> Энциклопедический словарь Гранат, страница > Разгром баронов

Разгром баронов

Разгром баронов, произведенный Риепцо, и гибель Риенцо от рукподстрекаемой баронами толпы пошли на пользу папам. Смуты во франции, вызванные Столетней войною, делали пребывание пап в Авиньоне черезвычайно тяжелым, но и возвращение в Р. представляло немалые затруднения при тех условиях, которые царили в Италии. Поэтому в 1354 г. Иннокентий подкрепил демократический маневр с Риенцо маневром монархическим, отправив в Италию войско под командою кардинала Лльборноса (смотрите). Кардинал, очень даровитый воин, получил приказ вернуть под власть курии Церковную область, ставшую добычей мелких и крупных тиранов. Риенцо перед гибелью успел ликвидировать черезвычайно опасного для папства врага, кондотьера фра Монреале, а Альбор-нос черезвычайно успешно покорял города Романьи и Марок и воевал с римскими баронами. Чтобы смирить их окончательно, папа, начиная с 1358 г., стал назначать вместо двух сенаторов одного, чужеземца, сроком па полгода: принцип подестата. И именно потому, что эта мера была направлена против баронов, народ но протестовал. Но стоило Альбор-носу ввязаться из-за Романьи в войну с Миланом, как Р., предоставленный себе, снова произвел демократический переворот. Была восстановлена, в несколько ином виде, созданная Риенцо милиция, во главе ее были поставлены двое banderesi. Они яге стали во главо правящего совета, скопированного с флореитинской Синьории. А вся новая конституция (1360) получила название Signoria del banderesi.

Конституция banderesi сделалась символом республиканской свободы Р. Опираясь на нее, город делал судорожные усилия наладить хозяйственную жизнь и обеспечить себя против баронов. По экономика попрежнему черезвычайно мало способствовала этому, и городу приходилось непрерывно обращаться взором к Авиньону. Призвание пан в эту эпоху глубокого экономического упадка и анархии, усиленно поддерживаемой баронами, казалось единственным средством спасения. Но появление в Р. пап, которые не могли не бороться против городских вольностей, было для свободы Р. не меньшей бедой, чем бесчинства баронов. Римляне находились мследу Сциллой и Харибдою. Поэтому, начиная от Урбана V, первого из авиньонских пап временно вернувшегося в Р. (1367), в течение всей великой церковной схизмы, история Р. представляет борьбу с папами из-за конституции banderesi. Папы не раз ее упраздняли, римляне неоднократно ее восстанавливали. Папы то приходили в Р., то вынуждены были безкать, спасаясь от восставшего народа. В борьбу вмешивались бароны и Владислав Неаполитанский. Она осложнялась усобицами пан и антипап, менее кровопролитными, но не менее озке-сточенными.

Эпоха авиньонского плепа и следовавший за ней период banderesi были временем усиленной цеховой организации: чувствовалось ослабление баронов и неуверенная политика пап. Статуты Мерканции пересматривались не раз, начиная с 1317 и 1318 г. г. В 1357 г., после того как от нее отделились менялы, колониальные торговцы и др., а остались только ремесленники и торговцы текстильной специальности, она стала и называться по новому — mercantia pannornm novornm. А рядом с нею выработали себе специальные статуты десятки других цехов, частью старых, частью вновь возникших. По многочисленность цехов—их в конце концов набралось до сотни, то есть стало больше, чем в крупных промышленных центрах, больше, чем во флоренции и Воиоции — нисколько не усиливала роли городских классов. Ни

15И-П

торговая, пн промышленная деятельность не получили в Р. таких размеров, чтобы могла создаться крепкая буржуазия. Оттого в конце-кон-цов так сравнительно легко укрепился в Р. папский абсолютизм.

13 1414 г. умер Владислав. В 1417 г. иа Констанцском соборе была ликвидирована великая схизма {см. XXXI, 157/58), и избран Мартин V Колонна: папские интересы стали тождественны с интересами самой сильной баронской фамилии. Новый папа ясно понимал, что ему нужно и чего можно достигнуть при существовавшей в тот момент итальянской и европейской ситуации. В Италии обстановка стала проще и яснее, ибо коммуны давно уже подчинились тиранам и очень убавились в числе. Считаться папо приходилось только с Миланом, Венецией, Флоренцией и Неаполем. В Европе кончилась универсальная роль папства, как кончилась универсальная роль империи. Появились монархии на крепкой основе организованного национального хозяйства. Времена, когда интердикты и отлучения Р. заставляли во всей Европе покорно склоняться и народы, и феодальных государей, прошли. Духовный меч непоправимо притупился. Нужно было вдвойне беречь светский. Другими словами, надо было создавать наново светское государство. Мартин V все это отлично понимал. Он думал головою умудренных многовековым опытом римских баронов и, еще до вступления в Р., хорошо подготовил себе почву. Ои и стал как бы настоящим создателем Церковной области.

Гражданам римским не оставалось ничего другого, кроме подчинения. Анархия и обнищание почти совершенно убили в ннх волю к борьбе. Они устали, обессилели и хотели больше всего уже пе свободы, удержать которую они оказались пе в состоянии при гораздо болоо благоприятных обстоятельствах, а мира и порядка.

Это тоже понял Мартин и действовал без поспешности, без суровости, а с осторожной и мягкой постепенностью. Он начал с того, что очистил дороги вокруг Р. и улицы в самом Р. от разбойников, громил и грабителей, стал вновь застраивать полуразрушенный усобицами, осадами и приступами город, восстанавливать стены, мосты, церкви, памятники, облегчать голод и нужду. И но уничтожал старых, дорогих римлянам республиканских учреждений, а незаметно передавал их политические функции куриальным органам, оставляя за ними часть прежних судебных и административных прав. Р. превратился в типичную светскую тиранию, а прежние его коммунальные учреждения—в муниципальные, как па севере. Энергичную помощь папе оказывала его родня, Колонна, и союзные с ними фамилии Савелли и префекты Вико. Члены их были осыпаны богатствами и награждены обширными земельными пожалованиями в Папской области и в Неаполитанском королевстве, с новым государем которого, Альфонсо Аррагопским, Мартин находился в прочной дружбе. Р. вступил в новую полосу Своей истории.

Преемник Мартина V, Евгений IV (сд{.; 1431 —1447), венецианец, находившийся под сильным влиянием монахов-обсервантов (сл<. XL1V, 471), думал о церковных делах гораздо больше, чем Мартин, совсем о них не думавший. В Р. он быт человек чужой, не имевший той естественной поддержки, которую его предшественник находил в своей родне. Когда по высокомерному отношению к себе всех Колонна папа это почувствовал, оп понял, что его пололсепие будет нестерпимо, если он не найдет союзников, способных уравновесить влияние Колонна, и сошелся с Орсинп, их врагами, которые при Мартино терпели поношение, естественно были озлоблепы и жаждали отплаты Но этотманевр едва не стоил Евгению жизни. Колонна подняли восстание, как во времена Рненцо, и лапа бежал по Тибру в жалкой лодке, осыпаемый камнями и стрелами (1434). Из Флоренции, где он поселился надолго и где собрал собор, пытавшийся, между прочим, осуществить унию западной церкви с восточной, папа предпринял карательный поход, который финансировали Медичи и во главе которого был поставлен кардинал Вителлески, еще один монах с огромными военными дарованиями. В короткое время он взял твердыни префектов Вико, глава которых был казнен, и произвол страшную резню и разорение среди Колонна в Саволлн. Когда был взят Р., Внтеллескн, при обстоятельствах довольно темных, был арестован по приказу папы и вскоре умор в Замке св. Ангела.

Изгнание Евгения — последний кризис, который был пережит папством; вспышка бунта, заставившего папу искать спасения в бегстве — последнее проявление угасавших вольнолюбивых инстинктов римского народа. Вителлески и его преемник кардинал Скарамио ликвидировали всякую оппозицию, представлявшую какую-нибудь опасность. Евгений мог спокойно покинуть Флоренцию. Но возвращении в Р. (1443) он продолжал восстановительную работу Мартина. В хозяйственном отношении город стал мало-по-малу поправляться. Появились пошло цехи, которые изготовляли и продавали ужо но только предметы необходимости, как первые римские корпорации, но и предметы комфорта и роскоши. При курни понемногу стали собираться гуманисты. Началась культурная работа. Но она не могла получить большого размаха: ей мешал монашеский дух, царивший в Ватикане.

При Пиколао V (смотрите 1447 — 1455) гуманизм воцарился безраздельно. Папа, тосканец и сам видный гуманист,

больше думал о древнем Р., чем о том, которым правил. II возмущение против папской власти при нем вышло тоже из гумапнстической среды. Гуманизм в Р. ие был, как но флоренции и других промышленных городах, плодом высокой буржуазной культуры, а сосредоточивался в курни и в ее непосредственном окружении. Среди горожан он распространялся медленно. В числе немногих, приобщившихся к гуманистической науке, Стефано Поркари был одним из самых страстных. Подобно Арнольду и Кола, он был восторженным республиканцем, но у пего не хватало понимания нолитическ го момента, и его революционные замыслы, лишенные социальной почвы, приняли вид катилипаризма, мелкого аптиквари-зирующего заговорщичества. Первая его попытка, следовавшая непосредственно за избранием Николая, была раскрыта, но папа-гуманпст простил гуманиста-заговорщика и далее дал ему место. Поркари продолжал агитацию и был сослан в Болонью, по по унимался. В конце 1452 г. он сговорился с несколькими единомышленниками захватить Замок св. Ангела, овладеть папою и кардиналами и провозгласить республику. Его выдали, и на этот раз он был казнен вместе с ближайшими пособниками. В гораздо более безобидном виде ученыо республиканские настроения возродились при Павле II (14G4 — 1471), суровом венецианце, с большой подозрительностью относившемся к гуманистам и их затеям. Ему почудилось что-то опасное в Академии, основанной Помпонио Лето. Он велел арестовать 20 ео членов и некоторых долго держал в тюрьме, хотя их вина заключалась больше всего в том, что они годы считали от основания Р., дпи—по календам и идам, давали друг другу римские имена и вели беседы о римской старине. Павел всячески старался укрепить монархическуювласть папы от покушений со стороны горожан и дворян и с этой целью приказал пересмотреть и обновить старые городские статуты, чтбы они ни в какой мере не могли служить в дальнейшем опорою демократически! или аристократических притязаний. Статуты 1469 г. сохраняют всю видимость прежних коммунальных учреждений: и сенатора, и его советников, и районных старейшин, и выборное начало. Но фактическая власть в городе принадлежит не городским органам, а пане и его чиновникам. Демократическим покушениям надолго был положен конец, но аристократия была сильпа и непрерывно получала прилив новых сил от папской родни. Пий II (1458 —1464) пытался сговариваться с ними мирнмм путем. Так, когда в Гольфе под Чивиттавек-кией были открыты (1461) квасцовые россыпи (в квасцах очень нуждалась текстильная промышленность, и их приходилось много ввозить), курня скупила землю у баронов, ей владевших, не прибегая к насилию. Преемники Пия не были так мягкосердечны. Павел II положил начало покорению баронов. Род Ангиллара был сокрушен при нем. Сикст IV (1471 — 1484) нанес смертельный удар Ко-лонпа, которые сумели несколько оправиться после потерь, испытанных при Риенцо и при Вителлески. Александр VI (1492—1503)— вместе со своим сыном Цезарем Борджа— разгромили род Орсини, единственный, сохранивший былую мощь. Юлий II (1503 —1513) добил оставшихся недобитыми. Роль баронов кончилась при расцвете Ренессанса. Папская монархия воздвиглась прочно, и культурные задачи стали на очередь дня.

При Юлии, при Льве×(1513 — 1522), при Клименте VII (1523 — 1534), после целой серии войн, окончательно укрепилась Цорковпая область, и Р. сделался самым блестящимцентром Ренессанса. Искусство итальянское собрало на берегах Тибра своп лучшие силы. Вся Италия посылала туда самых талантливых художников. Ломбардия отдала Р. Содому, Флоренция — Миколь Анджело, Венеция— Себастьяпо дсль Пьомбо, Умбрия —Пинтуриккно, Сиена — Перуц-ци, Урбипо — Браманте и Рафаэля, но считая мопоо крупных. Столько выросло в Р. пышных зданий, столько скопилось произведений живописи и скульптуры, что даже чудовищный разгром города (il sacco di Roma) в 1527 г. (смотрите XXII, 397) но папес существеппого ущерба собранным в нем сокровищам искусства. Но этот разгром все-таки стал рубежом. Вместе с заревом его пожаров угасли грандиозные художественные подвиги. Правда, Р. продолжал украшаться, и барокко дало ему много нового блеска, но это был уже блеск упадка, так хорошо гармонировавший с абсолютизмом и иезуитизмом курии в эпоху феодальной и католической реакции.

II много прошло еще времени, когда героический дух римского народа, дух Крешенцио и Арнольда, дух Бранкалеоне и Риенцо воскрес слова и положил начало новой эры в его истории. Когда в Италию пришли войска первой фрапцузской республики, чтобы на ее почве защищать новый социальный и политичеекий строй Европы, Р. провозгласил республику еще раз (1798). Она была упразднена в следующем году, когда победы Суворова вытеснили французов за Альпы (смотрите XXII, 407/08). В 1809 г. Р. стал частью созданного Наполеоном королевства, и сын его получил титул короля Римского. Венский конгресс вернул Р. папе (1814). Последняя республика в Р. возпикла в 1848 г. (смотрите XXII, 418/19). Ео трибуном был Чичеруаккио, ее защитником— Гарибальди, ее правительством — Маццпнп, Саффи, Армеллшш,

Она была ликвидирована французамиь следующем году. Крушение панской державы было отсрочено па 20 с лишком лет. Панская область в главных своих частях распалась в 1859 и 1860 г. В 1870 г., 20-го септября, войска единого итальянского государства вошли вР., без труда рассеяв папскую «армию» {см. XXII, 424). II Р. стал столицей новой Италии. Квирииальский дворец папы сделался королевской резиденцией, а папа — добровольным затворником в Ватикане. Из этого положения он вышел в силу соглашения 1929 г., создавшего т. паз. «град Ватикан» (La citta Vaticana, смотрите ниже Рим —город).

Л и т с р а т у р а. Кроме старых капитальных трудов Грегоровиуса (смотрите) и Ремонта (смотрите) — P.Villari, «II сопите di Roma nel medio evo» (в cSaggi storici c cri-tici», 189 )); C.Jir, «Statuti della citta, di Roma» (1880); Gatti, «Statuti dei mercanti di Roma» (1885); ряд работ E.Rodoeonachi, перечисленных в указателе «Соврем, деятели науки, литературы и искусства Запада» (ем. XLVIII прнл.,стр. 53); L. ffalpJicn, «Etudes surladminis-traion dc Rome au moyen age»( 19 )7); O.Rossler, «Grundriss eincr Gcschichte Roms im Mittclaltcr» (1909). О Бран-калсонв — M. Rovere, «Brancalcono degli Audald» (1895). О Риеицо см. под его именем. Наиболее существен, вопросы средневековой истории Р., в том числе попроси его экономической и социальной истории, разработаны очень слабо.

Л. Дж.

еm-iopod. Р. (ит.—Roma, фр. — Rome, нем. — Rom) — столица Италии, резиденция правительства и короля, местопребывание папы, лежит под 41° 54 сев. шир. ц 12° 29 воет, долг., в 20 км по прямой линии от моря, в 27 км вверх от устья Тибра, протекающего в пределах города па протяжении 4‘Д км в направлении с с. на ю. и разделяющего город надвенеравпые части. Главная, исторически старейшая и ваяспейшая по своему современному значению, лежит на левом, восточном берегу; другая, меньшая, однако тоже непрерывно растущая, правобережная сторона, заключает в себе папский Ватикан {см. ст. 522/23), а южнее его— так паз. исстари Трастеворс, «Зати-берьо», и ряд новых кварталов. Средняя высота городской территории около 35 л« над ур. моря; наименьшая около 13,4 м (у Пантеона), наибольшая 141 м

(Монте Марио). Климат в Р. мягкий, солнечный. Даже в ноябре половина дней совершенно безоблачных. Ср. t° января —)— 6,7°, июля —J— 24,8°, ср. годовая-)-15,4°; ср. максимум -ф- 35,0°, ср. миним.—4,7°, осадков 803 миллиметров, гл. обр. с окт. по янв.; снег бывает но каждый год и держится всего несколько часов. Самые жаркие месяцы— июль и авг., самые холодные — дек. и февр. Решающее значение для климата имеют степная Кампания и близость моря; в жаркое время года регулярный морской бриз и сильное понижение t° за ночь действуют освежающе. Кампания лее является для Р. и источником малярии {смотрите ниже).

Старейший из еврон. городов, имеющий за собой почти три тысячелетия непрерывной политической и культурной истории, Р. вместе с тем первый в Европе город по монументальным своим богатствам. Среди них особое место занимают памятники античности. Многие из них до этих пор еще иод землей, и Р. является как бы неисчерпаемой кладовой худолсествепных и археологических ценностей, которые все еще извлекаются на поверхность и, так сказать, непрерывно обогащают этот музей. Если прибавить сюда небо Италии,римскую речь,римское население, сохранившее многие особенности своей расы, то станет понятной притягательная сила Р. Но во всяком случае восприятие Р., более чем какого бы то ни было другого города, возможно лишь на основе исторического его понимания.

I. История города. В многовековой истории Р.-города отчетливо выступают два ярких момента: императорский Р. первых веков н. э. и панский Р. XV —XYI1I столетий, налолшвшие на город неизгладимую печать. Тысячелетнее существование начального Р. и Р. республиканского—лишь подготовительная стадия для Р. императорского, как другое тысячелетие (раннее христианство и средневековье)—Лишь преддверье Р. наивного.