> Энциклопедический словарь Гранат, страница 370 > Преступление и преступность

Преступление и преступность

Преступление и преступность .—Определение II. Известная область человеческого поведения, затрагивающая круг правовых благ общежития и воспрещаемая существующими законами, носит имя П. Преступление, буквально означающее порфход некот. границы, сло-манио чого-либо (Verbrochen), оскорбление (offeneo), имеет характер акта, нарушающого установившийся общественный порядок и вызывающого против себя известную общоствонную реакцию.

В оооремоишоП литоратуре имеютен дти-Ь гругииы определений II. Одни пытаются выяснить социальную его сущность, рассматривая его как социологическое попнтие. Другио формулируют его юридическую природу. В качестве примеров определений первого рода можно принести следующий: «П. ость оскорбление той доли нравственного чувства, которая состоит из основных альтруистических чувотв, именно жалости ичестпооти; при этом пужно, чтобы оскорбление поражало не высшую, более деликатную часть этих чувств, а среднюю меру, существующую в обществе» (Гарофало); «II. есть акт, оскорбляющий определенные коллективные чувства, обладающия особенной энергией и ясностью» (Дюркгейм); «ГИ. есть действие, причиняющее ущерб овободе действия ипдипидовъ» (Амон); «II. есть деяние, вызываемое индивидуальными и социальными мотивами, нарушающее условия жизни и оскорбляющее нравственное чувство народа в его сродном уровне» (Колални); «II. есть антисоциальное действие, нарушающее нрава и вызванное определенными мотивами» (Ферри); «П. есть деяние сочлена определенной группы, признаваемое группой столь вредным, что она публично и сообща реагирует против иого, поражая какое-либо блого виновнаго» (Макаревич). Во всех этих определениях, несмотря на все их разнообразие, имеются общио элементы: все они указывают, что II. есть действие, направленное против социальной группы и вызывающее против себя известиую психологическую реакцию. Развивая оту общую всем социологическим определениям П. сторону, мы можом оказать: 1) П. есть действие, т. о. акт, стоящий под контролем воли человека, т. е. вменяемый ему; 2) II. направлено против группы, т. о. мыслимо только в социальной жизни и притом при наличности общого правового сознания, против которого оно направляется; нет необходимости, чтобы 11. причиняло какой-либо конкретный ирод группе,— преступными почитались порою действия весьма благодетельные (наир., проповедь повых идей) или абсолютно безвредные (волшебство); 3) 11. вызывает против себя известную психическую реакцию группы. ИЗ отличио от всякого рода иных правонарушений, вызывающих против себя только реакцию со стороны потерпевшего или даже вовсе не влекущих реакции, II. порождает в обществе реакцию особого рода, которую можно назвать репрессивной. Она направлена на подавление могущих возникнуть стимулов подражания преступному действию; она как бы изолирует преступное действие, предупреждая поихическую заразу, устраняет его из общественного оборота. На почве этой реакции возникают различные формы наказания. Так. обр., о социальной точки зрения И. может быть определено, как действие, противоречащее общественному правосознанию и вызывающее репрессивную общественную реакцию.—В области юридических определений И. мы также находим большое разнообразие. Так, II. определяют, как «деяние или упущение, учиненноо в нарушение публичного закона, воспрещающого или предписывающого его» (Блекстон), «нарушение прапа, рассматриваемое в отношении к злой воле, направленной против общества в целомъ» (Стифен), «деяние, посягаюицоо па норму в ся реальном бытии» (Таганцев), «особое, опасноо для существующого правопорядка посягательство па огражденною правом иитерсоы» (Лист), «противозаконное и вменяемое посягательство на охраняемый уголовным законом объектъ» (ИИозны-шев). Некоторые определения вносят таюко указание на последствия II. Таковы определения—Таганцева: «II. есть деяние, посягаюицоо на такой охраненный нормою интерес жизни, который в данной стране, в дашиоо вромя, признаотся столь существенным, что государство, в виду недостаточности других мер охраны, угрожает посягающему на него наказаниемъ»; Спасовича: «11.—деяние, котороо, по разумиому, согласному с природой вещей соэнапию общества, несовместимо с общежитием и не может быть предупреждено иными, менее насильственными средствами»; наконец, Угол. Ул. (ст. I): «преступным признается деяние, воспрещенное во время его учинения законом под страхом наказания». Вое юридические определения II. стараются 1) указать еостап преступного деяния и 2) отметить характер его вредоносности или опасности. Уисазаиие на то, что II. влечет наказание, едва ли правильно, т. к. этим создается «порочный кругъ» (наказание может быть определено лишь посредством И.); определение же от. I У г. Ул. имеет не юридический, а технический характер, указывая то, чтб законодатель будет считать преступным, а не то, какими признаивами характеризуется само II.—С нашей точки зрения II., как юрпдн-чсокоо понятие, может быть определено, как деяпио, вменяемое правовому оубъоиету, направленное против правовой нормы и вызывающее определенные репрессивные последствия.

Состав П. (corpus dolicti). Составом признают совокупность тех отдельных признаков, из которых сла гается П. вообщо или специальный вид П. в частности. В составе могут быть различаемы формальная часть, включающая признаки, впосимыо обыкновенно в закон, и неформальная, включающая обыкновенно трудно конкретизируомыо психологические признаки деяния или, пак часто говорят, внутреннюю сущность ого. Формальный состав слагается из след. элементов: 1) субъект деяния. В качестве субъекта ГТ. мыслимо все, что наделяется пашой фантазией сознательной волей. История права показывает, что субъоктами ГИ. признавались анголы, божества, духи, неодушевленные продмоты, животные и так далее Современное официальное положительное право признает субъектами лишь отдельных людей, и только в особых случаях ими признаются юридические лица (общества, города, акционерные компании). Мало того, не всякое лицо признается правовым субъектом П.; от него требуются определенные психические свойства, которые ныне почти повсюду определяются как способность сознавать свойство и значение соворшаомого и руководить своими поступками. Совокупность этих психических свойств носит название вменяемости (смотрите невме-няемости,). Вменяемость предполагает, что субъект сознаот веления права и способен руководиться ими, как мотивами своого поведения, и направлять во лю согласпо велениям разума. П., вч. которых субъектом может быть вол-коо вменяемое лицо, пазываются общими; те же, субъектом которых являются лишь определенные категории лиц, называются особенными (например, служебные, воинские 1L). 2) Объект 11. Обыкновенно объектом ГИ. называют то блого (или инторос), против которого направлено П. Поэтому объектами называют жизнь, здоровье, свободу, государственный строй, общественное спокойствие, должностные обязанности, добросовестность оборота и так далее Однако эти блага являются только вторичным объектом, или иначе объектом охраны. Непосредственным объектом П. являотся правовая норма, т. е. представление о том поведении, котороедиктуется правом. Иногда за таким главным объектом но стоит никакого объекта охраны, например, государство воспрещает те или иные действия, независимо от опасности, какую они могут представлять для тех или иных правовых благ: появление на улице позже известного часа, употребление в пищу каких-либо продуктов, воспрещение одежды известного покроя или цвета и так далее Особенно часты были подобного рода предписания и запрети в эпоху полицейского строя, когда государство пыталось рогламоп-тировать жизнь граждан во всех ея мельчайших проявлениях. Поэтому такие П., которые воспрощают или предписывают известные деяния безотносительно к какому-либо охраняемому правовому благу общежития (т. е. лишенные объокта охраны), получили название полицейских нарушений. П. в собственном смысле признаются всегда но только нарушающими известную норму, но и угрожающими или вредящими какому-либо правоохранониому благу, которое т. обр. может быть названо вторичным объектом. Отсюда следует, что главным объектом П. являотся публичное право, закрепленное за госуд. властью, второстепенным— права, закрепленные как за государством, так и за отдельными его членами (жизнь, свобода, имущество, честь и прочие). Понятие объекта охраны имеет болыпоо значение для классификации II. Все ГИ. в особенной части кодексов располагаются обыкновенно по группам охраняемых объектов. Так, обыкновенно различаются П. против публичного порядка и ГИ. против отдельных лиц. Первия распадаются на П. государственные, религиозные и против об-щоств. порядка, против общоств. доверия, обществ. нравственности, против правосудия, против должности и тому подобное. Втория разделяются па П. против личности (жизни, здоровья, свободы, чести, целомудрия) и против имущества (движимого и недвижимого, имущественных прав, монопольных прав ит.д.). Впрочем, эта классификация но всегда выдорживаотся вполне последовательно.

3) Действие П. Обыкновенно действие это рассматривают с внутренней и с внешней стороны. К лорвой относятвопросы о противоправности и виновности, ко второй—учоние о формах действия. Это но совсем правильно. Понятие действия едино и но может быть искусственно разбито на внутреннюю и внешнюю стороны. Можно лишь рассматривать это понятие в отношении его к воле и в отношении его к последствиям. В первом случае мы будем иметь учонио о виновности, во втором учонио о преступном результате. Учонио же о противоправности составляет самостоятельный элемент состава. Под действием следует разуметь всякое изменение действительности, стоящоо под контролом человеческой воли (согласно существующим в общостве взглядам). Отсюда следует, что к действиям но могут бытьотпосо-ны многие изменения нашого тела (например, спонтанные и рефлекторные движения, рост тела, физиологические процессы); что многие изменения вн&пшфй среды могут рассматриваться как наши действия, поскольку они признаются поддающимися воздействию пашой воли (взрыв, пожар, исрушонио поезда). Старая доктрина полагала, что для признания этих изменений нашими действиями необходима причинная связь их с движениями нашого тела. Иио это неверно: в точение веков вменялись людям такие действия, как павлочо-нио сморти колдовством, вызывание засухи, навлочфниф гибели на страну нечестивостью и т. и., где едва ли мозкно говорить о причинной связи; кроме того, эта теория помогла объяснить ответственности за результаты, вызванные упущением, т. о. бездействием (например, взрыв в шахте вследствие непринятия мер осторозкности). Здесь вопрос заключается но в причинной связи, а в признании или непризнании, по существующим взглядам, тех или иных фактов стоящими под контролом человеческой воли. Одно и то зко изменение в зависимости от отношения ого к воле будот действием или событием (последнее разделяется на продвидимоо событие, наступление которого обусловливается представляемым нами закономерным ходом вещей, и случай—иопрфдвидимоо событие). Разграничивать их по чисто внешним признакам но представляется возмозкным. По отношению к воле действие рассматривается, как виновное, т. о. стоящоо в известной связи с нашей активной способностью. Виновность включаот в себя два элемента: прод-виденио, т. о. учет последствий, и стремление, т. ф. жолание выполнить известный волевой акт. Отсюда следует, что виновность в полной форме имеется в случаях, когда субъокт желал учинить воловой акт и предвидел его последствия. Эта форма носит название умысла. Однако право но ограничивается исключительно полной формой виновности. Оно вменяет в вину человеку и такие последствия, которые в данном общественном строе общество считает продвидимыми и продвидениф их вменяет в обязанность индивиду, хотя бы индивид по тем или иным причинам (небрежности, боззаботности, усталости, неуменью) их но предвидел. Эта неполная форма носит название неосторожности (субъект мог и должен был предвидеть, но не предвидел последствий). Ответственность за неосторожность наступает только в случаях, когда имеется опасность для наиболее важных благ общежития или индивида. Установление наличности или отсутствия предвндения в конкротном случае сравнительно лог-ко. Значительно труднее установление другого признака—желания, стромлопия к определенным последствиям. Некоторые законодательства поэтому для понятия умысла ограничиваются одним признаком продвидепил, относя вч, область умысла всю так называемым сознательную вину. Наше повоо Уг. Ул. поступает несколько иначе. Оно виновность, когда отсутствует зломопт жолания при прфдвидении, делит на две части: одну оно относит к умыслу, приравнивая к желанию равнодушное допущение последствий (эвентуальный умысел), другую, где при наличности прод-вндепия наблюдается стромлопио избежать последствий, относит к неосторожности (самонадеянность). Нужно сказать, что как эвентуальный умысол, так и самонадеянность возможны лишь при таком прфдвидении результата, которое достигает значительной вероятности. В случаях соединения деятельности нескольких лиц формы дейстпия и виновности осложняются (смотрите соучастие). Укажем такжо, что преступное деяние, как юридическое целое, но всегда совпадает с понятием Действия в обычном смысле слова. Иногда целый ряд действий, из которых каждое выполняет состав П., Разсматриваются как единое преступное деяние. ИИапр, систематическая растрата по мелким суммам юридически м.б. рассматриваема как одна бо-лео крупная растрата. Такие П. называются длящимися. Кроме того, иногда Преступным является то или иноо состояние, явившееся последствием какого-либо воспрфщошиого действия: иапр., состояние в недозволенном браке, от-падонио от православия. Т. к. такоо состояние можот продолжаться восьма Долго (что влияот на исчисление сроков давности), то создается фикция, нто данное П. продолжается учинепифм, вследствие чего такие П. называются ‘продолжаемыми. Наконец, имеется группа т. н. преступных состояний (бродяжничество, опьяиепио), отличие которых от продолжаемых П. в том, что они не предполагают учинения в начале чого - либо недозволенного. 4) Противоправность. П. должно быть направлено против постановлений действующого права. Действующим признается то право, котороо пользуется признанием в данной стране в данное вромн; им можот быть как право официальное, так и неофициальное, как положительное, так и но положительное. В настоящее вромя всюду признается, что единственною формою положит. права, могущей указывать круг Появляется закон (см.ст. 1 У г. Ул., а также ст. 1 улож. итальянск., голл., гермапск., порв. ул. и др.). Для наличности противоправности достаточен объективный факт воспрощонно-сти данного деяния в законе. Но, кроме того, учитывается иногда и субъективный момент противоправности, т. е. заведомость воспрощонности деяния. Отсутствие такой заведомое™ по новейшим законодательствам рассматривается, как обстоятельство, смягчяюгцоо наказание. Обстоятельства, устраняющия противоправность деяния, весьма многочисленны, некоторые из них порочи-слены в общой части (согласио пострадавшого, пообходимая оборона, крайняя необходимость, принуждонио, исполнение обязательного приказа по службе и прочие), другия—в особенной. Но, кроме порфчня в законе, для решения конкретных случаов играет большую роль интуитивное право (особенно в суде присяжных).—К материальным признакам состава ГИ. относится известная психологическая оценка ого, вызывающая взрыв определенных репрессивных эмоций среди окрузкаю-ицих. Этот признак обыкновенно но указывается в законе, но не всегда. Так, иногда закопътробуот „злой воли“ или того, чтобы П. было учнноио „против мира”, чтобы оно вызывало „общественную злобу” и тому подобное. Этот признак обыкновенно игнорируется современными утопиями о П„ ограничивающимися только анализом формалыиагосостава.— Деление 11. Наиболее частым является деление П. по тязкости их. Так, нашо Улож.о нак. делит П. на П. и проступки, но терминология эта никогда последовательно выдорзкана но была; с изданием Уг. Улож. 1903 г. она для Уг. Улож. устранена, термин зко „проступокъ” сохраняется для деяний, предусмотренных Уст. о пак. 1866 г. Новое Уг. Улож. 1903

г. ужо восьма последоватольно делит преступные деяния на тяэккие П. (которые влекут наказание смертною казнью, каторгой и ссылкой на поселфнио), П. (паказапио—исправ. домом, крепостью и тюрьмою) и проступки (паказапио— арест и попя). Деление это играот большую роль для всех построений общой части. Однако тройствфнноо де-лонио является громоздким и неудобным и во всех новых кодокоах заменяется двойственным (П. и проступки—см. итальяпск., голландск., воп-горск. ул., швойц. и герман. проокты).

11. должны быть отличаемы от гражданских деликтов, т. е. правонарушении, влекущих только обязанность возмещения вреда. В литературе сделано много попыток принципиального различия между так называемым уголовной и гражданской неправдой. В старой доктрине ныталиоь усматривать различие или в субъективном признаке, видя в уголовной неправде то сознательную волга, то активное вторжение в чужоо право, а в гражданской—безсознательную волю или пассивный рая-лад с правом, либо проводи различие с объективной точки зрения между нарушением неотчуждаемых и отчуждаемых прав, между посягательством на носителя права и на самия права, между положительными и отрицательными правонарушениями и так далее В настоящее вромя, признавая, что одно и то же деяние может, в зависимости от взгляда законодателя, или быть просто деликтом гражд. характера, или становиться П., ищут ужо формальных признаков разграничения. Таковымиявляются: способ защити права (иск или угол. обвинение), характер санкции (возмещение вреда или публичное возмездие), возможность или невозможность осуществления помилования и так далее По нашему мнению, для понятия гражд. неправды необходимы два признака: 1) наличность санкции, имеющей своей функцией известное удовлетворение потерпевшого, и 2) наличность частного усмотрения как в возбуждении преследования, так и в применении назначенной санкции.