офицеров и до 1000 человек рядовых. Рожицкий в величайшем расстройстве бежал в Дзялошице и Скалмерж, где нашел уже Каменского. Скоро потом явился Красовский, перешедший Ниду в брод между селениями Жу£авники и Турков; он тотчас же открыл пушечный огонь против неприятеля и пустил в атаку конницу. 4 польские батальона, свернувшиеся в каре, были затоптаны и частью захвачены в плен; остальные побежали до таможни на Краковской границе.

13-го (25) Красовский остановился против них у Ивановича. Принц Адам Виртембергский вступил в Кельце.

14 (26) числа Ридигер прибыл в Мехов, где получил рапорт от генерала Стрыевского, командовавшего кавалерийскими резервами мятежников, что он и его войска покоряются безусловно государю императору и будут повиноваться повелевиям русского начальства.

Рожицкий, потеряв во время отступления от Камиенки до 5000 человек убитых и пленных и столько же разбежавшихся по домам, спасся в Краков, с остававшеюся при нем горстью офицеров и солдат.

15-го (27) генерал-адъютант Ридигер, узнав, что Поляки нарушили нейтральное Краковское владение и получив уже для такого случая предварительное согласие Австрийского и Прусского дворов (вместе с Россиею, покровительствовавших Краков) также вступил в этот город. Остатки отрядов Рожнцкого и Каменского спаслись в Австрию, где немедленно были обезоружены. Отряд Петровского разошелся в Олыптине.

Действия против Рыбинского.

Видя, что все царство Польское, за исключением части Плоцкого воеводства; было очищено от войск мятежнических, генерад - Фельдмаршал граФ Паскевич Эриванский, пожалованный признательным монархом светлейшим князем Варшавским, приказал генералу Бергу прекратить продолжавшиеся, во все это, время, переговоры с Рыбинским и решился ср-лою принудить его к покорности, или изгнать из Польши.

10 (22) Сентября .Фельдмаршал узнал что мятежники, в намерении перейти на левый берег Вислы, спускают по ней имевшийся в Модлине запасный мост. Немедленно приказано было войскам принять надлежащия меры предосторожности. Отрядам Калниискому и Красневицкому велено собраться в Осекском мостовом укреплении, Со-хачевскому (генер. Анрепа) в Ловиче. Генералу Дохтурову послано предписание следить за движениями неприятелей и, если они перейдут Вислу, то, оставив под Модлиным одних только казаков, стараться захватить мост.

11 (23) числа, Поляки вдруг очистили Казунь, сняли мост нк Висле и выступили к Плоцку. В Модлине остался гарнизон в 7,000 человек Князь Варшавский направил генерал-лейтенанта барона Сакена с наблюдательным отрядом (2 уланские и 2 казачьи полка) в Блоние и Сохачев, приказав ему открыть настоящее намерение мятежников. Скоро потом партии Сакена донесли, что Поляки, поставив мост у Добржикова, начали дебушировать на левый берег.

Граф Пален, с вверенною ему частью армии, двинулся в Блоние. За ним пошел туда же великий князь Михаил Павлович с двумя бригадами гвардейской пехоты, 1-ю гренадерскою, 1-ю кирасирскою и 3-ю уланскою дивизиями. Генерал Бистром с остальною частью гвардии занял Варшаву и Прагу. обложение Модлина было поручено барону Крейцу с 2-м корпусом, 2-ю гренад. дивизией и двумя бригадами кавалерии, до прибытия генерала Головина, который Форсированными маршами следовал из Завихвоста, по правому берегу Вислы, к Праге.

12 (24) сентября, колонны великого князя Михаила Павловича и графа Палева соедивились в Блоние, имея походного атамана Власова с ававгар-дом в Сохачеве. Дембинский, перешедший накануне реку с частью польских войск, находился в Гомбине, Рыбинский с главными силами на правом берегу въСлупно. Поляки; не зная участи Рожицкого и Каменского, все еще намерены были перенести театр войны в Калишское и Краковское во-еводства; но неожиданное появление русской армии в левом их фланге заставило их отказаться от этого плана. В следствие военного совета, собранного в Слупно, Дембивский возвратился за Вислу и снял за собою мост. Графу Палену приказано двинуться въГомбин, Власову в Добржиково. В то же время князь Варшавский велел устроить мост на Буге у Окувина, приблизил колонну великого князя к переправе через Вислу у Чосткова, а барону Крейцу приказал занять Казунь двумя, а Новыдвор шестью батальонами, остальными же войсками усилить блокаду Модлина.

15 (27) сентября Фельдмаршал перенес главную свою квартиру в Гору, на Буге. Войска сосредоточились там и у Окунииа; граф Пален двинулся в Гостинин; летучий отряд Анрепа занял Дудиново, ниже Плоцка. Почитая силы графа Палена достаточными для сопротивления переправь Рыбинского через Вислу, князь Варшавский, вознамерился лишить также Поляков возможности пробраться в Литву, и для этого предписал генерал-лейтенанту Савоини выступить с частью резервной армии к Ломзеи Остроленке.

17 (29) сентября Фельдмаршал, не получив ответа на последнее воззвание к Полякам—покориться законному государю, двинулся вперед двумя колоннами. правая, под начальством великого князя Михаила Павловича (9 гвард. батальон. 3-я гренад. 1-я кирас. дивизии и резервная артиллерия) пошла на Вронну;. левая, князя Шаховского (1-я гренад. дивизия, 7 батал 2 пехотного корпуса, два кирас. и два уланск. полка) на Пржиборовиде; казачий авангард атамава Власова, а за ним вновь составленный отряд из одной бригады пехоты и одной гусарской, под начальством ген. лейт. Сиверса, заняли Нарушево, Троски и Радзимин. Отряд генерала Дохтурова перешел из Попельжйва в Плонск. Главная квартира была в Вронске. Генерал Головин, сменив барона Крейца, приступил к тесному обложению Модлина поправому берегу Вислы, имея отдельные отряды в Новыдворе и Ка-зуне. ⁴

Между тем Рыбинский еще раз покусился открыть себе дорогу в Калишь. Оставив Плоцк и устроив мост у Вроцлавека, он переправил, 16 числа, 3,000 человек на левый береТ Вислы. Граф Пален, сосредоточив авангард князя Хилкова и отряд Ан-репа~в Ковале, двинул их навстречу Полякам, а сам с боевым корпусом занял позицию у Наконова.

18 (30) сеят. Фельдмаршал оставив 3-ю гренадерскую дивизию в Вронске, чтобы подкрепить в случае надобности, генерала Головина и графа Палена, перешель с главною квартирою в Но-меново. Колонна князя Шаховскогодошла до Илоны; колонна великого князя до Коритово; отряд Сиверса остановился у Роюва. Генералы Власов и Дохтуров направились к Нлоцку. Польский авангард, переправившийся через Вислу, при встрече с граФом Паленом, поспешно возвратился на правый берег. Величайшее безначалие, ссоры и расстройство господствовали во все это время в армии мятежников. Главное начальство понеременно переходило в руки У минского и Рыбинского: первому не хотела повиноваться пехота; другому — конница. Бем, которому предложили место генералиссимуса, отказался принять его; многие генералы Лубенский, Я гмин, Дзеконский, Серавский и др. более 100 офицеров и 2000 солдат передались Русским. Дем-бинский заболел от досады. Члены народного правительства, клубисты, журналисты и другие главные виновники революции бежали через Рыиин в Оруссию, под прикрытием нескольких полков конницы; остальные войска отступили в Лиино и Скомпе. Граф Пален овладел сломанным мятежниками у Вроцлавека мостом, приказал снова навести его и тотчас же иеревел часть своего авангарда на правый берег Вислы.

19-го сентября наша армия имела дневку, а 2-я гренадерская дивизия, 7 батальонов 2-го корпуса и отряд Сиверса, порученные начальству барона Крейца, заняли Иилоцк, откуда Власов и Дохтуров двинулись в иогоню за неприятелем : первый, вместе с авангардом графа Палена, по направлению в -Бо-бровник, Липно и Компе; второй приняв вправо на Серне и Безунь.

По донесениям Дохтурова, можно было заключить, что Поляки намереваются пробраться в Млаву и далее, по прусским границам, к северу. Чтобы предупредить их в этом намерении, Фельдмаршал дал войскам другое направление. Боевой корпус пошел в Рационж, барон Крейц в Дробин, 3-я гренадерская дивизия была отправлена в Варшаву для усиления тамошнего гарнизона. Со стороны мятежников, остававшиеся еще при войсках генералы и- другие начальники съехались на совещание в Ско&ше, и, посреди шума, брани и взаимных упреков, положили искать спасения в пределах Пруссии Войска отошли в Ры-пив.

2!-го сентября (3-го октября) - граФ Пален, окончив постройку моста у Вроцлавека, перешел Вислу и двинулся в Липно, а авангард его в с. Швецавице. Главная квартира и боевый корпус перешли в Ратово, барон Крейц в Лукомин. Два небольшие отряда были посланы чв Сла-венчин и III ре иск. Генерал Дохтуров, достигнув Дилево и видя что

Тоц X.

неприятели, за исключением сильного арриергарда, оставили Рыпин, принял вправо, и вместе с атаманом Власовым, потянулся в Котово.

22- го сентября, князь Варшавский с главными своими силами прибыл в Безунь, барон Крейц в Жимольжу, имея передовой пост в Луточие-не. Поляки, сосредоточившиеся между Гржимбе и Сведжебно, подвинулись к Клошно и Держно; Дохтуров, и Власов поспешили к Здуни, угрожая правому их флангу. Граф Паден занял Рыпин, а авангард его Грижмбе.

23- го сентября (5 октября) Власов и Дохтуров подвинулись к Шутову,-авангард графа Палена к Ракитнице и Х®ержентову, а сам Пален к Гржимбам; боевой корпус к Скри-вильно и Пржитово. Тут Фельдмаршал получил уведомление, что Поляки, в следствие заключенной с прусскими начальствами конвенции, перешли границу в числе 18,000 - 20,000 человек с 96 орудиями и положили е. На самом рубеже они открыли еще огонь по нашим казакам. Это были последние пушечные выстрелы польских войск.

Князь Варшавский тотчас остановил движение войск, оставил корпус графа Палева и отрядьи Власова и Дохтурова на демаркационной линии, до передачи нам Пруссаками я, артиллерии и казенных лошадей мятежников, а армию расположил на ближайших кантонир-квартирах.

25-го числа он отправился в Варшаву и на дороге узнал, что крепостьМод-лин безусловно покорилась русскому ю (смотрите ЕГовогеоргиевскп). Итго (23) числа сдалась также крепость Замостье (смотрите слово). Польша была усмирена.

(Материалы. Gescbichte des Polnischen Aufstandes „ und Krieges yon .1830 und 1831, yon F. y. Smidl; Histoire militaire de la seconde dpoque de la campagne de Гаооёе 1831 en Pologne, par le General Okounef; разные другия сочинения и собственные записки). Б. h, И. 3.