> Энциклопедический словарь Гранат, страница > Расхищения

Расхищения

Расхищения, которые произвели немцы на Украине, были огромны, хотя они и взяли из Украины меньше, чем рассчитывали. В германской печати встречались указания, что с этой точки зрения оккупация Украинысебя не оправдала: продовольственный баланс Четверного союза увеличился благодаря Украине в незначительных размерах. Количество вывезенного в Германию хлеба составило 1 ф. на душу населения, а всех продуктов вместе с хлебом,— около 4 ф. на душу. Эти соображения отчасти справедливы. Чтобы вывести Германию и Австро-Венгрию из продовольственного тупика, захваченных на Украине рессурсов оказалось недостаточно. Однако, не разрешив продовольственного кризиса в Германии и особенно в Австрии, оккупация привела все же Украину к полному разорению.

23 апр. было заключено экономическое соглашение о поставках сельскохозяйственных продуктов. По официальным немецким данным, которые, естественно, сильно преуменьшены, из Украины было вывезено 42 тыс. вагонов различных грузов. Хлеба было вывезено около 11 млн. пудов, сахара З1/ млн. пуд., рогатого скота (в переводе на крупный) — около 50 тыс. голов, лошадей — 56 тыс. и так далее

Не менее ощутительным разорением для Украины, чем эти грузы, вывезенные на основе соглашения о сельскохозяйственных поставках, было довольствие армии, расположенной на Украине. На Украине было 200 тыс. с лишком одних только бойцов. Эту огромную массу людей нужно было кормить. При этом месячный паек сахара был установлен в 9 ф. на человека, что в три раза превышало довоенную среднюю норму душевого потребления сахара в Германии. Мясной паек был установлен в 2 ф. в день, и за 10 мес. только на питание армии ушло 400 тыс. голов скота в переводе на крупный рогатый скот. Наконец, был третий путь расхищения— это посылки, которые отправляли оккупанты на родину и которые всячески поощрялись германским яавстро-венгерским командованием. В сентябре был заключен новый договор (полностью его уже не успели реализовать) на поставку 37 млн. пуд. железн. руды, З1/ млн. пуд. марганц. руды, 11.200 вагонов лесоматериалов, 750 тыс. пуд. пеньки, 1 млн. кож, 500 тыс. пуд. табаку и так далее Взамен на Украину, кроме небольшого количества с.-х. машин, посылали венскую галантерей и слабительные воды «Гуниади Янос» и «франц-Иосиф».

Украина была разорена. Уже в мае 1918 г. наблюдался голод. Скоропад-ский под руководством оккупантов произвел полную реставрацию помещичьего землевладения. Страну терзали еврейские погромы, террор против рабочих, кровавые карательные экспедиции против крестьян. По Украине прошла широкая волна партизанских восстаний. Особенно упорные восстания происходили в июне и июле в звенигородском, таращан-ском, уманском и др. уездах Киевской губернии, в начале августа—в ряде уездов Черниговской губернии и так далее Руководили восстаниями повсеместно большевики. В условиях неслыханного террора развивалось и рабочее движение. 15 июля 1918 г. началась всеобщая забастовка железнодорожников. Несмотря на саботаж меньшевистских руководителей профсоюза, стачка приобрела большой размах, оказала серьезное моральное влияние на развитие революционного движения на Украине и не мало способствовала разложению оккупационных войск. В конечном счете оккупация ускорила наступление ноябрьской революции в Германии и крушение германского империализма.

Вторжение германского империализма на Украину отразилось и на расстановке контрреволюционных сил на Дону, на Северном Кавказе и в Закавказья.

На Сев. Кавказе «Добровольческая

1136—VIs

армия» после весенних своих поражений и неудачной попытки во время «первого кубанского похода» захватить Екатеринодар, освобожденный Красной армией от белых 14 марта 1918 г., до конца апреля оставалась на Кубани. Во время боев под Ека-теринодаром 13 апреля был убит ген. Корнилов, и командование армией перешло в руки геи. Деникина. В это время в ее состав входило всего около 3 тыс. человек, к которым в начале кубанского похода присоединилась кубанская армия ген. Покровского, сформированная Кубанской радой из местных белогвардейцев и насчитывавшая приблизительно такое же количество бойцов. Серьезной силы в это время «Добрармия» не представляла. Приближение германских войск к Донской области придало смелости белогвардейцам. В конце апреля «Добровольческая армия» была двинута на север и пришла в пределы Донской области. На подступах к Новочеркасску, когда «добровольцы» (группа полк. Денисова), захватившие было город (6 мая), через день были из него выбиты частями Красной армии, во время боя к «добровольцам» присоединилась пробившаяся с Румынского фронта и сформированная на французские деньги офицерская бригада полк. Дроздовского. Она и решила участь боя: Новочеркасск 8 мая оказался в руках белых. С этого момента начинается быстрое усиление донской контрреволюции. 11 мая в Новочеркасске открылся «Круг опасения Дона», который 16 мая избрал ген. Краснова атаманом Всевеликого войска Донского. Новое «государство» было использовано Германией в качестве своей опоры на восточной границе оккупированной территории.

«Круг спасения Дона» отменил не только все советские законы, но и законы Временного правительства. Краснов сформировал монархическоечерносотенное «правительство» («совет управляющих»), в которое не считали возможным войти даже кадеты (группа Н. Парамонова, связанная с находившимся в то время в Ростове Милюковым). 17 мая Краснов обратился с раболепным письмом к Вильгельму, умоляя его о помощи и о создании «самостоятельного» Доно-Кавказского союза (Кубанское, Астраханское, Терское войско, калмыки Ставропольской губернии и народы Сев. Кавказа). Эта просьба не была удовлетворена, но Краснов был признан донским атаманом, и к нему был направлен представитель германского командования майор Кохенгаузен, который фактически руководил всей политикой донского «правительства» и способствовал наступлению донской армии против советских войск. Краснов получил от германского командования большое количество оружия и военного снаряжения (по сведениям Деникина: 25 орудий, 79 пулеметов, 11,7 тыс. ружей, 119 тыс. снарядов, 14 млн. патронов). Германские войска, держа в руках ж.-д. линию Ростов — Лихая, Каменская—Миллерово, прикрывали Краснова с севера и с запада, и это дало ему возможность сформировать сильную, хорошо снабженную донскую армию, численность которой возросла с 17 тыс. человек в мае 1918 г. до 39 тыс. человек в августе 1918 г. Краснов избрал стратегическим направлением для своей армии Воронеж и Царицын. 30 июня он захватил в направлении на Воронеж ст. Лиски. Пользуясь прикрытием донской армии и получаемым от нее оружием, усилила свою активность «Добр, армия». В конце апр. она двинулась из Успенской на север, проскочила у Белой Глины через ж.-д. линию Тихорецкая-Торговая и к 13 мая закрепилась в районе ст. Егорлыкской и ст. Мечетинской. 22 июня она начала второе наступление.

В боевых операциях со стороны красных участвовала группа войск, переброшенных с Кубани, и части Сорокина, который 3 августа был назначен главнокомандующим вместо Калнина. 25 июня «добровольцы» взяли ст. Торговая, а 26 июня — ст. Великокняжеская, что прервало сообщение Кубани с Царицыном и с центральной Россией. С 10 по 14 июля бои велись под Тихорецкой и в начале августа под Тимашевской. Белогвардейцам удалось использовать неизжитую партизанщину в Северо-кавказской Красной армии, и они добились ряда существенных успехов. 21-го белый партизанский отряд Шкуро захватил Ставрополь, 27 июля белые взяли Армавир, 15 авг.— Екатерииодар. Взятие Екатеринодара отрезало расположенную в Таманском отделе (округе) колонну Красной армии от главных сил Красной армии на Сев. Кавказе. В состав таманской колонны входили рабочие, крестьяне - «иногородние» и часть казачества. Для соединения с главными силами на Сев. Кавказе 16 августа таманская колонна двинулась с кровопролитными боями на Новороссийск и Туапсе, а отсюда повернула в горы и, наконец, 17 сентября пробилаеь к главным силам Красной армии на Сев. Кавказе, с которыми и соединилась у станицы Лабинской.

В этот же период времени началась упорная борьба на подступах к Царицыну, куда двинул свои войска ген. Краснов. Политическое, экономическое и стратегическое значение Царицына было исключительно велико. «Взятие Царицына и перерыв сообщения с югом обеспечило бы достижение всех задач противников: оно соединило бы донских контрреволюционеров с казацкими верхами Астраханского войска и Уральского, создав единый фронт контрреволюции от Дона до чехословаков, оно закрепило бы за контрреволюционерами, внутренними и внешними, юг и Каспий, оно оставило бы в беспомощном состоянии советские войска Северного Кавказа» (Сталин о Юге России, «Правда», 30 октября 1980 г.). С весны 1918 г. белогвардейцы напрягают все свои силы чтобы захватить Царицын, и в дальнейшем из-за этого важнейшего стратегического пункта идет напряженная борьба на всем протяжении гражданской войны. Партия приняла все меры к тому, чтобы отстоять Царицын. 6 июня сюда приехал т. Сталин в качестве общего руководителя продовольственным делом на юге России. По поручению Ленина он взял на себя организацию вооруженных сил для борьбы с южной контрреволюцией и в первую очередь для защиты Царицына. Сталин превратил Царицын в «Красный Верден», о который разбивались все яростные атаки белогвардейцев {смотрите ниже, стб. 370). 23 июня 1918 г. во главе советских войск, оперировавших между Доном и Волгой, по предложению Сталина стал Ворошилов.1

18 июля 1918 г. Краснов начал первое окружение Царицына ударом группы войск ген. Фицхелаурова с севера от ст. Лог на Гумрак и группы войск полк. Мамонтова с запада на ст. Воропаново и с юга у ст. Беке-товка. Решительные бои на подступах к Царицыну происходили 15 августа у ст. Воропаново и 22 августа у ст. Бекетовка. По плану белых одновременно с наступлением донской армии должны были начаться контрреволюционные восстания в Астрахани и в Царицыне. В Астрахани восстание началось 14 авг., но через несколько дней было подавлено. В Царицыне своевременными мерами оно было предотвращено, и на помощь фронту были двинуты многочисленные отряды вооруженных рабочих, которые совместнос Красной армией отбили белые войска. В начале сентября части Краоной армии вышли на Дон (на линию Кагалияо-Кобыляневая) и на юге к реке Сал. Так кончилось первое окружение Царицына.

Закавказье явилось первоначально ареной турецко-германской интервенции. Еще закавказский комиссариат заключил 18 дек. 1917 г. перемирие с Турцией, но военные операции турок продолжались, и турки заняли свои города, захваченные русской армией во время мировой войны: Эрзин-джан, Эрзеруми др. 14 марта вТрапе-зунде открылась турецко-закавказская мирная конференция. 14 апр. конференция была прервана, причем турки на другой день заняли Батум и перешли в наступление в направлениях на Кутаис и на Александро-поль-Джульфу.

11 мая мирная конференция возобновилась. В это время в турецкогерманской делегации председательствовал Халил-бей. Эта делегация признала независимость Закавказья, формально освободила его от обязательств Брестского мира, но предъявила требования гораздо более широкие. Половина Эриванской области и значительная часть Кутаисской и Тифлисской губернии входили в требования турецкой делегации. Наступление турок продолжалось. Они заняли Александрополь (15 мая) и отсюда повели наступление на Тифлис и в направлении на Джульфу, имея конечной целью Баку. В этом направлении турецкая армия оккупировала значительную часть Армении и часть Азербайджана. Но Германия решила не допускать излишнего распространения турок в Закавказья и толкнула грузинских меньшевиков на то, чтобы 26 мая они объявили «независимость» Грузии. Закавказская республика распалась натри «самостоятельные» республики — Грузию, Армению и Азербайджан.

Накануне объявления независимости Грузии в Тифлисе появилась германская военная миссияген. Кресса с небольшим эскортом в две роты. Предварительное соглашение об урегулировании отношений между Германией и Грузией было заключено 28 мая в Поти, который впоследствии был «заарендован» на 60 лет. Грузинские меньшевики поспешили отправить делегацию в Берлин, добиваясь признания «независимости» Грузии. 24 июня рейхстаг принял решение о признании Грузии самостоятельной республикой. Германия стремилась овладеть кавказской нефтью и марганцем, а также коммуникационными линиями Закавказья для дальнейшего проникновения в Персию. Германский империализм проектировал постройку прямой железнодорожной магистрали из Германии на Кавказ и проведение канала между Днепром и Западной Двиной, что дало бы возможность прямого сообщения от Батуми вплоть до Гамбурга.

Грузинские меньшевики полностью предоставили страну в распоряжение германского империализма, который начал укреплять свои военные силы в Закавказья. С Балканского фронта началась переброска одной кавалерийской бригады и около 5—6 батальонов. Но эта переброска не была доведена до конца, так как положение на Балканах резко ухудшилось в связи с капитуляцией Болгарии в сентябре 1918 г. Войска, которые начали перебрасываться на Кавказ, были отправлены обратно, и широко развернуть интервенцию в-Закавказьи Германии не удалось.

В то время как германские оккупанты стремились попасть в Баку с запада, из Батума через Тифлис, англичане стремились туда с юга. Запах нефти притягивал одинаково и англичан и немцев. В янв. 1918 г. из Багдада на автомобилях через

Бахтиарию и Луристан был направлен отряд во главе с ген. Денстер-вилем. 17 февр. 1918 г. этот отряд достиг Энзели, стал готовиться к продвижению в Закавказье, но силы англичан были черезвычайно незначительны— они не могли захватить Баку- и прибегли к излюбленному своему методу,к «дипломатии».В апр. 1918 г. Денстервиль начал переговоры с дашнакеким национальным советом в Баку, а в июле в качестве авангарда туда был направлен отряд продажного авантюриста полк. Л. Вичерахова, около 2 тыс. человек; Бичерахов находился в Малой Азии со времени империалистической войны с частями, которые входили в Закавказский фронт старой русской армии. После выхода России из войны он перешел на службу к англичанам и выполнил миссию захвата Баку.

Бичерахов сделал предложение Бакинскому совету предоставить свой казачий отряд для борьбы с надвигавшимися на Баку с востока турками. 11 июля он вошел в состав фронта Кр. армии. Приближение турок и муссаватистских банд ожидалось в Баку с большим страхом как угроза кровопролитной националистической резни. Поэтому оборона Баку была в высшей степени серьезным вопросом, мимо которого не мог пройти и Бакинский совет. Бичерахов вместе с дашнаками, эсерами и меньшевиками предъявил Бакинскому совету требование пригласить англичан для защиты Баку от турок. (Несколькими днями позже, 30 июля, накануне прихода в Баку англичан, Бичерахов, с целью расширения сферы их влияния, предательски снял с фронта свой отряд и ушел с ним в Дагестан, в Петровок, где установил связь с Деникиным).

Бакинские большевики во главе со Степаном Шаумяном заняли принципиально совершенно правильнуюпозицию. Сталин, будучи в то время в Царицыне, прислал оттуда 21 июля телеграмму Шаумяну, в которой он ссылался на уже имеющиеся примеры англо-французской «помощи» в Мурманске и во Владивостоке, где под видом борьбы с немецкой опасностью началась открытая интервенция, и требовал от совета безоговорочного проведения в жизнь решения V Съезда советов о независимой международной политике. Следуя этим указаниям, большевики Баку разоблачили сущность домогательств дашнаков, но Бакинский совет, в котором хотя и было значительно влияние большевиков, но который не был чисто большевистским по своему составу, не последовал за призывом бакинских большевиков, возглавляемых Шаумяном и Джапаридзе, и незначительным большинством голосов под влиянием мелкобуржуазных партий принял 25 июля решение пригласить англичан. Бакинский СНК, руководитель Бакинской коммуны, попытался поднять рабочих на защиту сов. власти, но не довел эту попытку до конца и сложил свои полномочия. 31 июля власть перешла в руки контрреволюционного эсеро-меньшевистского пр-ва «диктатуры Центрокаспия», сконструированного из представителей организации каспийской военной флотилии.

Как только бакинский СНК сложил свои полномочия, дашнаки с эсерами и меньшевиками, следуя заранее разработанной программе, пригласили в качестве «спасителей» англичан. 4 августа в Баку появилась небольшая английская военная миссия с оуяим взводом солдат. Вскоре прибыла неполного состава бригада 13-го дивизиона английских войск, а 17 августа и сам ген. Денстервиль со штабом. Члены бакинского СНК пытались эвакуироваться в Астрахань, но по распоряжению

Центрокаспия были задержаны, посажены в тюрьму, и дело о них было передано военно-полевому суду. Подготавливался расстрел арестованных, но его не успели на этот раз осуществить.

Одновременно с вступлением отряда ген. Денстервиля в Баку, другой англ, отряд под командованием ген. Маллесона появился в Ашхабаде. Отряд Маллесона, как и отряд Денстервиля, входил в состав сев.-персидской армии ген. Томсона и был двинут на север из англ. Белуджистана через Сеистан в Мешхед, где и остановился, чтобы подготовить почву для интервенции в Средней Азии. Ген. Маллесон установил связи с ашхабадскими эсерами и меньшевиками. Им удалось спровоцировать некоторую часть фронтовиков и железнодорожников на антисоветское выступление и создать стачечный комитет. 16 июля в результате уличных боев с красногвардейцами власть в Ашхабаде перешла в руки «Временного исполнит, комитета Закаспийского правительства» во главе с эсером Ф. А. Фун-тиковым.

Захватив власть, белогвардейцы начали с убийств коммунистов и сов. работников. Были арестованы 9 комиссаров Закаспийской области. Их тайно вывезли из Ашхабада и в ночь на 24 июля расстреляли на ст. Анау. Перед этим, 22 июля, ашхабадские белогвардейцы ворвались в Мерв и убили П. Г. Полторацкого, члена туркестанского сов. правительства, который выехал из Ташкента для расследования ашхабадских событий. Захватив власть, ашхабадские белогвардейцы перестали скрывать свои связи с англ, командованием в Мерве. 29 июля Времени, исполн. комитет Закаспийского правительства вынес официальное решение о приглашении англичан. Формальное соглашение было подписано комиссаром по иностранным делам В. Доховым с ген. Маллеео-ном 19 авг., но уже дней за 10 до этого английские сипаи появились на фронте против Красной армии. «Врем, исполн. комитет» предоставил в распоряжение англичан жел. дор., телеграф, шоссейные дороги, порт Красноводек, суда каспийской флотилии. Кроме того, исполн. комитет обязался провозить хлопок только по англ, пропускам, дабы он «не попал в руки неприятеля». Англичане обещали прислать оружие и войска. Сначала в Закаспийскую обл. вступили синайские части, позже их сменили ирландцы и шотландцы. Численность англ, войск достигла 2 тыс. человек Одна часть, под командой полк. Флеминга, заняла Красноводек, другая — под командой полк. Нольса — линию Мерв-пост Кушка.

В Закаспийской обл. англ, войска удержались в течение целого года, между тем как отряд, захвативший Баку, уже через месяц должен был поспешно эвакуироваться, так как к городу приближались турецкие войска. Англичане покинули Баку 14 сент. Вместе с ними бежало и правительство Центрокаспия. В Баку вошли иррегулярные турецкие части и муссаватистские банды, учинившие грандиозную резню армян. В Азербайджане установилось господство муссаватистов.

В момент прихода муссаватистов усилиями оставшихся на свободе коммунистов (А. И. Микоян и др.) удалось освободить из тюрьмы Шаумяна, Джапаридзе, Карганова, Фиолетова и их товарищей и подготовить их эвакуацию в Астрахань. Но небольшое судно, на котором оказались бакинские комиссары, не смогло из-за недостатка топлива дойти до Астрахани и попало в Красноводек. Местные власти, действуя в полном контакте с представителем английской военной миссии кап. Тиг-Джонсоном,

который получал инструкции от ген. Маллесона, арестовали бакинских комиссаров, предъявив им обвинение в сдаче Баку туркам. В экстренном поезде в ночь на 20 сент. они были увезены из Красноводска под предлогом отправки их в качестве заложников через Мешхед в Индию. На 207 версте, между станциями «Перевал» и «Ахча-Куйма» арестованные в числе 26 человек были выведены из вагона и зверски расстреляны. Так трагично погибли 26 бакинских комиссаров.

Одновременно с усилением контрреволюции на юге и юго-востоке создавались широкие очаги контрреволюции и на востоке. Активную помощь поднимающим голову белогвардейцам оказывали оставшиеся в Сов. России представители стран Антанты.

Антанта с первых же дней Великой пролетарской революции заняла по отношению к ней резко враждебную позицию. Еще 23 (10) дек. 1917 г. между Англией и францией была заключена тайная конвенция о разделе России на «зоны влияния». По этой конвенции линия раздела влияния проходила от Босфора на север через Керченский пролив к устью Дона и вверх по его течению в направлении на Царицын. К западу от этой линии устанавливалась французская зона (Донецкий и Криворожский бассейны, Крым, Украина, Бессарабия), к востоку — английская (казачьи области, Северный Кавказ, Закавказье и Средняя Азия). Предполагалось направить в эти области войска для начала вооруженной интервенции. Одновременно речь шла об интервенции на севере (Мурманск, Архангельск) и на Дальнем Востоке, - на который Япония смотрела как на свою «зону» интервенции. Пока продолжалась мировая война, возможности вооруженной интервенции у стран Антанты быликрайне ограничены, так как каждая дивизия была на учете на Зап. фронте. Начало интервенции задерживалось еще и потому, что у Антанты первое время сохранялась надежда удержать Сов. Россию в мировой войне. С этой целью в период брестских переговоров дипломатические и военные представители Антанты неоднократно предлагали сов. правительству военно-техническую помощь для продолжения войны с германской коалицией, а Вильсон отправил даже приветствие IV въезду советов, надеясь повлиять на съезд и помешать ратификации уже заключенного мирного договора. Ленин разоблачил смысл этого политического курса Антанты: «Англофранцузская буржуазия, — говорил он, — хочет, чтобы мы теперь воевали с Германией. Понятно, почему она должна этого хотеть: потому, во-первых, что мы оттянули бы часть германских сил. Потому, во-вторых, что советская власть могла бы крахнуть легче всего от несвоевременной военной схватки с германским империализмом» («Соч.», т. XXII, стр. 268). После заключения Брестского мира в странах Антанты вновь поднялась затихшая было оголтелая кампания за вооруженную интервенцию против Сов. России.

Главным застрельщиком являлась Япония, давно подготавливавшая захват Д. Востока. Еще летом 1917 г. она приступила к накапливанию вооруженных сил в сев. Корее и к сосредоточению военных припасов в пунктах, пограничных с Россией. 12 янв. 1918 г. первое японское военное судно появилось на владивостокском рейде, а 4 апр., после провокационного нападения на японскую контору «Исидо», во время которого было убито 2 японца, во Владивостоке был высажен японский десант в составе 2-х рот. Вскорепосле этого был высажен и небольшой английский десант.

Местные сибирские органы сов. власти тщетно пытались оказать противодействие японцам. 5 апр. Центросибирь решил объявить всю Сибирь на военном положении. Уездным и губернским советам было поручено немедленно создать военнореволюционные штабы, усилить Красную армию и оповестить трудящихся о грозящей опасности, призывая их оказать вооруженное сопротивление контрреволюции. Решимость Центрб-сибири к сопротивлению не имела твердой почвы под ногами. Пролетарская революция в Сибири еще не была завершена. Недавно скон-струировавшиеся советы не превратились еще в подлинные органы пролетарской диктатуры. Вооруженные силы были малочисленны и почти не имели командного состава. Немногочисленные кадры пролетариата, за исключением горнопромышленных районов, не утвердили еще прочного влияния в крестьянской среде, где широк был кулацкий слой и глубоко влияние эсеров. Многочисленные контрреволюционные организаций чувствовали свою силу и уверены были в успехе. В различных пунктах вспыхивали восстания. 6—14 марта контрреволюционное восстание реакционной части амурского казачества во главе с атаманом эсером Гамовым произошло в Благовещенске. Рабочие и трудящиеся крестьяне тысячами поднялись против белогвардейцев. Действиями Кр. гвардии руководил революц. штаб и член краевого к-та советов Губельман. Белогвардейцы были разбиты, и остатки их во главе с Гамовым скрылись в китайском гор. Сахаляне. В Даурии появились банды атамана Г. Семенова. Против него были брошены красногвардейские отряды во главе с С. Лазо, которым удалось отбросить

Семенова за границу, но при поддержке японских интервентов Семенов вновь перешел границу, терроризируя население Забайкалья налетами своих бандитских отрядов. Такова была обстановка, в которой сов. власти Сибири и Д. Востока предстояло оказать сопротивление интервенции.

Ленин сразу оценил серьезность положения. 7 апр. он телеграфиро1 вал Дентросибири и Владивостокскому совету: «Мы считаем положение весьма серьезным и самым категорическим образом предупреждаем товарищей — не делайте себе иллюзий: японцы наверное будут наступать. Это неизбежно. Им помогут, вероятно, все без изъятия союзники. Поэтому надо начинать готовиться без малейшего промедления и готовиться серьезно, готовиться изо всех сил. Больше всего внимания над» уделить отходу, отступлению, увозу запасов и ж.-д. материалов. Не задавайтесь неосуществимыми целями».

Еще до того, как первый японский десант был высажен во Владивостоке, интервенты появились и на севере, в районе Мурманска. Под предлогом защиты Мурманска от угрозы германо-финского вторжения, в нем появились военные корабли Антанты. Командование союзной эскадрой использовало местных белогвардейцев и при их помощи заключило 1 марта 1918 г. «словесное соглашение» с контррев. мурманским советом. Последний действовал, следуя предательским указаниям Троцкого, который предписал мурманскому совету принять всякое содействие союзных миссий (словесное соглашение было скреплено формальным договором 6 июля 1918 г.). В Мурманске были высажены смешанные десанты всех войск Антанты, вскоре доведенные до 9—10 батальонов (5—6 англ.,

1 франц., 1 итал., 1 сербск.) и 3 батарей (франц.).

Отсутствие свободных воинских сил препятствовало расширению вооруженной интервенции. Поэтому был принят другой способ борьбы с сов. властью. Дипломатические представители Антанты, перебравшись еще в январе — феврале 1918 г. из Петрограда в Вологду, приступили к организации и финансированию контрреволюционных заговоров. Был разработан план свержения сов. власти, в котором главная роль предназначалась эсерам и меньшевикам в качестве руководителей «народных» восстаний, а также царским офицерам в качестве исполнителей и военных специалистов. Начались переговоры с различными подпольными контррев. группами, организовавшимися в Москве, Петрограде и некоторых провинциальных городах: с «Правым центром», «Союзом возрождения», «Национальным центром» и «Тактическим центром».

«Правый (московский) центр» возник в марте 1918 г. первоначально под названием «Девятка»: по три представителя от кадетов, «торгово-промышленного союза» и «совета общественных деятелей», и возглавлялся А. В. Кривошеиным и проф. Новгородпевым. Имел военную организацию в столицах и провинции. Из-за борьбы антантофидьской группы (кадеты Федоров, Астров, Степанов) с германофильским (Кривошеи и др.) большинством, поддерясивавшим тесное общение с германским посольством, «Центр» раскололся. 21 июня 1918 г. антантофильская группа вышла из «Правого центра», который включил в свой состав крайне правых.

«Союз возрождения России», возникший в мае 1918 г. из представителей кадетов, энесов, эсеров и меньшевиков, при участии: Н. Н. Щепкина, Мельгунова, Чайковского, Мякотина, Пешехонова, Алексинского, По-трееова, Розанова, Авксентьева, ориентировался ва Антанту и руководил контррев. движением в районах, захваченных чехами, участвуя в образовании уфимской директории (еж. ниже).

«Национальный центр», организованный в июле 1918 г. группой кадетов, вышедших из «Правого центра», возглавлялся Астровым, Степановым и Федоровым, поддерживал тесную связь с «Добрармией» и своими отделениями на Украине и в Сибири и имел военную организацию. Финансировался представителями Антанты и под их нажимом заключил соглашение с «Союзом возрождения».

«Тактический центр» создался в результате объединения «Национального центра», «Совета общественных деятелей» и «Союза возрождения России», которые сохранили автономность своих членов. Существовал в Москве и Петрограде. Руководил военной организацией «Национального центра» («Штаб Добрармии Московского района»). Имел военную комиссию, подготовлявшую вооруженное выступление в Москве.

Особенно тесная связь у Антанты была установлена с «Союзом возрождения». Он был организован после происходивших весною 1918 г. в Москве совещаний ЦК партий эсеров, энесов и кадетов. На этих совещаниях было решено создать специальный внепартийный орган —«Союз возрождения», за спиной которого удобнее было бы договориться о получении средств от Антанты для организации контррев. заговоров. Дипломатические представители Антанты со своей стороны охотно пошли на финансирование «Союза». Он имел «демократическую» окраску и к нему были причастны «социалисты», что было весьма существенно для успокоения внутренней оппозиции против антисоветской интервенции, которая с самого начала существовала в некоторых слоях английской и особенно французской буржуазии.

Еще более тесная связь существовала с «Союзом защиты родины и свободы», возглавляемым крупным авантюристом эсером Борисом Савинковым. Союз этот располагал в разных городах вооруженной силой белогвардейских офицеров в количестве всего около 5 тыс. человек и получал средства от представителей Антанты (франц. посла Нуланса и др.).

Предполагалось, что савинковсние офицеры поднимут восстание в ряде городов, расположенных к сев.-востоку от Москвы: в Рыбинске, Ярославле, Костроме, Муроме, Шуе,

Иваново-Вознесенске и некоторых других пунктах. Москву предполагалось изолировать от Петрограда взрывом ж.-дор. путей. Центр восстания намечался в Вологде, которая должна была перейти непосредственно в руки представителей Антанты. Укрепившись на Верхней Волге, контрреволюционеры должны были установить связь через Вологду с Архангельском, где ждали высадки союзных десантов, и со Средним Поволжьем, которое должны были захватить чехословаки (сх. № 4).

Во всем этом плане центральная роль предназначалась чехословацкому корпусу, сформированному из бывших военнопленных мировой войны.

Формирование чехословацких нац. частей из состава военнопленных австро-венгерской армии мировой войны началось еще до февральской революции. Широкое нац.-освободительное движение питало пораженческие настроения в нац. частях австро-венгерской армии. Чехи, словаки, моравы сдавались в плен совершенно добровольно, иногда целыми полками. 28 и 88 чешские полки перешли в полном составе в русский плен еще в первые месяцы войны. Чехословацкие организации в России (10 дек. 1914 г. министерством внутр. дел был утвержден устав Союза чехословацких обществ в России), с трудом преодолевая сопротивление германофильской клики Штюрмера, Протопопова и др., добивались разрешения сформировать в составе русской армии подчиненные русскому командованию чехословацкие части. Царское правительство стремилось изолировать движение в рядах военнопленных от влияния центра нац.-освободительпой борьбы за независимость Чехии—от Национального совета, возникшего в Париже в 1916 году под руководством крупнейшего деятеля чешского нац. движения проф. Т. Г. Масарика. Формирования шли медленно. После Февральской революции они развернулись шире. В начале мая 1917 г. в Россию приехал Масарик и вступил в переговоры о формированиях с Врем, правительством. К этому-времени в России насчитывалось свыше 50 тыс. военнопленных славян. Из лагерей военнопленных, раскинутых в разных концах страны— в Зап. Сибири, Поволжья, Украине и так далее — чехословацкие добровольцы стягивались в Киев, Житомир и др. пункты правобережной Украины.

К концу мая 1917 г. в чехословацкие части записалось 26 тыс. солдат и около 300 офицеров. Сначала была сформирована 1 бригада, затем она была развернута в 1 пех. дивизию; потом, после июньского наступления, в котором активно участвовали чехословаки, приступили к формированию 2-й дивизии. К осени 1918 г. был сформирован целый армейский корпус, который находился на территории Украины.

Масарик и французский министр труда Альбер Тома (он прибыл в Россию весною 1917 г. для агитации за усиление военных действий навосточном фронте) добивались от Временного правительства согласия на отправку чехословацких войск на Зап. фронт. На этот счет было достигнуто соглашение, но реализовано оно не было, а после победы пролетарской революции правительства Антанты отказались от мысли перебросить чехословацкие войека на Зап. фронт и решили использовать их против сов. власти. Уже в ноябре 1917 г. в Яссах на секретном совещании представителей Антанты, русского и румынского командования обсуждался план использования чехословацких войск в качестве авангарда вооруженной интервенции. Аналогичные переговоры велись в Киеве, где находился чехо-

Разграничительная линия влияния держав Антанты.

О Движение чехо-словацких отрядов. (ЦШ) Район .занятый Дутовым.

Ижевское кулацко- эсеровское восстание.

& Эсеровские восстания в городах.

[С~3 Контрреволюционные правительства. Движения красных частей.

Прорыв отряда Блюхера.

Линия востсрронта к сентябрю 1918г Линия срронтов в ноябре 1918 г.

100 О 100 300 500 км

Сх. № 4. Чехословацкий мятеж; образование фронтов гражданской войны в 1918 году (Переименования городов, встречающихся на карте: Владикавказ — Орджоникидзе; Вятка—Киров; Екатеринбург-Свердловск; Екатеринодар—Краснодар; Екатеринослав—Днепропетровск; Нижний Новгород—Горький; Николаевск-Пугачев; Петроград — Ленинград; Самара — Куйбышев; Симбирск — Ульяновск; Царицын—Сталинград).

словацкий Национальный совет (в России). От солдатской массы чехословаков эти планы держались в строжайшей тайне. В командном составе войск находилось много белогвардейских офицеров. Они вели провокационную антисоветскую агитацию, подготавливая почву для будущего контрреволюционного выступления.

Между тем в марте 1918 г. было достигнуто соглашение с сов. правительством об эвакуации 50 тыс. чехословацких войск через Сибирь и Владивосток в Зап. Европу, и войска начали медленно продвигаться по ж.-д. линиям в направлении на Омск.

Эшелоны с чехословацкими войсками растянулись по веей транссибирской ж.-д. магистрали, и первые из них в конце апр. достигли Владивостока. К концу мая там их скопилось до 12 тыс. (сх. №5). Значительные силы чехословаков были сосредоточены во всех крупных пунктах по линии на запад до Средней Волги: на участке Нижнеудинск-Канск около l1/е, тыс. человек, в Ма-риинске—около 1 тыс. человек, на участках Новониколаевск-Чулым и Ма-рьяновка-Петропавловск—около 21 /8 и 2 тыс. человек, в Челябинске—около 8 тыс. человек, в районе Сызрань-Пен-за-Сердобск—около 10 тыс. человек и так далее Все эшелоны были вооружены, хотя по условиям соглашения с сов. правительством все оружие следовало сдать, за исключением небольшого количества винтовок для охраны эшелонов в пути. 14 мая в Челябинске состоялось совещание военных агентов Антанты, контррев. организаций Сибири и чешского Над. совета, на котором был разработан окончательный план восстания. Первая попытка выступления была сделана в Челябинске 17 мая. Местному совету удалось ее ликвидировать путем переговоров, но через несколько дней выступление было начато в широких размерах. Чехословаки были спровоцированы белогвардейцами, которые клеветнически утверждали, что сов. правительство намерено удержать чехословаков в России и передать в руки Германии. 25 мая чехословаки выступили в разных пунктах Урала и Зап. Сибири. В течение 2—8 дней они захватили Мариинск, Челябинск (группа Войцеховского) и Но-вониколаевск (группа Гайды и белогвардейцы во главе с Гришиным-Алмазовым). 28 мая они захватили Нижнеудинек, 29 мая—Канск. Одновременно подготавливался захват Ср. Поволжья. 29 мая группой чехословацких войск под командованием Чечена была занята Пенза. Но чехословаки здесь не задержались. Захватив большое количество оружия, которое в этом пункте отбиралось от проследовавших ранее на запад эшелонов, они ограбили казначейство, убили ряд коммунистов и в ночь с 30 на 81 мая двинулись в направлении на Сызрань. Кузнецк был уже захвачен. До прибытия эшелонов из Пензы была занята и Сызрань. 30 мая местный исполком самочинно подписал капитулянтский договор с чехословаками и фактически передал город в их руки.

Так начался чехословацкий мятеж. Активную роль в нем принимали эсеры, бывшие царские офицеры, сибирские кооператоры, особенно из «Закупебыта», различные белогвар-дейехьие организации. Белый террор везде был первым их шагом.

С самого начала продвижения чехов из Украины сов. правительство требовало от местных сов. органов разоружения эшелонов, но в то же время всячески стремилось избежать конфликта с чехословаками. Открытый мятеж заставил применить более решительные меры. 25 мая все советы по линии Пенза-Омск получили приказ о немедленном разоружении чехословаков. Это вызвало выступление Англии, франции, Италиии США. 4 июня представители этих стран заявили в НКИД, что «если разоружение чехословаков будет приведено в исполнение, то перечисленные правительства будут рассматривать это как недружелюбный акт, направленный против них, так как чехословацкие отряды являются союзными войсками и находятся под покровительством держав Согласия». Нота протеста НКИД от 13 июня не внесла изменения в позицию стран Антанты. Чехословацкий мятеж продолжал расширяться. Отдельные города переходили в чехам,подобно Сызрани, без боя, но в большинстве случаев мятежникам оказывалось упорное сопротивление. Обороной Самары руководил В. В. Куйбышев, в то время пред, самарского ревкома. Но сил было недостаточно, и после кровопролитного боя под Липягами (4 июня) участь Самары была решена. Поддержанные самарскими белогвардейцами, чехи 8 июня вошли в город. Черносотенцы произвели дикую расправу с коммунистами и красногвардейцами. Захваченных расстреливали на месте.

В тот же день в Самаре власть перешла в руки правоэсеровского «Комитета членов Учредительного собрания» («Комуч»), первоначально в составе В. К. Вольского (предо.), 11. Д. Климушкина, Б. К. Фортунатова, И. М. Брушвита и И. Нестерова (впоследствии «Комуч» организовал так называемым «Самарское правительство»).

К этому времени чехи успели укрепиться и на Урале, и в Зап. Сибири. 31 мая они захватили Петропавловск, ст. Тайгу и Томск, 2 июня— Курган, 7 июня—Омск; В начале июня ж.-д. линия от Миаса до Ма-риинска находилась в их руках. На свет вновь появился «Зап.-сибирский комиссариат», сформированный контр-рев. Врем, сибирским правительством еще 14 февр. в Томске и существовавший до этих пор подпольно. 30 июня члены этого комиссариата, правые эсеры М. Линдберг, П. Михайлов, Б. Марков и В. Сидоров, декларировали переход власти в Зап. Сибири в руки Врем. сиб. пр-ва. «Демократическая» правоэсеровская контрреволюция на время восторжествовала и в Ср. Поволжьи и в Зап. Сибири. Как оазис между этими контрреволюционными очагами сохранялась еще сов. власть на пролетарском Урале.

Белый террор в занятых учредилов-цами районах, политика реставрации дореволюционных отношений, возвращение земель помещикам открыли глаза середняку. Возвращение земель помещику было «легализировано» постановлением Врем. сиб. правительства 6 июля 1918 г. Перед этим, 23 июня, оно денационализировало промышленные предприятия. «Комуч» формально в земельном вопросе придерживался решений Учредительного собрания, т. - е. признавал отмену частной собственности на землю. Но фактически вся его политика способствовала реставрации помещичьего и кулацкого землевладения. В частности приказ 22 июля передавал право снятия озимых посевов 1917 году «в трудовых и нетрудовых хозяйствах» тем, кто их произвел. Карательные отряды беспощадно стояли на страже интересов помещиков и кулаков. «Там, где нет большевиков и господствуют чехословацкие власти, мы наблюдаем такое явление: сначала чехословаков встречают чуть не как избавителей, но через несколько недель господства этой буржуазии замечается громадный поворот против чехословаков за сов. власть, потому что крестьяне начинают понимать, что все фразы о свободе торговли и об Учредительном собрании означают только одно: власть помещиков и капиталистов» (Ленин, «Соч.», XXIII, стр. 162 —163). Середняк колебнулся влево, в сторону сов. власти. Это сделало возможным обязательный призыв в Красную армию трудящихся, что властно диктовалось напряженной стратегической обстановкой на востоке.

29 мая ВЦИК принял принципиальное решение о переходе от добровольческой армии к всеобщей мобилизации рабочих и беднейших крестьян. Первый призыв в Кр. армию (5 возрастов: 1893 — 97 гг.) не только рабочих, но и трудящихся крестьян, был объявлен подписанным Лениным декретом СНК 12 июня в 51 уезде Приволжского, Уральского и Зап.-Сибирского военных округов, не занятых противником. В этот же день был издан декрет о ликвидации чехословацкого «Нац. совета». Для объединения всех красных сил, действующих на восточном фронте против чехословацких войск и опирающихся на них белогвардейцев, Совнарком 13 июня постановил организовать Реввоенсовет Восточного фронта; главкомом был назначен левый эсер Муравьев. В течение июня в районе Бугульма — Ставрополь—Сенгилей— Сызрань была сформирована 1 революционная армия, в которой полит, комиссаром был В. В. Куйбышев. В июне же в районе Орска была организована III Красная армия.

К этому времени контрреволюция на востоке успела окрепнуть. 16 июня в бою под Мариинском потерпели поражение части Кр. армии, и перед чехословаками открылся путь на восток, на соединение с красноярской группой подполк. Ушакова. 18 июня чехи и белогвардейцы заняли Ачинск и Красноярск, 20 июня —Бийск. 29 июня чехи совместно с японцами и русскими белогвардейцами неожиданно напали на Владивостокский совет и арестовали его. До этого момента чехи во Владивостоке сохраняли с местным советом удовлетворительные отношения и терпеливождали своей отправки в Европу. Находившиеся во Владивостоке члены чешского Нац. совета с одобрения местного совета сейчас же после начала чехословацкого выступления (30 мая) отправили телеграмму на имя всех эшелонов, призывая их не поддаваться провокации и двигаться на восток, не настаивая на сохранении всего оружия, которое совершенно не нужно для охраны безопасности эшелонов в пути, так как местные советы не окажут чехам никакого сопротивления. Этот призыв благоразумия не возымел успеха, и руководство чехов во Владивостоке под нажимом представителей Антанты само начало контррев. выступление. В «награду» на другой же день после владивостокского переворота Чехословацкая республика получила признание франции (еж. XLVIII, 393). Об отправке в Европу уже больше не было речи, и 12 июля чехословацкие войска получили приказ двигаться в Центральную Сибирь, а две недели спустя, 27 июля, чехословацкий Нац. совет в Нью-Йорке опубликовал официальную декларацию, мотивируя задержку чехословацких отрядов в Сибири тем, что они являются одной из союзных армий и обязаны подчиняться решениям Версальского военного совета.

Тяжелый удар сов. власти был нанесен падением Уфы. Она была захвачена белыми 6 июля благодаря измене нач. штаба уфимских красных войск, бывш. офицера и эсеровского агента Ф. Е. Махина. Сибирская контрреволюция сомкнулась с самарской, и последняя получила большие рессурсы продовольствия. Территория «Комуча» расширялась. 22 июля учредиловцы заняли Симбирск, 6 авг.—Казань. Здесь они захватили золотой запас страны -

651,5 млн. руб.,—эвакуированный в Казань во время мировой войны, и 110 млн. руб. кредитными билетами.

6 августа на несколько часов был захвачен и Свияжск. Это был момент максимального расширения территории, захваченной «Комучем». Его власть распространялась на всю Саг марскую губ., большую часть Уфимской и значительные части Симбирской, Казанской и Саратовской губерний.

Кроме чехословацких войск численностью около 8 тыс. человек (группа Чечена), Комуч располагал «народной армией», набранной по преимуществу путем мобилизации. Она достигала примерно 15 тыс. человек при 100 орудиях. Командовал ей сначала полк. Галин, потом полк. Чечен. Эта армия располагалась по Волге от Казани до Самары. На юге она стремилась соединиться с вышедшим из сибирских степей атаманом Дутовым.

Благодаря восстанию чехословаков Дутов расширил свои формирования уральских и оренбургских казаков и довел их до 15 тыс. конницы при ВО орудиях. Появление по соседству «Комуча» укрепило позиции Дутова. До этого он тщетно пытался овладеть Оренбургом. 3—4 апр. дутовцы совершили внезапный кровавый налет на Оренбург, зарубили много красногвардейцев, но были из города выбиты. В мае на помощь Оренбургу прибыли красногвардейские отряды из Челябинска (В. К. Блюхера) и из Верхнеуральска. Упорное сопротивление Дутову оказывало революционное казачество Краснохолмского и некоторых других районов. Оренбург держался до конца июня. Только 3 июля он был взят Дутовым. Советские войска отошли на сев.-восток к Красной Мечети. Небольшая группа—всего около 200 человек конницы и 400 человек пехоты—отошла в Орск. Наиболее значительные силы—около 15 тыс. бойцов—отошли в район Актюбинска и частью дальше в сторону Ташкента. 10 июля актюбинская группа сформировалась в Туркестанскую армию (сх. № 3).

Захватив Оренбург, Дутов организовал под своим председательством Оренбургское войсковое казачье правительство. У власти оказалась кучка погромщиков-офицеров. Дикий разгул белого террора, казни, норки, карательные отряды—таков был режим дутовщины, пользовавшейся безоговорочной поддержкой самарских учредиловцев. В планы Дутова входило соединиться с южным флангом «Комуча» через Уральск на Николаевск и выбить красные войска из Актюбинска и Орска, чтобы открыть путь на юг и на восток. 20 июля войска Комуча взяли Николаевск и поставили в крайне тяжелое положение красногвардейские отряды В. И. Чапаева, которые из Николаевска, где была их база, подошли было к самому Уральску. Они оказались в опасных тисках между белоказаками и учредиловцами. Но Чапаев, сделав изумительный 70-ти-километровый ночной рейд, освободил Николаевск и помешал стыку двух белых армий. Не удалось Дутову расчистить себе путь и через Актюбинск к Ташкенту, а в Орске он встретился с упорным и героическим сопротивлением.

Три месяца длилась осада Орска. Силы красных, хотя и были пополнены отрядом Левашева, пробившимся из Актюбинска, но значительно уступали силам дутовцев. Тем не менее, Орск держался до полного истощения боеприпасов. Только 28 сентября он был занят дутов-цами, после того как сов. войска, захватив все ценные грузы, оставили город и отошли в направлении к Актюбинску.

Упорное сопротивление оказывалось наступлению контрреволюции и в сев. направлении, на подступах к Екатеринбургу и главным промытленным центрам Урала. Здесь оперировала сильная 25-тысячная армия чехов под ком. Войцеховского. Дорогу ей подготовляли эсеры и меньшевики.

Они подняли волну кулацких восстаний и старались использовать уход сотен и тысяч передовых рабочих в отряды Красной гвардии. Отсталая часть рабочих поддалась кое-где их предательской агитации и не сразу оказала сопротивление выступлениям белогвардейцев. Кое-где начались контрреволюционные восстания в тылу: в Невьянске (12—17 июня), Верхнеивинске (12—19 июня), в В. Исетском заводе (12 июня), в По-левском заводе (12—18 июня), в Саткинском заводе (15—20 июня). Для обороны Урала в Екатеринбурге 29 мая был организован революционный штаб Уральской области в составе Голохцекина, Чуцкаева и др. 14 июня прибывшая из центра военная инспекция реорганизовала отряды Красной гвардии в Северо-Урало-Сибирский фронт Красной армии (28 июня приказом нарком-военмора он был переименован в III армию воет, фронта).

Контрреволюционные восстания в тылу были ликвидированы, но они сильно затрудняли борьбу против двигающихся на север чехов. 30 июня после кровопролитного боя отряды Кр. армии оставили Шадринск. 20 июля чехи заняли Тюмень. Белогвардейцы приближались к Екатеринбургу. Во многих волостях вновь вспыхнули кулацкие восстания. В самом Екатеринбурге было много белогвардейцев, которые готовились освободить находившегося там под арестом Николая II Романова и его семью (они были переведены в Екатеринбург из Тобольска в мае 1918 г.). 17 июля бывший царь и его семья были расстреляны, а 25 июля Екатеринбург заняли чехи.

Отряды Красной гвардни отступали на север и на запад. Героический путь боев прошел со своими войсками В. К. Блюхер. Сражавшиеся под его командованием отряды в труднейших условиях, преодолевая горные хребты, проделали 1.000-верстный поход от Бедорецких заводов на север через занятые уже белогвардейцами территории и через 4 месяца, в сентябре, пробились в район Красно-уфимск — Купгур, где соединились с регулярными частями III Красной армии. Закаленные в боях, спаянные железной дисциплиной, отряды Блюхера положили основание 30-й дивизии.

Советская власть на Урале была свергнута. В Екатеринбурге появилось реакционное буржуазное «областное правительство Урала» во главе с предо, екатеринбургского биржевого комитета П. Ивановым (заместителем его был кадет Л. Кроль).

Падение советской власти на Урале укрепило позиции Коыуча. Именно в это время он расширил свою территорию на север, захватив Казань. Тогда же учредиловцы организовали контрреволюционное восстание в Ижевске. Оно началось 8 августа белогвардейцами из эсеровского союза фронтовиков, которые захватили город и удержались в нем до 8 ноября 1918 г. 21 авг. образовавшейся в Ижевске «народной армией» был захвачен Воткинск; 25—27 авг. в Воткинске состоялось совещание эсеров — членов Учредительного собрания, провозгласивших себя Ком-учем Прикамского края, во главе с эсером В. И. Бузановым. Ижевской «народной армией» был захвачен и Сарапуль (31 авг.).

Победа контрреволюции в Поволжья, Урале и Зап. Сибири предрешила исход борьбы в Воет. Сибири и на Д. Востоке. Во Владивостоке 29 июня, в день захвата его чехами и белогвардейцами, появилось «Временное правительство автономной Сибири». Его орга-

1236—VI

низовала пробравшаяся сюда из Томска группа членов сибирского правительства во главе с прав, эсером Дербером. Вскоре на Д. Востоке появился еще один претендент на «государственную власть». 9 июля на ст. Гродеково ген. Хорват, управляющий КВЖД, объявил себя «Временным верховным правителем Российской республики».

11 июля чехи, наступая со стороны Нижнеудинска, заняли Иркутск. Дентросибирь эвакуировался в Верх-неудинск, а отсюда 16 авг. в Читу. Здесь он прекратил свое существование, объединившись с Забайкальским областным исполнительным комитетом. Был организован (21 авг.) сибирский СНК в составе II. Н. Яковлева, С. Лазо и др., но уже 26 августа пришлось отступить и из Читы. Дальнейшее сопротивление было невозможно. 28 августа военная конференция в Урульге постановила перейти к партизанской борьбе. Члены Центросибири, И. II. Яковлев и 8 др. товарищей, пытались пробраться в Якутск, но под Олекминском были схвачены местным белогвардейским отрядом и зверски убиты 3 сентября.

Белогвардейцы и интервенты за- j хватывали последние пункты, где1 еще удержалась сов. власть на Д. Востоке. 1 сент. чехи и семеновские банды заняли Читу. На другой день в город вошли регулярные японские части. Атаман Семенов сделался фактическим правителем Забайкалья.

2 сент. из Хабаровска вынужден был эвакуироваться (в г. Свободный) Даль-совнарком, а 5 сент. в город вступили банды атамана Калмыкова и японские части. 18 сент. японцы и белогвардейцы, пришедшие из китайского г. Сахаляна, заняли Благовещенск. 19 сент. пал последний оплот сов. власти на Д. Востоке г. Зея. Его заняли японские войска. Уцелевшие отряды Кр. армии и Кр. гвардии ушли в сопки (сх. №5).

В то время, когда контрреволюция разливалась широкой волной к востоку от Волги до Тихого океана, в центре Сов. России были сделаны попытки осуществить разработанный план свержения сов. власти. Савин-ковский «Союз защиты родины и свободы», подгоняемый дипломатическими агентами Антанты, 5 июля поднял восстание в Рыбинске. Здесь находились крупные артиллерийские склады, и Рыбинск решено было сделать оперативным центром всех намеченных восстаний. Сюда для личного руководства направился сам Савинков, но восстание было подавлено в самом зародыше. Зато в Ярославле заговорщики добились временного успеха. 6 июля во главе с полк. Перхуровым они захватили город и, получив поддержку со стороны местных меньшевиков, удержались в нем до 22 июля. За эти дни белогвардейцами было убито много коммунистов и в их числе окружной военный комиссар С. М. Иахимсон и предо, совета Закгейм. Для подавления мятежа пришлось двинуть крупные воинские силы. Упорные бои и артиллерийский обстрел разрушили город. Половина его погибла от пожаров. В конце концов мятежники сдались. Была сделана попытка восстания еще и в Муроме. Здесь действовал помощник Савинкова — доктор Григорьев. Небольшим отрядом он захватил город, но продержался в нем недолго. На другой день он бежал из Мурома в Казань, куда стягивались остатки разгромленной савинковской организации (сх. №4).

В план восстания входил и Архангельск, который должен был обеспечить Вологде выход к морю. В Архангельске действовать должны были не савинковцы, а стянутые сюда многочисленные группы бывш. офицеров вместе с иностранным отрядом (сербы и итальянцы), сформированным из военнопленных австрийскойармии, ожидавших отправки в Зап. Европу. Заговорщики рассчитывали использовать тяжелое продовольственное положение города и порожденное этим глухое недовольство обывателей. Подготовка к восстанию велась открыто, и местные консулы Англии и франции принимали в ней активное участие. Восстание было предотвращено только благодаря решительным действиям сов. власти: сербский и итальянский отряды, захватившие было самовольно городские казармы, 2 июля были разоружены и, несмотря на бесцеремонные протесты .консулов, отправлены в Москву. Сорвалось и еще одно звено в цепи восстаний. Была раскрыта и своевременно ликвидирована контрреволюционная группа в Селигеро-волжской флотилии во главе с бывш. морским офицером Ив. Билибиным, в задачу которой входило предоставить флотилию в распоряжение мятежников и передать в их руки коммуникационные пути к Вологде и Петрозаводску.

Интервенты торопили Савинкова с началом восстания, так как знали, что в начале июля должно было произойти восстание лев.эсеров. И действительно, в те самые дни, когда началось выступление савинковцев, произошло и восстание левых эсеров.

Эта типичная мелкобуржуазная партия, когда пролетарская революция победила, пошла после ряда колебаний на коалицию с большевиками. Но левые эсеры не могли по своей классовой природе стать на последовательные революционные позиции и с самого начала, входя в состав СНК, противодействовали важнейшим мероприятиям сов. власти. Открытый переход левых эсеров на сторону контрреволюции начался, когда пролетарская революция стала расширяться в деревне и когда сов. власть вынуждена была вступить на путь продовольственной диктатуры иорганизации комитетов бедноты, направленных против кулачества (смотрите об этом подробнее ниже). Левые эсеры выступали против мирной политики сов. власти и с бешенством боролись против Брестского мира. 16 марта, на другой день после ратификации мирного договора, они вышли из состава СНК, а 24 июня ЦК левых эсеров принял решение «положить конец так называемым передышке» и сорвать мир с Германией «путем террористических актов против виднейших представителей германского империализма». Речь шла о германском после графе Мирбахе, о главнокомандующем герм, войсками на Украине фельдмаршале Эйхгорне и о консуле в Петрограде. Тотчас же приступили к подготовке выступления. Большие надежды лев. эсеры возлагали на использование своего положения в ВЧК, где заместителем Ф. Э. Дзержинского был лев. эсер Александрович. Отряд ВЧК лев. эсера Попова 30 июня был приведен в боевую готовность.

4 июля 1918 г. в Москве открылся У Всероссийский съезд советов. Из 1.182 делегатов лев. эсеры имели на нем всего 852. Они явно пошли на срыв съезда. М. Спиридонова, Б. Камков и др. выступали с бешеной злобой по докладам Ленина и Свердлова. Резолюции, предложенные лев. эсерами, были отвергнуты съездом. Тогда они выступили с оружием в руках, и съезд вынужден был 6 июля прервать свои занятия. 6 июля эсеры Блюмкин и Андреев проникли по подложным документам к германскому послу и убили его брошенной бомбой. Убийство Мирбаха послужило сигналом к мятежу. Отряд Попова арестовал Ф. Дзержинского, назначенного вместо него М. И. Лациса и председателя Московского совета П. Г. Смидо-вича. Затем был занят телеграф, и в ночь на 7 июля ЦК лев. эсеров разослал по всей стране телеграммы,

1236-YI

сообщая о захвате власти. Были выпущены воззвания к «трудовому крестьянству», к железнодорожникам, ко всем рабочим и крестьянам.

Восстание не имело ровно никакого успеха. Это был типичпый путч кучки авантюристов-заговорщиков, не имевших никаких корней ни в среде рабочих, ни в среде трудового крестьянства. Против мятежников были приняты энергичные меры. Ленин лично руководил ликвидацией мятежа. Уже 7 июля мятеж был полностью ликвидирован.

Это позволило продолжить прерванные работы V Съезда советов. Они возобновились 9 июля, а 10 июля, в день своего закрытия, Съезд принял конституцию РСФСР. Задачей конституции, рассчитанной на переходный период, являлось «установление диктатуры городского и сельского пролетариата и беднейшего крестьянства в виде мощной Всероссийской Советской власти в целях полного подавления буржуазии, уничтожения эксплуатации человека человеком и водворения социализма» (п. 9 конституции). Конституция явилась программой строительства бесклассового общества для страны, где рабочий класс в союзе с трудовым крестьянством уже одержал решительную победу над эксплоататор-скими классами. Она явилась знаменем борьбы и для народов всего мира.

Как раз в день принятия конституции, 10 июля, на самом важном участке Воет, фронта—в Симбирске— был нанесен предательский удар в спину Красной армии: главнокомандующий Восточным фронтом, ставленник Троцкого, левый эсер Муравьев поднял восстание. Он арестовал командующего I армией и ряд членов губисполкома и губ-кома партии и по радио и телеграфу объявил, что разрывает Брестский мир, объявляет войну Германии и двигает армии на Зап. фронт. Всем чехословацким отрядам от Самары до Владивостока он предложил приостановить движение на восток и повернуть на запад, к Волге. Энергичными мерами, принятыми местной партийной организацией большевиков измена Муравьева была в тот же день ликвидирована. Войскам был разъяснен контрреволюционный смысл выступления, а сам Муравьев был убит. Однако, известная деморализация в ряды Красной армии была все же внесена. Этой неустойчивости в настроении нужно приписать ослабление Восточного фронта и падение Бугульмы, Мелекеса, Сепгилея, самого Симбирска и, наконец, Казани.

После подавления савинковского и левоэсеровского восстания все силы I были брошены на организацию обороны Восточного фронта.

9 июля V Съезд советов принял постановление о военной мобилизации во всей стране. Партия большевиков решает широко использовать в качестве военных специалистов, гл. обр. на штабных и тыловых должностях, бывших офицеров. Они были поставлены под бдительный контроль военных комиссаров. В ряды комиссаров были посланы тысячи испытанных пролетариев - большевиков. В составе Восточного фронта 30 июля была создана в районе Саратова-Новоузенска — IV Красная армия, 14 августа в районе Казани — V Красная армия. 2 сентября был организован Реввоенсовет респубЛИКИ.

Взятие Казани было последним военным успехом «Комуча». Перелом на Восточном фронте наступил после неудачной попытки белогвардейского отряда Каппеля, переброшенного от Симбирска, захватить 27 авг. Свияж-ский мост. Белые придавали этой операции огромное значение. С отрядом Каппеля находились учредиловцы

Лебедев и Фортунатов. Здесь же был Савинков. В бою у ст. Свияжск участвовала правобережная группа II Красной армии и латышские стрелки. Кап-пель был отбит. Началось контр-на-ступление на Казань. Она была освобождена 9—10 сект, частями II Красн. армии. 24-ая стрелковая железная дивизия I Красн. армии 12 сент. освободила Симбирск. 1В сент. был освобожден Вольск, 16 сент.— Хвалынск. В сентябре — октябре шли бои за Волгу. В боях участвовали 25-ая (ядром ее явились отряды чапаевских красногвардейцев), 27-ая и 85-ая стр. дивизии V Красн. армии, 23-ья стр. див. IV Красн. армии и 24-ая стр. див. I Красн. армии. 3 окт. была освобождена Сызрань, 7 окт.— Самара, 14 окт. — Бугульма, 25 окт.— Бугуруслан. Линия фронта шла теперь от Перми на Сарапул—Мензеликск— Бугульму—Бузулук. Несколько позже закончилась ижевская операция. Она началась 4 октября освобождением Сарапула. Ее проводили части II Красн. армии: 1-я сводная дивизия (21 стр.) и 2-я своди, дивизия Азина (28 стр.). Ижевск был освобожден 7 ноября, Воткинок —11 ноября (сх. №4).

Волга была свободна. Красная армия начинала борьбу за освобождение Урала.

К этому времени в лагере восточной контрреволюции произошли некоторые изменения. В первое время после чехословацкого переворота здесь возник целый ряд областных национальн. и казачьих «правительств». Большинство из них, более или менее «демократических» по своему составу (обычно с участием или под руководством с.-p.), на словах стояло за Учред. собрание и признавало единство «возрожденной» России, но на деле все они грызлись между собою и стремились к самостоятельности. Сильнее других были самарское правительство «Комуча» и «За-падно-сибирск. комиссариат». 30 июня последний передал власть реставрированному Врем, сибирск. «правительству» во главе с эсером Вологодским, группа же Дербера («Временное-правительство автономной Сибири») боролась за власть и только 22 сент. под давлением военных миссий Антанты согласилась передать власть правительству Вологодского. Последнее под влиянием военщины быстро эволюционировало вправо. Был создан реакционный «Административный совет», который постепенно забирал в свои руки всю власть. Отношения с самарским «правительством» обострялись: против него началась таможенная война, был захвачен златоустин-ский уезд и так далее Эта «междоусобная» война была особенно опасна для самарского правительства, находившегося под непосредственными ударами Красной армии.

Под нажимом, представителей Антанты начались переговоры о создании в Сибири единой всероссийской власти. Первое совещание «Комуча» и Врем, сибирск. правительства состоялось в Челябинске 15 июля. Соглашения достигнуто не было, но военный министр сиб. правительства Гришин-Алмазов и управл. военн. ведомством «Комуча» Галкин по настоянию присутствовавших на совещании чехов и французов согласились подчиниться чешскому командо- ванию. 23—25 авг. под председательством правого эсера Авксентьева в Челябинске состоялось второе совещание в более широком составе с участием представителей военных миссий Антанты, областных и казачьих правительств, политических партий и различных белогвардейских общественных организаций. И это совещание не дало результатов. Наконец, 8 сент. 1918 г. в Уфе открылось «Государственное совещание». На нем присутствовало 170 ч. В том числе: 60 чл. Учр. собр., делегация меньшевиков, официальные представители ЦК партий с.-p., н.-с., к.-д., «Единства», представители«Союзавоз-рождения», «Комуча», правительств: Врем, сибирского, Урала, Башкирии, Алаш-Орды (киргизск.), Туркестана, нац. управления тюрко-татар внутри России и Сибири, казачьих войск — Оренбургского, Уральского, Сибирского, Иркутского Семипалатинского, Енисейского и Астраханского, а также представители съезда городов и земств Сибири, Урала и Поволжья. В качестве гостей присутствовали чехи и представители французской миссии. На Государственном уфимском совещании столкнулось два начала контрреволюции: откровенно реакционное, добивавшееся военной диктатуры и согласное признать полномочия Учр. собрания только после его переизбрания, откладываемого до момента окончательной победы над большевиками, и «демократическое», объявлявшее себя врагом диктатуры и видевшее в осколках старого Учред. собрания верховный орган власти. Оплотом первого течения было Врем, сибирское правительство, центром второго — «Комуч». Оба эти течения не раз сталкивались во время гражд. войны, и везде на долю «демократии» выпадала роль возглавлять первый этап контрреволюции, открывая двери военной диктатуре. Здесь, на Восточном фронте, эсеровский «Комуч» выполнил эту подлую роль в особенно широких размерах. В Уфе формально был достигнут компромисс, вынужденный для обеих сторон. «Комуч» шел на уступки, так как положение его на фронте резко ухудшалось (9—10 сент. Красная армия освободила Казань), а наиболее реакционные элементы Врем. сиб. правительства, готовившиеся было к перевороту во время Уфимского совещания (Административный совет разогнал Сиб. области, думу и арестовал наиболее строптивых ее членов, убив в числе их Новоселова, но встретил противодействие чехов и не сделал дальнейших шагов к захвату власти), отложили его осуществление и также пошли на уступки. В итоге после долгих споров власть была передана «Врем, всероссийск. правительству», или Директории из 5 лиц: Н. Д. Авксентьева, ген. В. Г. Болдырева, П. В. Вологодского, Н. И. Астрова и Н. В. Чайковского. Старое Учр. собр. было признано верховной властью, но созыв его откладывался на 1 янв. 1919 г. при кворуме в 250 человек, а если такого числа депутатов пе окажется, то на 1 февр. 1919 г. при уменьшенном кворуме в 170 человек Этих нескольких месяцев, считали, будет достаточно, чтобы успеть покончить с охвостьем «демократической» власти. На деле так оно и оказалось. Директория, импонируя своим «демократическим» происхождением, добилась в свою пользу самоупразднения всех областных, национ. и казачьих правительств и 4 ноября образовала при себе совет министров (предо. Вологодский, а большинство министров —ставленники Административного совета), в состав которого был введен военным министром Колчак, уже в этот момент выдвигавшийся представителями Антанты в качестве будущего диктатора. Так «демократия» расчистила дорогу военной диктатуре.

Захват оккупантами и белогвардейцами Украины, Донбасса, Закавказья (особенно Баку), Сев. Кавказа, Сибири, Урала и Среднего Поволжья, освобожденного от белых раньше других районов, нанес тяжелый удар хозяйству Сов. России, отрезав от нее наиболее хлебные районы, а также источники угля и нефти. Экономическое положение страны было и без того крайне тяжелым. Разруха, унаследованная от царизма, войны и хозяйничанья Врем, правительства, усилилась благодаря начавшейся гражд. войне. Производительные силы страны катастрофачески сократились. Добыча угля упала до 731 млн. иуд. но сравнению с 1.738 млн. пуд. в 1913 г., железной руды — до 1,7 млн. пуд. (против 579 млн. пуд. в 1913 году), выплавки чугуна — до 31,5 (против 257), производство сахара—до 20 (против 83). Стоимость валовой продукции всей цензовой промышленности упала с 5.620 млн. руб. в 1913 до 1.941 млн. руб. в 1918 г., то есть до 35% к уровню 1913 г. Особенно остро давала себя знать разруха на ж.-д. транспорте. Он еле-еле справлялся даже с сильно совращенными перевозками.