> Энциклопедический словарь Гранат, страница > Садко

Садко

Садко, герой новгородской „старинки“ (былины). Содержание ея (по лучшему, наиболее полному пересказу в „Онежских былинахъ“ Гильфердинга, 70) сводится к следующему: бедный гусляр С., зарабатывавший пропитание игрой на пирах, становится богатым новгородским „гостемъ“ (купцом) благодаря помощи морского царя, которому он угодил своей искусной нгройЛ,Проигравши заклад съ Новгородом, он едет торговать за море, на обратном пути попадаетъ к морскому царю, брошенный в море по жребию в качестве умилостивительной жертвы („дани“), забавляет здесь его игрой, женится на Чер-наве, дочери морского царя, спасенный св. Николаем оказывается в Новгороде, где на берегу речки Чернавы и строит Чудотворцу белокаменный храм. Имя С. (от еврейского Садок,

Цадок, Цадик— справедливый), быть может, восходит к имени исторического „Садка богатого“, отмеченнаго летописью как строителя вт> XII в первого в Новгороде каменного храма въ честь свв. Бориса и Глеба. Основная фабула „старины“—ходячий, международный мотив о спасении человека на воде святым (ср. легенду об Исидоре Ростовском, чудо Михаила Клопского, чудо св. Николы), осложненный и обработанный на основании другихъ разнородных мотивов частью сказочного, частью религиозно - легендарного характера, частью даже другихъ эпических же: так, роль Николы восходит, несомненно, к популярнымъ на севере, основанным на его житии сказаниям о Николе „морскомъ“, „мокромъ“; бросание в воду для умилостивления моря или Бога—мотив, известный еще в византийской легенде, в конце концов восходящий к библейскому (Иона); пребывание у морского царя—ходячий сказочный мотив (известен и по русским сказкам); морской царь, любитель и ценитель музыки (отличный по типу от русского „водяного“ сказок и поверий), по всей вероятности, отзвук—и довольно полный—финского водяного бога Ахто (в „Кадевале“;сж.), а на С. отложились черты также финского знаменитого эпического музыканта—Вейнемейнена; это вполне возможно при соседстве русских и финнов в Новгородской области и при наличности других точек соприкосновения между русскимъ и финским эпосами. Песни о С., несомненно, происхождения северного, новгородского в частности: оне даютъ довольно реальную картину быта Новгорода времени его процветания.—О С. см. В. Ф. Миллер, „Очерки русск. народи. словесн.“, I, 1897, 283 и сл.; его же, „О сравнит. методе автора „Происхожд. русск. былинъ“ („Беседы в Общ. Люб. Росс. Слов.“, III, 1871); Алдр Веселовский, „Былина о С.“ („Ж. М. Н. II.“, 1886, XII); М. Е. Халанский, „Великорусские былины киевского цикла“, 1885, стр. 70—71. М. Сперанский.