> Энциклопедический словарь Гранат, страница 365 > Помяловский Николай Герасимович

Помяловский Николай Герасимович

Помяловский, Николай Герасимович, известный писатель, родился в 1836 г.

Помпея.

Дом Всттиев. Ларарий.

ЭНЦИКЛОПЕДИЧЕСКИЙ СЛОВАРЬ Т-ва,Бр. А. и И. ГРАНАТb и К°

в Петербурге. Отданный отцом, дьяконом охтфнской кладбищенской церкви, в духовноо училище, потом в семинарию, П. пробыл в этих учебных заведениях 14 лет. Бурса с первого дня встретила П. своим излюбленным педагогическим воздействием — поркой. За удачным началом последовало такое же продоллсснис, и в точониф курса в духовном училище II., по его собственному свидетельству, был высечен но менее 400 раз. Тяжелый бурсацкий режим наложил на всю жизнь П. свою ужасную почать: привычка к поискам спасения от жизненных невзгод в водке осталась навсогда и свела П. в могилу. Соворшонно уничтожить богатия дарования II. бурса все-таки по могла: П. вышел из училища изломанным, надорванным, но не озлобленным, но потерявшим ни интереса к людям ни веры в них. Читая ого произведения, с удивлением констатируешь, в какой незапятнанности сохранил П., среди растлевающей обстановки, и доброе отношение к людям, и ясный взгляд, и справедливую оценку человеческих побуждений. Педагогические приомы бурсацкого начальства но отняли у ного охоты к преподаванию и любви к занятиям с учениками. Напротив, в уродливости бурсацких приемов он увидал как бы импульс к выработке правильных воспитательных действий и с восторгом отдался педагогической деятельности, когда, по окончании курса, представилась к ней возможность. Вынужденная бездеятельность и неудачи пробуждали вновь ту склонность к внпу, которую II. приобрел еще в бурсе. От работы П. переходил к пьянству и обратно. Поиски забвения в водке стали особенно часты, когда началась литературная деятельность и неизбежно связанные с ной периоды творческого безсилия. Подъем веры в свои силы чередовался с полосами отчаяния, когда П. пропадал в трущобах столицы, заболевая послеэто-го белой горячкой. Вслед за одним из приступов последней у п„ ужо оправившагося, появилась опухоль на ноге, которая сразу приняла опасное точонио, и от гангрены ноги П. умор б окт. 18G3 г. — Литературную известность П, получил главным образомблагодаря своим „Очеркам бурсы“ — яркому изображению тех ужасов, через которые и оп сам и его товарищи прошли в духовном училище. Но ещо до этих очерков он выпустил в свет замеченные и оцеиониия критикой гораздо более художественные и сильные вощи: „Мещанское счастье“ и „Молотовъ“ (февраль и октябрь „Современника“ 1861 г.). Обе вощи объединены одним главным действующим лицом, Молотовым, разииочннцом, пытающимся запять на жизненном пиру место, не теряя возвышенных нравственных принципов. Дажо ослн смотреть на „Мещанское счастье“, как на повествование об отношениях разночинца к „первенствующему“ сословию, „Мещанское счастье“ занимает видное место в русской литературе. Но, конечно, художественные достоинства повести но в этом: психология главного действующого лица, в зависимости от его социального положения, так же, как характеры других порсонажой, между прочим, „кисейной девушки“, Лоиочки, составляют главное ея достоинство. Без идеализации, без подчеркиваний и авторского вмешательства, П. рассказывает о жизненном пути Молотова, об его стремлениях к счастью. Попытка создать счастьо, не жертвуя благородными идеалами юности, кончается не унижением, но подлостью, не компромиссом, а „скукой“. В минуты подведения итогов Молотов констатирует, что он „никогда но крал, ни от кого но получал наследства“, но имел „пи-чего подаренного, заработанного чужими руками“, по что полная отрицательных достоинств жизнь ого, его добывание комфорта, ого устройство мещанского счастья — только „благонравная чичиковщина“. Без унижения своих героев, привлекая все время сочувствие к ним и вполне благополучно устраивая их судьбу, П. создал пессимистическое произведение, полное недоверия к возможности тихого мещанского счастья у людей, сохранивших возвышенные стремления. Это впечатление мрачного вывода из „мещанского счастья“ усиливается благодаря „кладбищенскимъ“ репликам вводного лица, Череванина, в идеях которого нельзя не видеть совпадения с собственными мыслями П.

а33

„Очерки бурсы” были произведением, котороо обратило на себя внимание читателей еще больше, чем „Мещанское счастьо”. Нравы бурсаков, педагогические приемы бурсацкого начальства до такой степени говорили сами за себя, что простоо ознакомление с иими, далсо при отсутствии художественного таланта у автора, могло бы произвести впфча-тлепио. Но зти ужасные картины действительности ожили под пером П. благодаря превосходному изображению различных характеров, учеников бурсы, талантов, нашедших в бурсе свою нравственную могилу. Между действующими лицами особонпо бросаются в глаза великолепные фигуры Аксютки и Гороблагодатского — двух загубленных бурсой талантливых натур. Самого собя П. выставил под именем Карася. „Я до этих пор не встречал писателя, у которого было бы так много самородной гуманности, как у П. —говорил Писаров по поводу отношения автора к Леночке в „Мещанском счастье“. Эти слова калсутся особенно справедливыми, когда знакомишься с поролшвапиями Карася в „Очерках бурсы“. Посреди грубых нравов, „вселенских смазой“, постоянного битья, П., изобразивший в терзаниях Карася свои чувства, сохранил нежное сордце, и мысли ого неслись далеко от бурсы „в область фантазии“, в тот „единственный уголок, где может он приютиться безопасно“. Ему рисовалась „пустынная, мирная,ангельская ясизпь,трудные подвиги, церковные песни, беседы с Богомъ“, и, „отрешаясь от впешнего мира, он стремился куда-то всеми силами своей души“. Описание душевной тоски Карася составляет одну из лучших страниц в „Очерках бурсы“. Кроме упомянутых производопий, П. написано и начато несколько очерков менее высокого достоинства. (Библиогр. указания см. XI, 689). И. Игнатов.