> Военный энциклопедический лексикон, страница 1 > Прусско-Российско-Французская война 1806 и 1807 годов. Разгром Пруссаков.
Прусско-Российско-Французская война 1806 и 1807 годов. Разгром Пруссаков.
Сентября 24 (6 октября), в день приезда Наполеона в Бамберг, французские корпуса были расположены следующим образом: на левом крыле, у ШвейнФурта, корпуса Ланна и Ожеро; в центре, у Бамберга, корпуса Бериадотта и Даву; на правом крыле, у Барейта, корпуса Сульта, Иея и Баварцы. В каждом из шести корпусов, кроме Бернадетта, были по три дивизии пехоты и по одной конной. За центром стояла гвардия, привезенная на повозках из Парижа, под начальством маршалов ЛеФевра и Бессиера, и кавалерийские резервы Мюрата (6 драгунских и 2 кирасирских дивизий); всего в главной армии было до 160,000 человек Отдельный корпус маршала Мортье шел из Франкфурта через Фульду на Кассель. Владетели Рейнского союза носнешво собирали войска, примкнувшия в последствии похода к Наполеоновой армии. Во франции был объявлен набор
80,000 рекрут.
В то время, в исходе сентября, Пр уссаки с 18,000 Саксонцев и 1000 Веймарцев, в числе 155,000 челов., стояли: 1) правое крыло, корпус Рю-хела, 15,000 человек в Эйзенахе; 2) главная армия, 65,000 челов. под начальством герцога Брауншвейгского, главнокомандующого всех войск, при которой находился король, в Эрфурте; 3) левое крыло, 50,000 прусскосаксонских войск принца Гогенлоге, у Веймара, имея влево отдельный корпус графа Тауэнцина (8,000 ч.) у Шлейця и авангард у Заальфельда; 4) 15,000 резерв принца Евгения }$ир-тембергского был на марше от Магдеири себе нрестарелого фельдмаршала МеллендорФа. Почти равносильные числом, но не составом, Фрапцузы и Пруссаки были отделены одни отъ других Тюрингенским лесом. Наполеон предводил войсками, закаленными в боях и победах, обильно снабженными продовольствием, снарядами и всеми потребностями войны и состоявшими под начальством юных, деятельных, но вместе и опытныхъ генералов. Прусская армия, с окончания войны Семилетней и за Баварское наследство, не участвовала в военных действиях, кроме походов 1792 — 1794 годов, для нея безславных. Семидесятидвухлетний герцогъ Брауншвейгский и большая часть прусских генералов помнили войну только по преданиям своей молодости. Въ высокомерии своем, они не следили за успехами военного искусства и жили в застарелых понятиях Фридрихова века. Полки состояли на половину изъ солдат чужеземных, завербованныхъ силою, и только черезмерною строгостью удерживаемых под знаменами. Хозяйственная часть армии еще не успела получить нужного для войны образования; парки были далеко от армии; войска обременены обозами, дурно одеты и содержимы; не было ни надежныхъ лазутчиков, ни достаточных сведений о местности. При главной квартире следовали королева с двором своим, дипломаты, первенствующие генералы и составители операционных планов: ПИарнгорст, Массенбах и Фуль, различествовавшие во мнениях о предстоявших действиях. Один военный совет следовал за другим, ни чемъ не кончаясь. Сперва решились-было вести войну наступательную, но отменили это намерение, не согласившись куда идти и каким флангом. Потомъ возмечтали Пруссаки, что Наполеонъ не отважится атаковать пх, а сосредоточит войска позади Тюрингенского леса, в крепкой позиции, где намерен ожидать нападения. Утвердясь въ сей ложной мысли, хотели они отправить сильные отряды для обозрения французов; но в военном совете еще не решили, кому и куда вести отряды, когда пробил час развода и члены совета поспешили туда. Предъ окончанием его получено было донесение о движении Наполеона в левый фланг Пруссаков. Донесению не поверили и положили отправить на реко-гнослщровку через Тюрингенский лес
10,000 человек с герцогом Веймарским. Он в тот же день выступил к
Том х.
Ильменау. Между тем оказался недостаток в продовольствии от беспорядочной раздачи и дурного качества хлеба. Нерешимость начальников отразилась в войсках; недавнее воспламенение уступило место раскаянию в начатии войны и породило желание выйти из затруднительного положения, не обнажая меча. Но уже было позднои Наполеон отрезал прусскую армию от Эльбы и Берлина.
Узнав о слабой защите левого фланга Пруссаков одним только отрядом Тауэнцина, Наполеон решился воспользоваться этою важною ошибкою, двинуться со всей своею, армией внизъ по долине Заалы, отрезать пути отступления неприятеля к Верхней Эльбе и Силезии, и, разбив прусскую армию, завоевать одним ударом Саксонию, Вестфалию и все земли по левую сторону Эльбы. Корпуса Сульта, Нея и Баварский пошли немедленно из Ба-рейта на Гоф и ИИлауэн; Бернадотт, Даву, Мюрат и гвардия из Бамберга направились на Кронах и Заальбург; Ланн и Ожеро из ШвейнФурта на Кобург и ЗаалФельд.
Бернадотт, усиленный одною кавалерийскою дивизией Мюрата, занял, 8 октября, Заальбургский проход, слабо защищаемый передовыми войсками Тауэнцина. 9 числа сам Тауэнцин былъ атакован у Шлсйца (смотрите это слово), разбит и принужден отступить къ Миттель-Пельницу за Орлою. 10 числа, Ланн напал на авангард корпуса принца Гогенлоге, запавший, под начальством юного принца Людвига Прусского, Заали.Фельд, и рассеял его совершенно, причем сам принц палъ на поле сражения (смотрите Заальфельд). Пруссаки в беспорядке побежали къ Иене. Эти две победы открыли французам всю страну между Заалою и Эльстером. Наполеон поворотил свои колонны влево, к Иене, послав Бернадетта и Даву к Наумбургу.
Получив донесение о марше Наполеона вниз по Заале, прусские вожди
42
полагали, что он производит ложное движение, в намерении, обратив внимание их влево, таким образом скрыть настоящую свою цель — атаковать правый прусский фланг по дороге из Эй-зенаха в Эрфурт. Поражение Тауэн-цина и принца Людвига вывели Пруссаков из этого заблуждения и они передвинули главные силы влево: между тем как принц Гогенлоге расположился у Иены, главная армия двинулась от Эрфурта к Веймару, куда велено было отступить и герцогу Веймарскому; корпус Рюхеля перешелъ из Эйзенаха в Эрфурт. Едва тронулась армия, Пруссаки узнали о занятии французами Наумбурга, где были большие склады и вагенбург армии. Все досталось французам. Главная квартира короля Прусского пришла в величайшее смятениё. В торопях, король и герцог Брауншвейгский положили предупредить Наполеона на берегахъ Эльбы и приказали: 1) главной армии идти в тот же день, 1 (13) октября, от Веймара, через Фрейбург и Галле к Виттенбергу, соединясь дорогою с резервом принца Виртембергского;
2) Рюхелю следовать, 2 (14) октября из Веймара за главною армиею; 3) принцу Гогенлоге составить арриергардъ и 3 (15) октября идти позади Рюхеля, а до тех пор оставаться у Иены, наблюдая разъездами течение Заалы. В тотъ день, когда состоялось сие решение, Наполеон, не зная еще о разобщении Пруссаков, двинулся, с главными своими силами, к Иене, в намерении перейти там Заалу и атаковать неприятелей, которых полагал сосредоточенными между Иеною и Веймаром; Берна-дотт должен был, переправясь у Дорнбурга, обходить левое крыло Пруссаков; Даву — обратиться им въ тыл от Наумбурга через Ауэрштет. 2 (14) октября произошли сражения принца Гогенлоге с Наполеоном у Иены и герцога Брауншвейгского с Даву у Ауэрштета. (См. эти слова). На обоих пунктах Пруссаки были разбиты на голову, и в неслыханном расстройстве побежали разными путями к Эрфурту и Магдебургу. Принцы Брауншвейгский и Оранский, Фельдмаршалъ МеллендорФ и многие генералы были тяжело ранепы. Горестное впечатление пагубного дня, изнеможение людей, ночной марш проселками и голод изнурили армию. Панический страх овладел ей и расторг узы подчиненности. Офицеры и солдаты бросили оружие и рассыпались в разные стороны, помышляя только о личном своемъ спасении. Поутру 3 (15) октября, король Прусский увидел себя почти безъ войск, но он был столько же хладнокровен среди бедствий, сколько неустрашим в предшествовавшем бою;
В это гибельное утро король полу чил от Наполеона письмо, написанное за день до Иепского сражения, но недоставленное ему своевременно. Наполеон говорил в нем о бесполезности проливать кровь и о желании перемирия, но говорил в выраженияхъ надменных, делавших примирение невозможным, когда еще цела была прусская армия. Теперь король спешилъ принять предложение. Наполеон отказал, объявив, «что ему надобно сперва пожать плоды победы». Они были несметны. Уже на другой день после сражений под Иеною и Ауэрштетом, находилось во власти Наполеона 60 прусских знамен, более 200 орудий,
25,000 пленных и наконец трофей неожиданный — ключи Эрфурта. По первому требованию маршала Нея, отправленного с поля битвы к этой крепости, она сдалась без выстрела и в ней взяты Фельдмаршал МеллендорФ, принц Оранский и 14,000 человек, в том числе 6000 раненых. Герцоёъ Веймарский, прибывший накануне къ Эрфурту из Ильменау, поспешно отступил к Магдебургу. Постыдная сдача Эрфурта была предвестием позора других прусских крепостей.
Ночью, после победы, Наполеон отрядил Мюрата и Сульта преследовать
Пруссаков, по пути к Магдебургу. На другой день, по сдаче Эрфурта, он велел и Ней следовать туда-же, а сам, с корпусами Лаана, Даву, Бернадотта, Ожеро и гвардиею, пошелъ кратчайшим путем в Берлин, на Дессау и Виттенберг. Тогда же распустил он по домам пленных Саксонцев и пригласил Саксонского кур-Фирста приступить к Рейнскому союзу, в чем отказа не было. Веймарскому герцогу Наполеон послал требование немедленно возвратиться въ Веймар, угрожая, в противном случае, лишить его владений.. Сдав начальство над войском генералу Вин-нигу, герцог поехал в Веймар и, вместе с другими саксонскими герцогами, присоединился к Рейнскому союзу. Маршалу Мортье, шедшему с
15.000 Голландцев к Фульде и Касселю, приказано было объявить кур-Фирсту, что его всегдашнее нерасположение к франции не позволяет Наполеону оставить в тылу своем Кассельские войска, простиравшиеся до
20.000 человек, и поставляет необходимостью требовать обезоружения их. Курфирет, почитая всякое сопротивление невозможным, уехал в Голштинию. Таковы были первые плоды побед под Ауэрштетом и Иеною!
Иное происходило в стане побежденных. Через день после поражвт ния, король Прусский поручил главное начальство над войском принцу Го-генлоге и приказал ему отступить наскоро, по возможности восстановляя на пути порядок в войсках; отправил к Наполеону министра Лукезини договариваться о мире, а сам поехалъ через Магдебург в Берлин. Все лица, имевшия тогда влияние на решения Прусского короля, не надеялись никаких успехов от дальнейшого сопротивления Наполеону, и все, безъ изъятия, были согласны на заключение мира, на каких бы тяжких условияхъ ни было. Проведя в Магдебурге и Берлине самое короткое время, корольпоспешил в Кюстрин, для принятия мер обороны на правом берегу Одера, если мир в состоится. Из Кю-стрина он писал к императору Александру : известил его о постигшемъ его величайшем несчастий и об отправлении к Наполеону мирных предложений; просил нашеГо монарха не препятствовать им и умолял его вступиться всеми силами за Пруцсию, если мир окажетея невозможным. 14 (26) октября король отправился в Грау-денц.
Между тем, с. толпами голодной, на половину обезоруженной армии, преследуемый, теснимый французами, теряя на каждом шагу людей, пушки, обозы, принц Гогенлоге спешил к Норд-гаузену и Магдебургу, надеясь найти там продовольствие и хотя немного устроить войско, Надежды не сбылись. Арриергард его, под начальствомъ генерала Блюхера, был отрезан у Вейссензее драгунскою дивизией генерала Клейпа, но Блюхер, уверивъ Клейна в заключении перемирия, получил От него свободный пропуск через французские войска. У Грейсеена он имел дело с маршалом Суль-том. Пруссаки отступили к Нордгау-зену; 5 (17) октября они были атакованы и опрокинуты Сультом, и продолжали отступление двумя колоннами к Магдебургу. Правая колонна, под начальством принца Гогенлоге, направилась, на Штольберг и Эгельн; левая на ИлеФельд и Гальберштадт. Блюхеръ с арриергардом двинулся через Осте-роде и Сезен к Зандау, а за нимъ шел генерал Винниг с отрядомъ герцога Веймарского. 8 (20) октября, Гогенлоге прибыл в Магдебург, где намерен был остановиться; но комендант — престарелый генералъ Клейст — объявил, что хлеба у него достаточно только для одного гарнизона. Это обстоятельство, расстройство и непослушание войск, из которых многие своевольно пошли далее, и следование французов по пятам Пруссаков,
принудили принца торопиться движением к Штеттину. Тогда, оставив Нея у блокады Магдебурга, Наполеонъ послал Мюрата на перерез пути принцу Гогенлоге, приказав Сульту перехватывать дорогу Блюхеру, неуспевшему войти в Магдебург и следовавшему из Завдау в Штеттин. Сам Наполеон шел быстро к Дессау и Виттенбергу. На марше к Эльбе, Бернадетт встретил у Галле резервный корпус принца Евгения Виртем-бергского и разбил его наголову (см. Галле), после чего принц так поспешно отступил за Эльбу, что не сжег на ней мостов. Из Дессау Наполеон отрядил Бернадотта влево, приказав ему вместе с Мюратом и Сультом действовать против принца Гогенлоге..
Когда Наполеон приближался к Виттенбергу, явился к нему маркизъ - Лукезини с предложением заключить мир. Наполеон согласился на примирение, требуя от Пруссии уступки всех ея владений, находившихся между Эльбою и Рейном, уплаты ему ста миллионов Франков и обещания не вмешиваться в дела Германии. Лу-кезини не подписал условия, находя их слишком тяжкими, и поехал к королю за повелениями, а Наполеон вступил 13 (25) октября в Берлин, откуда посдал маршала Ланна на перерез отступавшим къ Одеру Пруссакам. Ежедневно получал Наполеон победные вести. Безъ выстрела сдались ему крепости Шпав-дау, Кюстрин, Гамельнъидр. Принцъ Гогенлоге, обойденный слева Сультом, который пересек также сообщение его с Впннигом, справа Мюратом и Бернадоттом, к которым присоединился потом Ланн, положил оружие у Пренцлау (смотрите это слово). Блюхер и Винниг видя дорогу, в Штеттинъ пресеченную неприятелем, поворотили кь северу в Шверин, а оттуда въ Любек, теснимые Сультом, Мюра-томь и Бернадоттом. В Любеке (см.
слово) Блюхер несколько дней храбро защищался, но потом также был взят в плен со всем своим корпусом. Кроме весьма малого числа спасшихся по одиначке, никто из прусской армии не перешел за Одер.
Среди торжеств Наполеона, приехал опять к нему Лукезини с согласием короля на прежние требования Наполеона. Но условия, принятия на берегах Эльбы, не удовлетворили завоевателя в.Берлине, после падения нескольких крепостей и полонепия остатков прусской армии. Желая по- лучить условия выгоднейшия, Наполеон отказал в мире и предложилъ королю перемирие, с тем, чтобы онъ приказал войскам своим очистить все принадлежащия Пруссии области на левом берегу Вислы и стать на правом берегу ея; не впускал бы в Пруссию никаких чужестранных войск, а от Русских, если они уже вошли в ея владения, требовал возвращения за Неман. Прусский король не утвердил перемирия, передававшего почти все государство его на произвол Наполеона.
Лпшась таким образом надежды на примирение с разгромленною пмъПруссиею, Наполеон начал готовиться къ войне с императором Александром. Дело сие занимало его более полутора месяца в Берлине и Познани. Необыкновенно, выше всякого чаяния, былъ он вспомоществуем в приготовлениях своих страхом, обуявшим Пруссаков. Убежденные в невозможности держаться против Наполеона, коменданты крепостей, при одном появлении французов, сдавались без сопротивления. Комендант Магдебурга, этого оплота Прусской монархии, обороняемого 800 орудиями и 42,000 войск, покорился после нескольких пушечных против него выстрелов; Штеттин сдался отряду конницы; Кюстрин-ский комендант, генерал Ингельсле-бен, сам пригласил начальника, проходившего мимо крепости Фравцузскаго полка, занять ее. В шесть недель позорно сдались: Эрфурт, Шпандау, Штеттин, Кгострпы, Магдебург, Га-мельн, ИИиенбург, Глогау и другия, крепости с 58,000 человек гарнизона. Легко вообразить, какой оборот принялъ бы дальнейший ход войны, еслибы гарнизоны эти исполнили долг присяги и чести; какое количество войскъ надлежало бы тогда употребить Наполеону для блокады или осады крепостей, и сколь великую остановку въ действиях его произвела бы упорная их защита! Напротив того, почти одновременное их падение, вручивъ французам надежнейшие пункты опоры для будущих их предприятий, доставило им также огромнейшие жизненные и военные запасы, заготовленные в крепостях. Страх и удивление Немцев перед Наполеоном достигли высшей степени; они сделались беспрекословными исполнителями его воли, и тысяча из разбитой прусской армии становились под знамена своего победителя. Тогда же он приказал сформировать полки из распущенных войск кассельских и отправить их во Францию и Италию, а оттуда приказал идти к армии старым полкам. Все члены Рейнского союза спешили посылать туда же свои контингенты; во франции молодые люди, воспламененные победами своих единоземцев, наперерыв другъ перед другом вызывались на службу.
В течение октября и ноября, Наполеон занял корпусом Мортье и Голландцами Ганновер, Брауншвейг и Ганзеатпческие города. ГерцоговъБраун-швейгского, Ольденбургского и Мекленбургского объявил он лишенными владений, за преданность России. Все эти земли, богатыя, изобильные, были облоншны тяжкими податями, а Пруссия, сверх того, данью в 150 миллионов Франков. Всюду французы забирали английские товары и продавали ихъ в свою пользу. Утвердясь таким образом в Германии, Наполеон простер виды свои на бывшую Польшу. Он и служащий во французской армии генерал Домбровский обнародовали к Полякам громкие воззвания, для поддержания которых корпус Даву двинулся в Познань. Все польское народонаселение от Одера до Вислы взбунтовалось против прусского правительства : спешило под знамена Наполеона, выгоняло прусских чиновников, забирало казенные деньги.
Дав отдохновение! армии, осыпав ее наградами, усилив и снабдив всемъ нужным, Наполеон начал подвигать войска свои за Одёр. Новый корпус, составленный из Виртембергцев и Баварцев, под начальством брата Наполеонова, Иеронима, и Вандама, вошел в Силезию, где у Пруссаковъ было несколько крепостей. Маршалу Мортье приказано оберегать тыл армии — пространство между Одером и Рейном, а маршалу Келлерману составить резервную армию у Майнца. Таковы были последния, главные распоряжения Наполеона в Берлине. Отправив в Париж 345 прусских знамен, шарф, шпагу и орден Чернаго Орла, которые носил Фридрих II, поехал он 13 (25) ноября в Познань, восторженно встречаемый Полйками. Оттуда он двинулся к Висле и объявил приказом по армии о начале войны с Россиею, оживляя мужество войскъ неоднократным напоминанием об Аустерлице.