История Настольный словарь
Главная страница > Энциклопедический словарь Гранат, страница > С общественно-хозяйственной точки зрения

С общественно-хозяйственной точки зрения

С общественно-хозяйственной точки зрения, однако, важно не только достижение возможно более высокой производительности единицы площади, но также достижение и более высокой производительности труда. И здесь предъ нами возникает вопрос о том, въ каком соотношении находятся производительность сельскохозяйственного труда и сменяющия друг друга организационно-производственные формы С. х. Среди агрономов и экономистовъ (и особенно среди последних) широким распространением пользуется тот взгляд, что производительность земли и производительность сельскохоз. труда враждебны друг другу, то-есть: повышение производительности земли сопровождается понижениемъ производительности сельскохоз. труда. Как объясняют экономисты классической школы, это происходит потому, что увеличение затрат труда и средств производства, предпринимаемое с целью увеличить производительность земли, не сопровождается соответствующим увеличением урожая; каждая новая затрата (равная предшествующим) дает все менее и менее значительное увеличение продукции (закон убывающого плодородия). Теория эта имеет точки опоры какъ в априорных соображениях, так и в некоторых эмпирических данных. Некоторые из ея сторонников придают особенное значение тому обстоятельству, что с увеличением интенсивности сельскохозяйств. производства все меньше становится участие в процессе производства даровыхъ сил природы и все более возрастает участие труда и капитала. Другие же опираются преимущественно на эмпирически установленные факты ослабевающого влияния на урожай полевых культур различного рода удобрений по мере увеличения их количества. Не мало способствует укреплению нашей веры в непреложность этой теории наша уверенность в том, что, по- мере приближения к пределу производительности земли, увеличение этой производительности должно достигаться со все большим и большимъ трудом. Однако теория эта не во всехъ своих основаниях и не во всех своих выводах может быть признана правильной. Прежде всего приходится отметить, что повышение интенсивности хозяйства нельзя приравнивать къ умалению участия даровых сил природы в процессе производства. Правда, сравнительно с затратами труда и капитала роль их сокращается, нов то же время каждый переход к более интенсивной системе обозначает все более и более полное использование естественных факторов вегетации и всех вообще природных рес-сурсов, и самое увеличение затратъ труда и средств производства имеетъ своей целью очень часто не заменить силы природы трудом и капиталом, а напротив — форсировать естественные процессы и усилить их действие; интенсивирование обработки богатыхъ почв (то есть почв, обладающих большим запасом питательных веществ, но в форме малоусвояемой или вовсе не усвояемой растением) сопровождается обычно все большимъ и большим увеличением их производительности; почвы эти, будучи при экстенсивной обработке весьма малопроизводительными, послеинтенсивной их обработки становятся гораздо более подвижными и деятельными и быстро образуют большой запас легкоусвояемых растениями питательных веществ. С другой стороны, не следует забывать, что увеличение интенсивности хозяйства не есть просто голое увеличение затрат труда и капитала на единицу площади; в большинстве случаев это увеличение затрат вызывается введением новыхъ технических приемов в механической обработке почвы, в ея удобрении и так далее, преследующих более рациональное использование как природных рессурсов, так и наших затрат; так, например, путем мелиораций мы можем весьма значительно и надолго увеличить производительность земель, обладающих от природы незначительной производительностью.

Что касается предела производительности земли, то практически считаться с ним нам в настоящее время не приходится. При современном состоянии агрономической науки и техники почва перестала быть въ наших глазах самостоятельным и неизменным данным в организации производства; мы рассматриваем ее как среду, которая может быть въ довольно широких пределах приспособляема к нашим заданиям въ области земледельческой культуры; вопрос заключается не в возможно

Сти сделать почву более плодородной, а в способности растения использовать ея плодородие, то-есть в производительной способности самого растения. Многочисленные опыты и практика применения удобрений, повидимому, заставляют признать как правило, что способность растения использовать питательные вещества почвы отстаетъ от увеличения количества последних. Однако и этому выводу может быть противопоставлено указание на то, что производительная способность растения не есть что-то неизменное и может быть значительно повышаема путем улучшения породы. Метод отбора (смотрите селекция), который нашел себе уже широкое применение в деле улучшения пород культурных растений и животных, оказывается могущественным средством для поднятия их производительности. Таким образом тот естественный предел, на который наталкивается наше воздействие и который умаляет эффект последняго, может быть постепенно отодвигаем, и поле нашего воздействия (посредством ли удобрения, механической обработки или каким-либо иным способом) может быть расширяемо.

Из сказанного не следует, что мы должны совершенно игнорировать наличность в сельскохозяйственномъ производстве таких тенденций, которые умаляют действие возрастающих затрат труда и средств производства и потому не могут не влиять на решение многих организационно-производственных вопросов. Однако, не следует значения этихъ тенденций преувеличивать и возводить их, как это делают некоторые экономисты, в основной закон сельско-хозяйств. производства. Особенно намъ кажутся неправыми те, кто распространяют этот „законъ“ на процессъ развития С. х. во времени. Кроме всех предыдущих возражений, против такого его распространения необходимо было бы выдвинуть еще напоминание о том, что существуетъ технический прогресс в С. х., который дает возможность достигать того же, а иногда и большого, чемъ прежде, технического эффекта с мень-

шими затратами труда и средств производства (улучшение машин и орудий). Другими словами, это значит, что техническая и экономическая мерка уровня интенсивности не совпадают, если мы сравниваем разные системы хозяйства в разные моменты времени. А потому, как бы это ни казалось парадоксальным, увеличение интенсивности сельского хозяйства во времени может быть более значительным, чем увеличение затрат труда и капитала, а достигаемое таким путем увеличение продукции можетъ быть и пропорциональным увеличению затрат (или даже более), несмотря на наличность тенденций, подчеркиваемых „законом убывающого плодородия“.

История С. х. Возникновение искус-стваразведения и воспитания полезных животных и растений принадлежитъ доисторическому прошлому. Существуют несомненные археологические доказательства, что уже человек неолитической эпохи каменного века имел прирученных животных, возделывал некоторые растения и изъ тесанного камня приготовлял первобытные земледелья, орудия. История не сохранила для нас никаких преданий о том, как были сделаны эти изобретения: человек дошел до них, несомненно, не в одном месте и не в одно время. Первыми прирученными животными, помимо собаки, не приобретшей самостоятельного значения въ земледельческом хозяйстве, были, повидимому, коза, овца и свинья. Древние египтяне приблиз. за 4.000 лет до Р. X. приручили козерога, родоначальника домашней козы, и три породы антилоп, впоследствии исчезнувшия изъ числа культурных животных. Кочевники, вторгнувшиеся в Египет за

2.000 л. до Р. X., привели с собою свинью и лошадь, и около середины 2-го тысячелетия на памятниках появляются изображения этих животных. Разведением козы и свиньи занимались и пелазги, и древние италики. Разведение крупного рогатого скота развилось здесь несколько позднее и получило тем большее значение, что рогатый скот служил потребностям человека не только молоком,

мясом и прочими продуктами, но и своей рабочей силой, тогда как лошадь долгое время служила лишь для военных целей. К столь же древним временам; как разведете животных, относится и культура многих растений. В тропических странах она началась, повидимому, с маиса, сахарного сорго и риса; жители умеренного пояса, в том числе и народы, расселившиеся по берегам Средиземного моря, не знали этих растений; у них развилось возделывание ячменя, пшеницы и полбы, родиной которых были азиатские степи. Обитатели этих степей, двинувшиеся оттуда на юг и зап., в Вавилонскую низменность, принесли с собою туда и ячмень; ячмень же принесли с собой египтяне в долину Нила и греки на Балканский полуостров. Самым ранним культурным растением в более северных областях Европы было просо; его возделывали предки иберийцев, кельты, сарматы и панионцы. Зерна проса были найдены и в свайных постройках наряду с зернами ячменя, пшеницы, тогда как ржи и овса найдено не было. Позднее началась культура ржи в Европе, занесенная сюда, вероятно, славянами и германцами из стран восточной Европы или передней Азии. Культура овса возникла, повидимому, в Европе, особенно в бедных странах севера. Каким образом создалась земледельческая культура, какие подготовительные стадии она проходила, не можетъ быть выяснено с достоверностью, и только изучение быта современныхъ кочевых и полу оседлых народов, занимающих самия разнообразныя ступени культуры, может дать намъ приблизительное представление о техъ стадиях, которые первобытный человек проходил на пути от кочевого к типичному оседло-земледельческому быту. Наиболее культурные народы древности прошли эти стадии въ доисторические времена, и история застает их земледелие на довольно высокой ступени развития. Вавилонская низменность и долина Нила являются здесь самыми ранними очагами земледельческой культуры. Грандиозные оросительные системы свидетельствуюто массе труда, который население этих стран посвящало земледелию. В одну из самых ранних известных намъ форм первобытного плуга (по устройству своему стоявшого, собственно, ближе всего к сохе) египтяне внесли значительные усовершенствования; они увеличили устойчивость ле-меха, протянув от его основания до острия веревку, и облегчили управление плугом, приделав к нему длинную рукоятку. При производстве посева за таким плугом шел рабочий с киркой, разрыхлявший глыбы земли и бросавший в нее семена. Главными хлебными растениями и у египтян, и у ассирийцев были пшеница и ячмень; и та, и другая страна пользовались славой наиболее плодородных стран древности. Кроме пшеницы и ячменя, египтяне возделывали лен, виноград, бобы, чечевицу, люпины, маслину, лук и мн. др. Некоторыя религиозные представления египтянъ дают возможность предполагать, что и и были даже подмечены свойства сидерации и зеленого удобрения.

У индо-германских племен, переселившихся из Азии на Балканский полуостров, возделывание растений играло лишь второстепенную роль не только в момент переселения, но и долгое время спустя.Главное богатство их составляли стада рогатого скота, коз и овец, а позднее и-свиней (была ли приручена и лошадь — неизвестно). Постепенно, на ряду с оседанием населения, полеводство принимает все более обширные размеры, но еще и в Гомеровскую эпоху основой греческ. хозяйства является скотоводство: мясо — любимая пища греков; неприятельские нападения имеют целью прежде всего похищение скота; вол и овца служат единицами ценности. Среди растительных пищевых продуктов преобладает ячменный хлеб; вино составляет уже обычный напиток; в развалинах одного доисторического поселения на Фере найденъ пресс для выжимки оливок. К VI в до Р. X. скотоводство, носившее, какъ и прежде, пастбищный характер, было уже оттеснено на второй план. Полевое хозяйство сильно расширилось и стало значительно интенсивнее. В

областях, прилегающих к Эгейскому морю, уже в VII в обрабатывалась вся годная для земледелия почва; болотистия долины осушались водоотводными каналами; частия засухи, с другой стороны, вызвали искусственное орошение, и уже Солоновф законодательство обратило внимание на его урегулирование. В полевом хозяйстве господствующей системой было двух-полъе; каждая половина поля черезъ год отдыхала, в этот промежутокъ времени ее удобряли навозом, три раза вспахивали и осенью засевали. Тем не менее, благодаря густоте населения, земледельческая продукция была настолько недостаточна, что Солон запретил вывоз из Аттики всех земледельческих продуктов, за исключением оливок. Однако, несмотря на высокое напряжение производительных сил в С. х., техника полеводства находилась, повидимому, все еще на довольно низкой ступени развития; землю обрабатывали плугом, не имевшим еще железного сошника, запряженным волами, реже мулами; глыбы земли измельчали особым топором; жали кривым серпом. Возделывали, гл. обр., ячмень, полбу, на лучшей почве (гл. обр., в Беотии)— пшеницу. Развивается разведение оливковых деревьев, поощряемое законодательством некот. государств, особ. Афин. Крупный переворот въ греческом С. х. наступил в эпоху, следовавшую за окончанием персидских войн (449 г. до Р. X.). Экономический расцвет Греции, выразившийся в сильном развитии обрабатывающей промышленности и сопровождавшийся быстрым ростом городов, вызвал усиленный подвозъ хлеба из колоний. Стремясь к понижению цен на хлеб, города всячески поощряли его ввоз извне. Прибыльность зернового нолеводства все более падала; лучший же доход приносила культура винограда и оливок; вино и оливковое масло служили предметом значительного вывоза. Поэтому с течением времени поля все более я более превращались в виноградники и оливковые сады, а культура хлебных растений отходила на задний план. На ряду с этим и техника полеводства развивалась весьма слабо; продолжало господствовать двухполье. Это экстенсивное развитие земледелия привело к тому, что к IT в до Р. X. все пригодные для обработки земельные угодья на греческом полуострове и на островах Эгейского моря были обращены в пашню, и, чтобы увеличить сельскохоз. продукцию, необходимо было увеличить интенсивность земледелия. В эту эпоху и Появляется трехполъная система полеводства; в паровом поле начинают вбз-делывать огородные растения, вводится культура люцерны. Однако, несмотря на этот прогресс, С. х. продолжаетъ оставаться на втором плане в хозяйственной жизни страны, значительно уступая по своему развитью обрабатывающей промышленности, что въ значительной мере объясняется сильным развитием хлебной торговли и подвозом хлеба из греческихъ колоний.- Только вблизи городов земледельческая культура достигает высокой ступени развития: распространяется возделывание овощей, корнеплодов, кормовых трав. Далее (въ III в до Р. X.) наступает периодъ римского владычества и обнаруживается перемещение центра тяжести экономической жизни на запад. Вследствие общого экономического упадка греческих областей, задерживается здесь и дальнейшее развитие С. х.

Ни в одной из культурных стран древнего мира С. х. не достигло такой высокой ступени развития, как в Италии. Обитатели полуострова, которыхъ италийцы застали при своем переселении, обладали уже довольно широко развитым полеводством. В самый ранний период римской истории С. х. составляло основу хозяйственной деятельности всех общин сабельских, латинских и этрусских, кот. занимались возделыванием полбы, стручковых растений, репы и друг. овощей. Землю они обрабатывали примитивным деревянным плугом, в который впрягали быка или корову, причем поле перед посевом вспахивалось несколько раз, но не боронилось. Для перевозки тяжестей употребляли лошадь, осла и мула. Скотоводства, как самостоятельного занятия, не

Существовало. Не получило скотоводство значительного развития и в республиканский период римской истории вплоть до пунических войн. Единственным исключением было овцеводство, относительно наиболее развитое. Полеводство же в эту эпоху достигло значительных успехов; на полях возделывались: полба, пшеница, ячмень, просо, репа, редька, чеснок, мак, для корма скота—волчьи бобы, обыкновенные бобы, горох, кормовой горох. Широко развилась культура оливок и винограда, стали вводить смокву, яблони, грушу и другия фруктовия деревья. Для улучшения качеств почвы широко пользовались оросительными и осушительными сооружениями. Однако, в способе обработки земли в эту эпоху не произошло сколько - нибудь существенныхъ изменений: земля попрежнему обрабатывалась плугом без боронования, в мелких крестьянских хозяйствахъ преобладала ручная обработка земли мотыкой. Огромный переворот в римском С. х. произошел вскоре после окончания второй пунической войны (201 г. до Р. X.). Приобретение провинций, особенно Сицилии, вызвало наплыв привозного хлеба; рынки были переполнены им, цены сильно упали, и полеводство оказалось занятием невыгодным. Вблизи большихъ городов возделывание зерновых хлебов с выгодой было заменено огородной культурой, садоводством и виноделием, но те, которые по отдаленности от больших населенных центров или по неудобству местных условий не могли предпринять такого перехода, вынуждены были обратиться к скотоводству. Мелкие землевладельцы, для которых и эта отрасль земледельческ. хозяйства была недоступна, бросали С. х. и продавали землю-, которая сосредоточивалась в руках крупных владельцев. Вследствие этого, а также вследствие огромного увеличения численности рабов (результат войн), развития торговли и роста капиталов, особенное развитие в этот период получаютъ латифундиальное землевладение и ла-тифунд.хозяйство. Однако, ростънаселе-ния больших городов, вызвавший увеличфние спроса на предметы так называемым малой культуры, вздорожание рабов, а главное, традиционная, весьма интенсивная система обработки почвы вызвали около 100 г. по Р. X. возвратъ к мелкому хозяйству, только уже не на основе мелкого частного землевладения, а посредством раздачи больших латифундий в аренду мелкими участками рабам—колонам. Эта эпоха мелкого хозяйства была вместе съ тем и эпохой наивысшого расцвета земледелия. Римляне сохранили въ основных чертах свою прежнюю систему обработки почвы, в которой господствовал ручной труд. Поле тщательно вспахивалось, засевалось вразброс, затем вновь перепахивалось бороздами, вследствие чего семена засыпались землей и располагались рядами, при этом глыбы земли разбивались киркой и граблями. Боронования они не производили и впервые познакомились с ним, повидимому, у ретийцев. Пред наступлением, зимы всходы промотыживались и пропалывались, то же повторяли и весной пред колошением посевов. Широкое развитие получила у римлян плодопеременная система полеводства; существовали хорошо разработанные правила чередования культур; в арендных договорах отмечалось, обыкновенно, условие, чтобы не производилось под ряд на одном поле двух посевов зерновых хлебов. Хлеб сеяли после люпина, вики, фасоли; на новине начинали с фасоли; посевы колосовых хлебов чередовали съ посевами кормов. трав, свеклы и со смешанными посевами гороху, бобов, ячменя. Значительное распространение получила культура люцерны. Правильное луговодство и обилие зеленых кормов давали римлянамъ возможность хоро шо кормить свой скотъ и получать от него удобрение высокого качества; к сохранению и утилизации удобрения они прилагали не мало стараний: устраивали гноевни, приготовляли компост, вместе с темъ им знакомы были и минеральное (известь, мергель, гипс), и зеленое (вика, бобы, лупины) удобрения. Въ усовершенствовании плуга римлянами были достигнуты также крупные результаты. У них он имел то устройство, которое, несмотря на последующия крупные усовершенствования, в основных чертах сохранилось и до нашего времени; он был снабженъ железным лемехом, ножом, грядиль был установлен на колеса.

В то время, как в начале христианской эры в Римской империи земледелие достигло такой высокой ступени развития, в более северных областях, в средней Европе, оно находилось в самом первобытном состоянии. Основу хозяйственного быта полукочевых, полуоседлых германцев времен Цезаря составляло скотоводство; постоянной, правильной обработки одних и тех же участков земли у них вовсе не было, что и заставило Цезаря сказать о них: „agriculturae non student11, а в другом месте—„minime omnes Germani agriculturae student“. Правда, судя по описанию Тацита, которое относится к концу 1 в по Р. X., земледелие начинает пользоваться у германцев уже большим вниманием. Первые набеги варваров разбиваются о сильно укрепленные границы Римской империи, и это заставляет ихъ перейти к более оседлому образу жизни и дает толчок развитью земледелия. Однако, мужское население продолжает быть больше занятымъ охотой и войной, а сельскохозяйственные работы возлагаются преимущественно на женщин и рабов; попреж-нему господствует неправильно переложная система полеводства, при которой, захватив и использовав участок, забрасывают его и перекочевывают на другое место. И такое состояние земледельческого хозяйства в большей части областей, занятыхъ германскими племенами, сохраняется долгое время потом. В некоторыхъ областях, бывших римскими провинциями и подвергшихся римской колонизации, а вместе с тем и наиболее сильной романизации, влияние последней сказалось и в области С. х. Римские колонисты познакомили Галлию с культурой плодовых деревьев, винограда и торгов. растений, они же дали первый толчок развитью виноградарства и виноделия в долине Рейна; благодаря их влиянию, С. х. в Британии сделало такие успехи, что в IV в эта страна развила уже значительный отпуск хлеба; на глазахъ у кельтов и германцев они стали вводить плодоиеременную систему полеводства. Безспорно, что римские же колонисты выработали и тот типъ тяжелого плуга, который распространился по Европе к северу от Альпъ и который сильно отличался от итальянского плуга. В то время как для обработки легкой итальянской почвы они применяли Легкий, бороздивший землю плуг, на тяжелых почвахъ Германии они создали тяжелый, глубоко взрыхляющий и переворачивавший землю плуг, запряженный обыкновенно 8—10 животными. Несмотря на это богатое римское наследство, земледельческая техника в средние века развивалась медленно и отличалась своей примитивностью. Средневековая Европа не восприняла ни римскихъ приемов заботливой обработки почвы, ни тщательного удобрения, ни плодосменной системы полеводства. Причины этого в начале средних веков заключались прежде всего въ том разрушении оседлой земледельческой культуры, которое было непосредственным результатом великаго переселения народов, а также и въ общем истощении производительныхъ сил вследствие постоянных войн. Набеги варваров на Римскую империю, начавшиеся в III в по-Р. X., и ихъ столкновения между собою привели къ тому, что земледельческое население многих местностей бежало, города пришли в упадок, многие цветущия области были сильно разорены, и, въ общем, к началу VII в Зап. Европа обеднела и одичала. Позднее, когда улеглись уже волны великого переселения народов, многие области Зап. Европы продолжали страдать от набегов то сарацин, то венгров, то норманов, а более всего от отсутствия прочного гражданского порядка, которое свойственно начальному периоду феодальной эпохи. Вследствие частых войн и стихийных бедствий (голодовок, эпидемий и так далее), поражавших бедное и малокультурное население того времени, рост на

Селения в средние века происходил черезвычайно медленно. По вычислениям Лампрехта, в Германии XII— XIII вв. среди, ежегод. прирост составлял 0,3—0,5°/0; Шмоллер полагает, что „о возрастании населения Германии с 1250 по 1450 г. вообще едва ли может быть речь“. В Англии отмечается ея истор. источниками прирост населения в XI—XIII вв., а затем он приостанавливается до начала XVI в.: население Англии, достигшее к концу XIV в 2/4 миллионов человек, въ начале XVI в не превышает 2В2миллионов человек Во франции население обнаруживает довольно значительный приростъ до XIV в и достигает к этому времени довольно высокой плотности, около 40 человек на кв. километр, но далее вплоть до XVI в не только приостанавливается его роет, но отмечается временами даже некоторая убыль. Равным образом и во Фландрии рост населения, довольно быстрый в XII и XIII вв., в ХГВ в приостанавливается. Благодаря слабому приросту населения, средневековое земледелие долгое время развивалось в условиях широкого земельнаго простора и потому имело экстенсивный характер. Вместе с тем отсутствие или медленное образование избыточного земледельческого населения, естественное при таких условиях, не благоприятствовало росту городов, а следовательно, и развитью рынка для продуктов сельского хозяйства. По данным, приводимым Зомбартом, в XIV в только Париж и Константинополь имели по несколько сотъ тыс. жителей, и во всей Европе насчитывалось немного более дюжины „большихъ“ городов, имевших по 40—60 тыс. жит. Таким общественно-хозяйственным условиям, конечно, не соответствовали интенсивные системы землед. хозяйства, но, кроме того, задерживающее влияние на развитие земледельческой культуры должен был во многих случаях оказывать аграрный строй средневековья—со всеми отрицательными сторонами крепостного права и запутанных земельных взаимоотношений. Долгое время—вплоть до IX—Хвв., а местами (например, в сев. франции) идо XII в.—весьма видную роль в зе- мледелии играла подсечная система; хозяйства; в VII—VIII вв. в Германии начались первия большия распашки в горных дремучих лесах, усиленно продолжавшиеся до конца IX в., и только в конце XIV в начались жалобы на недостаток лесов. Параллельно этому процессу пространственного расширения полеводства, на землях, давно обрабатываемых, развивался постепенный переход отъ переложной системы полеводства къ паровой двухпольной и трехпольной; в течение X—XIII вв. она получаетъ повсеместное распространение, между тем как переложная система сохраняется лишь на влажных низменностях и в гористых местностях: на Альпах, на средней германской возвышенности, в Фрисландии, зап. Англии и др. В XII в Англии и несколько позднее (XIII—XIV вв.) в Германии и др. странах зап. Европы вводятся и некоторые улучшения паровой системы: вторая вспашка парового поля между первой бороньбой пара и бороньбой посева и удобрение навозом. Далее, на протяжении всех средних веков и въ первия столетия нового времени до начала XIX в эта система полеводства господствует в большей части зап. Европы, не подвергаясь существенным изменениям. Направленная почти исключительно на производство зерновых хлебов и отчасти стручковых растений, при постоянно увеличивавшейся распашке всех доступных для земледельческой куль туры пространств, в ущерб остальным угодьям, особенно же лугам и пастбищам, эта система в XVIII в перестала уже удовлетворять потребностям возраставшего населения. Недостаток лугов и пастбищ заставлял пользоваться для пастьбы скота паром и пожнивным полем, дававшими скоту лишь весьма скудный корм и лишавшими возможности содержать его во вполне достаточномъ количестве. Помимо недостатка и низ кого качества удобрения, это обстоятельство вызывало и другия неблаго приятные последствия: пастьба скота в пару мешала тщательной обработке поля. В орудия земледельческого труда средние века тоже не внесли почти никаких усовершенствований. Плуг сохранил ту форму, которая была придана ему римлянами. Громоздкий и тяжелый, он требовалъ для тяги 8—10, а иногда (особ. на тяжелых почвах) и 12 упряжныхъ животных, что, впрочем, объясняется, м. б., не только недостатками плуга, но и слабосилием рабочого скота. Такая большая упряжка редко бывала под силу отдельному крестьянскому двору, а потому широкое развитие получила супряга. Работали обыкновенно на волах, но т. к. ихъ иногда не хватало, то припрягали одну или несколько лошадей.

Такое состояние сельск. хоз-ва было общим почти для всей зап. Европы, за исключением только некоторыхъ областей, в которых имели место значительное уплотнение населения, развитие промышленности и рост городов. В этом отношении на первом месте должно быть поставлено побережье Немецкого моря (Фландрия, Брабант и др. обл.). -

Крайне неблагоприятные естественные условия побережья Немецкого моря долго задерживали колонизацию этой страны германцами. Первые германские колонисты занимали сначала только расчищенные уже поля кельтов и римлян, и т. к. одно земледелие далеко не покрывало потребностей населения, то у них весьма рано развилось занятие промыслами (особенно ткачеством). Обилие болот, которые только свободный труд могъ подчинить культуре, вызвало раннее (уже в XI в.) появление свободныхъ форм землепользования (аренда за деньги или из части продукта; крепостные также пользовались полной свободой в своей земледельи; деятельности и обязывались лишь къ уплате небольшого оброка). Эти свободные аграрные формы и способствовали быстрой колонизации болот и пустырей Голландии и Фландрии и обращению их в культурные пространства. Уже в XII—XIII в.в. здесь получили довольно высокое развитие некоторые отрасли скотоводства. Особенно обширны были стада овец,

разведение которых поощрялось развитием суконной промышленности. Брабант был центром разведения лучших боевых коней, и местная, порода лошадей играла видную роль в дальнейшем развитии коневодства не только на континенте, но и в Англии, куда брабантские жеребцы вывозились уже в XII в и где от нихъ произошли шайры и клейдесдалы. Въ то время страна была покрыта преимущественно лесами и пастбищами; но дальнейшее уплотнение населения и, поощряемия выгодным географич. положением, развитие торговли и промышленности и образование большихъ городов сравнительно рано вызвали здесь развитие интенсивного хозяйства. Так как совокупность местныхъ естественных и общественно-хозяйственных условий черезвычайно благоприятствовала развитью интенсивных форм и скотоводства, и полеводства, то здесь довольно рано получила широкое развитие культура кормовых растений, а вместе с ней возродилась и забытая со времени римлян идея плодосменного севооборота. Здесь рано стали применяться тщательная обработка почвы и обильное и разнообразное ея удобрение, и уже к XVI в., а может быть и ранее получили распространение очень интенсивные формы плодосменной системы (близкие к норфолкскому севооб.); местные типы плугов— роттердамский и брабантский, которымъ в конце XVII и начале XVIII в былъ придан винтовой отвал, были лучшими в Европе, хотя и нуждались еще в больших улучшениях.

Значительное повышение интенсивности сельск. хоз-ва к концу XVI в наблюдалось также и в некоторыхъ местностяхъзап. Германии и сев. франции, гл. обр. в долинах Рейна, Майна и Мозеля и в окрестностях таких больших городов, как Ню-ренберг, Аугсбург, Бамберг, Эрфурт и др. Здесь получает большое развитие культура различного рода промышленных растений: винограда, вайды, конопли, льна, хмеля, шафрана, а также кормовых трав (клевера, люцерны, эспарцета и др.) и корнеплодов; введение этих культурзаставляет заменять трехполье более сложными севооб.; паровое трехполье (где оно сохраняется) приобретаетъ все более интенсивный характер, вследствие более обильного и тщательного удобрения; местами начинают применять зеленое удобрение (люпины). В прибалтийских областях: Голштинии, издавна славившейся развитием скотоводства, и Мекленбурге в XVI и XVII вв. получила большое развитие довольно интенсивная для того времени скотоводственная система хозяйства, основанная на чередовании удобрен. пара, зерновых хлебов и многолетнего выгона и известная под названием „выгонной“1 или „Koppelwirtschaft.

Особенно видную роль в развитии зап.-европейской сельскохоз. культуры суждено было сыграть Англии. Здесь развитие земледелия шло различными путями в западной и восточной областях. Западная часть, где естеств. условия более благоприятствовали развитью скотоводства, дольше сохраняла переложную систему хозяйства. В восточной части более быстрое развитие зерновой продукции делало необходимым переход къ более интенсивной системе. В общем, однако, раннее развитие промышленности и рост городов, как и во Фландрии, побуждали интенсифицировать и скотоводство, и полеводство. В XII в получает особенно сильное развитие овцеводство, поощряемое не столько развитием собств. промышл., сколько увеличениемъвывоза шерсти во Фландрию; появляются и распространяются новия породы длинношерстных овец: лейстерская, линкольнская и др., которые приобретают большое значение в дальнейшем улучшении этой отрасли хозяйства. До XIV в английском земледелии, несмотря на развитие в некоторыхъ частях страны парового трехполья, преобладала все же, повидимому, переложная система хозяйства. В середине XIV в общественно-хозяйств. условия, определявшия собою строй английского сельского хозяйства, довольно резко изменяются. Развитие промышленности, достигшее к этому I времени дов. высокого уровня, ичерезвычайно сильная эпидемия чумы, посетившая Англию в 1348—49 гг„ сильно обезлюдили английскую деревню, и оставили в руках лордовъ много свободных земель. В то же время уничтожение барщины (под давлением крестьян) и сильное повышение заработной платы делали невыгодным предпринимательское интенсивное хозяйство, и так как вызываемое развитием суконной промышленности вздорожание шерсти благоприятствовало овцеводству, то в Англии с конца XIY в начинает развиваться полутрудовое крупно-крестьянское скотоводческое хозяйство, которое в дальнейшем своем развитии, в течение XV и XVI вв., трансформируется окончательно въ предпринимательское фермерское хозяйство, определяющее собою дальнейшия судьбы английского земледелия. Во .второй половине XIV в и в первой половине XV в обнаруживаются большие успехи пастбищного хозяйства: площадь пашни сокращается, а площадь лугов и пастбищ увеличивается; во второй половине XV в пастбищное хозяйство делает особенно большие успехи в запади, графствах, между тем как в восточных наблюдается, повидимому, некоторый поворотъ к полеводству, т. е. устанавливается то разделение труда между этими двумя областями, которое сохраняется и в дальнейшем до нашего времени. Система хозяйства, которая при этомъ складывается и получает преобладающее значение, повидимому, должна быть определена как залежно-паровая; при этом удобрение пара производится посредством толоки, то есть устройства на нем загона для овец, и время от времени истощенные участки пашни обращаются в залежь. В связи с распространением этой системы хозяйства получает сильное развитие и процесс огораживания земель. Эту именно систему хозяйства описываютъ и пропагандируют в середине XVI в Фицгерберт и Туссер. В XVII и XVIII вв. общ.-хозяйств. условия, определяющия собою развитие сельск. хоз., опять существенно изменяются. Население. почти не увеличивавшееся в XV в и составлявшее в начале

XVI в всего 2i/g миллионов человек, начинает возрастать все быстрее: к концу XVII в его численность достигает уже 5,2 миллионов человек, а к концу XVIII в.—8,4 миллионов человек; вместе съ тем население все более и более индустриализируется: в течение XVIII в население землед. графств возросло на 39 °/0, а промышленных—на 82 °/0; благодаря этому страна, имевшая до середины XVIII в избытки хлеба и вывозившая его за границу, во второй половине этого столетия начинаете нуждаться в привозе хлеба; цены на пшеницу поднимаются. Эти обстоятельства побуждают увеличивать сель-скохозяйств. продукцию, и в частности продукцию хлебную, и заставляютъ переходить к более интенсивному хозяйству. В XVII в англ, сельские хозяева начинают все шире вводить посевы трав на полевой земле и культуру корнеплодов и приходятъ постепенно к плодосменной системе. Так складывается, например, знаменитый норфолкский севооборот, который возникает на основе старинного (существовавшого, повидимому, с XV в.) норфолкского четырехполья: 1) пар, 2) оз. пшеница, 3) бобы, 4) ячмень; путем введения сначала культуры клевера на пару, а затем замены бобов турнепсом, норфолкские фермеры пришли к своему очень интенсивному плодосменному севообороту. В конце ХВПИ в такие плодосменные или близкие к плодосмену севообороты (например, 1) трава, 2) трава,

3) пшеница, 4) картофель, репа, 5) ячмень, овес) получили широкое распространение. Несмотря на большое увеличение распашки (по дан. Кинга в XVII в было под хлебом 22 миллионов акр., а по дан. А. Юнга около 1770 г.— уже 32 миллионов акр.), площадь лугов и пастбищ оставалась довольно значительной: на 100 акр. пашни приходилось около 75 акр. лугов и пастб. Большие успехи сделало английское сельское хоз-во в этом периоде и въ области скотоводства; в середине XVIII в Р. Бекуэл кладет начало систематическому улучшению путемъ подбора пород овец (лейстерек.), | крупного рогатого скота и лошадей; | в это же время Эльману удается до-

Стигнуть значит. улучшения пород короткошерсты, овец соутсдиунов; посредством скрещивания туземнаго дургэмского скота с ввозным голландским, английские скотоводы выводят породу шортгорнов, получившую затем широкое распространение, и так далее Наконец, около этого же времени начинаются улучшения и в области сельскохоз. машиностроения; Smal, построивший в 1763 г. свой завод, достигает существенного усовершенствования в конструкции бра-бантского плуга и создает новый для того времени тип беспередковыхъ плугов; в 1795 г. появляется первая работа по теории плуга (Bailey); въ 1790 г. Балдвин и Уэльс улучшаютъ применявшуюсядотоговремени сеялку Кука; около этого же времени появляются в Норфолке гнездовия сеялки. Вообще конец ХВИИИ и начало XIX в отмечены пышным расцветом английского сельского хозяйства, которое становится образцом для сельскихъ хозяев других стран, которое начинают тщательно изучать и приемы которого начинают переносить на континент.

К этому времени господствовавшая в болып. части средней Европы трех-польная система уже совершенно перестала соответствовать общественнохозяйственным условиям (смотрите выше) и стал необходимым переход къ более интенсивным системам хозяйства. Переход этот совершается, конечно, не сразу. Стремление устранить сделавшиеся для всех очевидными недостатки трехполья привело къ введению т.-наз. улучшенного трехполья, при кот. устанавливался 6,9,12 или даже 15-летний севооборот, вводилась культура кормовых трав и корнеплодов на полевой земле (до того они возделывались лишь на огородах и приусадебных землях), но удерживалась паровая обработка поля. Таков был 12-полъный севооборот, и до этих пор сохранившийся во многих крестьянских хозяйствахъ Германии: 1) пар, 2) озимь, 3) яровое,

4) корнеплоды, 5) озимь, 6) яровое, 7) клевер, 8) озимь, 9) яровое, 10) стручковия растения, 11) озимь, 12) яровое. На нем хорошо видна

Сущность произведенных изменений; как видим, это есть не что иное, как то же трехполье, в которомъ паровой обработке вместо прежней трети полевой земли подвергается всего 1/12, остальные 3/4 пара (или 3/12 всей полевой земли) отошли: одна часть— под корнеплоды, вторая—под кормовия травы (клевер), третья—подъ стручковия растения; озимь и яровое попрежнему занимают по 1/3 поля. Незначительные размеры посева кормовых растений показывают, что при этой системе полеводства неизбежно сохранение отдельного пастбища, характерного для трехполья. Тем не менее от этого улучшенного трехполья уже не так далеко было до более или менее совершенных формъ плодосмена. Распространением последнего зап. Европа особенно обязана трудам Артура Юнга и Маршалля (в Англии), Шубартафон-Клеефельда, Шверцаи А.Теэра (в Германии). Сознание необходимости перехода к новой системе хозяйства и пример английского и бельгийского сельского хозяйства дали в конце ХВИИИ и начале XIX вв. громадный толчок развитию агрономической мысли; в это время появляются первия исследования въ области агрономической химии Валле-риуса, в которых он кладет начало научной разработке вопросов питания растений и удобрения; начинаютъ возникать сельскохоз. общества и основываются агрономические кафедры в немецких университетах. Въ 1783 г. появляется сочинение Шубарта „Загон, пастбище и пар, как величайшие недостатки и язва сельскохоз.“, в котором он разоблачаетъ недостатки традиционного парового трехполья и пропагандирует начала плодосмена. В 90-х годах ХВИИИ в появляется „Введение в изучение ан-глийск. С. х.“. Альбр. Теэра; в 1809 г. его же „Основы рацион. сел. хоз.“, а неск. позже он основывает землед. академию в Меглине. В 1806 г. Шверц публикует свое „Введение въ изучение бельг. сел. хоз.“. Теоретические исследования и практические опыты этих выдающихся агрономовъ сильно содействовали успехам плодосменного хозяйства в зап. Европе.

Интенсивный английский плодосмен (норфолкск. типа) в больш. случаевъ оказывался неподходящим для условий континентального сельск. хоз., т. к. здесь не было оснований усиливать до таких размеров продукцию кормовых средств (соответственно меньшей возможности развития про-дукт. скотоводства) и, напротив, было желательно увеличить по возможности хлебную продукцию; кроме того, необходимо было избежать частого возвращения клевера на то же место, чтобы не наступило „клевероутомление“ почвы. После целого ряда опытов Теэр выработал следующий 6-польный севооборот: 1) картофель, 2) яровое, 8) клевер, 4) озимое, 5) горох или вика, 6) озимое. Дальнейшее увеличение зерновой продукции было достигнуто (с некот. отступлением от строгих правил плодосмена) включением между 4-м и 5-мъ еще одного зернового клина. Значительное распространение получил го-генгеймский семипольный севооборотъ (1) пар, 2) рапс, 3) озимь, 4) корнеплоды, 5) яровое, 6) клевер, 7) озимь), в котором 3—6 годы вполне воспроизводят норфолкский севооборот. Большое содействие развитью плодосмена оказало распространение в конце XVIII в культуры картофеля, до этого почти не имевшего значения (въ в 1750—54 гг. Леопольд и Экгардтъ говорят о нем, как о растении мало известном), и культура свеклы, получившая широкое развитие в 30-хъ гг. XIX столетия, благодаря упрочению свеклосахарного производства (в 1747 г. Маркграф открыл присутствие сахара в корнях свеклы, а в 1790 г. Ахард построил первый свеклосах. завод). Принципы плодосмена и новые приемы культуры нашли себе применение и в скотовод-ственном хозяйстве, сделав возможным переход от экстенсивной залежной или залежно-паровой (выгонной) системы хозяйства к интенсивной травопольной. Так, в Голштинии и в Мекленбурге, путем замены естеств. выгона сеянным, создаются новые травопольные севообороты (смотрите выше). Еще более интенсивнымъ является пропагандируемыйШверцембельгийский севооборот: 1) рожь по удобр., 2) картоф. илилен по удобрению, 3) овес по удобр. с подсев. трав, 4—7) травы, 8) овес пластовой по удобр.

Рука об руку с введением новых систем полеводства шло и улучшение средств и способов удобрения почвы. Применение минеральных туков, зеленого удобрения, отбросов технических производств дало в руки земледельца возможность приспособлять почву к потребностям возделываемых растений, а след. разнообразить состав их, теоретическая же разработка вопросов удобрения открыла возможность рационального применения этих удобрительных средств. Раскрытие законов питания растений и исследование почвообразоват. процессов дают возможность подвести рациональные научные основания подъ приемы полевой культуры. В 40-х гг. XIX в сильный толчок развитью учения об удобрении дают работы Либиха. Позднее отказ от выдвинутой им теории возврата почве питат. веществ открывает новия перспективы в этой области, и в агрономической науке устанавливается взгляд на почву, как на среду, естественныя свойства которой не являются пределом для сельскохоз. культуры, и которая, наоборот, может быть улучшаема и приспособляема к требованиям этой культуры. Равным образом громадное значение в сельскохоз. практике получают тщательно разрабатываемые научные приемы подбора и отбора (селекции) в деле улучшения пород сел.-хоз. растений и животных. Этим путем в течение XIX в удается достигнуть во всехъ почти отраслях скотоводства и полевого хоз. большого увеличения продукции. Насколько значительны бываютъ достигаемые таким путем успехи, показывают результаты примененной Вильмореном в 1850 г. к сахарной свекле селекции по химическому составу ея корней, которая в течение 40 лет (то есть всего 20-ти поколений свеклы) дала возможность увеличить содержание сахара до 20%, между темъ какво времена Ахарда довольствовались 5°/0. Не менее важное значениедля успехов земледелия имело и усовершенствование землед. орудий и машин, в основу которого была положена теоретическая разработка вопросов сельскохоз. механики. Начало усовершенствованию плуга было положено, как выше уже упоминалось, въ Англии БтаГем и Ваииеу’ем. Работу их продолжали Шверц, Домбаль, Джеферсон, бр. Веверка и др. Шверц, бывший директором Гогенгеймского института, содействовал распространению в западной и юго-зап. Германии „гогенгеймского“ плуга, представлявшего собою усовершенствованный брабантский плуг с винтовым отвалом; к тому же типу принадлежалъ распространившийся во франции съ 1830 г. плуг Домбаля. Около того же времени бр. Веверка (Богемия) создали новый тип плуга с рухадловымъ отвалом, который впоследствии получил широкое распространение, особенно благодаря техническому усоврешен-етвованию производства этих плугов, достигнутому в 40-х и 50-х гг. XIX в кузнецом Эккертом икрестьян. Р. Сакком. Дальнейшия изменения въ конструкции плуга не ограничивались созданием новых типов этого орудия (плуги многокорпусные, райольные, оборотные и так далее), но дали целый ряд новых орудий, предназначенныхъ уже для других целей: междурядовой обработки почвы, углубления вспашки, окучивания и тому подобное.; так, появились конная мотыга, окучник, грубер, экстирпатор, скарификатор и др.

Громадные успехи были достигнуты в XIX в и в других отраслях сельскохоз. машиностроения; были усовершенствованы и получили широкое распространение сеялки, уборочные машины (косилки, жатки, сноповязалки), молотилки и др. машины, применение которых дало сельским хозяевамъ возможность сберегать массу труда и материалов (семян, удобрений и прочие). Весьма незначительными были, однако, успехи в области применения механических двигателей; сельское хоз. не имело до самого последнего времени такого типа механическихъ двигателей, которые соответствовали бы особой природе его производственных процессов; поэтому и попыткиприменения механич. двигателя к наиболее тяжелой в С, хоз. работе— пахоте, начавшиеся в 30-х гг. XIX в., не дали сколько-нибудь значительныхъ результатов. Более или менее широкое применение получили паровые двигатели только в молотьбе, но и здесь, благодаря преобладанию сравнит. мелких машин, чаще применяются конные приводы. Только в самое последнее время с появлением тракторов и электро-моторовърасширяется в С. х. область применения механических двигателей.

Как мы видим, XIX в — век громадного технического прогресса, и в сельском хозяйстве произвелъ громадные преобразования. В этомъ веке развитие и усовершенствование сельскохоз. производства становится на научную почву и утрачивает свой прежний грубо-эмпирический, стихийный характер. Насколько значительны успехи, достигнутые сельскохоз. производством в зап. Европе на протяжении последних 5—6 столетий, можно судит по тому, что в Англии, например, урожай пшеницы поднялся с 5—8 буш. на акр в XIV в до 20—30 буш. в XIX в.; живой весъ откормленного вола за то же время увеличился с 400 ф. до 1200 фунт. Таков совокупный результат изменения системы хозяйства, улучшения сельскохоз. техники и усовершенствования пород сельскохоз. растений и животных.

В истории развития земледельческой культуры даижоли/ сельск. хоз-ву не пришлось играть роль пионера, создавать новые приемы культуры и прокладывать новые пути, т. к. по времени в своем развитии оно от ставало от сельск. хоз-ва зап. Европы. Земельный простор и продолжительное господство натуральнаго хозяйства долго держали технику русского С. х. на низком уровне развития. Более того, самое возникновение оседлой земледельческой культуры совершалось крайне медленно; ранее всего она возникла в киевской области фдо XI в.), несколько позднее в московской и уже отсюда на всем протяжении XVI—XVIII в она распространялась концентрически по направлениюк северн., во сточи, и южным окраинам по мере их колонизации. Однако, в последних, несмотря на усилия московского правительства расширить земледелья, производство вновь колонизуемых областей, эксплуатация зоологических богатств (звероловство, рыболовство, пчеловодство и тому подобное.) нередко отодвигала на второй планъ земледелья, деятельность; распашка подвигалась иногда довольно медленно и .во всяком случае землед. хоз-во принимало экстенсивный характер. Более интенсивные формы С. х. и притомъ в сравнительно ранний период русской истории возникли в центральной области московского государства (Моск. губ. и смежные части Тверск., Яросл., Костром. и друг.). Уже памятники XV в указывают на существование здесь паровой зерновой системы с трех-польным севооборотом. В XVI в центральной обл., а также и въ местностях, принадлежащих ныне к Новг. и Псковск. губ., трехполье является решительно господствующей системой полеводства; довольно широко применяется здесь навозное удобрение. Из возделываемых растений наиболее видная роль принадлежитъ ржи и овсу, а на севере и ячменю; кроме того, возделываются горох, гречиха и просо; культура льна широко развита в местностях, относимыхъ теперь к Ярославск., Новгородск. и Псковской губернии Для при усадебных земель почти повсеместно важное значение имеет культура хмеля и конопли. Соха и борона—главные орудия обработки почвы, деревянный плугъ находит более ограниченное применение и гл. образ. в местностях съ преобладанием переложной системы; упряжным животным служит по преимуществу лошадь, реже вол. Самостоятельное скотоводство лишь в немногих местностях севера, новгородской и псковской областей и других, получило более или менее широкое распространение.

Таково было состояние сельск. хоз-ва в середине XVI в более старыхъ областях Московского государства, окраины которого в это время переживали еще стадию эксплуатации зоологических богатств и жили гл. обр. звероловством и рыболовством. Наступившее затем (в конце XVI в.) смутное время, подвергшее страну нашествию иноземцев, отдавшее ее на произвол разбойничьих и казачьихъ шаек и причинившее ей сильнейшее хозяйственное разорение, ознаменовалось вместе с тем и сильнейшимъ обезлюдением центральных областей страны, до этого времени довольно густо населенных; множество поселений в начале XVII в оказываются совершенно брошенными населением. Правда, с прекращением смуты, население начинает возвращатьсяна стария места и плотность населения начинает довольно быстро возрастать; вместе с тем восстанавливается, конечно, и хозяйственная жизнь области; однако, прежнего уровня интенсивности она уже не достигает, вследствие значительного ухудшения социально-экономических условий (закрепощения крестьян и роста госуд. повинностей). Вряд ли, однако, не важнейшей задержкою для дальнейшей интенсификации сельского хозяйства центральной области в XVII и XVIII вв. явился тот процесс колонизации южных и юго-вост. степныхъ окраин, который захватил население центра и препятствовал на протяжении всего этого времени образованию здесь высокой плотности населения. К середине XVII в русская колонизация продвинулась на юг до сев. пределов соврем. Харьковск. губ. и среди, части Воронеж., Тамбовск., Пензенск. и Симбирской, в то же самое время шла деятельная колонизация камско-вятского края на c.-в.; во второй половине XVII в украинская колонизация распространяется на восток от Днепра до Дона и захватывает южные части губ. Полтавск., Харьковск. и Воронежской; к середине XVIII в оказываются занятыми вся Воронежск., Тамбов., Пензенск., Симбирск., сев. части Саратовской губернии, а за Волгой Уфимская, сев. часть Самарской и зап. часть Оренбургской, (до р. Урала); итольковъконцеХВПИв. русская оседлая колонизация докатывается до берегов Черного, Азовского и Каспийского. морей. Благодаря этому продолжительному колониза-

Ш Сбльекофционному движению, охватившему на протяжении двух столетий огромную территорию, в большинстве своихъ частей представлявшую собою совершенно свободное от оседлого землед. населения „дикое поле“, ни в одной из областей нашей страны не могло иметь места сколько-нибудь значительное уплотнение населения. В первой половине XIX в можно было даже думать, что колонизационные силы русского народа исчерпаны, однако, после падения крепостного права колонизационное движение возобновилось с новою и вряд ли не еще ббль-шею, чем прежде, силою, теперь въ направлении уже не на юг, а на восток.

Это черезвычайно продолжительное и мощное колонизационное движение и было тем главным фактором, который определял на протяжении XVII—XIX вв. судьбы русского сельского хозяйства. Вместе с территориальным расширением колонизационного процесса все новия области приобщаются к земледельческой культуре, развитие сельскохоз. деятельности населения имеет поэтому экстенсивный характер, а в центральных, давно заселенных областяхъ страны повышение интенсивности сельскохоз. производства совершается медленно и мало заметно. В московской промышленной области к концу XVIII в распашка достигает всего 35°/0 площади, удерживается довольно экстенсивное паровое трехполье съ односторонней зерновой культурой и, хотя в некоторых местностях, по-видимому, в связи с уплотнениемъ промышленного населения, отмечается развитие огородной культуры (возделыв. картофеля, капусты, гороха и проч.) и молочного хозяйства, однако такие оазисы немногочисленны и не меняют общей картины; население нередко испытывает недостаток въ хлебе и терпит голод; раздаются жалобы на недостаток земли, что, въ связи с невысокой плотностью населения, указывает на экстенсивность местного землед. хозяйства. В сев.-зап. (новгородск.) и сев-вост. (камско-вятск.) областях в это время на ряду с трехпольем наблюдаетсяхозяйства. 154

еще довольно широкая распространенность подсечного хозяйства. В центр, земледелья, (черноз.) области и среднем Поволжье господствует переложная система и нередко встречаются еще обширные участки девственной степи (в Воронеж. губ. в конце XVIII в пашня составл. всего 12°/0 площади). Новороссия и нижнее Поволжье представляют собою болып. частью „дикое поле“, лишь кое-где обращенное под примитивное пастбищное скотоводство. В первой половине XIX в здесь начинает довольно быстро развиваться переложное хозяйство, сопровождаемое экстенсивным пастбищным скотоводством; в южных губ. (гл. обр. Хер-сон. и Таврич.) вводятся мериносы и тонкорунное овцеводство получает довольно широкое развитие. В это время среднее Поволжье и центр. землед. область, где распашка быстро возрастает, довольно быстрым темпом переходит к паровому трехполью, между тем как в центральной промышленной области положение мало меняется, и она сохраняет свое традиционное трехполье, несколько более интенсивное только благодаря невозможности обойтись без удобрения на ея дерновоподзолистых почвах. Даже значительное расширение рынка для продуктов сельского хозяйства, выразившееся гл. обр. в увеличении хлебного экспорта в середине XIX в., не оказало существенного влияния на интенсивность земледельческого хозяйства ни в центр. промышленном, ни в центр. землед. районе; количественный рост помещичьяго предпринимательского хозяйства, наблюдавшийся в это время, сопровождался лишь довольно кратковременным и поверхностным увлечением модною тогда в сельскохоз. литературе плодосменною системою, реально же нашел себе выражение в увеличении распашки и сильномъ распространении барщины. Во второй половине XIX в отмена крепостного права, рост железнодорожной сети, быстрое развитие менового хозяйства и развитие промышленности не могли, конечно, не отразиться на дальнейшей эволюции русского сельского хозяйства-В северной нечерноземной России переход к новому общ.-хозяйств.