> Энциклопедический словарь Гранат, страница 364 > Проповедь Скаргн

Проповедь Скаргн

Проповедь Скаргн

ЭНЦИКЛОПЕДИЧЕСКИЙ СЛОВАРЬ „ГРАНАТ.

воздействовать на умы верующих, подражая библейским пророкам, предсказывал кару неба и разрушение польского государства. Теперь его слова кажутся действительно пророческими: „И эти раздоры ваши приведут вас к рабству, в котором потонут, и в смех обратятся все ваши вольности Земли и княжества, которые соединились с королевством и срослись в одно тело, отпадут и распадутся благодаря вашим распрям И вы, которые другим народам повелевали, будете отданы на смех и поругание врагов ваших. Язык свой, который один только из великих славянских языков в вашем царстве сохранил свободу, и народ свой вы погубите и остатки этого народа, столь древнего и славного в мире, вы обратите в чужой народ, который вас ненавидеть будет И не только не будет у вас родного по крови и избранного вами короля, но государства и родины будете вы лишены, изгнанники всюду, нищие, презираемые, убогие бродяги, вас попирать ногами будут там, где вас боялись“

Эпоха религиозной и социально-политической реакции. Петром Скаргой, предсказавшим за два века раздел Польши, заканчивается „золотой векъ“ П. л. Уже следующее столетие принесло с собой ту ночь и тот великий огонь, о котором устами Кассандры говорил Кохановский. Успех реформации и расцвет гуманизма оказались непрочными, реформы, которых требовали лучшие умы XVI в., остались неосуществленными, реакция религиозная, социальная и политическая восторжествовала к XVII в по всей линии. Начался самый тяжелый период в истории Польши. К внутренним неурядицам присоединились безконечные войны, казацкие восстания, нашествие шведов, вторжение русских. Все это, конечно, сопровождалось страшным застоем экономическим и умственным, многие книгохранилища были сожжены, школы закрыты, целые города были разрушены, поля подолгу оставались необработанными. Образ этого опустошения рисует поэт-современник Самуил Твардовский (Samuel ze Skrzypny Twardowslci, 1600—1660) в большой поэме „Отечественная война“ („Wojna domowa z Ко-

zkki и Tatary, Moskwg, potym Szwedami i z Wggrami“). „Вспомните мировия катастрофы, — восклицает поэт,—пусть перед вашими глазами встанут картины падения других царств, гибель Трои, в пепел обращенная Нуманция, развалины Сагунта, разрушенный до основания Карфаген — судьба нашей Речи Поеполитой еще плачевней, ибо там скоро предвиделся последний предел разрушения, а наша республика медленно гибнет и десять лет уже умираетъ“. „В крови моется, кровью потеет, как в бане, этот миръ“,— жалуется самый крупный поэт XVII в., Вацлав Потоцкий (смотрите ниже), поэма которого „Хотимская война“ была напечатана целых два века спустя после написания, в I860 г. Литература, развивающаяся в таких условиях, созданная умами, подавленными внутренним застоем или потрясенными картинами разрушения, проникнута, конечно, совершенно другим духом, чем литература „золотого века“, расцветавшая в период внутреннего мира и благосостояния и внешнего могущества.