> Энциклопедический словарь Гранат, страница > Сибирское областничество

Сибирское областничество

Сибирское областничество. В сибирском областничестве, когда началась и развивалась революция 1917 г., потонули все политические партии, и даже большевики должны были считаться с этим течением политической мысли в С. Сибирское областничество, настаивая на самом широком культурном и политическом самоопределении, никогда не предполагало порывать связь с Европ. Россией и не стояло на платформе „самостийности“ (самостоятельности). Представители украинофильства Драгоманов и особенно Грушевский в этом отношении резко отличаются от теоретиковъ сибирского областничества Потанина, Ядринцева и Щапова. Сибиряки не мыслили себя вне России. Щапов въ основу своей теории области, земской союзности полагал принцип хозяйственно - географического обособления на основе „быть в любви, в совете и единении“. Потанин безусловно примыкает к Щапову, но придаетъ большое значение географическим и хозяйственным условиям в образовании областных единиц, потому что природа сама величайший сепаратист, борьба с которым бесполезна. Ядринцев, вполне разделяя мнение, что область должна иметь обособленные хозяйственные и экономические интересы и отличаться культурнобытовыми особенностями, доходящими в отдельных случаях до племенных. и национальных особенностей, предполагал, что Сибири предназначена провиденциальная роль быть посредником сближения культур Запа,-да и Востока, нового мира Европы съ древним миром Азии (Козьмиш, „Сиб. Зап.“). Для такой роли, благодарявсей политике центра, С. является неподготовленной, культурно отсталой.

И Потанин и Ядринцев, стоя на платформе обще-русской федерации, так ярко и научно развитой Щаповым, возвышая идей национальности до мирового значения, как эту идею трактовал Маццини, доказывали, что федерация несет за собой не распадъ России, а тесное единение всех областей и народов, но не путем насилия, а путем духовного единения, сознания общности интересов. Ихъ теоретические рассуждения основывались на исторических данных и характере всех условий жизни С. Ониформулировали то, к чему инстинктивно стремился и стремится сибиряк, духовно связанный с Россией. Сибирское областничество, с его глубоким самоопределением и теснымъ единением всех областей, племенъ и народов, слагалось исторически и вытекало из совокупности всех— географических, экономических, бытовых и исторических условий жизни С. Особенности С. во многих отношениях отличны от таковых Евр. России. Но эти особенности и в самой С., благодаря ея этнографическим, географическим, климатическим, историческим и иным условиям, более разнообразны, чем в Евр. России. Приамурский край, Восточная С., Зап. С., Степной край,—резко различаются между собой по характеру и условиям. Почти каждая губерния С. имеетъ полярный круг, поясы лесов, степей, чернозема, долины и горы. С. заселена инородцами, стоящими на различных ступенях культурнаго развития—от бродячих инородцевъ до оседлых с развитыми формами хозяйственной жизни, с собственнымъ самоуправлением и кодифицированным правом. Разнообразие языка, религий, бытовых условий, характера хозяйственной жизни и прочие вполне соответствует „разноликим народамъ“ С. Разнообразие экономического развития и быта требует от правительства близкого знакомства со всемъ этим многообразием жизни и вместе с тем необходимо достаточно скорое удовлетворение интересов окраины. Отдаленный центр не может ответить этим требованиям и всегда проявлял изумительное незнание жизни С., прилагая к ней масштабы Великороссии. Старое самодержавноцаристское правительство игнорировало интересы С. и смотрело на не© исключительно с точки зрения господствующого сословия в Евр. России или как на свою вотчину. Оно не доверяло сибирякам и всемерно задерживало гражданское развитие страны, лишая окраину почти всех тех реформ, какими уже пользовалась Евр. Россия. Хозяйственная жизнь С. рассматривалась искючительно под углом интересов промышленных центров России, а С. стремились удержать на положении „сырьевой страны“, которую заставили при этом нести еще особую государственную повинность, сделав ее свалочным местом уголовных отбросов. С С. брали все и почти ничего не давали. Игнорирование и даже полное отрицание ея собственных интересов выражает типичное отношение отсталой метрополии къ колонии. Между тем в С. среди населения— 80°/о русских, вполне сохранивших тип великоросса и еознаю-пшх свое духовное единство съ Россией и свою экономическую связь с ней. С., отделенная от европейского культурного мира льдами Севернаго океана и народами Азии, может воспринят европейскую культуру только через Европ. Россию. Для ея сырья— хлеба, леса, мехов, продуктов скотоводства, рыбы, богатств, скрытых въ недрах земли и гор,—главный сбытъ на Запад. И духовные, и культурные, и хозяйственные интересы заставляютъ С. тяготеть к Западу, а не к Востоку. Это создает тесную связь С. с Европ. Россией, несмотря на то, что правительство постоянно тормозило развитие окраины. Но, очевидно, своевременно и правильно разрешать вопросы окраины возможно только на местах. Объ этом говорил enje в XVII в авторъ „Краткой сибирской летописи“, призывая любить С. и стремиться к тому, „чтобы наше сибирство пребывало во веки“.Сибирские бунты были протестомъ против жестокого, противного интересам С. управления. В многочисленных челобитных не раз указывалось, что местные люди лучше будут управлять С., чем наезжие воеводы. Все слои сибирского населения „испо-кон вековъ“ были проникнуты сибирским патриотизмом и относились с недоброжелательством и ненавистью к „навознымъ“ правителям. Отсутствие в С. местной интеллигенции послужило причиной того, что сибирский патриотизм до конца XIX в не мог вылиться въ определенную политическую программу. Потанин считает, что первыми сформировавшимися сибирскими патриотами, в трудах которых онъ находит указание на областничество, были историк Сибири П. А. Словцов, автор „Конька-Горбунка“ Ершов, инженер Г. И. Спаский и ученики Сл овцова — Калашников, Абрамов, бр. Щукины и др. Но и у них не было областнической программы и ясного плана федеративного устройства России. Формулировке идеи федерации помогли, как былоуже отмечено, в особенности петрашевцы, что отмечают Потанин иЯдрннцев, придавая большое значение в этом отношении омскому кружку Капустиной, руководимому петрашевцем Дуровым. Основоположниками сибирского областничества были Потанин и Ядринцев. Выработка программы самоопределения С. началась в 60-м г. в Петербурге, в „Сибирском кружке“, организованном Потаниным и Ядринцевымъ из сибиряков студентов и офицеров (С. С. Шашкова, Н. И. Наумова, И. А. Худякова, бр. Черемшанских, Усова, Шешунова, Сидорова и др). На сибирскую молодежь сильное влияние имели лекции сибиряка Щапова объ областном начале в русской истории и Н. И. Костомарова. Кружок решилъ бороться с уголовной ссылкой в С., с экономическим игом Москвы над С. и с отливом учащейся молодежи из С. Основание в С. университета, создание независимой прессы также входило в программу деятельности кружка. С 1862 г. деятельность членов кружка была перенесена в С., где они читали лекции, образовывали кружки, вели пропаганду областнических идей. В иркутском кружке купца А. Белоголового дебатировалсявопрос о соединенных штатахь С. В Иркутске же была сделана попытка образовать „Общество независимости С.“. В статьях неофициальнаго отдела „Томских Губернских Ве-дом. “, которым руководил Потанин, также проводились идеи областничества. Но в общем деятельность молодых сибиряков имела культурный характер, в ней не было сепа-ратистических стремлений. Тем не менее центральная власть, совершенно не разбираясь в общественных настроенияхъС., не различая сепаратизма и областничества, всемерно боролась со всяким стремлением С. к самодеятельности и самоуправлению, как съ проявлениями сепаратизма. В 1865 г. у кадета омского кадетского корпуса Усова был найден писанный проектъ прокламации с призывом С. к восстанию. У брата кадета, офицера Ф. Н. Усова, был произведен обыскъ и была найдена обширная переписка с Ядринцевым, Потаниным и др. Жандармский полковн. Рыкачев решил создать дело; пошли аресты во многих городах С., Петербурге, Оренбурге и др. Арестованные Ядринцев, Потанин, Щапов, Шашков, Щукин, Е. Колосов, Шайтанов, Усовы, Злотин, Нестеров и мн. др. были привезены в Омск. В Иркутске у Щукинабыл найден второй проектъ прокламации к „патриотам Сибири“, по содержанию близкий к захваченному у Усова в Омске. Обе прокламации указывали, что С. является наиболее угнетенной частью государства, говорилось о независимости С., которой можно добиться только в тесномъ союзе с русским народом, и указывалось на возможность образования изъ С. государства по образцу Соединенных Штатов Америки. Омскую прокламацию предполагали издать отъ проектируемого „Общества независимости С.“. Ни Ядринцев ни Потанинъ никакого отношения к прокламациямъ не имели. Иркутская прокламация была написана купцом С. Поповым. Создалось „дело о злоумышленниках, имевших целью отделить С. отъ России и основать в ней республику по образцу С. Американских Соединенных Штатовъ“. Но потом это делобыло озаглавлено иначе: „дело о зло-номеренных действиях некоторых молодых людей, стремившихся къ ниспровержению существующого в С. порядка управления и к отделению ея от империи“. Дело слушалось въ Москве в отделении Сената. Былъ вынесен заочный приговор (привлеченные сидели более трех лет въ Тюрьме в Омске) с каторжными работами, но потом смягченный для Потанина 5 г. крепостных работ въ Свеаборге, а для остальных-ссылкой на поселение в Вологодскую и Архангельскую губ.; оправдано было двое. После этого нашумевшего дела о сибирских сепаратистах,идея областничества в С. не умирает. Напротив, для нея являются новия данныя: С. оказалась обойденной почти всеми реформами 60-х гг. Целый ряд го-, родов С. в лице городских думъ выносит постановления о распространении на С. земских учреждений, судебных уставов и так далее Возбуждается вопрос - о скорейшем открытии сибирского университета. С 1873 г. вопрос об областничестве и отношениях между метрополией и колонией ставится определенно Потаниным и Ядринцевым на страницах „ВолжскоКамской газеты“ в Казани. 26 октября 1881 г. С. отпраздновала трехсотлетие присоединения к России с большимъ подъемом, а в начале 1882 г. вышел в свет капитальный трудъ Ядринцева „Сибирь как колония“. Все это усиливает пропаганду областнических идей. На ежегодныхъ банкетах, „Сибирского праздника“, устраиваемых 26 октября, программа областничества обсуждается относительно открыто. Проводником областничества с 1882 г. является игаз. „ВосточноеОбозрение“.Въ90-хъг. сибирское общество ведет борьбу за уравнение С. в правах с Россией, в защиту порто-франко на Амуре и в устьях сибирских рек, за отмену уголовной ссылки. Борьба ведется въ печати, на съездах, в городскихъ думах и др. В 1902 г. в заседаниях комитетов о сельско-хозяйственной промышленности, при обсуждении вопроса о введении в С. земскихъ учреждений, впервые легально поднимается вопрос об областном земстве (областном съезде). В 1905 г. иркутская городская дума, собрание пяти томских обществ и др. издают проекты земского положения в С., построенного на демократических началах и возглавляемаго всесибирской областной думой съ некоторыми законодательными функциями. Но земства С. не дали, и бюрократическое правительство не разъ заявляло в Гос. Думе, что земство в С. несвоевременно. Борьба заземство, за новые суды велась и на страницахъ сибирской печати и в Гос. Думе; выносились постановления по этому поводу городскими думами, биржевыми комитетами на местах. Сибирская печать и во время реакции после 1906 г. пыталась ставить и обсуждать областнические вопросы, причем некоторые органы указывали, что С. должна представлять не одну область, а две и более, во главе которых должны быть областные думы, объединенныя всесибирским парламентом. Предъ 1917 г. политические партии, которыя уже не могли не считаться с областническим движением в С., стремились определить свое отношение къ нему. С-р. и н-с. полностью признали его и в самом углубленном направлении, то есть признали федеративное устройство. Конституционалисты-демократы, которые стояли на платформе автономии, нашли необходимым после мартовской революции пересмотреть свое отношение к сибирскому областничеству, и многие сибирские отделы партии народной свободы, особенно на востоке, высказались за федерацию. Идея сибирского областничества явилась нерезультатом кабинетных измышлений, а вытекла из жизненных условий С., сложилась исторически и съ первых же дней мартовской революции начала выливаться в программы на местах, захватив широкие круги населения. Программы эти в деталяхъ разнообразны, особенно в вопросе— иметь С. один или несколько парламентов,—но в сущности все оне сходятся в признании единства Российской республики, ея федеративнаго устройства на принципе территориальности и с защитой интересов нацио-

j 9

Сибирь.

540

нальных меньшинств. Оставляя суверенные права за областнымъ парламентом—одним или несколькими,—сибиряки-областники разрешение вопросов—права войны и мира, договоры с иностранными государствами, верховное распоряжение военными и морскими силами, установление общегосударственных налогов, денежное обращение, законы страхования, весъ и меры, вексельное законодательство, законы натурализации, иммиграции и -эмиграции, железные дороги—считаютъ необходимым предоставить ведению всероссийского парламента. Окончательную выработку сибирского законодательства и норм, регулирующихъ отношения между С. и Россией проектировалось цроизвести на всесибирском съезде, а затем во всесибирском Учредительном Собрании въ тесном контакте с Всероссийскимъ Учредительным Собранием.

Литература о См ея история до 80 гг. подробно указана в известной „Сибирской Библиографии“ Межова. После Межова делались попытки продолжить этот труд, например, „Библиография Якут. области“, изд. Вост.-Сиб. Отдела Географ. Об-ва. Исторические данные о С., кроме летописей („Сибирская“, „Новая летопись и др.), находятся въ изданиях Географич. О.-ва и его Сибир. Отделов, а также в „Трудах Томск. общества изучения С.“, 1914—1916 гг. В них же печатались и научные труды политических ссыльных. Сибирские газеты и журналы („Сибирь“. „Восточн. Обозрение“, „Сибирский сборникъ“, „Сибирская газета“, „Сибирская жизнь“, „Сибирские вопросы“, „Сибирские записки“ и др.) содержат массу ценных статей, воспоминаний, писем и др., относящихся к истории общественного развития С. В „Сибирск. Жизни“ печатались, начиная с 1912 г., представляющия большое историческое значение „Воспоминания“ Г. Н. Потанина, охватывающия период более чемъ за 50 лет. В „Восточ. Обозр.“ и „Сибир. сборнике“, конца 90-х гг. и первого пятилетия н. ст. помещены статьи К. Козьминой „Из Архива сибирского патриота“ (Н. М. Ядринцев). В „Сибирск. запискахъ“ за 1916—17 гг. помещены письма Ядрин-цева. Сибирское областничество нельзя изучить, не ознакомившись со статьями Потанина, Ядрин-деза, Шашкова, Щапова, В. М. Крутовского, Н. Н. Козьмина, Евг. Колосоза и др., напечатанных в газетах и „Сибирск. Записк.“, выходящих в Красноярске с 1916 г. О влиянии политических ссыльных и сибирском обществе много интересных данных имеется в воспоминанияхъ декабристов. Позднейший период ссылки освещен в статьях и воспоминаниях, напечатанных в „Быломъ“, „Минувш. год.“, „Голосъ минувшаго“, сибирских изданиях и др., а также в известной книге Дж. Кенана—„Сибирь и ссылка“. Газеты и журналы, особенно сибирские, относящиеся к 1916—17 гг. представляют ценный материал для изучения областничества. Из отдельных трудов о С., имеющих отношение к ея истории, общественности, ссылке и областничеству, мы должны отметить следующие: Труды Миллера и Фигира] П. Словцов, „Историч. обозрение С.“ (кн. 1 и 2—1838 г. и 1844 гг., и „изд. И. М. Сибиря-кова, 1886 г.); В. /(“. Андриевич, „История С “ (5 вып. 1889 т.) Н. Н. Фирсовь, „Чтения по истории С“ (вып. I, 1915 г,); Н. Щеглов, „Хронологич.

перечень важнейших данных из истории С. (1834 г.); П. И. Пежемский и В. А. Кротов, „Иркутская летопись“, изд. В.-Сиб. Отд. Геогр. О-ва (1911 год); Д. Г. Анучин, „Договоры России с Востокомъ“ (офиц. изд.); Н. Бантыш-Каменский и Юзефович, „Дипломатическое собрание делъ между Российским и Китайским государствами с 1619 г.й; „Краткий очерк наших торговыхъ сношений с Китаем через Кяхту“ (изд. кяхтинск. купеч., 1896 г.); Г. Н. Потанин, „Материалы для истории С.“; В. Семевский, „Крестьяне в царствование Екатер. II“; его же, „Рабочие на сибирскихъ золотых приискахъ“ (2 т ); В. И. Вагин, „Исторические сведения о деятельности гр. М. М. Сперанского в С.“ (1872); Н. М. Ядринцев, „С., какъ колония“ (1882); С. В. Максимов, „С. и каторга“ (3 ч., 18/1); //. Барсуков, „гр. Н. Н. Муравьев-Амурский“; Романов, Н. С., „Муразьев и Амуръ (Ирк., 1912); В П- Сукачев, „Иркутск; его же, „Первое столетие Иркутска“; „Г. Томскъ“ (1912); //. Серебренников, „Покорение Иркутск. губ.“ (И 1913); бг0зл:«е„Первоначальное заселение Иркутск. губ’.“ (И., 1913); II. М. Головачев,„Иркутское лихолетие“ (Летопись о Крылове и ея разбор, М. 1906); сго же, „Очерк заселения С. в XVI и XVII ст“. (Спб. 1906); его же, „Экономич. география С.“ (М. 1916); А. В. Адрианов, „Томская старина“ (Т. 1912); К. Дубровский, „Рожденные в стране изгнания“ (Спб. 1916); „Памяти Д. А. Клеменца“— Сборник изд. Вост. Сиб .Отд, Геогр. Об. (И. 1917);

B. М. Бензинов, „Очерки торговли на севере Якутской обл.“ (М. 1916); его же, „Русское устье Якут. обл.“ (М. 1913); „Сибирь и ея нужды“, Сборн. подъ ред. I. С. Мельникова, И. И. Попов, „Самоуправление и Земские учреждения“ (М. 1905); его же, „Положение о земских учреждениях в С.“(Изд. Иркут. Гор. Думы 1905); „Основные положения о земствее пяти томских обществ; И. И. Майновъ> „Русские крестьяне и оседлые инородцы Якут-обл.“ изд. Геогр. Общ. С. П6,1912; Статистич. исследования Иркут. и Енисейск. губ. под рукводствомъ Астырева и Личкова в конце 80-х гг.; „Труды“ экспедиции Куломзина в Забайкальск. обл. въ 1896 г.; „Сибирское переселение“, изд. переселенческого общества.

И. Попов.