> Энциклопедический словарь Гранат, страница > Революция в Петрограде явилась началом революции по всей Р

Революция в Петрограде явилась началом революции по всей Р

Революция в Петрограде явилась началом революции по всей Р. Везде старые власти сменялись, па их место ставились комиссары Временного правительства, везде выбирались советы рабочих и солдатских, а позднее и крестьянских депутатов, а на фронте— полковые, дивизионные и армейские комитеты.

Февральская революция вернула к революционной работе всех политических ссыльных и заключенных, а также вей массу политических эмигрантов, которые двинулись в Р. со всех концов земного шара. Вернулись и такие старожилы эмиграции, как Плеханов и Кропоткин, остававшиеся за границей в годы первой революции. Но пути возвращения в Р. контролировались странами Антанты, правительства которых, хорошо осведомленные о политических настроениях и борьбе внутри русской эмиграции, делали резкое различие между социал-патриотами и интернационалистами и последних не хотели пускать в Р. Т. о. оборонцы разных партий, в том числе Плеханов, первыми вернулись в Р, тогда как революционные интернационалисты продолжали томиться в эмиграции, чему содействовало и Временное правительство, не предпринимавшее никаких серьезных шагов для их возвращения. В результате группа эмигрантов разных : партий, примыкавших к резолюциям Циммервальдской конференции (с.и.), во Лшве с большевиками, заключила, под контролем рядавидных социалистов разных стран, договор о проезде через Германию-в запломбированном вагоне. 16 (3) апреля Ленин вернулся в Петроград, через Германию, Данию, - Швецию и Финляндию. Это послужило поводом для бешеной травли ЛенинЙ со стороны буржуазной и оборонческой печати (для создания гнусных легенд о «немецких шпионах» и тому подобное.).

Освобождение из тюрем и ссылки узников царизма, возвращение эмигрантов, небывалая свобода -печати в,-первые месяцы революции,--все это в огромной степени содействовало росту политической активности масс, оформлению и кристаллизации политических партий и групп. Большинство в советах на первом этапе революции состояло в основном из двух мелкобуржуазных партий — меньшевиков; и эсеров, которые, в свою очередь, делились на ряд направлений, групп-и группочек. Эсеры распадались на. три основных течения: «правых»,

ярых социал-патриотов, почти сливавшихся с полу-кадетской партией «народных социалистов»; «центр», во главе с вернувшимся из эмиграции лидером партии Черновым, который считался «циммервальдистом»; и «левых», стоявших за углубление революции, особенно в аграрном, вопросе, и против коалиции с буржуазией. Главным официальным органом партии эсеров Сбыла газета «Дело народа». Поскольку Керенский входил в правительство с первых дней революции, эсеры стали по существу с самого начала полу-правительетвен-ной партией. Что касается меньшевиков, то на крайнем правом фланге их находилась плехановская группа. «Единство». Эта группа® стояла за продолжение войны с Германией «до победного конца», а в области внутренней политики за примирение классов и за коалицию ;1 буржуазией, Плеханов высказывался даже против-«отобрания помещичьих земель бе&

выкупа». Позиция Плеханова не встречала никакой поддержки в рабочих и солдатских массах, и от него на первых порах вынуждены были, до некоторой степени, отмежеваться все официальные органы меньшевиков и даже эсеров. Тем не менее, между Плехановым и официальными меньшевиками был целый ряд незаметных переходов, в частности в лице газеты «День», которая именовала себя «органом социалистической мысли», но которую Ленин окрестил органом «буржуазно-шовинистическим», и где руководящую роль играл член партии меньшевиков Погресов, начавший постепенно блокироваться с Плехановым. Констатируя, что от Плеханова отмежевывается и эсеровское «Дело народа», и меньшевистская «Рабочая Газета», причем эсеры писали даже, что «политическое единство «Единства» с либеральной буржуазией — факт общеизвестный»,—Ленин отмечал в «Правде», что те же народники и меньшевики блокируются с «Единством» на выборах в районные думы Петербурга, и писал: «Рабочие и солдаты! Ни одного голоса блоку народников с меньшевиками, прикрывающему и протаскивающему «Единство», «единое с либеральной буржуазией!» (Ленин, Соч., т. XX, стр. 432—433). Об этом же блоке писал с беспощадным сарказмом тов. Сталин: «Что же все-таки объединило в блок все эти разношерстные группые А то, что они одинаково неуверенно, но неотступно плетутся по стопам кадетов, что они одинаково определенно не долюблива-ют нашу партию.Все они, как и кадеты, за войну, но не для захватов (боже упаси!), а для «мира без аннексий и контрибуций». Война для мира Все они, как и кадеты, за «железную дисциплину», но не для обуздания солдат (конечно, нет!), а в интересах самих же солдат. Все они, как и кадеты, за наступление, но не винтересах англо-французских банкиров (боже упаси!), а в интересах «нашей молодой свободы». Все они, как и кадеты, против «анархических поползновений рабочих захватить фабрики и заводы» но не в интересах капиталистов (какие ужасы!), а для того, чтобы не отпугнуть капиталистов от революции, то есть в интересах революции. Вообще, все они за революцию, но постольку (постольку!), поскольку она не страшна для капиталистов и помещиков, поскольку она не идет в разрез и с интересами последних Фразы о свободе и социализме лишь прикрывают их кадетскую сущность». (И. Сталин, «На путях к октябрю», 2-е изд., стр. 36 — 37).

Партия меньшевиков в узком смысле слова представляла из себя блок откровенных оборонцев с разными оттенками центризма. За чистыми оборонцами, кроме мелко-буржуазной интеллигенции с «марксистским» прошлым, шел небольшой слой рабочих, составлявших до войны основные кадры ликвидаторства в рабочем движении. Группа «центристов»,4или «революционных оборонцев» (Дан, Церетели и др.), издавала «Га 1очую Газету» как центральный орган партии и имела преобладающее влияние в редакции «Известий Петроградского Совета Рабочих Депутатов» и в его Исполнительном комитете, равно как во ВЦИК’е первого созыва, где эсеры обычно голосовали за меньшевистские резолюции. На левом фланге меньшевизма стояли: группа «интернационалистов» с Мартовым во главе, издававшая еженедельник «Искру», и группа «беспочвенных интеллигентов», издававшая большую, литературно интересно обслуживаемую и широко распространенную газету «Новая Жизнь». Об этой группе Сталин писал: «Группа эта выражает настроения беспочвенных интеллигентов, оторванных от жизни и движения. Поэтому она вечно колеблется между революцией и контрреволюцией, между войной и миром, между рабочими и капиталистами, между помещиками и крестьянами Если группа «Новой Жизни», предлагая борьбу за мир, в то же время призывает поддерживать «заем свободы», то так и знайте, что она льет воду на мельницу империалистов. Если группа «Новой Жизни», заигрывая иногда с большевиками, поддерживает в то же время оборонцев, то так и знайте, что она льет воду на мельницу контрреволюции». (Там же, стр. 138). По мере углубления и обострения революции, все эти группы сближались а выступали против большевиков, особенно накануне октября, единым фронтом. Это объединение получило также свое формальное выражение на съезде меньшевиков в августе 3917 г., после которого все течения и фракции меньшевизма, за исключением группы Плеханова, вошли в одну партию.

Кроме основных мелкобуржуазных партий и отчасти в борьбе с ними, выступали анархисты. Февральская буржуазно-демократическая революция вернула к активной деятельности сотни старых анархистов, вышедших из тюрем и ссылки, приехавших из эмиграции, главным образом из США, где они издавали довольно распространенную русскую газету «Голос Труда». Если старый вождь и теоретик анархизма Кропоткин первое время упорно оставался верен своей концепции войны и своему антантофильству, то огромное большинство анархистов вело непримиримую, хотя и весьма путаную в идейном отношении борьбу за мир и столь же непримиримую борьбу против Временного правительства и всего коалиционного блока. В этом отношении они отчасти шли за большевиками. Но в центральном вопросе революции, в вопросе о власти, они с самогоначала выступили решительно против диктатуры пролетариата. Впрочем, их влияние в широких массах было весьма незначительным. Они распадались на два основных направления— анархо-синдикалистов и анархистов-коммунисгов, причем меньше всего влияния имели анархо-синдикалисты, тогда как анархисты-коммунисты, к которым примкнуло много уголовных элементов, выпущенных случайно из тюрем, вызывали любопытство, а иногда и сочувствие революционно-настроенных, но мало сознательных групп пролетариата своими громкими «эксцессами» (самочинные захваты типографий, дачи бывшего министра Дурново и так далее), а также теми преследованиями, которым они подвергались уже в июне.

Единственной последовательно-революционной пролетарской партией и в то же время партией подлинно народной были большевики.

В своих знаменитых «тезисах», с которыми Ленин выступил на следующий день после своего приезда, 4(17) IV, на объединенном заседании большевиков и меньшевиков Петроградского совета, и в ряде статей он следующим образом формулировав классовый характер и движущие силы революции, а также задачи пролетариата.

После свержения царизма «государственная власть в России перешла в руки нового класса, именно: буржуазии и обуржуазившихся помещиков». Но при этом «оказавшаяся у власти буржуазия заключила блок с явно монархическими элементами», предоставив им решающие министерские посты. «Кадетам, республиканцам вчерашнего, дня, республиканцам поневоле, предоставлены второстепенные посты Керенский, представитель трудовиков и «тоже социалист», не играет ровно никакой роли, кроме усыпления народной бдительности и внимания звонкимифразами. По всем этим причинам даже в области внутренней политики никакого доверия новое буржуазное правительство со стороны пролетариата не заслуживает, и никакая поддержка ему не допустима с его стороны». В еще большей мере это относится к внешней политике нового правительства, которое «является правительством продолжения империалистской войны, войны в союзе с империалистскими державами». Поэтому всякие попытки предъявлять к этому правительству требования о провозглашении воли Р. к миру, об отказе от аннексий и тому подобное. «являются на деле лишь обманом народа».

Но особенностью этой революции является «своеобразное двоевластие», т. к. на ряду е правительством буржуазии существует добавочное «контролирующее» правительство в лице Совета рабочих и солдатских депутатов, «которое не имеет в своих руках органов государственной власти, но опирается непосредственно на заведомо безусловное большинство народа, на вооруженных рабочих и солдат». Советы рабочих и солдатских депутатов являются зародышевой формой диктатуры пролетариата и крестьянства, формой нового государства типа Парижской Коммуны. Но Петроградский совет под влиянием оборонческих и соглашательских мелкобуржуазных партий добровольно уступил власть буржуазному правительству. Вот почему задачей большевиков и идущего за ними революционного авангарда пролетариата является разъяснение массам всех ошибок и всего обмана мелко-буржуазных партий; их задачей далее, в результате прояснения сознания широких“ масс, является постепенное завоевание советов с целью затем перехода всей власти в руки Советов рабочих, солдатских, крестьянских и батрацких депутатов и создания не парламентарной республики, а республики советов. В качестве пе

Реходных мер к диктатуре пролетариата и к социалистической революции выдвигается «национализация земли, всех банков и синдикатов капиталистов или, по крайней мере, установление немедленною контроля за ними Советов рабочих депутатов и тому подобное.». При этом только переход государственной власти к пролетариату будет «началом всемирного «прорыва фронта»—фронта интересов капитала, и, только прорвав этот фронт, пролетариат может избавить человечество от ужасов войны, дать ему благо прочного мира». Наконец, «в национальном вопросе пролетарская партия должна отстаивать, прежде всего, провозглашение и немедленное осуществление полной свободы отделения от Р. всех наций и народностей, угнетенных царизмом, насильственно присоединенных или насильственно удерживаемых в границах государства, то есть аннектированных» (Ленин, Соч., т. XX, стр. 111—124).

Взгляды Ленина, поддержанные Сталиным против оппозиционных элементов партии, получили официальное подтверждение на Всероссийской апрельской конференции РСДРП (б-ков) 7—12 V н. ст., где Ленин выступил с докладами по текущему моменту и аграрному вопросу, а Сталин— по национальному вопросу. На этой конференции взгляды группы правых (во главе с Каменевым) отстаивал Рыков, говоривший о невозможности в данный момент социалистической революции в Р. Против доклада Сталина выступал Пятаков с мнимо «левыми» возражениями против ленинско-сталинской национальной программы. Т. о. партии пришлось вести борьбу на два фронта: против нравооппортунистической и против «левой» оппозиции.

Ленинская программа означала перерастание буржуазно-демократической революции в революцию социалистическую, означала борьбу за диктатуру пролетариата. В то время как для мелкобуржуазных партий буржуазнодемократическая республика являлась конечным пунктом их стремлений, для большевиков она являлась исходным пунктом борьбы за социализм. Эта противоположность взглядов в понимании классового характера революции и ее задач сказывалась во всех решительно вопросах текущей политики. Меньшевики и эсеры проповедовали дисциплину и гражданский мир на заводах, звали рабочих энергично работать на войну, выступали против организации красной гвардии и даже против экономических требований пролетариата, который немедленно после революции начал борьбу за улучшение своего экономического положения. Они же решительно боролись против братания на фронте, которое широко развернулось на многих участках фронта, и удерживали нетерпение солдат и их стремление к миру обещаниями международной социалистической конференции. Вместе с тем они вели бешеную кампанию клеветы против Ленина и большевиков.

На первых порах за большевиками шло лишь меньшинство рабочего класса. Но уже приезд Ленина и грандиозная встреча, оказанная ему на вокзале петроградскими рабочими и солдатами, свидетельствовали о начавшемся переломе. В первомайской демонстрации лозунги большевиков играют уже выдающуюся роль. А нота Милюкова с подтверждением верности Временного правительства союзным договорам наносит первый крупнейший удар престижу правительства в массах и вызывает 3/Y н. ст. громадные уличные демонстрации в Петрограде с требованием отставки Милюкова. С этого момента влияние большевиков резко усиливается, особенно в результате непосредственной пропаганды Ленина, Сталина и других вождей большевиков. Уход Милюкова я отставка Гучкова вызывают кризис

Временного нравительства и образование первого коалиционного правительства, в котором участвуют представители меньшевиков (бывший депутат II Думы Церетели, бывший депутат IV Думы Скобелев) и эсеров (Керенский и Чернов), причем Керенский берет себе портфель военного министра и роль «главно-уговариваю-щего». Образование коалиционного правительства, имевшее своей задачей новый обхчан масс,— благодаря непрерывной разъяснительной и агитационной работе большевиков не достигло своей цели: массы неудержимо левели и революционизировались, все больше и больше прислушиваясь к голосу большевиков. Вслед за рабочими к большевикам стали массами примыкать матросы Балтийского флота: уже в мае— июне Кронштадт был большевистским городом Большевики выдвинули лозунг, понятный и доступный массам: «Долой десять министров капиталистов!» При перевыборах в Петроградский совет депутатов большевики дали своим кандидатам следующий наказ: «Никакого доверия «новому» правительству ибо оно остается правительством капиталистов, никакой поддержки ему, ни копейки денег ему! Никакого доверия к «оборонческим» партиям, проповедующим соглашение с капиталистами и участие в правительстве капиталистов!»

Между тем, классовая борьба разгоралась по всей Р. Рабочие требовали повышения зарплаты и контроля над прибылями капиталистов. Крестьяне требовали раздела помещичьей земли. Вместе с тем, угнетавшиеся царизмом народы воспользовались революцией для борьбы за автономию и даже за самостоятельное политическое существование; Эго особенно имело место в Финляндии и на Украине. Уже 1/IV н. ст. в Киеве происходила демонстрация с требованием буржуазной автономии Украины, а в июне возникла уже Центральнаяукраинская рада. Как Временное правительство, так и соглашательские партии выступали против этих автономистских тенденций. Наконец, вся огромная масса солдат и матросов, включая и фронт, бурлила и кипела, требуя мира и стремясь скорее вернуться домой в предстоящему разделу помещичьей земли: Если в первые недели революции мнение фронтовых солдат искажалось их интеллигентскими представителями в советах и армейских организациях, то уже с апреля и мая в Петроградский совет стал приезжать непрерывный, все растущий ряд непосредственно солдатских делегаций с требованием скорейшего заключения мира. Неудовлетворенные соглашательской, колеблющейся и двурушнической политикой господствующих в Совете партий, солдаты на фронте все более начинали прислушиваться к агитации большевиков. Помимо центрального органа партии «Правда», московского «Социал-демократа» и провинциальных дартийных газет, большевики стали выпускать специальные газеты для солдат («Солдатская Правда», «Окопная Правда» и др.). Несмотря на бешеную травлю больше-шевиков со стороны буржуазных и мелко-буржуазных партий, несмотря на всяческие препятствия, чинимые правительством и военным командованием распространению на фронте большевистских газет, они жадно читались солдатами, которые также с огромным вниманием и сочувствием выслушивали большевистских агитаторов.

Завоевание рабочих организаций большевики начали снизу, с организовавшихся повсюду фаб.-заводских комитетов. Уже 13 июня н. ст. конференция этих комитетов в Петрограде приняла резолюцию большевиков об установлении действительного рабочего контроля над производством и распределением продуктов. А частичные перевыборы советов постепенно увеличивали в них большевистское ядро. По на Первом Всероссийском съезде советов, который открылся 3 (16) июня, большевики еще представлены были незначительной группой, и заявление Ленина о том, что большевики готовы одни взять власть, было встречено насмешками соглашатёльских заправил съезда. Еще раньше происходил Первый крестьянский съезд под председательством правого эсера Авксентьева, и на этом съезде Ленин также выступил с речью, бросая революционные семена в самую толщу крестьянской массы.

В виду получения сведений о том, что силы контр-революции, в том числе представители высшего командного состава армии, сплачиваются и готовятся выступить против революционных рабочих и солдат, совещание ЦК и ПК РСДРП (б-ков) с представителями районов и войсковых частей Петрограда решило призвать массы к демонстрации 10 (23) июня против контр-революции. Но соглашательский и оборонческий Съезд советов запретил демонстрацию под предлогом опасения контрреволюционных выступлений и лишь позднее, под давлением масс, вынес постановление об устройстве мирной демонстрации 18 июня ст. ст. А за два дня до этого военный министр Керенский, уступая настояниям английского и французского правительств и в целях борьбы со все растущим революционным настроением на фронте,издал приказ о наступлении. 18 июня (1 июля н. ст.) в Петрограде и других городах происходили грандиозные демонстрации, шедшие в основном под большевистскими лозунгами и с требованием—«долой министров-капиталистов».

Неудача июньского наступления и поражение русских войск, все растущая хозяйственная разруха, начало саботажа со стороны заводчиковфабрикантов, - локауты в ответ на требования рабочих,— все это озлобляло широчайшие массы рабочих и солдат не только против Временного правительства, но и против соглашательских партий. 2 (15) июляминистры - кадеты демонстративноушли из правительства. А на следующий день в Петрограде происходили вооруженные демонстрации рабочих, солдат и матросов с требованием передачи всей власти советам. В ответ на это началась лихорадочная мобилизация всех контр-революционных сил. В Петрограде против рабочих натравливали казаков. Керенский привел с фронта подобранные контр-револю-ционные части. Клеветническая кампания против Ленина приняла особенно разнузданный характер. Начался организованный поход против большевиков и большевистских организаций. 5—6/V1I ст. ст. юнкера разгромили редакцию «Правды» и совершили ряд других погромов против рабочих организаций. «Правда» была закрыта. Помещение Центрального комитета большевиков было захвачено правительством. Кронштадтцы были обезоружены. Многие большевики были арестованы, а другие, и в том числе Ленин, перешли на нелегальное положение. Вся эта погромная кампания происходила при поддержке оборонческого большинства в советах. В виду этого большевики временно сияли лозунг «вся власть советам». Ибо «движение 3-го и 4-го июля было последней попыткой путем манифестации побудить советы взять власть. С этого момента советы, то есть господствующие в них эс-эры и меньшевики, фактически передают власть контр-революции, представляемой кадетами и поддерживаемой эс-эрами и меньшевиками. Теперь мирное развитие революции в России уже невозможно, и вопрос историей поставлен так: либо полная победа контр-революции, либо новая

Революция» (Ленин, Соч., т. XXI, стр. 45). 4

8 (21) июля образовалось третье гсоалиционное Временное правительство под председательством Керенского, в котором большинство принадлежало меньшевикам, эсерам и народным социалистам. Несмотря на июльский разгром, большевики под руководством Сталина продолжали энергичную борьбу. Па место закрытой «Правды» 10/23 июля вышла газета «Рабочий и Солдат», а когда и она была закрыта, с 13/26 августа стала выходить газета «Пролетарии» и затем «Рабочий». В конце июля н. ст. происходила экстренная общегородская конференция большевиков в Петрограде, а 8/16 августа н. ст. VI съезд РСДРП (б-ков).

На этом създе, заседавшем нелегально, отсутствовал Ленин, и главным политическим докладчиком выступил Сталин. На съезде были подведены итоги минувшему этапу революции и огромному росту большевистской партии и ее влияния в массах. Количество членов партии со времени апрельской конференции увеличилось с 80 тыс. до 240. По докладу Сталина, несмотря на возражения некоторых делегатов (Ногина, Бухарина, Преображенского и др.), съезд стал на позицию вооруженного восстания и перехода от бурж.-демокр. революции к революции социалистической. Т. к. «в настоящее время мирное развитие и безболезненный переход власти к советам стали невозможны», то, по словам принятой съездом резолюции, «правильным лозунгом в настоящее время может быть лишь полная ликвидация диктатуры контр-революцион-ной буржуазии. Лишь революционный пролетариат при условии поддержки его беднейшим крестьянством в силах выполнить эту задачу1, ‘являющуюся задачей нового подъема». Резолюция звала «к миру и к социалистическому переустройству общества».

7J6—Vi

Эта позиция целиком оправдывалась поведением нового Временного правительства и поддерживавших его мелко - буржуазных партий. В то время как ВЦИК и Исполнительный комитет крестьянских депутатов на объединенном заседании объявили Временное правительство «правительством спасения революции» с неограниченными полномочиями, оно постановило расформировать воинские части, принимавшие участие в июльских демонстрациях, ввело официально смертную казнь на фронте и запрещение митингов, продолжало поход против большевистской печати и аресты большевиков и, наконец, постановило распустить финляндский сейм за его «сепаратистские» стремления. Таким образом, правительство, состоявшее в большинстве из «социалистов», «спасало революцию» только от большевиков и всем своим поведением содействовало сплочению контрреволюции. Если бывший эсер Савинков был назначен товарищем военного министра, то генерал Корнилов, с которым он находился в самых близких отношениях, получил пост верховного главнокомандующего. С целью мобилизации коитр - революционных сил и демонстрации «единства» буржуазии с мелко-буржуазными партиями было созвано в конце августа н. ст., по инициативе Керенского, «Государственное совещание» в Москве, на котором, на ряду с делегацией ВЦИК и других демократических организаций, были представлены все силы буржуазии и реакционного генералитета. Открытие этого «совещания» московский пролетариат, по призыву большевистскогоБюро профессиональных союзов и - против соглашательского большинства совета, встретил единодушной всеобщей стачкой, в которой участвовали даже трамваи и извозчики. А на самом совещании, которое большевики демонстративно покинули (официально они не былина него допущены, но фактически входили в делегацию профсоюзов), с одной стороны, выступали генералы Корнилов и Каледин с обвинениями против революционных рабочих и солдат и с требованиями «порядка» и «твердой власти», а, с другой, Церетели публично пожимал руку одному из крупнейших московских капиталистов — Бубликову, а Плеханов, Кропоткин и Брешко-Брешковская, которых Керенский выпустил в качестве «делегатов от истории», единодушно призывали к продолжению войны с Германией и к классовому миру внутри страны.

На почве этой общей подготовки к контр-революции единственной мерой предосторожности со стороны правительства Керенского против монархической реставрации явилась ссылка Николая II с семьей в Тобольск (август). На ряду с мобилизацией контр-революционных сил, шла, под руководством большевиков, мобилизация сил революции. Стачечное движение в ряде городов, волнения в гарнизонах, в частности в Твери, крестьянские волнения и захват помещичьих имений, все это характеризует данный период. Правительство отвечало на эти волнения карательными экспедициями и приказами «социалистических» министров Чернова (министра земледелия) и Церетели (мин. вн. дел) о запрещении крестьянам самочинных захватов 8емли. Рост большевистских настроений в массах характеризуют также цифры полученных ими голосов на городских выборах. Так, в Москве, где еще в июне на выборах в центральную и районные думы меньшевики получили 12 мест, а большевики 11, уже в сентябре число меньшевиков упало до“4, а большевистская фракция выросла до 47. Тираж официальной меньшевистской «Рабочей Газеты» со 100.000 экземпляров в марте упал в сентябре до 10—15 тысяч. Наконец, при частичвых перевыборах, в советы большевики неуклонно проводили своих депутатов и постепенно из незначительного меньшинства становились большинством.Особенно быстро пошла большевизация страны после известного августовского контр-революцион-ного выступления ген. Корнилова.

Первоначально Корнилов должен был служить главным орудием контрреволюции в руках самого Керенского, но поручению которого Савинков вел переговоры с Корниловым в ставке об отправке конного корпуса в Петроград для поддержки Временного правительства против большевиков в случае их выступления. Это происходило 5/IX н. ст., а два дня спустя Корнилов начал свое наступление на Петроград, причем ставил себе целью борьбу против большевиков, разгром советов и установление военной диктатуры. При этом Корнилова целиком поддерживала каеетская партия и министры-кадеты, снова вступившие в правительство. Керенский вынужден был выступить против Корнилова и объявить его «изменником родины». Корниловский поход поднял новую громадную волну революционного энтузиазма среди рабочих и солдат. Под руководством Бюро военной организации большевиков создан был «Комитет борьбы с контр-революцией», организовавший вооруженные рабочие дружины для охраны и обороны Петрограда. Вместе с тем рабочие фабрик и заводов Петрограда стали рыть окопы на подступах к столице. Одновременно началось братание с корниловскими войсками и их разложение. Корниловская авантюра была ликвидирована. Посланный им во главе карательного отряда генерал Крымов покончил с собой. Корниловщина вызвала новый кризис правительства, из которого вышли Чернов, Авксентьев, Зарудный, Скобелев и др. Образована была «директория» в составе: Керенского, меньше!н.-са Никитина, эсера

Верховского, сахарозаводчика Терещенко и адмирала Вердеревского. Вместе с тем по всей стране начался новый подъем рабочего движения, организация красной гвардии и новая волна борьбы солдат с офицерским составом. Петроградский совет р. и с.д. принял большевистскую резолюцию об организации власти, в связи с чем 19 (6) сент. меньшевистско-эсерон ский президиум Совета заявил о своей отставке. В этот же день первая большевистская резолюция прошла и в Московском совете. А 25 (12) сент. Ташкентский совет взял власть в свои руки, и Временное правитель ство направило против него карательную экспедицию. В этой обстановке соглашательские партии сделали новую попытку найти «конституционный» выход из революционного кризиса и решили созвать в Петрограде «Демократическое совещание» Из представителей советов, профсоюзов, кооперативов, военных организаций, а также городских“ дум и земств.

На этом совещании снова стал цен-тральный вопрос о власти, в частости о., том, участвовать ли мелко-буржуазным партиям в коалиционном правительстве е партиями крупной буржуазии. После ряда колебаний вопрос о коалиции решен был положительно. В результате 8/Х н. ст. образовано четвертое Временное правительство под председательством Керенского и с участием вместе с министрами-«социалистами» такого столпа российского капитализма, как Коновалов. «Шесть министров-капиталистов,—писал Сталин через два дня после образования нового правительства,— как ядро «кабинета», и десять мигист-ров-«социалистов»> в услужение им, в качестве проводников их воли. Декларация правительства еще не опубликована, но основы ее уже известны: «борьба с анархией» (читай: с Советами). «борьба с разрухой» (читай: с забастовками), «поднятие боесяо-

736—Vi

собности армии» (читав: продолжение войны и дисциплина) Правительство Керенского —Коновалова есть правительство воины и буржуазной диктатуры. Десять министров -«социалистов»— ширма, за которой империалистская буржуазия будет вести работу по укреплению своего господства над рабочими, крестьянами и солдатами» (Сталин, «На путях к октябрю», стр. 176). Вместе с тем «Демократическое совещание», в ожидании созыва Учредительного собрания, который бесконечно оттягивался, решило создать некую конституционную ширму, суррогат парламента, в форме «Совета республики», или «предпарламента», который и был открыт 20/Х н. ст.

Между тем, экономическая разруха и саботаж капиталистов росли, надвигался голод, и революционное движение разгоркяесь по всей стране ярким пламенем. Озлобленные репрессиями Временного правительства и уговорами соглашательских партий, которые призывали крестьянство ждать с разрешением земельного вопроса доУчредительного собрания, — крестьяне стали массами переходить от отдельных аграрных волнений и захватов помещичьих земель к открытому .восстанию. Если общее количество крестьянских волнений в марте доходило лишь до 50, то в сентябре их было уже почти 1.200. Аграрные волнения охватывали Поволжье, Тамбовскую и Воронежскую губернии, Бессарабию, Волынь, Таганрогский округ и целый ряд других губерний и районов. В некоторых местах советы рабочих депутатов приступали непосредственно к конфискации частновладельческих земель. Вообще росло наступательное движение советов, в огромном большинстве своем завоеванных большевиками, и карательные экспедиции против них со стороны правительственных властей. Самыми громкими из таких карательных экс-1

педиций была экспедиция в Ташкент, объявленный на военном положении, и занятие Калуги казачьим отрядом с фронта, причем казаки обстреляли Совет солдатских депутатов, разогнали его и произвели ряд арестов. Волнения солдат имели место в ряде местных гарнизонов. С фронта шло массовое дезертирство. В правительственных кругах возник вопрос о переезде правительства в Москву и об эвакуации Петрограда с целью нанесения удара главному центру большевизма. 1/Х н. ст. Временное правительство объявило о роспуске Центрального комитета Балтийского флота, одной из важнейших военных опор петроградских большевиков, но спустя несколько дней, испугавшись грозного движения матросов, вынуждено было отменить это распоряжение. Бесчисленное, количество резолюций советов требовало прекращения войны и передачи власти советам. Особенно внушительное впечатление произвела в этом отношении резолюция Съезда советов Северной области, который собрался в Петрограде 24/Х и. ст. и которому Ленин из своего подполья написал особое письмо, кончавшееся следующим призывом к восстанию: «флот, Кронштадт, Выборг, Ревель могут и должны пойти на Питер, разгромить корниловские полки, подиять обе столицы, двинуть массовую агитацию за власть, немедленно передающую землю крестьянам и немедленно предлагающую мир, свергнуть правительство Керенского, создать эту власть. Промедление смерти подобно» (Ленин, Соч., т. XXI, стр. 325).

В этой обстановке заседал «предпарламент», из которого, в момент его открытия, большевики ушли, огласив предварительно свою декларацию. Он беспомощно топтался на месте и лишь 6/XI и. ст. принял резолюцию, где предлагал немедленное издание I декрета о передаче помещичьих земель земельным комитетам на местах и о скорейшем соглашении с союзниками но вопросу о мире. Но было уже поздно.

Новая революция, революция против помещиков и капиталистов, предсказанная Лениным тотчас после свержения царизма, назревала с неудержимой силой, и во главе ее с самого начала стояла большевистская партия, с ее вождями Лепиным и Сталиным. Если в первый период Февральской революции Ленин мыслил себе возможность перехода всей власти в руки советов мирным путем, то теперь, когда Времен, правительство и поддерживавшие его соглашательские партии с.-р. и меньшевиков стали на контр-революционный путь, когда крупная буржуазия организовывалась на ряде совещаний и вступала в заговоры с генералами против советов, ставших большевистскими, — переход всей власти в руки утих советов мог быть осуществлен только революционным путем, путем вооруженного восстания. В октябре за большевиками шло огромное большинство пролетариата, большинство армии и огромные массы крестьянства. Ленин не только предлагал восстание, но притом восстание немедленное, раньше чем сорганизовались силы контр-революции. Новейшие данные показывают, насколько Ленин был прав, насколько с восстанием надо было торопиться, как велика была опасность контрреволюционного удара именно в дни октябрьского победоносного восстания, предупредившего планы контр-рс-волюции. В самом деле, согласно плану Керенского и данным им распоряжениям, в Петрограде сконцентрировали юпкеров, и туда вызваны были казаки с ближайших фронтов. Кроме того, должны были придти броневые части, с северного фронта эшелоны артиллерии и пехоты, а из Финляндии и Петрограду передвигалась кавале

Рия. Не ограничиваясь Петроградом, решили направить в Москву драгун. Мобилизованы были все ударные отряды, составившие более 50.000 штыков. Утром того дня, когда назначен был созыв II Съезда советов, т. - е. 24/Х ст. ст., предполагалось развести мосты, чтобы изолировать пролетарские районы от центра и разоружить гарнизон. К ночи того дня намечен был захват Смольного. Не зная всех деталей этого плана удушения революции, Ленин все же догадывался о контр-революционных намерениях Временного правительства и потому проявлял в эти последние дни исключительную страстность и настойчивость. 23/Х н. ст. на заседание ЦК РСДРП (б-ков) нелегально явился Ленин, и по его предложению ЦК принял резолюцию о вооруженном восстании большинством десяти против Зиновьева и Каменева. Они повели открытую кампанию против этой резолюции, и их заявление было напечатано в газете «Новая жизнь». По этому поводу Ленин обратился с «Письмом к членам партии большевиков», в котором писал: «По важнейшему боевому вопросу двое «видных большевиков» в непартийной печати, и притом именно в такой газете, которая по данному вопросу идет об руку, с буржуазией против рабочей партии, в такой газете нападают на неопубликованное решение центра партии!.. Можно ли себе представить поступок более изменнический, более штрейкбрехерскийе Я бы считал позором для себя, если бы из-за прежней близости к этим бывшим товарищам я стал колебаться в осуждении их. Я говорю прямо, что товарищами их“ обоих больше не считаю и всеми силами и перед ЦК и перед съездом буду бороться за исключепие обоих из партии» (там же, стр. 350—351).

Впрочем, обращение Зиновьева и

Каменева не встретило никакого сочувствия в большевистской партии. Петроградский и Московский комитеты- и целый ряд других организаций приняли резолюции о необходимости немедленного вооруженного восстания. 29/Х н. ст. ЦК (с участием представителей ряда организаций) создал военно-революционный центр для руководства будущим восстанием. Между тем, правительство переходило в наступление, и с целью обезопасить столицу от большевиков штаб Петроградского военного округа издал 22/Хн. ет. приказ о выводе из города ряда военных частей, настроенных большевистски. Это вызвало большое возбуждение в гарнизоне. Петроградский совет в ответ на этот приказ создал «Военно - революционный комитет». Этот комитет назначил своих комиссаров во все воинские части и 4/XI н. ст. издал приказ о том, чтобы не подчиняться никаким распоряжениям по гарнизону, не подписанным Военно - революционн. комитетом (ВРК).

Позднее Троцкий пытался создать легенду, будто отказ вывести войска из Петрограда уже предрешал исход октябрьского восстания. Он же накануне восстания настойчиво предлагал отложить это восстание до официального открытия II съезда советов, чтобы придать ему «легальный» характер. В свете новых данных, опубликованных в I томе «Истории гражданской войны в СССР», видно, какой предательской была тактика Троцкого и как правы были Ленин и целиком поддерживавший его Сталин, требовавшие ускорения восстания, чтобы не дать контр-революц. правительству Керенского времени собрать и сорганизовать силы контр-революции.

Правительство лихорадочно готовилось к наступлению. Но было уже поздно. На стороне Керенского оказались в решительный момент ничтожные военные силы, в роде нескольких отрядов юнкеров, женского батальона и т. и. Даже расположенные в Петрограде казачьи полки отказались выступить на стороне правительства. Вызванные с фронта части не явились. Между тем, еще за два дня до восстания весь гарнизон Петропавловской крепости вынес постановление о поддержке ВРК, и сто тысяч винтовок, хранившихся в крепости, были переданы Красной гвардии и революционным солдатам. В ночь на 7/XI (25/Х) отряды ВРК заняли вокзалы и мосты, а к утру телеграф и телефонную станцию. Затем днем был разогнан «предпарламент».

В то же время в газете «Рабочий и Солдат» появилось следующее написанное Лениным воззвание от имени ВРК: «К гражданам России. Временное правительство низложено. Государственная власть перешла в руки органа Петроградского Совета Рабочих и Солдатских Депутатов — Военно-революционного Комитета, стоящего во главе Петроградского пролетариата и гарнизона. Дело, за которое боролся народ: немедленное предложение демократического мира, отмена помещичьей собственности на землю, рабочий контроль над производством, создание советского правительства, это дело обеспечено. Да здравствует революция солдат, рабочих и крестьян!» (Ленин, «Соч.», XXII, стр. 3). К вечеру войска ВРК осадили Зимний дворец, в котором находилось Временное правительство, поддержанное юнкерами и женским батальоном. После перестрелки, подкрепленной выстрелами с крейсера -,«Аврора», правительство сдалось; но Керенский уже с утра уехал на автомобиле в поисках надежных воинских частей. Между тем, к вечеру того же дня собрался II Всероссийский съезд советов, созванный соглашательским ВЦИК

по единодушному требованию советов. Больше половины делегатов на атом съезде“’принадлежало большевикам и больше четверги левым с.-р., поддерживавшим большевиков. Меньшевики и эсеры демонстративно покинули съезд и ушли в городскую думу, где вместе с другими мелкобуржуазными организациями образовали «Комитет спасения родины и революции», ставивший своей задачей борьбу с большевиками и пролетарской диктатурой. Съезд советов принял предложенные большевиками декреты о мире и земле и выбрал Совет народных комиссаров, председателем которого стал Ленин и в котором, в качестве председателя по делам национальностей, выдающуюся роль играл Сталин, один из главных организаторов и руководителей Великой октябрьской пролетарской революции.

8/XI н. ст. и в Москве власть перешла к Военно-революционному комитету. Это же происходило и в огромном большинстве местных советов. Одновременно началось контр-рево-люционное восстание против советов на Дону, где во главе российской Вандеи стал генерал Каледин. Не теряли надежды сторонники Временного правительства таклге в Петрограде и Москве. 9/XI и. ст. произошло в Петрограде вооруженное коитр-революнионное восстание юнкеров, но оно было быстро подавлено, а на следующий день начались бои с войсками Керенского, приведенными им с фронта, под Петроградом на участке Красное Село —Гатчина. В то время когда Керенский и генерал Краснов, которых с нетерпением ожидал «Комитет спасения родины и .революции», подходили со своими казаками к революционной столице, петербургский пролетариат проявил исключительный революционный энтузиазм и готовность во что бы то ни стало защитить Петрогради советскую власть от войск контр- революции.

Спустя четыре дня попытка вооруженного сопротивления Керенского была подавлена. Советские войска заняли Гатчину, генерал Краснов был арестован, а Керенскому снова удалось бежать. В Москве в течение нескольких дней происходило восстание юнкеров и офицеров, под командой полковника Рябцева и при поддержке городского головы с.-р. Руднева,. против революционных рабочих и солдат, вставших на защиту советской власти. 15/XI н. ст. закончились уличные бои и в Москве, и вооруженное восстание московских белогвардейцев было .подавлено. В огромном большинстве страны утвердилась пролетарская диктатура и советская власть. Столетняя борьба против царизма завершилась победой самого революционного класса—пролетариата, при поддержке крестьян и солдат, не только над остатками царской монархии, но и над помещиками и капиталистами. На одной шестой части суши начиналась непосредственная борьба за социализм (См. РСФСР, стб. 27В сл.).

Как могло случиться, что в империи русских царей, этих вековых «жандармов Европы», произошла первая и притом победоносная пролетарская революция, успевшая затем в течение менее чем двух десятилетий, в окружении враждебных капиталистических стран, построить фундамент социализма и создать бесклассовое обществое На этот вопрос дал классический ответ Сталин в своей работе «Об основах ленинизма».

«Начать с того, что царская Россия была очагом всякого рода гнета — и капиталистического, и колониального, и военного,—взятого в его наиболее бесчеловечной и варварской форме. Кому не известно, что в России всесилие капитала сливалось с деспотизмом царизма, агрессивность русского национализма — с палачеством царизма в отношении нерусских народов, экс-плоатация целых районов —Турции, Персии, Китая — с захватом этих районов царизмом, с войной за захвате Ленин был прав, говоря, что царизм есть «военно-феодальный империализм». Царизм был средоточием наиболее отрицательных сторон империализма, возведенных в квадрат.

Далее. Царская Россия была величайшим резервом западного империализма не только в том смысле, что она давала свободный доступ заграничному капиталу, державшему в руках такие решающие отрасли народного хозяйства России, как топливо и металлургия, но и в том смысле, что она могла поставить в пользу западных империалистов миллионы солдат. Вспомните 12-миллионную русскую армию, проливавшую кровь на империалистских фронтах для обеспечения бешеных прибылей англофранцузских капиталистов.

Дальше. Царизм был не только сторожевым псом империализма на востоке Европы, но он был еще агентурой западного империализма для выколачивания с населения сотен миллионов процентов на займы, отпускавшиеся ему в Париже и Лондоне, в Берлине и Брюсселе.

Наконец, царизм был вернейшим союзником западного империализма по дележу Турции, Персии, Китая и так далее Кому не известно, что империалистская е война велась царизмом в союзе с империалистами Антанты, что Россия являлась существенным элементом этой войные

Вот почему интересы царизма и западного империализма сплетались между собой и сливались в конце концов в единый клубок интересов империализма. Мог ли западный империализм помириться с потерей такой мощной опоры на Востоке и такого богатого резервуара сил и средств, как старая, царская, буржуазная

Россия, не испытав всех своих сил для того, чтобы повести смертельную-борьбу с революцией в России на предмет отстаивания и сохранения царизмае Конечно, не мог!

Но из этого следует, что кто хотел бить по царизму, тот неизбежно замахивался на империализм, кто восставал против царизма, тот должен был восстать и против империализма, ибо кто свергал царизм, тот должен был свергнуть и империализм, если он в самом деле думал не только разбить царизм, по и добить его без остатка. Революция против царизма сближалась, таким образом, и должна была перерасти в революцию против империализма, в революцию пролетарскую.

Между тем, в России подымалась величайшая народная революция, во главе которой стоял революционнейший в мире пролетариат, имевший в своем распоряясении такого серьезного союзника, как революционное крестьянство России. Нужно ли доказывать, что такая революция не могла остановиться на полдороге, что она в случае успеха должна была пойти дальше, подняв знамя восстания против империализмае

Вот почему Россия должна была стать узловым пунктом противоречий империализма не только в том смысле, что противоречия эти легче всего вскрывались именно в России в виду особо безобразного и особо нестерпимого их характера, и не только потому, что Россия была важнейшей опорой западного империализма, соединяющей финансовый капитал Запада с колониями Востока, но и потому, что только в России существовала реальная сила, могущая разрешить противоречия империализма революционным путем.

Но из этого следует, что революция в России не могла не стать пролетарской, что она не могла не принять в первые ясе дни своего развитиямеждународный характер, что она не могла, таким образом, не потрясти самые основы мирового империализма». (Сталин, «Вопросы ленинизма», изд. 10, стр. 4—6. или повтори. издание настоящего Энц. Словаря, XXVII, 32/34).

Эту роль Р. в грядущей социалистической революции отчасти предвидели уже Маркс и Энгельс в последние годы жизни Маркса, когда революционное движение в Р. стало серьезным фактором. В предисловии к русскому изданию «Манифеста коммунистической партии» в 1882 г. Марке высказывал предположение, что революция в Р. послужит началом обще-европейской пролетарской революции. Несколько позже Энгельс говорил русскому революционеру Герману Лопатину: «Все зависит теперь от того, что будет сделано в ближайшем будущем в Петербурге, на который устремлены ныне глаза всех мыслящих, дальновидных и проницательных людей целой Европы. Россия — это франция нынешнего века. Ей законно и правомерно принадлежит революционная инициатива нового социального переустройства Гибель царизма, уничтожив последний оплот монархизма в Европе вызовет во всех странах могучий толчок в сторону внутреннего переустройства»

(«Летописи марксизма», Л5 7—8, стр. 55). Бурное развитие капитализма в Р. и вызванный им рост пролетариата и рабочего движения поставил на очередь вопрос именно о пролетарской революции в Р. Уже в 1894 г. Ленин писал: « .. Русский рабочий, поднявшись во главе всех демократических элементов, свалит абсолютизм и поведет русский пролет,сери am (рядом с пролетариатом всех стран) прямой дорогой открытой политической борьбы к победоносной коммунистической революции» (Соч., т. I, стр. 200, курсив Лепина).

Задачу перерастания буржуазнодемократической революции в Р. в революцию социалистическую Ленин поставил перед пролетариатом уже перед революцией 1905 г. Позднее он эту задачу формулировал в следующих классически четких выражениях: «Пролетариат борется и будет беззаветно бороться за завоевание власти, за республику, за конфискацию земель за участие «непро< летарских народных масс» в освобождении буржуазной России от военно -феодального «империализма» (царизма). И этим освобождением буржуазной России от царизма, от земельной власти помещиков пролетариат воспользуется немедленно не для помощи зажиточным крестьянам в их борьбе с сельским рабочим, а для совершения социалистической революции в союзе с пролетариями Езропы» (Ленин, «О двух линиях революции», Соч., т. XVIII, стр. 318),

Что касается причин, вызвавших победу Великой октябрьской пролетарской революции, то они исчерпывающе сформулированы в статье тов. Сталина «октябрьская революция и тактика русских коммунистов».

«Три обстоятельства внешнего порядка определили ту сравнительную легкость, с какой удалось пролетарской революции в России разбить цепи империализма и свергнуть, таким образом, власть буржуазии.

Во-первых, то обстоятельство, что октябрьская революция началась в период отчаянной борьбы двух основных империалистических групп, англо-французской и австро-германской, когда эти группы, будучи заняты смертельной борьбой между собой, не имели ни времени, ни средств уделить серьезное внимание борьбе с октябрьской революцией. Эго обстоятельство имело громадное значение для октябрьской революции, ибо оно дало ей возможность использовать жестокие столкновения внутриимпериализма для укрепления и организации своих сил.

Во-вторых, то обстоятельство, что октябрьская революция началась в ходе империалистической войны, когда измученные войной и жаждавшие мира трудящиеся массы самой логикой вещей были подведены к пролетарской революции, как единственному выходу из войны. Это обстоятельство имело серьезнейшее значение для октябрьской революции, ибо оно дало ей в руки мощное орудие мира, облегчило ей возможность соединения советского переворота с окончанием ненавистной войны и создало ей, ввиду этого, массовое сочувствие как на Западе, среди рабочих, так и на Востоке, среди угнетенных народов.

В-третьих, наличие мощного движения в Европе и факт назревания революционного кризиса на Западе и Востоке, созданного продолжительной империалистической войной. Это обстоятельство имело для революции в России неоценимое значение, ибо оно обеспечило ей верных союзников вне России в ее борьбе е мировым империализмом.

Но, кроме обстоятельств внешнего порядка, октябрьская революция имела еще целый ряд внутренних благоприятных условий, облегчивших ей победу.

Главными из этих условий нужно считать следующие.

Во-первых, октябрьская революция имела за собой активнейшую поддержку громадного большинства рабочего класса России.

Во-вторых, она имела несомненную поддержку крестьянской бедноты и большинства солдат, жаждавших мира и земли.

В-третьих, она имела во главе, в качестве руководящей силы, такую испытанную партию, как партия большевиков, сильную не только своим опытом и годами выработанной дисциплиной, но и огромными связями с трудящимися массами.

В-четвертых, октябрьская революция имела перед собой таких сравнительно легко преодолимых врагов, как более или менее слабую русскую буржуазию, окончательно деморализованный крестьянскими «бунтами» класс помещиков и совершенно обанкротившиеся в ходе войны соглашательские партии (партии меньшевиков и эс-эров).

В-пятых, она имела в своем распоряжении огромные пространства молодого государства, где она могла свободно маневрировать, отступать, когда этого требовала обстановка, передохнуть, собраться с силами и прочие.

В-шестых, октябрьская революция могла рассчитывать в своей борьбе с контр-революцией на наличие достаточного количества продовольственных, топливных и сырьевых рессурсов внутри страны.

Сочетание этих внешних и внутренних обстоятельств создало ту своеобразную обстановку, которая определила сравнительную легкость победы октябрьской революции» (И. Сталии, «Вопросы ленинизма», 10 изд., стр. 75—76). Б. Горев.