> Энциклопедический словарь Гранат, страница > Сенат в России

Сенат в России

Сенат в России. История образования G. Положение С. в русском государственном управлении, его права и отношения к учреждениям развились исторически. Вся более, чемъ двухсотлетняя история С. представляет собою два периода. Первый изъ них совпадает с XVIII стоя.; второй обнимает прошлый век и начало XX стол. Начиная, со времени возникновения (при Петре I) и до конца XVIII стол., С. переживал самыя разнообразные изменения относительно влияния на дела государственнаго .управления. В некоторые моменты своей деятельности в этом веке С. занимал первое место в государственном управлении. Так было въ царствование Петра I и особенно Елизаветы Петровны. При преемникахъ Петра I и его дочери значение С. поколебалось и он превратился изъ первенствующого в учреждение второстепенного, подчиненного характера. Целый ряд общих причин обусловливал такого рода неустойчивость и изменчивость в положении и правахъ С., как и других высших учреждений, в XVIII в Сюда, прежде всего, относится борьба русской аристократии за политическое преобладание в государственном управлении, продолжавшаяся в течение всего XVIII стоя.

В неустойчивости С. в государственном управлении и переживаемых им различных изменениях в течение XVIII в играла известную роль неопределенность отношений между личным и коллегиальным началомъ в организации центральных учреждений. Петр, желая ограничить произвол в правлении и обосновать деятельность его органов на принципе законности, ввел в устройство выс

ших учреждений коллегиальное начало. Первым коллегиальным учреждением в русском управлении явился С. Несмотря на то, что Петр I вскоре после образования С. вводит коллегии, заменившия Московские приказы, прежние московские традиции долго дают о себе знать, личное начало особенного поручения государем отдельных отраслей управления темъ иди другим лицам продолжает влиять на организацию учреждений и распределение в них дел управления.

Наконец, на положение С., его организацию и объём прав его власти в государственном управлении въ XVIII стол. оказывала большое влияние ясно сознаваемая представителями верховной власти в России XVIII в., ея императорами, необходимость иметь рядом с собою высшее учреждение с законодательными и высшими правительственными задачами. Идея о таком высшем учреждении, которое могло бы непосредственно помогать государю в решении важнейших делъ управления, проходит красною нитью через всю историю высшого русского управления в XVIII в.; она выражается в беспрерывной смене в этомъ столетии одних высших учреждений другими таким образом, что в каждый момент жизни государства есть непременно высшее учреждение съ такого рода функциями власти, и то учреждение, которое обладает ими, обыкновенно занимает первое место въгосударственном управлении, оттесняет на второй план своих соперников, если они есть, лишает ихъ принадлежащих им прав власти, какими они пользовались раньше. Общую участь всех высших русскихъ учреждений в государственном управлении ХВПИ в разделял и С., начиная с царствования Петра I и до конца XVIII стол.

С. был учрежден Петром I(22 февраля 1711 г.) на время его частых отлучек за границу и сначала с правом разрешать текущия дела в управлении государством (наблюдение за точным и единообразным исполнением закона; надзор за ходом правосудия, финансами, торговлей;военныя дела). Постепенно, однако, фактическик С. переходит вее управление государством, дела центрального и местного управления. Ему была предоставлена государем вся власть въ государстве. С. не только сам составлял проекты законов, которые потом рассматривались и утверждались Петром, но мог издавать законы собственно!! властью, в отсутствие государя. Составление и обсуждение новых проектов законов принадлежало С. и в присутствии государя. В области внутреннего управления С. ведал самия разнообразные дела, касающияся благосостояния и безопасно-ети государства. В судебных делахъ €. являлся по наиболее важным делам первой инстанцией; по деламъ обыкновенным, решаемым в судебных местах,—высшей, апелляционной инстанцией. Петр ставил высоко судебную деятельность С. Сначала допускались жалобы государю на решения С., но в 1714 г. оне были запрещены, даже под угрозой смерти (1718 г.). С. присвоено право окончательного решения по судебным делам: „высший С. состоит из особъ честных и знатных, которым не токмо челобитчиковы дела, но и правление государством поверено есть“.

Таких „честных и знатных особъ“ в С. было при его образовании 9 человек, назначенных Петром I изъ приближенных к нему лиц. С образованием коллегий (сж)в 1718 г. в С. взошли все президенты коллегий, которые были подчинены С. Вскоре, впрочем (в 1722 г.), признано было нужным, с целью усиления контроля С. за деятельностью коллегий, удалить из С. их президентов. Места ихъ в С. были замещены Петром новыми членами из числа бывших при иностранных дворах послов. Верховное, контролирующее значение С. в государственном управлении увеличилось образованием в С. особыхъ должностей с специальными функциями. Так, для „спроса и принимания указовъ“ были учреждены комиссары, по два от каждой губернии (ср. XVII, 304). Они не только получали указы С.., но и следили за их исполнениемъ на местах. Обязанности фискаловъ переходят потом к коллегиям. Одновременно с их образованием появляется в С. герольдмейстер (смотрите герольдия), на которого возложено заведывание делами служилого, дворянского сословия. Особенную известность в С. и во всем управлении получили фискалы, возникшие вместе с С. для наблюдения за правильнымъ отправлением должностными лицами служебных их обязанностей и особенно за охраной казенных интересов. В самом С. находился обер-а потом генерал-фискал с четырьмя помощниками; в каждой губернии был провинциал - фискал с тремя помощниками, в каждом городе одинъ или два фискала. Такой многочисленный состав фискалов и их надзоръ за всеми учреждениями в государстве объясняется массой злоупотреблений в чиновничьем мире, повальнымъ взяточничеством сверху донизу, для борьбы и искоренения которого потребовался специальный институт фискалов. Сначала все они были освобождены от всякой ответственности за свои действия, что привело к массе всевозможных злоупотреблений со стороны самих фискалов. Явилась нужда в установлении их ответственности и преобразовании самаго института фискалов. Возникает въ С. (в 1722 г.) должность рекетмейстера, как органа надзора за делопроизводством в коллегиях и ходомъ правосудия во всей стране. Одновременно Петр I создает прокуратуру (смотрите), упразднившую надобность в фискалах и заменившую их вполне. Во главе прокуратуры был поставленъ генерал - прокурор — „око государево“,—как главный орган надзора не только за деятельностью С., но и всехъ присутственных мест в государстве. Помощниками генерал-прокурора являются обер-прокуроры С. и целый ряд прокуроров при коллегияхъ и надворных судах.

Таким образом, при Петре I С. получил полную организацию. В его составе находились представители родовитых боярских фамилий наравне с членами нового, худородного дворянства табели о рангах. И те и другие одинаково назначались в С. самим Петром. С. было придано значение постоянного, чисто монархического, высшого правительственного учреждения, наделенного императором всеми правами власти—законодательной, административной и судебной. С. сталъ во главе всего управления государством, сделался органом верховнаго контроля над деятельностью всехъ учреждений в государстве, центральных и местных. Ясно и точно определилась роль С., как блюстителя законности и правосудия. Это значение С., как высшого органа законности в государственном управлении, осталось за ним в последующее время его деятельности с началаХВШ стол., сохранялось за ним и при разнообразных колебаниях и измененияхъ в составе, деятельности и положении О. в управлении в течение XVIII в некоторые царствования этого столетия (при Елизавете Петровне и отчасти при Екатерине II). В эпоху господства в государстве „верховни-ковъ“ (при Екатерине I и Петре II) С. лишается всех своих прав власти: законодательство и важнейшия дела управления переходят к Верховному Тайному Совету, и С. остаются мелкия, текущия дела управления. Но уже въ начале царствования Анны Ивановны (1730—31) С. снова сделался правительствующим. Членами С. были назначены наиболее видные сановники. Разделением С. на 5 департаментов, в которых должны были подготовляться все дела для решения ихъ в общих собраниях С., предполагалось увеличить правительственное значение С., которое, однако, падаетъ с учреждением Кабинета (смотрите), превратившагося скоро в высшее учреждение над С. и всеми остальными учреждениями в управлении. Царствование Елизаветы Петровны было золотой порой во всей двухвековой истории С. Теперь С. снова стал правительствующим; в нем заседают знатные представители русского дворянства. С. становится обладателем всех прав государственной власти: ему принадлежит право издавать законы, он работает над составлением новаго Уложения, является средоточием всего внутреннего управления, обладаетъ правом верховного надзора над деятельностыо всех учреждений, центральных и местных. Только иностранные дела ведала, помимо С., иностранная коллегия, которую потом, заменила (в 1735 г.) Конференция при Высочайшем Дворе (смотрите XVI, 260)1 ИИоследняя вскоре стала вмешиваться и в дела внутреннего управления и стремиться подчинить себе 0. Но С. продолжает заниматься разрешениемъ важных дел управления до конца царствования Елизаветы Петровны. Указом 1760 года С., как „первому государственному месту “.предписано по его „должности и данной власти“ истреблять лихоимство, наказывать за „великую волокиту“ в деле правосудия, следить за правильным течениемъ дел во всех судах Империи. В качестве высшого судебного учреждения в государстве С. решает наиболее важные судебные дела.

В кратковременное царствование Петра III С. утрачивает многие изъ своих важных прав в управлении государством. Возникший вместо упраздненной Конференции Совет при Высочайшем Дворе стал средоточием важнейших государственныхъ дел. От С. было отнято право издания новых законов или дополнения старых. Три первых коллегии освобождены от подчинения С., и дела их (иностранные, военные и морские) идут прямо к императору. На первый план выдвигается теперь судебное значение С.: с этой целью въ нем учреждается новый, апелляционный департамент „для скорейшаго решения юстйцких, вотчинных и всяких апелляционных делъ“ (смотрите судопроизводство). Екатерина II при своемъ вступлении на престол нашла полный беспорядок во всех частях государственного управления, где, по словам, императрицы, „худо исполнялись указы самого С.“, а в этом последнем „за излишества почитали государственныя дела слушать и потому сделалось, что иногда не знали, о чем судятъ“. Екатерина не доверяла С., в котором были живы воспоминания о власти С. при Елизавете Петровне. С., к которому, за упразднением Совета, вернулись все прежние его права, „выдавал законы, раздавал чины, достоинства,

деньги, одним словом, почти все и утеснял прочия судебные места въ их законах и преимуществахъ1. Екатерина отнимает постепенно у С. важнейшия его права, лишает его не только политического значения, но ограничивает его роль во внутреннем управлении. Изданием законовъ вместо С. ‘занимается или сама императрица, или же вновь учрежденный ей (в 1768 г.) Совет при Высочайшем Дворе, или же императрица поручает законодательные дела особым комиссиям (например, Комиссии объ Улож. Гражд. Законов 1767 г.). Съ целью введения порядка в дела управления и устранения медленности въ делопроизводстве С., он был разделен на шесть департаментов. Четыре из них находятся в Петербурге, два в Москве. Разделение С. на департаменты ослабило власть С. въ управлении: раньше все дела решались в общих его собраниях,—теперь все департаменты были признаны равными по своей власти. Дела в нихъ решались единогласно (3—4 членами) и только в случае разногласия переносились в общее собрание С. Департаменты С. разделялись на административные и судебные. В Первомъ департаменте сосредоточены были важнейшия „государственные внутренния и политические дела“. Второй департамент ведал судебные и межевыя дела; Третий—дела губерний, которыя находились на особом положении; Четвертый—военные и морские дела. Изъ московских департаментов С. одинъ был также административный, а другой— судебный департамент. При I департаменте С. в С.-Петербурге состоял генерал - прокурор, который при Екатерине II приобрел огромное влияние на все дела управления и подчинил себе и С. Императрица передавала некоторые административныя дела и другим лицам, помимо С., чем еще более ограничивались права его во внутреннем управлении. За изъятием из ведомства С. (III и IV его департаментов) военных и морских дел, порученных военной и морской коллегиям, у С. осталось незначительное количество мелких текущих дел управления. Последнийудар был нанесен С. учреждением губерний (смотрите XVII, 311) в 1775 г., лишившим С. непосредственного влияния на дела местного управления. Новия губернские учреждения, куда переходятъ дела из коллегий, подчиненных С., вышли из-под зависимости от него вместе съколлегиями.Губернские места подчинены были контролю губернаторов и наместников в провинциях, генерал-прокурору в столице. Наиболее важные дела в местном управлении докладывались государыне, помимо С., которому остались лишь мелкия административные дела, поступавшия в С. из вновь созданных 42 палатъ гражданского и уголовного суда и изъ такого же числа губернских правлений и казенных палат. Меньший сравнительно ущерб потерпело судебное значение С. Хотя и в области судебных дел С. ощущалось большое влияние обер-прокуроров и особенно генерал-прокурора и допускались жалобы императрице на решения департаментов и общих собраний С., все-таки сама императрица придавала большое значение С., как высшему органу в решении судебных дел. С. должен был „смотреть недреманным оком, чтобы дела правосудия требующия долго без решения не оставались“. Обязанностью С. считалось „прилежно и беспристрастно разбирать дела и иметь правый судъ“. С. ревизовал важнейшия уголовныя дела, поступавшия в него из уголовных палат. При Павле I С. иногда поручались императором некоторые законодательные и административные дела, но за С. в это царствование упрочилось еще более значение высшого судебного учреждения в государстве. Все почти департаменты С. были заняты обсуждением судебныхъ дел, которых накопилось в С. до 12 тысяч, так что для их решетя были учреждены в С. еще три департамента. Установлен был ряд меръ для ускорения делопроизводства в С. С. мог „опубликовывать судебные ме- -ста за незаконные решения делъ“. Дела, соединенные с казенным интересом, С. рассматривал в качестве апелляционной инстанции, за которой следовал сам государь. К

gw

нему же направлялись в довольно сложном и запутанном порядке жалобы на решения департаментов и общих собраний С. В течение всего XVIII етол.—первого периода в истории С.—за ним сохранялось, сь некоторыми перерывами, значение высшого учреждения с политическими правами, законодательными и правительственными в области государственного управления. Безпрерывная борьба С. за свою власть с соперниками—высшими учреждениями разныхъ названий, с переменным успехомъ не прекращалась в течение всего этого времени. В лице Екатерины II С. встречал решительное противодействие упрочению своей политической роли в государстве. Целым рядомъ мер императрица отняла у С., одно за другим, все важнейшия права С., лишила его не только политического значения, но и высшого административного, оставила за С. высшее место только в судебных делах. В течение XIX и в начале XX стоя. С. не играл никакой политической роли: на его положении и правах в государственном управлении отражалось теперь влияние реформ, произведенных в нем в начале XIX и XX ст., благодаря которым постоянно усиливается, крепнет главным образомъ значение С., как высшого судебнаго учреждения в государстве с некоторыми законодательными и административными правами, дополняющими коренную, судебную функцию С. в русском государственном управлении.— Александр I при своем восшествии на престол задумал преобразовать все русские учреждения, дать им прочныя основания на начале законности. Государь считает С. „необходимымъ противовесом произволу“ и предложил самому С. указать на средства к восстановлению утраченных имъ прав в государственном управлении. Указом 5 июня 1801 г., в котором С. назван „правительствующим, верховным местом правосудия и исполнения законовъ“; С. повелева-лось „представить государю все то, что составляет существенную должность, право и обязанность С.“. Члены старой, консервативной партии, заседавшие тогда в С. (гр. Воронцов. Завадовский, Мордвинов, кн. Зубов), воспользовались этим случаем, чтобы восстановить верховное правитель- ственное значение С., какое ему принадлежало при Елизавете Петровне. В „Мнении о правах и преимуществах С.“, представленном в отношении С. Александру I, ему присвои-ваются важные законодательные и высшия административные и судебныя права. „Мнение“ С. об его правахъ не разделялось новой, либеральной партией, членами неофициального комитета (Новосильцев и др.), которые въ своем общем плане политическихъ реформ в России полагали оставить за С. роль высшого судебного учреждения и только со временем преобразовать С. в Верхнюю Палату съ законодательными правами, куда могли бы войти депутаты от русской знати. Александр I разделял мнение своих ближайших сотрудников (Новосильцева и др.) и решил предоставить С. высшия судебные права и верховный контроль над органами управления. Это и было сделано. Указъ С. об его правах и обязанностяхъ (8 сент. 1802 г.) называет С. „верховным местом Империи и хранителем законов, обязанным заботиться о повсеместном соблюдении правосудия“. Поэтому „беспристрастному и нелицеприятному правосудию С. принадлежит ревизия верховного суда по делам гражданским, уголовным и межевымъ“. В С. направлялись все апелляционные и следственные дела. Указ ставит С. на первое место въ государственном управлении: „власть С. ограничивается единою властью Императорского Величества, единое лицо Императорское Величество иредседа-ет в С. Указы С. исполняются всеми, как собственные Императорского Величества. Один Государь или Его именной указ может остановить сенатские повеления. В С. должны взноситься все Именные Указы, кроме подлежащих особливой тайне, отъ всех мест и лиц, которым они даны будутъ“. Всем учреждениям, зависящим от С., предписано обращаться к нему в случаях сомнений и затруднений по делам, входящимв ведомство С. С., как хранитель законов, был обязан заботиться о прекращении всяких злоупотреблений со стороны учреждений и лиц. Поэтому указ наделяет сенаторовъ правом представлять государю о происходящем „вреде в государстве и о нарушителях закона, им известныхъ, и делать замечания самому С. „об упущениях законного порядка въ течении делъ“. Для поддержания высокого авторитета С. в управлении все дела должны решаться в его департаментах единогласно, в общих собраниях С. большинствомъ 3/s членов. Указ устанавливает довольно сложную процедуру обсуждения дел в департаментах и общем собрании С., по, которым не достигнуто единогласия. В случае разногласия между общим собранием С. и генерал-прокурором дело докладывается государю вместе с ним депутацией от С. — Указ 8 сент. наделяет С., как хранителя законов, важнымъ правом представлять государю о „всяких неудобствах в исполнении законов по общим государственнымъ делам или, в случае неясности и несогласия, законов по частным делам с существующими узаконениями“. Если после такого представления С. государю „не будет учинено перемены, то закон остается в своей силе“. Впоследствии, в первую эпоху преобразований при Александре I, число департаментов в С. было доведено в 1802 г. до девяти, произведено распределение между ними разнаго рода административных дел и изданы правила относительно делопроизводства в департаментах С.

Реформа С. в 1802 г., проведенная во многих отношениях согласно съ желаниями авторов „Мнения С. объ его правах и преимуществахъ“, на самом деле не дала ему того, что было обещано в указе 8 сентября. Еще ранее издания указа был образован (30 марта 1801 г.), Непременный Совет с законодательными правами (смотрите XVI, 261/62). Вскоре после преобразования С. лишился права представлять государю о противоречияхъ новых указов с старыми узаконения-двщ. При первом же случае, когда С. задумал воспользоваться этим своим правом, ему было разъяснено, что „под именем законов существующих, к которым относится это право С., должно разуметь не вновь издаваемые и подтверждаемые законы, но прежние“. Вслед за этим была отменена и посылка С. государю депутаций по особенно важным делам. С. потерпел большой урон и в своих административных правах. В один день с указом С. (8 сент. 1802 г.) последовало учреждение министерств (смотрите XXIX, 15/16), между которыми были распределены все главные дела государственного управления. Компетентность вообще министерств была та же, что и ведомство С. Те же общия дела управления, которые ведал С., совпадали с кругом делъ одного из министерств—внутренних дел. Однородность административных дел, порученных С. и министерствам, ослабляла значение С., какъ высшого органа в государственномъ управлении. Правда, указ 8 сент. объ учреждении министерств возлагалъ на министров обязанность ежегодно подавать С. письменные отчеты о своей деятельности. С. рассматривает ихъ в присутствии министров, требуетъ от них объяснений по содержанию отчетов и в случае дошедших до С. сведений о злоупотреблениях въ ведомстве того или другого министра. Право высшого контроля С. над деятельностью министров сделалось скоро номинальным. Расширению власти министров в управлении, тождественной с нравами С., не было положено какого-либо предела наказами или инструкциями. Министры докладывали о всех делах своего ведомства лично государю, вследствие чего освобождались от законной ответственности перед С. Вследствие того, что С. былъ лишен права входить к государю съ докладами о неудобствах в исполнении законов, министры испрашивали высочайшого разрешения даже в маловажных случаях. Значение министров в делах управления увеличилось еще потому, что с (Образованием в 1801 г. Непременного Совета в него ушли из С. наиболее влиятельные сановники, которые потом

Сделались и министрами.. Отчеты С. представлялись министрами неаккуратно, обсуждались в С. обыкновенно лидами, менее знакомыми с административными делами, чем сами министры. Последние сообщали С. указы, одобренные уже государем, только для обнародования. Умаление прав С. в управлении вместе с увеличением власти в нем министров произошло также вследствие возникновения вместе с министерствами особаго высшого учреждения—Комитета министров. Последний из первоначального случайного „совокупнагодоклада“ министров государю о делах управления скоро обратился в постоянное, самостоятельное учреждение с решающей властью по всем делам государственного управления (смотрите министерская власть).

Таким образом, в первую эпоху реформ Александра I С. лишился всех важнейших своих прав—законодательных, административных. С. перестал быть высшим органомъ контроля над всеми учреждениями въ государственном управлении, ведалъ лишь судебные и незначительные административные дела. В таком же почти положении С. остался и при произведенных реформах в центральном русском управлении по плану Сперанского. Из дел законодательных, которые впоследствии ведалъ Государственный Совет в качестве законосовещательного учреждения, С. в общих собраниях его членов было предоставлено право вырабатывать проекты законов и подносить их на высочайшее утверждение через Государственный Совет и министра юстиции, если последний получит на то высочайшее разрешение. С., по общему правилу, должен был составлять законопроекты по таким делам, на которые не было точного закона. Это право С. помогало ему восполнять многие пробелы в законах, пока эта задача не стала специальной функцией созданных в XX в законодательныхъ учреждений. По плану Сперанского на С. возлагались важные функции въ государственном управлении. Он не только должен был сам участвовать в управлении, но и стать в немцентралъным административным и контролирующим ход управления учреждением. В то же время предполагалось поставить С. во главе судебных учреждений империи. Предположения Сперанского о реформе С. не осуществились. При преобразовании министерств в 1811 г. все дела, которые фактически поступали в Комитет министров, отнесены к ведомству С. На самом деле, однако, Комитет министров продолжал существовать сначала, по случаю отъезда государя за границу, даже с черезвычайными полномочиями, а затем съ значением высшого правительственного установления в государстве, парализующого в течение всего XIX стол, деятельность всех остальных высших учреждений в государственномъ управлении. Значение С. в управлений было подорвано „Общим Учреждением Министерствъ“ 1811 г., в котором С. был назван „средоточиемъ исполнительных дел (§ 231), в числе которых были и дела, требующия особенного Высочайшего разрешения“.

„Общее Учреждение Министерствъ“ устанавливает общий принцип, что „власть судебная во всем ея пространстве принадлежит С. и местам судебным. Посему никакое министерство само собою никого судить и никакихъ тяжбърешитьне можетъ“ (§§ 238—240). Наконец, в том же „Общем Учреждении Министерствъ“ находятся и определения об ответственности министров перед С. (§§ 279—295 и след.). Все эти §§ „Общого Учреждения Министерствъ“ остались мертвой буквой. Вследствие того обстоятельства, что С. остался в стороне от реформъ и не получил определенного устройства, он потерял значение сначала в центральном, а потом и местном управлении. Главную роль в делах внутреннего управления играли министры, несмотря на признание С. верховным в порядке суда и управления местом империи, подчиненнымъ единой власти императорского величества. Министры сделались независимыми от С. Их ответственность, определенная „Общим Учреждениемъ Министерствъ“, не могла быть осу,.

ществлена, так как при Александре I не был образован Верховный Уголовный Суд, который должен былъ находиться в составе С. и разбирать дела о министрах, обвиняемых „въ важных государственных винахъ“. С. ло„ОбщемуУчрежденитоМинистерствъ“ должен был в одно и то же время быть высшим органом надзора надъ действиями министров, заботиться о сохранении единства, в деятельности министерств и непосредственно участвовать в управлении. Вмешательство С. в важнейших случаях деятельности министров должно было стеснять их. Министры стремились к тому, чтобы освободиться из-подъ контроля С. Каждый из них предпочитает представлять свои доклады о делах непосредственно государю, помимо С., Комитета министров и Государственного Совета. Надзор С. над местными учреждениями былъ слаб и ограничен; С. принимал небольшое участие в делах внутреннего управления. Даже в решении судебных дел С. должен был конкурировать с Советом и Комитетомъ министров.

В царствование Николая I вся исполнительная власть перешла к министрам. С. лишается и принадлежащей ему, как хранителю закона, власти надзора за законностью в управлении. С. не мог осуществлять этого важного права вследствие развития при Николае 1 начала единоличнаго надзора над деятельностью всехъ учреждений в управлении. За исполнением законов, свод которых былъ издан в царствование Николая I, наблюдал сам государь лично и черезъ доверенных лиц, собираемых въ ряде комитетов, в которых онъ принимал личное участие. С. самъ подпал под надзор I Отделения Собственной Его Величества Канцелярии, через которую было повелено (въ 1827 г.) всем губернаторам доносить государю о каждом высочайшем повелении, полученном ими через С. и министров. Министры должны были доносить ему ежемесячно о делах, ранее представленных, но не получивших еще разрешения. Наконец, рядом с С. было образованодля надзора за законностью в стране III Отделение Собственной Его Величества Канцелярии, которому было поручено „обращать особенное внимание на могущия произойти без изъятия во всех частях управления и во всех состояниях и местах злоупотребления, беспорядки и закону противные поступки“1.

В царствование Николая I в С. было 12 департаментов: в Петербурге находились первые пять департаментов, герольдии и межевой, в Москве—три департамента (6—8) и въ Варшаве—два (9—10). Половина департаментов в С. были судебные (одинъ в Петербурге и все остальные вне его). Сюда направлялись изо всех губерний и местностей России судебныя дела, как уголовные, так и гражданские. В конце царствования Николая I С. обратился в высшую судебную инстанцию, через которую важнейшия дела восходили из губернских учреждений на рассмотрение Государственного Совета.—В царствование Александра II положение С. въ государственном управлении значительно изменяется. Его роль, какъ хранителя законности, увеличивается. С. занимает центральное место въ управлении, как высший орган надзора за деятельностью всех судебных и административных учреждений империи. Целый ряд реформ въ общественной жизни России оказалъ большое влияние на состав С. и весь характер его деятельности в управлении. Особенное значение для состава и деятельности С. имела судебная реформа. Вместе с ней все департаменты С. сосредоточены в Петербурге; московские и варшавские департаменты С. были закрыты. В составъ С. введены два новых кассационныхъ департамента, для гражданских и уголовных дел. Они были учрежденьЕ для надзора за точным соблюдениемъ закона судебными и мировыми установлениями, подчиненными С. Решения кассационных его департаментов признаются окончательными. Образование в составе С. кассационных департаментов с такими правами при решении судебных дел послужило к возвышению авторитета С. в качествевысшого судебного учреждения в империи. Судебные уставы придали С. значение учреждения с важными законодательными правами. Постановлением о том, чтобы все судебные установления во главе с С. решали дела „по точному разуму и общему смыслу законовъ“ (12 ст. Уст. Уг. Суд.), открывался большой простор для широкого и свободного толкования законов в случае неполноты, неясности или противоречия законов. С. возвращается его прежнее право участия въ законодательстве, но это право теперь приурочивается к специально-судебной функции С. в управлении. С. в последующей своей деятельности в области судебных дел широко воспользовался предоставленными ему правами, пополняя как материальные, так и процессуальные законы.

Образование органов земского и городского самоуправления расширило круг ведомства административныхъ департаментов С., на которые возложены надзор за деятельностью зем- ских и городских учреждений и решение дел о привлечении к ответственности должностных лиц, нарушивших своими действиями права отдельных лиц и учреждений. Такимъ образом, С. в царствование Александра II был поставлен во главе надзора за законностью деятельности центральных и местных управлений. О дальнейшей истории и современномъ устройстве С. см. Россия.

Литература. Свод законов, Iт., I ч.; Петровский, „С. в царств. Петра В.,“; Филиппов, „История С. в нравл. Верховного Тайного Совета и Кабинета“; Щеглов, „Государств. Совет въ России и Государств. Совет в царств. имп. Александра I“; Цейль, „Пра-вит. С.“; Юбилейное издание: „История Правит. С. за двести летъ“; Г. Тель-берг, „Правит. С. и самодержавная -власть в начале XIX в.“. Главы о С. в курсах русск. государств. права Градовского, Коркунова, Лазаревского, Ивановского, Куплеваского-

В. Щеглов.