> Энциклопедический словарь Гранат, страница > Разрешая издавать сатирические журналы

Разрешая издавать сатирические журналы

Разрешая издавать сатирические журналы, издавать даже анонимно, Екатерина вовсе не хотела заводить в России органы, наполненные политической сатирой. Журналы, как она твердила во «Всякой всячине», нс смели затрагивать политических вопросов или касаться лиц. Вообще исключалось из сатиры «все, что не в улыбательном духе». Позволив, было, на первых порах критику пороков, Екатерина быстро отказала и в этом, объявив, что нет совершенных людей, и потому журналы обязаны проявлять человеколюбие и снисходительность к человеческим слабостям. Самодурство, деспотизм помещиков, взяточничество чиновников объявлялись слабостью (!). Разрешалось говорить в шутливом тоне о невежестве, скупости, о непочтительных детях и т. и., а больше всего поощрялось прославление монархини. В этом отношении «Всякая всячина» показывала пример — из номера в номер журнал заполнялся восторженными похвалами «читателей» мудрой государыне, похвалами, сочиненными в редакции журнала. Но журналы не пошли по пути, указанному царицей, хотя, вынуждаемые обстоятельствами, и помещали похвалы Екатерине 11. Они критиковали недостатки строя, его темные стороны, затрагивали даже крепостное право, но эта критика не пронизывается ненавистью к крепостничеству вообще, не содержит в себе мысли о необходимости уничтожения самодержавия, как политического строя, при котором закономерны и рабство, и произвол, и взяточничество, и несправедливость.

Сатирическая журналистика была все же большим событием общественной жизни середины XVI11 в С первых же дней лучшие журналы —«Трутень» и «Смесь» — стали отстаивать свое право на самостоятельность и независимость от «Всякой всячины», вступив с самой Екатериной II в дерзкую полемику. Новиков и Эмин восстали против опеки «бабушки» (так называла себя «Всякая всячина», объявившая остальные журналы своими внучатами), отреклись от родства с нею. В этой полемике со «Всякой всячиной», а значит — с самой Екатериной II, выковывался дух свободолюбия, сказывалось стремление к защите своих убеждений. Такой беспримерный факт не мог пройти бесследно для передовых кругов общества. Несмотря на то, что журналы в основном обходили принципиально острые политические вопросы, все же даже частная критика рисовала правящий дворянский класс довольно неприглядно. В журналах была создана галлерея дворянских недорослей, безграмотных, некультурных и диких помещиков, пустых и глупых щеголей, петиметров, лицемеров, ханжей, взяточников и так далее Вся эта сатира в конечном счете подрывала авторитет дворянства, давала приблизительно верный портрет хозяина России. В «Адской почте» Эмин нападал на духовенство, обличал лицемерие церковников. Более умеренный журнал Чулкова «И то и сио» широко вводил в литературу фольклорный материал. В «Трутне», «Смеси» и «Живописце» были подняты вопросы крепостного права. Эти журналы выступили против деспотических помещиков, взяли под защиту бесправных крестьян, обличали злоупотребления крепостным правом. В «Трутне» и «Смеси» были помещены совпадающие статьи, где доказывалась идея равенства людей независимо от происхождения. «Есть ли что в большем у нас презрении, чем земледелеце», писали журналы и осмеливались говорить помещику: помни, что крестьяне «такие же люди и одно имеют происхождение». Однако дальше высказывания негодования по поводу бесчеловечного рабства ни Новиков, ни Эмин не шли. Но в те годы и это негодование носило прогрессивный характер. Это была первая ступень формирования в России освободительной мысли, в какой-то мере подготовившая Радищева. В 1770 г. все журналы, издававшиеся в 1769 г., были закрыты. Начал выходить «Пустомеля» Новикова, однако дальше двух номеров дело не пошло. В 1772—1773 гг. Новиков издает лучший свой журнал «Живописец», который закрывается, повидимому, в связи с восстанием Пугачева. Не случайно в «Живописце» Новикова (1772 г.)-появился принадлежавший Радищеву очерк «Путешествие в % И Т.. », в котором уже зазвучал протест против крепостного права вообще. Разгром крестьянского восстания привел к укреплению дворянской диктатуры, к усилению реакции. В 1774 г. к власти пришел Потемкин, круто принявшийся за расправу со всяческой «крамолой». Немедленно были закрыты все сатирические журналы. Начались годы реакции. Многие отказывались от общественной деятельности. Не выдержал и Новиков — в 1775 г. он уходит в масонство и впоследствии развертывает широкую книгоиздательскую деятельность.

В 1783 г. появился новый правительственный журнал «Собеседник любителей российской словесности». Екатерина еще раз пыталась овладеть общественным мнением, чтобы придать ему нужное ей направление. Напечатанные в «Санктпе-тербургском Вестнике» в 1779 г. замечательные оды Г. Р. Державина (смотрите) «Ключ», «На смерть князя Мещерского» остались незамеченными. Слава пришла к Державину после появления «Фелины» в «Собеседнике» в 1783 г. Екатерина выдвигала Державина, как своего правительственного поэта. Она хотела противопоставить его дворянским либералам. Однако в «Собеседнике» появлялось мало новых стихов Державина; в духе «Фелицы» больше он не писал. Екатерина к журналу охладела, и он прекратился в 1784 г. «Собеседником», как трибуной для высказывания, пытался воспользоваться Фонвизин. Он напечатал здесь первую серию «Вопросов» сочинителю «Былей и небылиц», т. е. самой императрице (смотрите XLIV, 235). Вопросы были составлены черезвычайно смело: «Почему в век законодательный никто в этой части не помышляет отличитьсяе», — спрашивал Фонвизин, намекая на желательность переустройства самодержавного строя и введения парламентской системы. Екатерина страшно разгневалась на дерзкого писателя, ему было замечено, что национальный русский характер состоит в «образцовом послушании». Фонвизин вынужден был печатно раскаиваться. Однако произведения его находились под запретом до самой его смерти, их не печатали.

Успех « белицы» и других од Державина не был успехом официальной правительственной поэзии. Значение переворота, произведенного Державиным, было глубже. чем понимал он сам и даже его современники, твердившие в один голос о «новом’), «невиданном» на Руси поэте. Величие Державина как поэта, как новатора в том, что он разрушил эстетику и нормы классицизма и выдвинул, как принципиальную основу своей поэзии, творческую личность автора. На Западе, в особенности во франции, борьба за раскрепощение человеческой личности от гнета абсолютной дворянской монархии в литературе нашла свое оформление в сентиментализме (см). В русской литературе этот стихийный, неосознанный идеологически протест личности против гнетущего ее самодержавного строя с наибольшей силой проявился в поэзии Державина. В стихах Державина поэзия перестала быть воплощением отвлеченно «разумных» истйн, как это было в системе классицизма. Державин выразил в поэзии свое личное отношение к миру и людям, и именно в создании оригинальной творческой системы видел он свою заслугу перед родиной и ее литературой. Он писал о себе в «Памятнике»:

первый я дерзнул в забавном русском слоге О добродетелях Фелицы возгласить,

В сердечной простоте беседовать о боге И истину царям с улыбкой говорить.

Говорить «истину» царям мог бы и Сумароков, но употребить для этого «забавный» русский слог шуточных од Державина («На счастье») он никогда бы не решился. Державин первый в Р. л. показал мир, природу и человека такими, какими они представляются конкретному человеческому сознанию, а не в условных схемах рационалистической системы. В поэзии классицизма не существовало природы. Природу для восприятия в искусстве открыли на Западе сентименталисты— Грей, Томсон, Руссо; в Р. л. это сделал Державин. Русская природа появилась в стихах Державина во всем разнообразии времен года, в пестроте и многоцветности населяющих ее живых существ. Белинский писал: «Великую приносит Державину честь, что он в оде, где говорится об осаде Очакова и Потемкине, дерзнул говорить о зайцах, о голодных волках, о медведях, о русском мужике и его добрых щах и пиве, дерзнул назвать зиму седой чародейкой, которая машет косматым рукавом».

В центре поэзии Державина стоит человек, точнее сам автор, Гаврила Державин, неподкупный чиновник, вдохнивен-ный поэт и хороший семьянин. Читатель узнает из стихов Державина о всех событиях его личной жизни и государственной деятельности, о всех его радостях и огорчениях. В его стихах появляются обе его жены, его друзья — поэты Львов, Капнист; его сослуживцы; его враги — вельможи «в случае». Образы русских царей и вельмож теряют в поэзии Державина тот фантастически грандиозный вид, который они получали в одах Ломоносова. Державин изображает царей с человеческими слабостями и недостатками. Вместо отвлеченно - разумных надъин-дивидуальных правил классицизма Державин осуществил принцип индивидуальной выразительности. Он разрушил и отменил иерархическую систему жанров, смешал «высокое» и «низкое», писал «шуточные» оды. Державин посвятил оду своему соседу, откупщику купцу Голикову, который в поэзии Сумарокова в лучшем случае мог быть героем басни или сатиры, т. е. низкого жанра. Державин практически осуществил теорию романтического вдохновения. Поэт, по мнению Державина, может писать только о том, что он прочувствовал, что стало его мыслит, с чем он сроднился. Поэт поет, как птица, независимо и по собственной прихоти. В эпоху все возрастающего полицейского зажима он сумел создать для себя видимость независимого от правительства певца истин а, поэта-граждани-на. Его сатирических стихов боятся, и «любимцы счастья» ищут знакомства с ним, чтобы добиться стихотворной похвалы. Он демонстративно не пишет стихов о Потемкине при жизни всесильного фаворита. При Павле он прославляет опальных Зубова и Орлова. Прославляя победы русского оружия, Державин больше всего говорит о русском солдате, о его мужестве и беззаветной храбрости.

Державин всегда был и оставался монархистом и крепостником, реакционером, и > жестокая критика отдельных недостатков существующего строя превращала Державина, помимо его воли и со-зншия, в «опасного» для самодержавия человека. Неудивительно, что в годы после французской революции 1789 года у Державина учащаются конфликты с правительством из-за отдел1 и ах стихов. Для тех, кто был настроен революционно или хотя бы критически но отношению к самодержавно-крепостническому строю, Державин в своих наиболее смелых высказываниях становился невольным союзником. Поэтому великий революционер

А. Н. Радищев посылает Державину только что отпечатан» ли экземпляр «путешествия из Петербурга в Москву», а впо-‘ следствии в 2и-х гг. XIX в., в период напряженной деятельности тайных ре-волюционн ах обществ, Пушкин писал:

Державин, бич вельмож, при звукегрозной лирЫ

горделивые разоблачил кумиры.

В поэзии Державши прорастали элементы реалистического мировосприятия, нэ без характерной для зрелого реализма способ» )сти к глубоким обобщениям и типизации, без уменья отделить существенное от случайного.

Другим направлением, в котором вызревали элементы реалистического стиля, была сильн 1Я струя сентиментализма в русской драматургии 70 — 8>х гг. С начала 17/0 х гг. на русской сиене начин д-ют все чаще появляться т ж и /зыв темые «слези ие», или сентиментальные драмы, и не только переводи ие, но и оригинальнее. Драматурги-сентименталисты отказываются от воспроизведен ш отвлеченн >-разумн лх схем классицизма и пытаются показать и i сцене обыденную жизнь. Сентиментальные драмы пишет М. И. Веревк.ш (i7В2—1795; «Точь-в-точь», 1774), Херасков («Друг несчастных», 1774; «Гонимые», 1775). Усиленн > переводятся драмы радикального руссоиста Мерсье. В 8о-х годах идут на сцене драмы Дидро и Лессинга. Крестьянская война, едва не приведшая на край гибели крепостническую Россию, ускорила разложение русского классицизма. Жизнь самым жестоким образом разрушила все условные схемы действителен юти и посмеялась и 1Д либерально-дворянскими утопиями. Бывшие либералы и вольтерьянцы после 11угачевского движения уходят в религиозные искания, в масонство (Херасков, Новиков) или от и 1вятся и i службу правительству (Богданович). Те же, кто, как Фоншзни, продолжают бичевать темн ае сторон я в жизни дворянства, изнутри разрушают систему классицизма.

Острота постановки политических проблем в «Недоросле» (1782) Фонвизина приводит к тому, что сн уже не ограничивается условно-схематическим отражением жизн 1, а дает углу Пленное сатирическое изображение русской жизни такою, какова он на самом деле, показывает, как дикие крепостнические порядки нравственн > уродуют и рабов и господ,— создает первую русскую реалистическую комедию. Тема «Недоросля»—жизнь семьи 11ростаковых, диких и некультурных помещиков. Фонвизин стремится создать на сцене иллюзию жизни и, показывая своих героев в их повседневной деятельности, подчеркивает весь ужас того, что является для этих людей нормой нов дения, а не чем-то исключи тельным. На сцене учат Митрофанушку, экзаменуют его, примеряют ему кафтан и так далее Герои комедии существуют не в условном пространстве сценической площадки, а у себя дома, в реальном мире; их поступки, а следовательно, и характеры теряют схематическую односторонность, оживают и очеловечиваются. В особенности это сказывается на образах Еремеевны, Проста-кова-отца, госпожи 11ростаковой. Зрители «Недоросля» наглядно могли себе представить, как живется крестьянам у 11ростаковых и Скотининых, тем более, что «опека», которую назначает Нрав-дин над имением Простаковой, была лишь мечтой дворянских либералов и фактически никогда не применялась. Фонвизин еще не полностью перешел на позицию реализма; его добродетельные герои — это ходячие схемы, но в целом, безусловно, «Недоросль» — крупнейшее достижение Р. л. на пути к реализму (ср. XLIV, 23G; 239/40).

В 1780-е годы происходит бурный подъем Р. л. В 1782 г. Фонвизин ставит своего «Недоросля», к 1783 г. относятся его «Вопросы» к Екатерине II и резкая, уничтожающая сатира «Придворная грамматика». В том же году Капнист выступает с «Одой на рабство», проникнутой гневным протестом против закрепощения украинского крестьянства. Княжнин и Николев пишут тираноборческие гражданственные трагедии. В эти же годы в литературу вступает революционер, писатель, философ и политический деятель, вооруженный передовой теорией, А. Н. Радищев (смотрите XXXV, 437/44). К 1783 г. относится его знаменитая ода «Вольность», являющаяся непосредственным откликом на события американской революции. С середины 80-х годов впервые в России начинает развиваться революционно - пр шагапдистская работа Радищева в «Обществе друзей 1 словесных наук» и Кречетова — в тай-t но.м об цестве, ставившем своей целью ! «способствовать в России величайшему бунту, такому, которого еще не бывало», в“ 1786 г., в обстановке растущего подъема, юноша И. А. Крылов пишет трагедию «Филомела». Художественно беспомощная, эта трагедия по своей политической направленности близка к тираноборческим трагедиям тех лет. В 1789 г. в собственной типографии Радищев издает «Житие Ушакова», повесть о своей студенческой жизни, о друге и учителе Федоре Ушакове. В ней он рассказывал.

как под влиянием жестокого деспотического режима наставника Бокума, в котором Радищев замаскированно изображает самодержавный режим Екатерины, у студентов возникает горячее стремление к бунту, к борьбе против деспотизма

В 1790 г. Радищев выпускает свою замечательную книгу «Путешествие из Петербурга в Москву». Главной задачей книги было сказать правду о России, об истерзанной помещиками и царем родине, об измученном крепостным правом русском народе. Выход книги был знаменательным событием века, великой датой в истории русской литературы и революционно-освободительной мысли (смотрите XXXV, 440/43; XXV, 483/84). Впервые от имени народа выступил писатель огромной культуры, писатель-революционер. Беспощадно, с революционной страстью разоблачал Радищев самодержавнокрепостнический строй; он первый в России вынес ему обвинительный приговор. Радищев обосновывает необходимость революции, провозглашает ее единственным средством осуществления великих принципов гуманизма. Он указал на народ, как на силу этой революции, высказал веру в творческую инициативу народа; он первый заявил о враждебности интересов народа интересам дворянства и буржуазии, которые изображены в книге как паразитические классы. Вступив в литературу сентименталистом, Радищев вскоре становится основоположником новых эстетических принципов. Сентиментализм (смотрите XXXVII, 307/08) во второй половине века был тем литературным течением в Европе, которое буржуазия выдвигала как антитезу классицизму. французский сентиментализм, представленный прежде всего Руссо, под сильным влиянием которого находился Радищев, отражая нарастание революционности третьего сословия, приобрел боевую остроту, политическую направленность. Идеологи революционной буржуазии требовали пересмотра феодально-крепостнических представлений о человеке, и вопросы раскрепощения человеческой личности от экономического, политического и духовного порабощения становятся центральными для нового литературного направления. В произведениях сентименталистов выступил новый герой — простой человек, критерием общественной и индивидуальной ценности была установлена не сословная принадлежность, а личные качества того или иного человека. Сентиментализм восстал против норм классицизма, против общеобязательных канонов и рецептов в искусстве, утверждая творческую свободу писателя.

Перед Радищевым, как революционным писателем, стояла задача показать правду жизни. Он считал, что величайший долг писателя — научить читателя «прямо» смотреть на жизнь, поэтому идеализация действительности, уход в мир отвлеченной метафизической реальности был враждебен ему. Политический радикализм и высокое сознание долга револю-ционера-писателя толкали Радищева к насущным вопросам жизни и ее противоречиям. Эти идейные мотивы определили характер радищевской эстетики, как эстетики реалистической. Если раннее его произведение — «Дневник одной недели» — написано целиком в духе сентиментализма, то «Путешествие», как художественное произведение, воплотившее новые эстетические принципы, явилось этапом в развитии русского реализма. Восприняв культуру французского сентиментализма, глубоко усвоив все передовое и прогрессивное в искусстве Запада, Радищев, опираясь на реалистические завоевания Фонвизина и Державина, дает принципиальное обоснование реалистического стиля. Реалистическое новаторство в «Путешествии» проявилось не только в картинах подлинного быта нищей русской деревни, не только в характерологической манере изображения людей и индивидуальных зарисовках, подготовленных творчеством Фонвизина и Державина. Реализм «Путешествия» глубже, принципиальнее и последовательнее. В этой книге провозглашен новый принцип отношения искусства к действительности. Классицизм отвергал грубую конкретную реальность, конструируя взамен ее свою реальность— отвлеченную, метафизическую. Сентиментализм стерновского типа подменял изображение действительной жизни созерцанием движений души. Радищев в своих книгах, и в «Путешествии» в первую очередь, изображал конкретную историческую реальность — крепостническую Россию 80-х годов XVIII в Он показывает, как под влиянием именно этой реальной жизни меняются идейные и нравственные представления людей, как глубоко связана человеческая жизнь с окружающей ее общественной средой. Отсюда его интерес к жизненным фактам, к «деятельности» помещиков, к жизни народа, к быту, к людям. Он стремится показать мир таким, каков он есть на самом деле, уничтожить ложь о социальном мире между помещиками и крепостными. Благодаря этой реалистической основе «Путешествие» могло стать первым и уничтожающим по силе революционно-обличительным произведением.