стремление обеспечить известное количество дешевого труда за растущей промышленностью, которая чувствовала недостаток в квалифицированной рабочей силее Р1зменение отношения к вопросу о заработной плате со стороны законодательства имеет весьма двусмысленный характер в обстановке начала XVII века. Даже у благожелательно к законодательству того времени настроенных авторов вводная часть закона вызывала несколько критическое отношение к истинным намерениям елизаветинского законодательства. Законодатель, говоря о своем желании прийти на помощь „наемному человеку“, вместе с тем проводит линию не на то, чтобы установить минимум заработной платы, а на то, чтобы создать твердые фиксированные расценки, устанавливая и максимум и минимум заработной платы одновременно. При этом за нарушения расценок закон карает хозяина 10 днями тюрьмы и 3 ф. ст. штрафа, а рабочих—21 днями тюрьмы. Заработная плата устанавливается мировыми судьями, а. мировые судьи избираются землевладельцами из землевладельцев и богатых людей. Таким образом, регулирование заработной платы, долженствовавшее иметь своей задачей облегчить безмерно бедственное положение рабочих, было фактически отдано в руки ра-ботодательского класса, естественно заинтересованного не в повышении, а в понижении заработной платы. На ряду с этим восстанавливается старый закон времен восстания Кета, запрещающий всякие объединения рабочих.
(зак. 2—3 гг. Эдуарда VI). Запрещение это, под страхом строгого наказания, возобновляется при Карле II (1682/83) и сохраняет свою силу вплоть до 1824 г. Все это заставляет Роджерса, столь глубокого и объективного исследователя фактического положения Р. к., подвести такой общий итог всей эпохе от последней трети XVI стол, до первой четверти XIX века: „Я утверждаю, что с 1563 по 1824 г. в Англии существовал заговор, вызванный законом и проведенный в жизнь заинтересованными классами с целью отнять у рабочего его заработок, приковать его к земле, лишить всякой надежды и повергнуть в неизлечимую бедность Слишком два с половиной века английские законы и их служители стремятся низвести рабочего до полуголодного существования, подавить в зародыше всякое действие и всякое выражение, указывающее на организованное недовольство, и давить его наказаниями, когда человек начинает вспоминать свои естественные права. Меня не могут ввести в заблуждение лицемерные фразы, обыкновенно служащие введением в законы: эти красивые слова всегда стоят в прямом противоречии с детальными постановлениями закона. Так, например, в законе Елизаветы заявляется, что „заработная плата слишком низка и не соответствует условиям времени“; далее говорится о „нужде и обременении бедного рабочего и наемника“; между тем этот-то самый закон и понизил заработную плату работника и увеличил его нужду и обременение, потому что он-то и сделал тех. которые заинтересованы в том, чтобы держать работника в бедности, судьями его заработной платы; он-то и дал право требовать от рабочего свидетельство, написанное его прежними работодателями, приходскими попечителями и надзирателями за бедными, когда рабочий хотел поступить на новое место, оставляя прежнее“ i).
Весьма резкое расхождение интересов продавцов и покупателей рабочей
) „Six centuries of workand wages“, 1884; цитируем по русск. пер., к сожалению, очень плохому: „История труда и заработной платы в Англии“4, 1899, стр. 328; см. также „Hist, of agricult. a. prices“, v. 5, ch. 23 и предисловие к этому тому.
силы, все более и более становящееся характернейшей чертой производственных отношений, постепенно осознается наемными рабочими на протяжении XVI—XVII вв. И наличность такого противоречия не может но заставить и пролетаризирующегося подмастерья, в той же самой мере как и валета, услужающего человека и поденщика, образовавшихся к этому времени в качестве четвертой социальной группы в системе цеховых отношений,—стремиться к защите своих собственных интересов. Эта защита проводилась ими прежде всего в форме стачек. Уже в XIV веке отдельные мастера Лондона и других мест жалуются на то, что наемные рабочие, работающие у них, а равно и подмастерья, ведут себя дерзко и нагло и стремятся поднять свою заработную плату, уговаривая своих не работать на плохо платящих мастеров. Так, Всббы!) приводят следующие известные им примеры наиболее ранних эпизодов открытых столкновений между хозяевами и наемными рабочими: „Уже в 1383 г. мы находим, что корпорация Сити Лондона вынуждена запретить „все сборища, тайные сговоры и заговоры рабочих“. В 1387 г. „услужающие люди“ лондонских сапожников, подняв беспорядки против „наблюдателей за промышленностью“, проявляют стремление создать постоянное братство. Девять лет спустя „услужающие люди“ седелочников,именуемые „свободными людьми“, утверждают, что их братство существует „спокон веков“ и имеет установленную форму и должным образом избранных руководителей. Хозяева, однако, заявили, что общество это существует всего лишь тринадцать лет и что его целью является повышепие заработной платы. В 1417 г. „услужающим людям и поденщикам“ портных в Лондоне запрещается жить отдельно от хозяев, так как-де они устраивают сходки и образовали нечто в роде ассоциации. И этого рода братства образовываются не только в Лондоне. В 1538 г. епископ острова Эли сообщает
1) С. и Б. Вебб, „История тред-юнионизма“. Русск. пер. 1922. Вып. 1, стр. 12.
13
Кромвелю, что 21 поденщик сапожного цеха в Висбехе собрались на холме за пределами города и послали троих своих представителей к мастерам с приглашением явиться для переговоров по вопросу о повышении заработной платы, угрожая в противном случае, что „никто не попадет в город для работы за заработную плату старого размера в течение периода в двенадцать месяцев и один день, без того, чтобы мы над ним не учинили членовредительства, если только он не примет такой же присяги, какую приняли мы“.
Примерно такие же сведения имеются и о франции. Филипп Лонг, автор XIV в., рассказывает, как в Руане в 1285 году ткачи этого города, недовольные условиями найма и в особенности приглашением рабочих со стороны, собрались скопом у предприятия по выработке суконных тканей, принадлежавшего некоему Даммету, и „пели скверные песни, неприлично жестикулировали и всячески по своей воле поносили, а равно чинили иныо безобразия, которых даже нельзя перечислить, и нанесли указанному предприятью большой ущерб“. Фаньо отмечает, что „безработные рабочие собирались в твердо установленных местах для сговора о найме с хозяевами. Сукновалы, нанимавшиеся поденно, собирались перед притвором церкви св. Гер-вазия, работавшие же на основе годичного контракта—у Орлиного дома на улице Бодойе. Их заставляли являться на эти места поодиночке. Эти сборища рабочих не были безопасны. Они порождали беспорядки и по меньшей мере постоянные объединения рабочих. Поэтому государственная власть порой вынуждена была их прямо запрещать“ >).
В силу же того, что по мере укрепления влияния торгового капитала в народном хозяйстве противоречия между продавцами и покупателями рабочей силы не ослаблялись, а заострялись от эпизодических стачек, „заговоров“ и „сговоров“, пролетаризирующиеся подмастерья и наемные рабочие вне-цеховых отраслей промышленности (печатное дело, мануфактуры, частично металлические производства) к XVII в начинают создавать длительно существующие объединения.
Какого рода были эти организациие
„Один из наиболее ранних примеров доказанного длительного существования профессионального объединения,— говорят Веббы 0,— доставляет объединение шляпочников (или фетровщиков), чей союз — ныне профессиональный союз рабочих шляпочников Великобритании и Ирландии — имеет право, быть может, вести свое летоисчисление с 1667 г.— того самого года, когда компания мастеров фетрового производства получила свою грамоту от короля Чарльза И. В течение нескольких месяцев рабочие различных мастерских Лондона, каждая из которых имела, невидимому, свою собственную организацию, напоминающую по своему строению „каплицу“ печатников,— объединились для представления в суд старшин петиции против деяний мастеров и наблюдателей компании. Суд старшин решил, дабы поденщики с помощью объединения или иным произвольным способом не повышали черезмерно оплаты своего труда, ежегодно вырабатывать и издавать в качестве законом утвержденного список сдельных расценок. Повидимому, поденщики приготовляли такой список совместно с предпринимателями и совместно же с ними мешали найму на работу „несвободных граждан“. Так. обр. закрепляемые расценки не всегда, однако, удовлетворяли рабочих, особенно когда предпринимателям удавалось их понизить. И в 1696 г. нам становится известным, что к суду старшин отправляется делегация для заявлений, что рабочие решили но соглашаться на заработную плату меньшего размера, чем получавшаяся ими ранее, и что они требуют пересмотра списка сдельных расценок. Они, согласно заявлению предпринимателей, не ограничились мирными резолюциями, но попытались терроризировать несогласных, преследуя тех, кто соглашался работать по пониженным расценкам. „Они
!) См. Фанье, цит. соч., стр. 75-76.
1) Цит. соч., вып. 1, стр. 32-33.
подтолкнули учеников схватить работающего но пониженным расценкам во время работы, привязать его к тачке и самым шумным и бунтарским манером провезти его по всем важнейшим улицам Лондона и Саутворка“. Вместе с тем указывалось, что рабочие сорганизовались в „клубы“, которые „собрали различные суммы денег для поощрения и поддержки тех, кто покинет службу у своих хозяев“. В 1(597 г. предприниматели ввели „записку о характере“, или „свидетельство о расчете“, причем компания вынесла постановление, что ни один предприниматель не должен нанимать рабочего, который принадлежит к клубу. Из сводки заработной платы фетровщиков, делаемой Энви-ном, видно, как, однако, незначительны были достижения этих ранних стачек. Так, на хозяйских харчах за выделку шляпы ценой в 14 шилл. подмастерье получал: в 1GG7 г. 1 ш. 9 п.; через 30 лет в ноябре 1G9G г. — 2 ш. 2 п., в сент. 1098 г.— тоже 2 ш. 2 п., в окт. 1698 г. — 2 ш. 3 п.; при цене шляпы от 16 до 17 шилл. в те же годы: 2 ш. 3 и., 2 ш. 4 и., 2 га. б п.; при цеие в 18 ш.— 2 ш. 3 п., 2 ш. G п., за касторовую шляпу—2 ш. 9 п., 3 ш., 3 ш. 2 п.!).
Даже тогда, когда в основе организации „клубов“ лежала но столько боевая тактика наступления на мастера, сколько элементы взаимопомощи,—первая брала верх в силу обострения отношений между мастером и подмастерьями. Один из наиболее примечательных деятелей профессионального движения конца XVIII в., Френсис Плейс, тогда подмастерье в производство кожаных брюк для верховой езды, рассказывает, что вскоре после своей женитьбы он стал „членом общества взаимопомощи брючников, организованного для оказания поддержки членам во время болезни и выдачи пособий на похороны в случае их смерти. „Я,— рассказывает Плейс,— регу-
) George Unwin, .Industrial organisation in the XVIth and XVIIth centuries”, Oxf., 1904, p. 22-1; cm. там же (Append. h, IV—VI, pp. 210—252) интересные извлечения из протоколов арбитражных разбирательств и других документов, характеризующих зти ранние стачки и положение подмастерья в фетровом промысле.
лярио выплачивал свои взносы, но никогда не посещал того кабачка, в котором происходили собрания клуба, за исключением того вечера, когда были избраны должностные лица. Клуб, хотя он и был фактически обществом взаимопомощи, был создан с целью оказания поддержки членам во время стачки. К весне 1793 г. у него в кассе имелось около 250 ф. ст., что и было сочтено достаточной суммой. Стачка была назначена, и рабочие бросили работу. Последняя была весьма неудовлетворительной, да и производство было нерегулярным. Хороший рабочий, постоянно работавший, мог выработать до гинеи в неделю. Но едва ли кто-либо работал полную неделю. Лучшие рабочие в самых лучших мастерских не могли поэтому вырабатывать больше 18 ш. в неделю, а в других — и того меньше. Они поэтому и прибегли к стачке, чтобы сравнять свои заработки с заработками в других профессиях“ ]).
Однако, полуремесленныо рабочие даже в конце XVIII в строили преимущественно общества взаимопомощи, клубы, выполнявшие функции этих последних. И если стачка естественно вспыхивала в результате жесточайшей эксплуатации и средства клуба использовались на проведение ее, то это бывало не потому, что основной целью явилось боевое наступление на мастера, а потому что логика отношений диктовала такое расширение целей клубов.
Процессы же, о которых речь шла выше—процесс развития цеха в сторону сначала образования подмастерья, как посредствующей ступени между учеником и мастером, затем процессы постепенной, медленной, но верной пролетаризации подмастерья и присоединения еще четвертой группы, посторонней цеху, из типично-наемных рабочих — были весьма длительными, и их результаты сказывались но сразу. Приведенные выше данные показывают, что первые проблески классовых противоречий наблюдаются уже в XIII—XIV воках. Самый характер наемного работника тогда был иедо- 1
1) Цит. по Craham Wallace, „Life of Francis Place”, Лондон, 1658, стр. 6.
статочно четким. Фанье в известкой степени прав, когда говорит о легкости перехода мастера и подмастерья с одной ступени на другую, как о причине смягчения классовых противоречий. Подмастерья строят, поэтому, свои организации по примеру, гл. обр., мастеров, для которых самая организация цеховых гильдий представляла собой форму организации взаимопомощи: по уставу, цех должен был помогать больным и неимущим своим членам. M, создавая свои клубы и об- единения, подмастерья заимствовали целиком образцы организации у своих мастеров, строя клубы преимущественно на началах взаимопомощи. А за подмастерьями следуют наемные работники. Лишь постепенно, лишь мало-по-малу от взаимопомощи „клубы“ подмастерьев и „услужающих людей“ переходят, под давлением нарастающих противоречий внутри цеха и ухудшения положения рабочих, к стачечной борьбе и к созданию организаций, носящих определенно боевой характер. XVIII век уже оказывается веком, когда, с одной стороны, клубы численно сильно возрастают, а с другой — усваивают боевую тактику.
Но далее меняясь, они остаются организациями уходящей в прошлое прослойки Р. к., организациями полуремесленных рабочих, которых тянет назад, к цеховому порядку. Веббы отмечают, что типичный профессиональный клуб городского ремесленника этохо времени был изолированным кружком высококвалифицированных рабочих, отделявшихся даже более заметно от основной массы физического труда города, чем от небольшого класса капиталистов-предпри-нимателей. Обычное принудительное проведение в жизнь правил ученичества и высокая „премия“, какую должны были вносить родители детей, не принадлежавшие к „производству“, за их обучение, надолго удержали фактическую монополию наилучше -оплачиваемых профессий в руках почти наследственной касты „профессионалов“, в рядах которых сами предприниматели часто проходили курс своего ученичества. Пользуясь наделе такого рода юридическим (либо даваемым обычным правом) покровительством, они видели, что их профессиональные клубы полезны преимущественно для обеспечения пособиями и для сговора с хозяевами насчет лучших условий. Мы находим в таких клубах лишь слабые следы того чувства солидарности работников физического труда, какое впоследствии в различных производствах стало заметной особенностью профессионального движения. Их случайно возникшие конфликты с хозяевами напоминали скорей семейные сцены, чем столкновение двух различных социальных классов. Они скорее проявляют склонность идти рука об руку с хозяевами против общества или оказывать им поддержку в борьбе с соперниками, чем объединяться с товарищами по работе из других производств в атаках на класс капиталистов!).
Более того: защиту себе эти группы рабочих искали в требованиях последовательного соблюдения ученичества и восстановления елизаветинского законодательства о труде. Веббы приводят многочисленные случаи, когда даже в начале XIX стол, данные группы рабочих энергично добивались, например, восстановления за мировыми судьями права регулировать заработную плату 2). Лишь с промышленной революцией происходит радикальное изменение в положении наемного рабочего, и с этого момента на исторической сцене появляется новый тип рабочего—индустриальный пролетарий.
3. Р. к. в эпоху промышленной революции. XIII-XVI вв. представляют собой поэтому подготовительный период истории Р. к. Это (если применить слова Маркса, сказанные по отношению к истории капитализма)— пред‘история Р. к. В данный период формируются элементы, из которых впоследствии вырастает индустриальный пролетариат. История же Р. к. начинается только с момента образования индустриального пролетариата.
Промышленная революция в Англии XVIII в Обычно промышленный переворот в Англии относится к последней
J) Веббы, цит. соч., стр. 45-46.
~) Ср. Манту, „Промышл. револ.-, гл. IV, отд. 2.
трети XVIII стол. А. Тойби, II. Манту и другие авторы совершенно определенно ведут начало истории промышленной революции от изобретений, изменивших техническую основу текстильной промышленности. Новая прялка, изобретенная Кромптоном и увеличившая значительно производительность труда, переход к использованию пара, ставший возможным благодаря изобретению Уаттом паровой машины, действительно произвели переворот в той отрасли народного хозяйства, которая до последней четверти XIX в обеспечивает Англии роль „мастерской мира“. Механизнро-вание производства освободило владельца капиталов от необходимости опираться на относительно немногочисленные кадры обученных рабочих и открыло для него возможность широко применять труд женщин и детей. Ланкаширские „водяныо фабрикн“ (water mills), построенные на основе сложного разделения труда для выработки хлопчатобумажных тканей, превратились в современные крупные предприятия с сотнями и тысячами рабочих, с миллионными оборотами, с ежедневной выработкой сотен кусков бумажной ткани.
Но промышленная революция, производящая в последней трети XVIII в столь поразительный переворот в технике производства одной из основных отраслей английского народного хозяйства, начинается ранее этого времени. Предпосылками для изменения технической основы текстильной промышленности но могли не быть изменения в средствах производства и в характере промышленного топлива. Применение новых текстильных машин и пара стало возможным лишь благодаря предварительному развитью железоделательной и горной промышленности.
Тяжелая индустрия должна была быть опорой народного хозяйства в эпоху промышленной революции так лее, как и в конце XIX в., в эпоху империалистического капитализма.
И на самом доле, характерной особенностью промышленной революции является то, что она происходит на основе, подготовленной развитием как
Раз именно железоделательной и каменноугольной промышленности.
Когда производительные силы начинают разрывать ту оболочку, которая соответствовала хозяйственному строю в период феодализма, то весь этот процесс сказывается не только разрушением ремесленного уклада; прослеженный нами в предыдущей главе процесс перерастания производством рамок цехового строя и организации его на общий рынок составляет, разумеется, весьма важную часть тох процессов, которые переживаются народным хозяйством. Но этим процессом дело не ограничивается. На ряду с ним сказывается влияние и иных процессов.
Прежде всего, в течение XVII-XVIIIb. возникают такие новые отрасли производства и такие формы организации в этих отраслях производства, которые ни на одной стадии своей эволюции не скованы цеховым укладом. Этими новыми отраслями промышленности являются каменноугольная и железоделательная промышленность.
Горная промышленность ведет свое начало с XIII в В Ныокэстле в 1238 г. начата была добыча каменного угля. В следующем году королем Генрихом III дарована была ныокэстльским купцам хартия, разрешающая торговлю углем. Но развитью каменноугольной промышленности мешало то, что в это время еще неизвестен был способ применения каменного угля при выплавке чугуна, а применение угля в домашнем обиходе наталкивалось на предубеждения.
Широко начипает развиваться горная промышленность лишь с момента, когда истощение лесных богатств Англии железоделательной промышленностью >) ставит остро вопрос о новой технике в этой последней. Новую технику для выплавки металлов доставил в начале XVII в Дэд Дэдли, сын лорда Дэдли, который открыл возможность применения „морского и подземного угля“ и получил в 1G19 г. монополию „на тайну и ис-
) В 1580 г. постройка железоделательных заводов на определенном расстоянии от Лондона была формально запрещена „в интересах лесосо-хранеиия“. Манту, цнт. сот., р. пер. 1925, стр. 206.
кусство выплавки железной руды и превращение оной в чугунные болванки в особых печах при помощи мехов“. Несмотря на то, что первые домны, построенные Дадли, были разгромлены ремесленниками, почувствовашимп в монополии лорда угрозу своему существованию, уже к концу XVII в выплавка чугуна по способу Дэдли дала 180 тысяч т., а в начале XVIII в число занятых на этой работе превышало 200 тысяч человек.
Примерно к этому же времени исчезает и другое препятствие, стоящее на пути к развитью горной промышленности. До конца XVII стол, добыча угля затруднялась отсутствием средств борьбы с затоплением копей. Воздушные насосы, применявшиеся обычно, не в состоянии были осушать копи. Лишь в 1698 г. Томас Славери изобрел паровой насос, который с 1705 г. заменен был насосом Ньюкомена, гораздо более ценным изобретением, тоже основанным на применении пара. Насосы Славери и Ньюкомена позволяли широко поставить добычу угля. И с этого времени каменноугольная промышленность начинает быстро развиваться.
Точно так же обстояло дело с железоделательной промышленностью. В 1730 г. Абрагам Дарби нашел средство строить крупные домны (Дэд Дэдли не мог выплавить больше 7 т. в неделю), и с 1756 г. его предприятия, колбрукдэльские железоделательные мастерские, давали ему до 20—21 т. в неделю. После Дарби значительные новшества были внесены Смитоном, и тем самым железоделательная промышленность была еще более укреплена. Таким образом, еще до последней трети XVIII в., к которой относится обычно дата промышленной революции, в экономическом быту Англии налицо были значительные перемены, перестраивавшие но только технику производства, но, что особенно важно, и производственные отношения.
Ни горная, ни железоделательная промышленность XVII — XVIII в.в. не были построены на началах ремесленной организации. В самом деле, в горной промышленности мынаходим такие производственные отношения, какие менее всего напоминают нам отношения внутри цехов. Несмотря на то, что крепостное-право уже не существовало в Англии и Шотландии XVII в., в горной промышленности отношения найма (рабочий добровольно нанимался на подземные работы) сочетались с некоторыми пережитками крепостных отношений. Так, в Шотландии вплоть до 1769 г. в силе был закон, по которому сын отца, работающего в недрах земли по добыче каменного угля, обязан был работать в той же самой копи. Лишь в 1799 г. этот закон был отменен, но при этом установлено было, что юноши от 16—22 лет обязаны были работать не менее 10 лет в этих копях, а дети от 10—16 лет должны были работать, по крайней мере, в течение пяти лет. Только по истечении этого периода работы они переставали быть прикрепленными к предприятию. Дальнейшее поколение было уже свободно от обязательной работы в горнозаводских предприятиях по добыче каменного угля. В железоделательной же промышленности мы не находим следов подобных пережитков крепостничества, как не находим их в горной промышленности самой Англии. На предприятиях, которые не были, конечно, значительны по своим размерам, работали наемные рабочие, чья рабочая сила превратилась уже в товар и чья заработная плата представляла собою цену этого товара.
Поэтому XVIII в., век технических открытий, в этом отношении не внес никаких принципиально новых изменений. К тому времени, когда Джемс Харгривс изобрел „прялку дженни“, которая позволяла прясть одновременно уже не одну нить, как раньше, а до 120 (1770), когда Аркрайт в 1771 г. построил свою „водяную раму“ для прядения, а Самюэль Кромптон, соединив принцип обоих этих изобретений в своей „мюль-машине“, в 1779 г. открыл возможность для одного прядильщика работать с постоянно возраставшим числом веретен,—в Англии узко начал складываться Р. к. в современном смысле этого слова, уже появляется в тяжелой промышлевности индустриальный пролетариат. Его удельный вес еще незначителен. Только с развитием капиталистиче-кой текстильной фабрики, технической основой для которой явились изобретения второй половины XVIII в., горная и железоделательная промышленность начинают крепнуть, и их роль становится крупной, а число занятых в них рабочих достигает значительных размеров.
Для конца эпохи промышленной революции (для 1812 г.) мы имеем новую примерную оценку численности и дохода различных классов и групп, только но одной Англии, а всего Соединенного Королевства. Это известные таблицы Когупа % в свое время пользовавшиеся большой популярностью. Когун — статистик с большой склонностью к приемам „политической арифметики“, широко дополняющий факты, где их не хватает, косвенными исчислениями и личными впечатлениями. Статистическая ценность его опыта поэтому невелика, но так же, как и исчисления Грегори Кинга, его работа представляет большой интерес как оценка, хотя частью и глазомерная, но вдумчивого и широко осведомленного наблюдателя, и дает поучительную параллель к таблице Кинга. Чтобы не вдаваться в детали, мы возьмем из таблицы Когупа только хозяйственные классы—владеющий класс и класс наемного труда, оставляя в стороне духовенство, чиновничество, офицерство, правоведов и лиц свободных профессий, а также бродяг, преступников и тому подобное. (смотрите таблицу на след. стр.).
Сравнение данных Грегори Кинга для Англии 1088 г.—эпохи торгового капитала—с приведенными исчислениями Когуна для Соединенного Королевства 1812 г. — начальной эпохи расцвета промышленного капитала— показывает, что в эти 124 года в социальной структуре страны произошли очень крупные перемены. Население самой Англии за этот период без малого удвоилось, дойдя до 10 млн., все
) Colquhoun, „Treatise on the wealth, power and resources of the British Empire“, 2 кед. 1815, стр. 12-1—125.
Соед. Королевство насчитывает в начале XIX в слишком в три раза больше жителей, чем было в конце XVII ст. в Англии, по оценке Кинга, причем в состав Соединениого Королевства входит Ирландия, насчитывающая почти 0 млн. населения (5.937.856 по переписи 1811 г.). И несмотря на это вхождение чисто земледельческой Ирландии с сильно развитым мелким фермерством, относительная численность крестьянства показывает громадное, поражающее сокращение с 24,1% всех глав семейств в 1088 г. до 14,Оо/0 глав семейств и самодеятельных одиночек в Соединенном Королевстве в 1812 г. Абсол. численность крестьянства в Соед. Кор. в нач. XIX в значительно больше, чем в Англии 1688 г. (560.000 против 330.000), но это увеличение далеко ниже разницы в общей численности самодеятельного-населения. На ряду с тем сильно упала доля крестьянства в народном доходе—с 38,8о/0 до 17,1о/0. Напротив, относительная численность крупных землевладельцев—высшего дворянства и джентри—возросла с О,4«/0 глав семейств до 1,16%, и доля их в народном доходе, не взирая на рост торгово-промышленных доходов, не упала, а даже несколько возросла—с 13,0% до 13,7%, но доля в народном доходе промышленников увеличилась почти вдвое—с 5,5% до 10,7% (не считая кустарей), а предпринимательский доход в торговле поднялся с 9,6о/0 до 16,4% всего народного дохода в 1812 г. Возросла и доля в народном доходе пролетариата—с 20,6% до 25,20/0 (не считая приказчиков); но люди наемного труда, не считая домашней прислуги (которая входит в состав семейств) и откидывая приказчиков, как лица с более высоким заработком, образуют в 1812 г. ужо почти две трети — 65,4% самодеятельного населения. В абсолютных цифрах численность пролетариата (причисляя сюда солдат и матросов в виду вербовочной системы набора) с неполного миллиона (849.000) в Англии в 1688 г. поднялась почти до 3 миллионов (2.782.765) в Соедин. Королевство в 1812 г., а с семействами с неполных 3 миллионов (2.795.000) до 10 млн.
Соединенное Королевство в 1812 г.
|
Классы и группы i | |
Глав семейств и других самодеятельных | |
Всего душ (включая домашнюю прислугу) | |
Средний годовой доход главы семейства и других самодеятельных (ф. от.) | |
Весь годовой доход группы (тыс. ф. ст .) | |
|
_ Всего. . . | |
4.252.661 2) | |
17.096.803 | |
— | |
430 521 | |
|
Владеющие классы | |
| |
| |
| |
| |
|
Землевладельцы и арендаторы | |
| |
| |
| |
| |
|
Крупные зенлевлад. | |
| |
| |
| |
| |
|
Знать | |
564 | |
13.620 | |
от 5.010 до 10.С00 | |
5.400 | |
|
Джентри.. | |
46.861 | |
402.915 | |
от 800 до 3.510 | |
53.022 | |
|
Крестьянство | |
| |
| |
| |
| |
|
Фригольдеры крупные.. | |
70.000 | |
383 000 | |
275 | |
19.250 | |
|
| |
210.С00 | |
1.050.С00 | |
100 | |
21.000 | |
|
| |
280.С00 | |
1.540.000 | |
120 | |
33.600 | |
|
Промышленность | |
| |
| |
| |
| |
|
Владельцы мануфачт. и заводов. . | |
44.QOO | |
264.030 | |
£04 | |
35.376 | |
|
Механики, строители и тому подобное. предприниматели | |
8.700 | |
43.500 | |
300 | |
2.610 | |
|
Ремесленники-предприниматели. . . | |
43.750 | |
218.759 | |
183 | |
7.875 | |
|
кустари .. | |
70.000 я) | |
150.000 | |
50 | |
3.500 | |
|
Торговля и судоходство | |
| |
| |
| |
| |
|
Крупн. купцы по внешн. торг | |
3.500 | |
35.000 | |
2.600 . | |
9.100 | |
|
Проч. купцы по внеш. торг, и маклера. | |
22 8С0 | |
159.600 | |
850 | |
18.354 | |
|
Строители судов | |
500 | |
3.000 | |
8С4 | |
432 | |
|
Судовладельцы . | |
8.750 | |
43.750 | |
600 | |
5.250 | |
|
Оптов. внутр. торг | |
900 | |
5.400 | |
804 | |
724 | |
|
Розничная торговля | |
140.000 | |
700.000 | |
200 | |
29.000 | |
|
Трактирщики . | |
87.5С0 | |
437.500 | |
100 | |
8.750 | |
|
Разносчики .. | |
1.4С0 | |
5.6С0 | |
45 | |
63 | |
|
Наемный труд | |
| |
| |
| |
| |
|
Сельские рабочие | |
742.151 | |
3 154.142 | |
45 | |
33.397 | |
|
Промышлен. рабочие.. | |
1.021.974 | |
4.343.389 | |
48 | |
40.055 | |
|
Водники (кроме матросов) | |
180.С00 ) | |
400. ОСО | |
45 | |
8.100 | |
|
Матросы | |
171.540 3) | |
320.ОСО | |
42 | |
7.205 | |
|
Солдаты | |
280.ОСО п) | |
450.С00 | |
35 | |
9.800 | |
|
Приказчики и писцы . | |
95.000 ) | |
262.000 | |
70 | |
6.750 | |
|
Пауперы | |
387.100 | |
1.548.400 | |
35 | |
9.871 | |
О Номенклатура групп—обобщенная, у Когуна она часто очень детальная.
2) Глав семейств —3.501.781, прочих самодеятельных по подсчету указаний, Когун в графе о среднем доходе —750.880.
а) Глав семейств всего 5.000, прочих самодеятельных 65.000.
<) „ „ „ 80.000, „ „ 100.000.
) „ „ „ 50.000, ,. .. 121.540.
«) „ „ „ 70.000, „ „ 210.000.
) н. „ ‘2.500, „ „ 52 500.
которые делает
Промышленному капиталу потребовались огромные массы „свободных рабочих рук“. Аграрная революция, поэтому, подготовив резервы рабочей силы для цеховых гильдий и города вообще, для горной, железоделательной и шерстяной промышленности, должна была усиленным темпом загонять обезземеливаемых крестьян на рынок труда для промышленности, развивающейся уже на новой технической основе. Она эту роль и выполнила. Уже не потому, что шерсть была ценным предметом экспорта, а в силу преимущественно роста капиталистического земледелия, заставлявшего Артура Юнга в конце XVII в восклицать, что „собственность превращает дажо песок в золото““, под покровительством таможенных пошлин на зерно,—землевладельцы, строющие крупные агрикультурные предприятия, в XVIII и XIX вв. ведут политику полного обезземеливания крестьян. Мы видели, как сильно убыла относительная численность крестьянства к началу XIX в Статистика огораживания и развер-стания угодий освещает этот процесс и дальнейшее его развитие в XIX стол.
Приводимые данные ограничиваются размерами огораживания пахотных земель и пустошей по специальным актам парламента за 4 периода: в первой половине XVIII стол., до 1760 г., -с этого времепи до конца столетия, в XIX стол, до издания общего закона о разворстании общинных земель ;и после издания акта 1844 г.1):
Общин, поля и ча“ Только
|
| |
стью | |
пустоши | |
пустоши | |
| |
|
| |
вс | |
| |
ас | |
| |
|
| |
| |
„ | |
с; | |
X | |
|
| |
X Я | |
о ® | |
х я | |
а. оо о. | |
|
| |
ё 5 | |
о о. | |
и
£ 5 | |
|
| |
о ® | |
о л | |
О я | |
о Я | |
|
1700- 60 | |
152 | |
237.845 | |
56 | |
74.518 | |
|
1761—1801 | |
1.479 | |
2.428.721 | |
521 | |
752.150 | |
|
1302—44 | |
1.075 | |
1.610.302 | |
873 | |
939.043 | |
|
г 1844 | |
164 2) | |
187.321 | |
5082) | |
334.906 | |
|
Всего. | |
2.870 | |
4.464.189 | |
1.893 | |
2.100.617 | |
Этот процесс обезземеливания крестьянства происходил но только в Ан- )
1) Л. II. Johnson, „Tho disappearanco of the small landowners“. 1909, p. 90. Подробные данные по граф-<ствам ск. у G. Slater, „The english peasantry and the .««closure of common fields“, 1907, Append.
) По постановлениям—awards.
глии. Под влиянием английского примера и на европейском континенте идет уничтолгение общинного землепользования (смотрите землеустройство).
Характер Р. к. в эпоху промышленного переворота. Мы видим, таким образом, что аграрная революция подготовляла рабочие резервы для промышленного переворота. Именно из этих резервов черпают свою рабочую силу предприятия и горной, и железоделательной, и шерстяной промышленности в XVI—XVIII вв. Отсюда же получают свою рабочую силу и бумагопря-дилыш конца XVIII—начала XIX вв. В связи с этим процесс образования Р. к. приводит первоначально к формированию двух основных типов рабочих.
Таблицы Когуна соединяют в общую рубрику ремесленных и фабричнозаводских рабочих, но уже значительное число ремеслешшков-предприни-мателей—218.000 (с члепамн.семейств), говорит за то, что пролетаризующийся подмастерье все еще долгое время продолжает составлять значительную часть Р. к., что промышленный переворот не сразу вызывает гибель ремесла и ремесленного предприятия. Изобретенный Картрайтом механический станок начинает применяться в Англии лишь с 1818 г., после улучшения его Раддклиффом и Хоррок-сом. К 1810 г. в английской промышленности насчитывалось около 5 тысяч паровых машин. К 1788 г. работали всего 142 бумагопряднльни с 2 миллионами веротен и 20 тысячами „прялок дженни““. Таково было положение в бумагопрядильной промышленности, дальше всех отраслей шаг-пувгаей по пути превращения в промышленность фабричную. Вслед за ней шла шерстяная промышленность, давно, еще с XVI стол., переходившая от ремесла к мануфактуро (преимущественно сельской) и с конца XVIII в перестроившая мануфактуру в фабрику. Остальные же отрасли оставались в значительной мере в стадии ремесленных предприятий,—небольших по размерам, где применялся попрежнему ручной труд. Еще слабее сказывались результаты промышленного пероворота в других странах. Толозан в своемдокладе от 1790 г. сообщал, что во франции было всего 900 „прялок джен-ни“. Ф. Меринг1), констатируя быстрое проникновение в Германию фабричного производства, указывает, тем не менее, что лишь после 40-х годов наблюдается быстрое вытеснение здесь ручного труда машинным (о ходе индустриализации в Германии см. Германия, ст. Э. Бернштейна, XIV, 71/174). Само собою, что при столь относительно ограниченном применении изобретений и сравнительной медленности процесса индустриализации, пролетаризующийся ремесленник-подмастерье продолжал играть значительную роль в экономике и франции и Германии. Даже в Англии он представлял собою в эпоху промышленного переворота значительные кадры наемного труда.
Для ремесленного подмастерья, переживающего период упадка, отличительной особенностью была прежде всего его крайняя реакционность. Его положение было ужасным. Сам ремесленник, у которого он работал, попал уже под тяжелый пресс экономической борьбы мелкого производства с крупным. Цены, платимые за определенного вида ткани, падали так:
1795 г.. ..89 ш. 9 п.
1800 25 „ —
1810 15 „ —
1820 8 „ —
1830 5 „ —
Гиббинс приводит, в соответствии с такими расценками работ ручного ткача, заработки рабочих, работавших на мелкого хозяина на ручных станках:
|
Годы | |
Заработная плата ткача | |
Стоимость квартера пшеницы | |
|
102 | |
13 ш. 10 п. | |
67 ш. 9 п. | |
|
1806 | |
10 „ 6 „ | |
76 „ 9 „ | |
|
1812 | |
6 я 4 „ | |
1е2 „ 8 „ | |
|
1816 | |
5 „ 2 „ | |
76 „ 2 „ | |
|
1817 | |
4 .31/2. | |
91. 0 „ | |
|
Портер, | |
основываясь | |
на материалах | |
|
о движении заработной | |
платы ручных | |
|
ткачей в Болтоне и Олдгэме, сообщает следующие данные: | |
|
Годы | |
Болтон | |
Олдгэм | |
|
1800 | |
25 ш. 0 п. | |
— | |
|
18С5 | |
25 „ 0, | |
— | |
|
1810 | |
19 „ 6 . | |
— | |
|
1815 | |
14 „ 0 . | |
11 ш. 9 п. | |
|
1820 | |
9 „ 0 „ | |
9 0 „ | |
|
1825 | |
7 „ 0 „ | |
8 „ 9 „ | |
|
1830 | |
5.6„ | |
5.0. | |
|
1833 | |
5.6. | |
4 и 6 „ | |
|
1) Ср. Ф. Меринг, „История демократии“, т. Ill, стр. 4. | |
германской социал- | |
Нетрудно представить себе, что ремесленному подмастерью, превратившемуся уже к XVIII веку в подлинного рабочего, без всякой перспективы перехода на следующую ступень, причина катастрофического снижения его заработка рисовалась в виде сбивающей цены на его продукцию машины. Вот почему рабочий, выросший в ремесленном производстве, обращает свои взоры, как мы указывали выше, вспять, к „счастливым дням“ елизаветинского законодательства, к „золотому веку“ прошлого. Он и делает попытки восстановить прежний строй отношений. На протяжении всего XVIII стол, этой частью работников наемного труда делаются попытки добиться от своего хозяина, с одной стороны, а с другой — от государственной власти признания именно необходимости сохранить полностью и целиком весь тот строй жизни, который был свойствен ремесленному укладу народного хозяйства предшествующего периода. В архивах министерства внутренних дел Англии и в архивах английской палаты общин имеются многочисленные петиции, которыми парламент забрасывался пролетаризирующимися ремесленниками и наемными рабочими ремесленных предприятий, с однообразными требованиями, весь смысл, все содержание которых сводится именно к восстановлению уставов ремесленных цехов и елизаветинского законодательства. Даже сами мастера иногда выступают вместе с подмастерьями, требуя возрождения цеховых порядков.
Эти реставрационные настроения полуремесленных рабочих не находят, разумеется, сочувствия у фабричнозаводского пролетариата. Но последний в эпоху промышленного переворота еще недостаточно сформировался. Он лишь формируется в конце XVIII — начале XIX вв. Поэтому его характер еще неопределен, неясен. В годы и десятилетия промышленного переворота, в силу этого, характер Р. к. все еще оказывается в значительной степени зависящим от ремесленных групп рабочих.
С изменениями, какие были внесены в экономический быт Англии и друтих стран промышленной революцией, с развитием процесса замещения ручного труда машинным,— эти группы рабочих постепенно сходят с исторической сцены. Их роль заканчивается. Организации, ими создавшиеся, накопив определенный опыт и проведя (в Англии с 1799 г. по 1825 г.) борьбу за право рабочих на объединение, на коалицию, точно так же теряют свое историческое значение. Развитие фабрично-заводской системы на взрыхленной торговым капиталом и мануфактурным способом производства почве открывает уже совершенно новую главу в истории Р. к. и рабочего движения.
Положение фабрично-заводского пролетариата. Материальное положение промышленного пролетариата было несколько лучше положения вырождающегося полуремесленного рабочего, поскольку речь идет о рабочих мужского пола. Так, что касается заработной платы, то, как мы знаем, она весьма резко падала для ручных тканей и прядильщиков; а в фабричнозаводской промышленности она проявляла значительную устойчивость для рабочих мужского пола и понижалась только для женщин. Гиббинс приводит исчисления Томаса Иллингворта, по которым движение заработной платы было таким:
В неделю:
1808-15 гг. от 24 до 26 ш.
Прядильщики. Прядильщицы
Прядильщики. Прядильщицы
Прядильщики. Прядильщицы
Прядильщики. Прядильщицы
Прядильщики. Прядильщицы
13 „ 14 „ 1815-23 гг. от 24 до 26 ш. „ 13 „ 14 „ 1823-30 гг. от 24 до 26 ш.
„ И „ 12 „ 1830-36 гг. от 24 до 26 ш.
и 8 „ 10 „
1836-45 гг. от 24 до 26 ш. „ 7 „ 9 „
Таким образом, заработная плата рабочих мужчин оставалась неизменной в течение почти полустолетия. Падала лишь заработная плата работниц.
По, во-первых, мы наблюдаем в тот же период черезвычайно быстрое замещение мужского труда женским и даже детским по мере того, как вводятся новые, доступные женщине и ребенкумашины. Вот какие наблюдения сделала одна из созданных парламентом комиссий по поводу найма малолетних: „В ремесленных производствах и на фабриках положение было следующее:
1) встречаются случаи, когда дети начинают работать уже в возрасте трех и четырех лет и нередко в возрасте пяти, шести и семи лет, обыкновенно они начинают работать в семь или восемь лет. Большинство детей начинает работать, следовательно, с девятого года жизни, хотя и существуют немногие производства, в которых дети начинают работать с десяти, даже с двенадцати лет и далее еще позднее.
2) Значительное количество всех лиц, занятых в ремеслах и на фабриках, состоит из подростков, не достигших еще тринадцатилетпего возраста, и еще большее число состоит из 13—18-летних, хотя в отдельных случаях число лиц, не достигших 13-летнего возраста, равняется числу лицввозрасте13—18 лет, иногда далее превышает последнее, как это доказывают отдельные случаи“
Портер приводит следующие данные о составе рабочих в текстильных предприятиях Англии по полу и по возрасту для 1839 г.:
|
ч | |
и с и 0 | |
занят | |
ы х | |
| |
|
Возраст | |
Ц×го “ « X- о | |
О,
° и х о к m и со
£ з: о | |
« 1 О d ИЗ о о со <0 К S о | |
it
£ to
5 S О | |
|
| |
2 >: о п | |
| |
4) О ш | |
О п | |
|
| |
5 > о. и с о | |
о. £ 3 с о | |
q О.Н ►Э с о | |
q О- ис: с о | |
|
Моложе 9 лет . | |
, — | |
_ | |
962 | |
_ | |
|
от 9 до 13. . . | |
12.330 | |
10.678 | |
2.757 | |
1.759 | |
|
от 13 до 18,. . | |
97.308 | |
34.222 | |
11.731 | |
19.135 | |
|
свыше 18. . . | |
149.747 | |
41.546 | |
13.868 | |
22.593 | |
В том лее году пропорция леенщин в возрасте от 13 лет и выше составляла 55,2°/0, детей мололсо 13 лот 5,9°/0, а взрослых рабочих мужчин 22,8°/0. Остальные 16,1°/0 приходились на подростков в возрасте от 13 до 18 лет1).
Вполне естественно, что далее при устойчивости заработной платы рабочих мужчин пололееиио Р. к. но могло но ухудшаться черезвычайно быстро. Маркс в„Капитало“ (I, стр. 071) приводит из доклада специальной комиссии по изучению тюремной системы в Англии таблицу потребления пищи преступниками и рабочими. Эта
) См. G. R. Porter, „The Proross of the Nation4, edit, by F. N. Hirst, Лондон, 1912, стр. 25.
таблица черезвычайно отчетливо рисует тяжелое положение рабочих. Так, недельное количество пищи составляло:
ния в тюрьме. После годичного заключения она была „приведена на фабрику обратно и должна была отработать
|
| |
Азотистые со-ставн. части (унций) | |
Безазотистые составные части (унций) | |
Минеральные составн. части (унций) | |
Общаясумма | |
|
Для преступника в ПортландскоЙ тюрьме | |
28,95 | |
150,06 | |
4,68 | |
183,69 | |
|
Для матроса королевского флота | |
29,63 | |
152,91 | |
4,52 | |
187,С6 | |
|
Для солдата | |
25,55 | |
114,49 | |
3,94 | |
143,98 | |
|
„ каретника (рабочий).. | |
24,53 | |
162,06 | |
4,23 | |
190,82 | |
|
„ наборщика. | |
21,24 | |
100,83 | |
3,12 | |
125,19 | |
|
„ сельского рабочего | |
17,73 | |
118,06 | |
3.29 | |
139,08 | |
На самом предприятии положение рабочего было более чем бесправным. Гаммонды в своих монографиях о положении городского рабочего в эпоху промышленного переворота i) приводят список штрафов, которым подлежали рабочие на одной фабрике близ Манчестера, работавшие при80-94 град, жары по фаренгейту:
За открытое окноштраф 1 ш.
„ грязные руки на работе „ 1 „
„ мытье рук „ 1 „
„ то, что не на месте стоит жестянка с машинным маслом. . „ 1 „
„ оправку приводного ремня пригазовом освещении „ 2 „
„ преждевременное включение газа „ 1 „
„ несвоевременное выключение газа утром „ 2 „
„ то, что пламя горелки в газовойлампе слишком выпущено „ 1 „
„ свистание во время работы „ 1 „
„ запоздание на 5 минут „ 1 „
„ то, что заболевший прядильщик не мог послать на свое место другого,—он платит в течение болезни за пар, использованный на его станке без работы,
в день по „ 6 „
„ то, что не собирает еженедельно по 3 раза и не доставляет в контору обрывков и бумажнойпыли. „ 1 „
и так далее и так далее
Гиббинс приводит еще более поразительный факт. За то, что одна молодая женщина пыталась бежать с фабрики, где ей стало не по силам работать, она была приговорена к году заключепонесенные предпринимателем убытки. Поэтому она работала два года безвозмездно, чтобы вознаградить хозяина за потерянное время“ 0- Гиббинс прямо называет создавшееся на фабриках положение „английским рабством“.
Совершенно естественно, что при этих условиях демонстрации, на которые собираются по несколько десятков тысяч рабочих, шествия с петициями в парламент, стачки, захватывающие целые районы, не могут не стать общим явлением. Совершенно естественно также, что при этих условиях необходимо должны возникнуть и первые попытки организации боевых профессиональных союзов.
Аналогичное положение наблюдалось и во франции в начале XIX в В 1830 г. в Северном департаменте франции занято было по найму 74.412 мужчин, 17.930 женщин, 14.720 детей. Взрослые рабочие зарабатывали в день 1 фр. 73 сайт., а работницы—80 сайт., дети же — около 04 сайт. Таковы были заработки во франции в самом промышленном районе — в Северном департаменте. Для юга, где потребность в рабочей силе ощущалась сильнее в шелко-ткацкой промышленности, заработная плата больше. Так, взрослые рабочие мужского пола получали от
О J. L. and Barbara Hammond, „The Town Labourer 1700—1832“, 1920, стр. 19—20.
>) Gibbins, цит. соч., стр. 400.
2 до 2 фр. 25 сайт, в день, женщины— от 90 сант. до 1 фр. 25 сант., а дети от 90 сант. до 1 фр. 09 сант. Политический же центр франции, Париж, по данным Луи Плана, мало отличался в отношении оплаты труда от юга или севера. Мясник зарабатывал около
3 фр. в день, сапожник— 2 фр. 75 сант., причем в среднем на долю этих рабочих приходилось в год до трех месяцев безработицы. Портным было несколько хуже: их заработок равнялся 3 фр., но продолжительность периода безработицы была большей. Женский труд оплачивался ниже, прачки вырабатывали 2 фр., швея—1 фр. 25 сантимов.
Материальная необеспеченность рабочих сопровождалась черезвычайно тяжелым положением их на предприятии. Рабочий день длился в среднем 15 часов. Лун Виллермэ след. обр. описывает положенно детского труда: „Обе индустрии (шерстенабивная и бумаготкацкая) требуют от ребенка, правда, только наблюдения. Но дети остаются на ногах по 10—17 часов каждый день, причем не менее 13 часов они проводят в закрытом помещении, не меняя моста и положения. Это—не работа, не задача, это — пытка, и ее то терпят дети в 8 лет, плохо одетые, плохо накормленные“ )
Массовое недовольство является одной из характернейших особенностей этого периода. Оно часто выливалось в такие формы, которые свидетельствуют уже о том, что Р. к. выступает против капитализма. К числу таких вспышек, исключительно сильных и массовых по характеру, относится восстание в ноябре 1831 г. ткачей в Лионе (франция).
Лионское восстание. В конце 20-х гг. положение этих последних было весьма тяжелым. Та картина, которую рисует цитированный нами Виллермэ, относится уже к концу тридцатых годов. Ранее лее общее обнищание ухудшалось еще серьезными кризисами, вызывавшими снижение заработной платы. Так, к ноябрю 1831 г. заработная плата, в конце XVIII ст. равнявшаяся 4—0 фр. в день, упала до 90 сант. Само собою,
) Louis Villerxnf, „Tableaux de I’Etat physique et morale des ouvriers“, 1Б40, т. II, стр. 91.
что рабочие делали попытки стачками и организацией в профессиональные союзы, называвшиеся ими „обществами сопротивления“, укрепить свои позиции. В Лионе подобные общества появляются еще в 1823 г. Эти общества, добились, было, у префекта Лиона, Бувьо-Дюмолара, установления минимума заработной платы. Когда ate, однако, 104 фабриканта запротестовали против подобных действий власти, а из Парнлса прибыли известия о том, что правительство но одобряет уступок рабочим — Дгомолар заявил, что-его постановление является лишь до-брояселательным „советом фабрикантам“, а отнюдь не обязательным рас-иорялсением. В виду создавшегося тупика и наблюдавшегося в городе среди рабочих брожения, командующий местными войсками генерал расставил по городу усиленный караул и призвал па слул;бу национальную гвардию, состоявшую исключительно из фабрикантов и мелких мастеров 1). Последние“ ободрившись, все чаще и чаще стали нарушать тариф, а недовольных рабочих выгоняли на улицу; одни совсем прекращали работы и увольняли рабочих, другие вызывающе дерлсали себя по отношению к работающим. В городе рассказывали, что один фабрикант принял у себя рабочих с пистолетом на столе, а другой публично заявил: „Если у них нет хлеба в брюхе, мы им всадим туда штыки“. Среди рабочих велась горячая агитация: общества со-4 противления решили прекратить работу на неделю и устроить ряд демонстраций на улице.
21 ноября 1831г. началась забастовка, быстро превратившаяся в восстание. С раннего утра рабочие стали прекращать работу в мастерских и собираться на улицах. Небольшой отряд национальной гвардии был отброшен, и рабочие двинулись к центру. Здесь залпы большого отряда той Hte гвардии, ранившие многих рабочих, произвели временное замешательство. Но в самом скором времени весь рабочий квартал был занят рабочими, вооруженными
Ч Не следует думать, что .фабрикант“ 30-х гг. напоминал фабриканта конца XIX в В одном Лионе насчитывалось свыше 4.000 „фабрикантов“ при, 20.000 рабочих.
палками, заступами и ружьями. Овладев двумя пушками, они двинулись на город с барабанным боем, причем на знаменах восставшие написали ставшие историческими слова: „Жить, работая, или умереть, сражаясь1“. Войска, однако, помешали войти в город, и рабочие отошли к своему кварталу. К ним явился для переговоров префект, но ому не удалось добиться разоружения рабочих. 22 ноября восстание охватило целый ряд других предместий, а в ночь на 23 командующий генерал должен был очистить город, который, таким образом, очутился во власти рабочих.
Последние везде восстановили порядок, прекратили начавшиеся грабежи, организовали стражу для охраны казначейства и вообще всеми силами старались успокоить население города; даже дома крупных капиталистов охранялись от попыток разграбления. Во главе города стало временное правление из рабочих, которое завсдывало всеми делами. Некоторые из членов его пытались придать двизкению политический характер и провозгласить республику, но большинство рабочих отвергло это. Однако, удерзкать власть лионские рабочие не смогли, так как восстание в Лионе было изолированным выступлением, и против него бур-зкуазное правительство смогло двинуть крупную военную силу. 3 декабря восстание было подавлено подоспевшей из Парижа армией, и 20-тысячный гарнизон занял Лион.
Но лионское восстание во франции показало, что классовые отношения в фабричной промышленности обострены до степени, когда оба класса сталкиваются в открытых боях. Оно было тем бесспорным симптомом, который свидетельствовал о непримиримости интересов и вытекающей отсюда неизбежности попыток организационного оформления этих интересов. Точно так же в Англии кровавые события (Пи-терлу, разгром шествия „одеяльщи-ков“— ткачей Манчестера на Лондон, и др.) несколько ранее — в 1818— 1819 гг. — ознаменовали собою начало классовых столкновений, приводящих уже не полуремесленных рабочих, а фабричнозаводской пролетариат к организации своих сил.
Возникновение профессиональных союзов. Массовое движение в период с 1815 г. по 1830 г. захватывает почти поголовно весь Р. к., почти все фабрично-заводские районы. В Англии образовываются колоссальные объединения, ставящие себе целью борьбу частично за интересы рабочих на предприятии, частично за низвержение капитализма. Речь идет о первых профессиональных союзах или, как они тогда назывались, о союзах производств (Trades-Union).
До начала ЗО-х гг. XIX в вообще в Англии понятия „профессиональный согоз“,или „союз производств““, еще не существовало. Рабочие экономические и политические организации в одинаковой мере назывались коалициями, ассоциациями, клубами, обществами. Термин „Trades-Union“, т.-о. „союз производств““, впервые появляется, правда, в обиходе в 1818 г., когда создается так называемым „Филантропический Геркулес““. Но последний представлял собою весьма недолговечный опыт создания всеобщего союза, который объединял бы рабочих без различия профессий. Гораздо большее историческое значение имеет „Великий национальный консолидированный союз производств““, созданный уже в 1834 г. при непосредственном участии Роберта Оуэна, и с момента его основания в историю Р. к. в Англии входит прочно термин „Trades Union (союз производств).
Эта организация возникла вскоре после тяжелого кризиса 1829 г. и сразу стала центром внимания для Р. к. Роберт Оуэн (смотрите) к этому времени уже приобрел прочную репутацию „смелого реформатора““. Им узке проделан был целый ряд опытов, начиная с опыта улучшения полозкения рабочих на принадлежавшей ему и группе предпринимателей фабрике в Пыо-Ланарке и кончая проектом 1817 г., представленным им в особую комиссию по законам о бедных, которая была назначена палатой общин. В этом своем проекте Оуэн мотивировал необходимость предло-зкенного им коренного преобразования организации коммун и поселений на 500—1.500 душ—след, обр.: „Ближайшей причиной современной нужды является понижение оценки человеческоготруда. Это произошло вследствие повсеместного введения машин и мануфактуры в Европе и Америко, но всего более в Британии, в которой этот переворот был сильно ускорен изобретениями Аркрайта и Уатта. Введение машин в производство предметов роскоши понизило их дену; понижение цены увеличило спрос на них в общем до столь крупных размеров, что после введения машин человеческого труда стало требоваться больше, чем до того. Первым средством новых технических условий явился рост частных богатств, что давало новый импульс к дальнейшим изобретениям Но тут возникли новые обстоятельства. Так как предметы производства перестали требоваться для надобностей войны, то для них но оказалось рынков: мировой доход оказался недостаточным для того, чтобы закупить все, создаваемое столь могучей производительной силой,— последовало сокращение спроса. Когда же вследствие этого явилась необходимость сократить производство, то вскоре оказалось, что механическая сила машины гораздо дешевле человеческого труда. Первая поэтому продолясала работать, а последний сделался излишним, и человеческий труд молено теперь иметь за плату много ниже той, которая безусловно необходима для существования при обычном уровне потребностей Но при существующей коммерческой системе механическая сила не можот быть выведена из употребления в одной стране, ибо это разорит ту страну, в которой ей перестанут пользоваться. Поэтому ни один народ не откажется от машины; и если бы такой акт был возможен, он явился бы несомненным признаком варварства тех, кто сделал бы подобную попытку. Однако, было бы еще более очевидным варварством и актом грубой тирании, если бы какое-нибудь правительство позволило механической силе уморить голодом миллионы людей. Этой мысли нельзя допустить ни на одну минуту; осуществление ее принесло бы неслыханные бедствия для всех классов. Поэтому только третий из указанных выводов заслулсивает рассмотрения, а именно тот, что для „безработных классов должно быть найдено прибыльное |
занятие, в котором работа машины должна служить в помощь труду, а не вытеснять его, как в настоящее время“.
> Энциклопедический словарь Гранат, страница > Размеры огораживаний в XVI