> Военный энциклопедический словарь, страница 74 > Растопчин

Растопчин

Растопчин, графа Федор Васильевич, пламенный ревнитель русской народности, обезсмертивший свое имя событиями 1812 года, происходил по прямой линии ота грозного Чингиса-хана. Потомок этого завоевателя, Борис Дашидокичг, Растопчи, выехал ка нам иза Крымской орды, в начале ХУИ века, при великом князе Василие Иоанновиче. В следующее царствование, Иван Растопчинг, был подрындою, или царским оруженосцем, при особе Иоанна Грозного. При исходе XVII века, в царствование Алексея Михайловича, Алексей, Растопчичп была стрелецким головою (полковником). В 1763 году, 12 марта, у отставного ма-иора Василия Федоровича Растопчина родился сына, знаменитый впоследствии граф Федор Васильевич. В доме родительском он получил первое образование; на 12 году был взят в пажи ко двору Екатерины Великой и остроумием своим обратил на себя внимание государыни. Из пажей он поступил лейб-гвардии в Преображенский полк (в 1784 году) и отправился путешествовать. По возвращении в отечество (1792), Федор Васильевич пожалован, камер-юнкером Высочайшего двора, что соответствовало тогда чину бригадира. Назначаемый часто на дежурство к наследнику престола, великому князю Павлу Петровичу, он приобрел его благосклонность, а своим правдолюбием — полную его доверенность. 6 ноября 1796 года, Растоичин отправлен был великим князем Александром Павловичем к его августейшему родителю в Гатчину, с известием о параличном. ударе, приключившемся с императрицею, и вскоре прекратившем жизнь ея. Новый император пожаловал Растопчина генерал-маиором, назначил к себе генерал-адъютантом и поручил ему доклады по военным делам. Через три дня он получил Анненскую ленту, а в следующем году, в день коронования, орден св. Александра Невского и богатое поместье в Орловской губернии.

Занятия Растопчина, но званию генерал-адъютапта, состояли в объявлении поискам высочайших приказов. Несколько времени потом Растоичин был в отставке (1798); но вскоре он опять принят на службу генерал-лейтенантом, со старшинством и назначением в свиту Его Величества (24 августа), а через месяц действительным тайным советником, с приказанием присутствовать в коллегии иностранных дел. Милость государя быстро возвысила верного и правдивого подданного. Ии 1799 году, 22 Февраля, Растоичин возведен в графское достоинство Российской империи, 30 марта получил большой крест Иоанна Иерусалимского, с титлом великого канцлера этого ордена; 31 мая назначен главным директором почтового департамента с нравом непосредственно но всем делам докладывать государю; 23 июня украшен орденом св. Андрея Первозванного. Иностранные государи отличили его: Людовик ХУИИИ, орденом св. Лазаря; Сардинский король, орденами Благовещения и св. Маврикия; король Неаполитанский, орденом св. Фердинанда; курфирст Баварский, св. Губерта. Сверх того, он был наименован членом государственного совета, и кроме многих драгоценных подарков, получил 3,000 душ крестьян в Орловской и Воронежской губерниях и 33,000 десятин земли в последней. В начале 1801 года граФb Федор Васильевич вышел в отставку и удалился в Москву, где, до 1812 года, жил частным человеком, занимаясь разными политическо-лите-ратурными произведениями, писанными превосходным народным языком. В 1810 году он был назначен обер-камергером, но никогда не исправлял этой должности.

Гром,овый двенадцатый год снова вывел знаменитого русского патриота на поприще славы: высочайшим приказом, данным в Вильне, 29 мая, граф Растоичин переименован в генералы от инфантерии и назначен главнокомандующим в Москву. Превосходные его действия и заслуги, оказанные отечеству на сем важнейшем по тогдашним обстоятельствам месте, нами уже изложены в статье Московское пленение и пожар. Воззвания графа Растопчина к народу (аг-фишки) производили исизобразимое впечатление и оживляли народную бодрость; его решительный, твердый, ни чем пс устрашаемый дух, постиг средство способствовать спасению отечества и умел приготовить оное. C’est I’homme le la chose! (это мастер своего дела), произнес импера-гор Александр, прочитав одну из первых аФФИипек графа и пожаловал ему свой вензель для ношения на эполетах.

Когда неприятели вступили в Москву, граф Федор Васильевич, выехав из нея, зажёг загородный свой дом, находившийся в окрестностях столицы, и другой в принадлежавшем ему селе Воронове, не желая оставить их в руках врагов России. Во время пребывания Наполеона в Москве, Растопчин находился несколько времени при армии, а потом жил во Владимире, откуда он обнародовал воззвания к крестьянам, жителям Московской губернии и поощрял их к повсюдному вооружению на французов. Между тем Офицеры московской полиции, в крестьян-и ской одежде, следили за вееми действиями неприятеля. Озлобленный против Растопчпна, император французов называл его в бюллетенях, за-жигателем, Геростратом, сумасшедшим и всячески старался очернить его характер.

Лишь только Иловайский вошел в столицу, 11 октября, граф Федор Васильевич поспешил на ея пепелище, водворил, но мере возможности, порядок, облегчил участь несчастных Москвитян, и в продолжение двух лет положил начало возобновлению столицы. 30 августа 1814 года, Растопчин был уволен от звания главнокомандующого и назначен членом государственного совета. Здоровье его было истощено черезвычайными трудами: он испросил дозволение отправиться за границу; был на водах в Германии, посетил Лондон и оставался в Париже, где, как мнимый зажигатель Москвы, сделался предметом народного Любопытства. Чтоб сокрушить распространяемые о нем нелепые толки, а может быть и с намерением поставить в тупик и некоторых Русских (не оценивших его патриотических действий), он издал Книжку: La verile sur Гипгепсиие Ие Moscou. содержавшую.в себе отрицание его от московского пожара. Но весьма немногие верили сему отрицанию; все прочие продолжали считать графа Федора Васильевича главным виновником этого важнейшого и спасительного происшествия.

В 1823 году Растопчин возвратился в Россию, и 14 декабря, по прошению, в уважение расстроенного здоровья, уволен от занятий по званию члена государственного совета и от всех дед, с сохранением звания обер-камергера. Он скончался 18 января 1826 года, в Москве, на 63 году от рождения. Похороны, по его завещанию, были без малейшей церемонии; только благодарные сограждане провожали но могилы на Пятницком кладбище, тело незабвенного градоначальника. Там, на пирамиде вырезаны стихи, написанные графом незадолго до кончины:

Среди своих детей Покоюсь от людей.

Н. В. С.—Р.