> Военный энциклопедический словарь, страница 76 > Рыцарь

Рыцарь

Рыцарь (Killer, chevalier). Обыкновение — служить верхом — со времен Хлодовика, а в особенности со времен Карла Великого, более и более распространялось в воинственном дворянстве Германских и Германо-Латинских народов. Поводом к тому было, вероятно, как желание дворян отличиться от массы простых воинов и быть принятыми в дружину конных сподвижников короля, так и необходимость иметь многочисленную конницу в войнах с Аравитянами, Венгерцами и другими народами, которые действовали преимущественно на конях. Мало по малу звание всадника (eques, chevalier, Ililter) сделалось некоторым родом достоинства, исключительно принадлежавшим дворянству.

Совместная слузкба этих благородных всадников, воспоминания об узах, соединявших некогда воинов одного гелей та, о чистоте нравов и о добродетелях древних Германцев, помраченных развратом их потомства, породили в пламенных сердцах некоторых юных всадников мысль о составлении особого товарищества, или Ордена, основными правилами которого долженствовали быть как исполнение обязанностей воина к своему начальнику и товарищам, так и наблюдение богобоязненности, мужества, чувства чести и уважения к женскому полу.

Должно полагать, что товарищество рыцарей получило свое начало в последние годы царствования Карла Великаго; что в смутные времена, начавшиеся после его смерти, оно распространилось по всей западной, а с некоторыми изменениями и по северовосточной Европе; самой же высшей степени своей славы, блеска наружных Форм и романтической вежливости оно достигло во время Крестовых походов, преимущественно во франции и Аравийской Испании. Вскоре все благородные и знатные люди, даже короли и императоры, стали искать рыцарского достоинства, как величайшей награды за честь и, мужество. Дворяне, не получавшие достоинства рыцаря, лишены были всякого уважения и почитались недорослями (Junker). Благочестие, верность и неустрашимость, незкная преданность к прекрасному нолу и защита слабости и невинности стали отличительными качествами рыцарей, побуждавшими .их к удивительным подвигам геройства и добродетели. Но на земле нет ничего совершенного и постоянного. Это испытали и рыцари. Посреди их являлись нередко и такие, которые помрачали

Том хь чистый блеск рыцарства пороками и некоторыми, также коренными, но вредными качествами древних Германцев: невоздержностью, сварливостью и сребролюбием. Упадок нравственности и религии увеличили зло, и мало по малу большая асть рыцарей, забыв обеты, данные при вступлении в это звание, из поборников порядка и защитников слабости, сделались злейшими их притеснителями. В то же время романтические понятия о любви и преданности дамам и страсть к воинским приключениям подали повод к странному, нередко смешному явлению, так называемых, странствующих и нищенствующих рыцарей (fahrende, bet-telende Ui.ter, chevaliers erranls). Первые, в угождение прихотям своих дам, или для распространения славы их красоты и добродетели, разъезжали по белому свету, сражаясь со всяким, кто не согласится с их мнением; другие, кроме славы и воинских подвигов, искали пропитания, посещая замки, монастыри и гостинницы, и живя на счет хозяев, пока было возможно.

Для получения рыцарского достоинства, требовались, кроме достизкения 21 года возраста и происхождения от так называемого гербового дворянина, с тремя благородными предками (Rii-lerbiirlig. и Waffengenoss, chevalier de nom el d’armes), доказательство, что посвящаемый в рыцари (aspirant) обучался военному ремеслу, служа с отрочества пазкем (Bube, Junker, valet, damoiseau), ас 14 лет орузксносцем (Knappe, Edelkneeht, ecuyer) у какого либо владетельного князя, или у известного воинскими подвигами и опытностью рыцаря, отличался нравственностью, умел искусно управлять конем и владеть ем.

Молитвы, наблюдение строгого поста, приобщение святых тайн и ночное бдение в церкви, или на передовой страже ( Waffennacht, Иа всииие d’armes) и другия испытания иредшествова-ли принятью в рыцарское достоинство, которое, в мирное время, обыкновенно совершалось при королевских или княжеских дворах, а во время войны, на поле сражения, и состояло в троекратном ударении обнаженным мечем но плечам посвящаемого в рыцари (во имя Пресвятия Троицы, св. Михаила и св. Георгия) рукою знатнейшого или храбрейшого из присутствовавших рыцарей.

По совершении этого обряда, новый рыцарь, получив братское целование (accolade, Bruderkuss), давал присягу быть во всегдашней готовности защищать своего государя и отечество, вдов и сирот, невинность и несчастие; жертвовать жизнию и имением для обороны и распространения Христианской религии; исполнять все законы добродетели и вежливости к прекрасному полу. Старые рыцари надевали на него латы, опоясывали его мечем и прикрепляли золотия шпоры—отличительный знак рыцарского достоинства. Торжество кончалось ристанием, в котором участвовал и новый рыцарь. В виду неприятеля, назначалось ему самое опасное место.

Военные игры. По свидетельству Тацита, военные игры были уже в употреблении у древнейших Германцев, и производились в особенности во время народных собрании и больших общественных пиршеств. Примечай тельнейшия из этих игр состояли в беге и прыганье молодых воинов посреди екопанных в землю обнаженных мечей и к, в доказательство своей ловкости и презрения к смерти. Отличившиеся в такой опасной забаве награждаемы были похвалою всех присутствовавших и подарками, подучаемыми из рук старшин. По мере успехов образованности между Германцами и знакомства их с Римлянами, эти игры приняли более правильный и воинственный вид. Так например, Феодорик, король Остготов, желая по покорении Рима искоренить безчеловечные травли зверей и битвы гладиаторов, приказал производить в цирке ристания, весьма похожия на турниры Феодальных времен. Но обыкновенно полагают, что начало этих последних было одновременно с происхождением рыцарства, и что Генрих-Птицелов, первый ввел всенародные ристания при своем короновании в Германские короли (в 919 году по Р. X.).

Главнейшей целью воинских игр поставлялось наибольшее усовершенствование рыцарей в искусстве владеть ем и возвышение в них воинственного духа, чувства чести и уважения к дамам. Они состояли в конных ристаниях или турнирах (Turniere, tournois), в которых рыцари старались сбросить друг друга с лошади ударом копья; в битвах мечем на лошади или пешком (Sehwerdtkampfe, combats); в метании к и стрел (joules, Lanzen-Pfeilwer-fen); в примерных битвах целых отрядов (combats а foule, Bucburdinen); в атаке и обороне нарочно для этого устроиваемых деревянных замков (caslilles, pas d’armes), и других. К играм допускались только рыцари, принадлежавшие к чистому дворянству (Turnierfaliiger Adel), непомрачившие его преступлениями и порочною жизнию. Особые судьи (Kampfrichter, juges), избранные из среды старых, достопочтеннейших рыцарей, герольды (Walfen-Gerolde, herauts darmes) и слуги (Kampf-Crieswartel, servants) наблюдали за сохранением порядка и благочиния; знатнейшия или прекраснейшия из присутствовавших дам (.Reines de la beaute, то eсть царицы красоты) раздавали награды и увенчевали счастливого победителя. Обыкновенно ристания происходили с большим великолепием, при дворцх княжеских, на просторных городских площадях или на полях вне стен города; пространства, назначенные для ристания, были окружаемы перилами и трибунами для зрителей; в заключение давались пышные балы и пиршества. По общепринятому правилу, е на турнирах и других играх долженствовало быть незаостренное (armes courtoises, epees rabatues, lances lelles, qua tournois appartient). Но это правило не всегда было соблюдаемо и нередко игры превращались в кровопролитнейшия сечи; так например на турнирах в Нуйсе, в Нижней Лотарингии (1240), погибло до 80 рыцарей и оруженосцев.

Вооружение рыцарей. Весьма естественно, что люди, проводившие большую часть своей жизни в битвах и на ристаниях, старались, по возможности, предохранить себя от действия неприятельского я, и начали носить латы, столь крепкия, чтобы могли выдерживать удары мечей и пик; весьма естественно также, что полнота и прочность этих лат возрастали с усовершенствованием нанадательного я, и обратно. Наконец, все тело рыцарей так плотно и, можно сказать, герметически было покрыто железом, что, по уверению современных писателей, нельзя было нанести им раны, не разбив предварительно латы секирами или молотами, и что, от тяжести лат, рыцари нередко задыхались вовремя зноя, или продолжительной битвы; как вооруженный с ног до головы рыцарь мог сражаться только верхом и с потерей лошади лишался почти возможности двигаться, то необходимо было также — покрывать латами лошадей, назначаемых для битвы и для ристания (les grands chevaux,Strcil-rosse). Полное оборонительное е рыцарей (brnnie, Harnisch) состояло: а) в булатном или железпом шлеме (Helm, beanlme, armel, salade), прикрывавшем всю голову и шею, а посредством подвижного забрала (visiere, Wi-sier) и лицо рыцаря. Шлемы эти, вызолоченные и посеребренные, украшались также, смотря по достоинству или прихоти рыцаря, короною, перьями, ор-лпными крыльями, рогами или другими эмблемами; Ь) в грудных и затыль-ных латах (haubert, cuirasse, Kiiriz, Panzer) или кольчугах (cotte de maille, Panzerbemd), обнимавших все туловище; с) в плечных, ручных и ножных прикрытиях (epaulifcres, brassards, cuirassets, Schuiter-Arm-Bein-Schienen; d) в обитых жестью перчатках (gante-lets, Blechhandschuhe), и в щите bou-сииег, ecu, rondache, Schild, TartscheJ различной Формы, с гербом или девизом рыцаря. Под латами они носили плотно прилегавшее к телу и ватиро-ванное платье (gobessou, Panzer-Wams), для уменьшения силы получаемых ударов; а над латами род полукафтана (cotte d’armes, Wailenrock), который иногда был богато вышит, или опушен, и подпоясывался широким поясом. Через плечо обыкновенно вешали шарф, означавший в военное время цветом своим народ или войско, которому рыцарь принадлежал, а во время мира избранную рыцарем даму.

Нападательным ем служили: 1) мечи обоюду-острые, которыми удобно было колоть и рубить (epee, espa-don, Schwerdt, Degen). Обыкновенно мечи имели в длину четыре Фута, в ширину у еФеса три, а у остроконечия полтора дюйма; еФес был крестообразный; в головке вырезывался герб, употреблявшийся рыцарем вместо печати. Иногда мечи были еще длиннее и шире, и тогда действовали ими держа их обеими руками (glaive, Schlachl-scliwerdt); 2) длинные и тяжелия копья (lance, baton, Lanze, Spiess), под остро-конечием которых прикреплен был значек, означавший видом своим степень достоинства, или класс рыцаря (pennon, Fahnchen) и 3) большой кинжал (dague, glaive de merei, de mise-ricorde, Dolcb), которым лишали жизни пораженного врага. Сверх того употреблялись в схватке и для разбития лат противника: секиры (haches d’armes, bisaques, Slreitarte), молоты (mar-leaux d’armes, Streilhamer), келени или. так называемыя, утренния звезды (Morgensterne), булатные шары с множеством остроконечий, прикрепленные цепью к рукоятке, и палицы (massues, Kolben), которые иногда имели до пуда весу. Не трудно себе представить, что, для действия подобным орудием, нужны были люди с необыкновенными мышцами; но мы знаем, что народы, обитавшие в Германии, а в особенности тамошнее дворянство, занимавшееся с отрочества до глубокой старости войною и военно-гимнастическими упражнениями, были одарены весьма крепким телосложением. Это обстоятельство, удивительная прочность оборонительного я и действительность нападательного, достаточно объясняют также превосходство рыцарской конницы перед всеми другими родами тогдашних войск, и то удобство, с которым одинокие рыцари, или небольшие их отряды, могли поражать целия толпы неприятельской пехоты.

О разделении рыцарей на классы, об оруженосидх и конных слугах. Рыцари разделялись на два класса: высший и низший (haul etbas chevaliers, Herrn und Ritter), хотя неизвестно, в чем именно состояло различие между ними.

Оруженосцами (Edelknechtr, ecuyers см. это) были молодые дворяне, которые с 14 до 21-летнего возраста обучались военному ремеслу, под руководством опытных рыцарей, и исправляли должность их благородных слуг.

Конные слуги (R-eisige Kneclite, saleli-les. servans) набирались то из наемников, то из подвластников рыцаря. Они были вооружены, для обороны шишаком; а для нападения мечем, дротиком или луком, почему именовались также конными стрельцами (Rei-tende Schiilzen, archers a cheval), а иногда, по свойству употребляемых ими небольших и легких лошадей—легкоконными (crenequins, Leichte odcr Ringer то eсть geringere Pferde). От рыцарей и оруженосцев, как лучшей части чеог дальных войск, зависела обыкновенно участь сражепия и войны; даяе сила тогдашних армий определялась не числом отрядов или ратников, а числом пик или мечей, главного я рыцарей. Так например говорилось, что такой-то государь выступил в поле с 3000 к и мечей, или гле-вовь. Б. Л. 11. 3.

РЕЧИ ВОЕННЫЯ говорятся военачальниками войскам при торжественных случаях, и особенно перед сражением. Особых правил для них определить нельзя: все зависит от лица говорящого. Если подчиненные любят своего начальника и имеют доверие к его военпым способностям, то двух, трех слов любимого воясдя достаточно для возбуяиДения мужества; например в русских войсках слова: ребята, впередъ! не раз действовали сильнее всякого красноречия.

Красноречие военное имеет свои особенные условия, из которых главные суть: простота, краткость и сила.

О чем нуявно говорить в военных речах, зависит от лица воя{дя, от духа войск и от обстоятельств; например Святослав, перед решительной битвой у Доростола, убеждал свою дружину умирать: Не посрамим земли Русской; ляя;ем костьми; мертвии бо срама не имут. Новгородцев больше всего возбулгдали слова вождей: за святую Софию и господина Великого Новгорода! Суворов, как известно, особенно умел возвышать дух солдат несколькими словами; например объявив, что на третий день назначен штурм Измаила, он только сказал. Сегодня молиться, завтра учиться, послезавтра—победа или смерть! Кутузов, очень хорошо понимавший русского солдата, перед Бородинским сражением, говорят, сказал такую речь, которая не может быть передана на бумаге; но, по доверенности-к нему армии, она произвела, желанное действие. Наполеон почти перед каяс-дым сраясением говорил речи; оне воодушевляли французов; но еслиб сказаны были войскам русским, то не имели бы ни малейшого успеха; например слова Наполеона при египетских пирамидах, что с вершин их на воинов смотрят сорок веков. Перед одним сражением Наполеон указал на солнце, и сказал, что это солнце Аустерлица; и недалекий человек мог понять, что это также то самое солнце, при котором французы были разбиты при Нови, Требии и Сен-Жан-д’Акре; но как говорил Наполеон, Которого французы боготворили, то указание на солнце Аустерлица приятно отозвалось в самолюбии французов. Таким образом военные речи, собственно как речи, могут быть плохи; но, по нравственному значению возкдя и по доверию к нему войска, будут, не смотря на то, весьма убедительны.

Накануне сражений, или за несколько дней прежде, нередко отдаются приказы войскам. Это почти то же, что речи военныя; но как и начальник имеет время написать их, и подчиненный прочитать, то- оне допускают более обширный объём, и в них помещается все, что начальник считает нужным для возбуждения мужества и для напрязкения усилий к одерзканию победы. В этом отношении приказы Суворова и князя Варшавского графа Паскевича-Эриванского навсегда останутся образцами. И. II. Б.

РЮЙТЕРb, Михаил Адриан, голландский адмирал, сын матроса, родился 1607 года в Флиссингене, 11-ти лет слузкил матросом на корабле и блистательными качествами своими возвысился до степени первого адмирала, каким он и доныне экивет в памяти Голландцев. 1635 года Рюйтер узке был капитаном корабля и участвовал в нескольких походах в Западной Индии. 1641 года командовал он, в чине контр-адмирала, флотом, отправленным изъГолландии въпомощь Португалии против Испании, которую принудил отказаться от своего намерения. Потом Рюйтер сражался против Варварийских морских разков и разбил при Сале пять ал зкирских кораблей. 1652 года, в начале войны с Англиею, он, 16 августа, победил адмирала Жорзка Эскю и спас вверенный ему конвой из 50 кораблей. 1653 года командовал, под главным начальством Тромпа, в сразкениях,. кончившихся с честью для Голландцев; особенно отличился он 29 ноября при Гудвинсе. 1655г. Рюйтер снова крейсеровал с эскадрою на Средиземном море, разрушил много разчьих кораблей; 1659 года успешна исполнил поручение — помочь Датчанам против Шведов, которых он победил два раза, и в награду за то получил от Датского короля дворянство и пенсию. 1664 г. Рюйтер произведен был в вице-адмиралы, вторично атаковал, вместе с английским флотом, морских разков, и когда Англичане, посреди мира, захватили голландские владения на берегах Африки, то он не только отнял их обратно, но и взял некоторые английские колонии.Несколько поззке, Рюйтер причинил Англичанам великий вред в Америке. В Феврале 1665 года он принял главную команду над флотом, отправленным против английского, бывшего под начальством принца Ру-прехта. Первия два сразкения были нерешительны; но Рюйтер музкественно продолзкал (1666 г.) действия свои, и разрушив все планы неприятеля, разбил его три раза в Канале,. Слузкивший под ним Тромп, сын известного адмирала, был причиною, что Рюйтер, в августе того зке года, претерпел но-разкение. Тромп лишился места и Рюйтер снова был в состоянии сопротивляться сильному неприятелю. Славнейший для него год был 1667-й. Ме-зкду тем как в Бреде шли мирные переговоры, Рюйтер явился, 16 июня, при устье Темзы и Медваи, прорвал цепь, прегразкдавшую вход в эти реки, овладел гаванью Жернес и разрушил находившиеся в ней корабли. Потом поплыл он в Темзу, истребил множество судов и распространил страх до самого Лондона. В следствие этого блистательного подвига,-Англичане принуждены были заключить выгодный для Голландцев мир. В апреле 1671 года снова запылала война против союзных Англичан и французов. Рюйтер, пожалованный в адмиралы, командовал 70 кораблями; под ним служил опять Тромп, с которым он помирился. Неприятельский флот, под герцогами Иоркским и д’Этре, состоял из 83 парусов. Рюйтер, 6 июня, застал их в-расплох в невыгодной позиции у английских берегов. Обе стороны сражались с одинаковым мужеством, но выгода осталась на стороне Голландцев, которые надолгое время обезопасили свои берега. 1673 года Рюйтер дал герцогу д’Этре ряд сражений, в которых пожал много славы. 1674 года он предпринял, впрочем неудачную экспедицию в Мартинику. Рюйтер во все время войны поддержал честь голландского флага, так что Голландия, не смотря на неудачи на суше, ничего не потеряла по Ииимвегенскому миру. 1676 года республика отправила его в Средиземное море на помощь Испанцам. Здесь нашел он достойного себе противника в знаменитом французском адмирале Дюкене, который перед Мессиною командовал превосходящим силою флотом. Не смотря на то, Рюйтер атаковал его, 29 апреля 1676 г, в заливе Катанеи, 3 часа от Агосты. Бой был жестокий. Пренебрегши раною в левой ноге и совершенным раздроблением правой, Рюйтер продолжал командовать, пока корабль его уже не в состоянии был продолжать сражение. Прикрытый мраком ночи, Рюйтер отступил к Сиракузам, где вскоре посл е того умер от ран. Король Испанский пожаловал ему, хотя уже но смерти, герцогский титул, которого дети его однако це приняли.

Генеральные штаты почтили его память сооружением великолепного памятника; сам Людовик XIV оплакивал смерть храброго своего неприятеля. Рюйтер, по свидетельству его современников, соединял с геройством величайшую скромность и безкорыстие. (Milil. Couvers. Lex.).