> Энциклопедический словарь Гранат, страница > Сирскии язык и литература

Сирскии язык и литература

Сирскии язык и литература. Под термином „сирский языкъ“, или, как иногда говорят сбивчиво: „сирийский языкъ“, понимается центральное или Эдесское (то есть сев.-зап. месопотамское) наречие арамейскогоязыка, которое явилось во ИИ-ХИИИ вв. органом очень богатой христианской литературы и, в силу своей литературной важности, принято было, какъ церковно-письменная речь, также у прочих христиан-арамейцев, западных ли (сирийских, палестинских), восточных ли (месопотамско-персидских). Называть же себя просто „арамейцами“ христиане-арамейцы избегали, потому что с термином „арамейский“ связывалось представление о язычестве. Авторы европейских грамматик С. языка: по нем. Брокель-ман (2-е изд. 1905) и Нестле (1888), по франц. Дюваль (1881), по-латыни Джисмонди (Бейрут, 2-е изд. 1900). Словари: „Thesaurus syriacus“, состав. Payne-Smith с сотрудниками (Оксф. 1868 и след.), и короче по-английски (1896-1899) того же Payne-Smith’a; сир.-лат. Brun’a (Бейр. 1895) и Врокель-мана (Берл. 1895). — Создавшаяся на С. языке литература имеет содержание преимущественно церковно-богословское, но не узкое, а с широкими философскими задачами, с разносторонними духовно-научными интересами, сперва в духе православия, потом с IV в.—в духе двух вза-имно-враждующих течений: монофи-зитского и несторианского. К старейшим памятникам С. письменности относится перевод ветхозаветной и новозаветной Библии, первоначально сделанный во II в христ. эры (старые отрывки дошли и до нас). Въ перевод однако вносились постоянные перемены, и общепринятая каноническая форма С. библии, вульгат-ная или „пешитто“, выработалась къ V веку. Ha-ряду с канонич. свящ. писанием изстари начали появляться по-сирски многочисленные апокрифы; в истории изучения развития христианской апокрифической литературы С. тексты занимают черезвычайно ваяшое место. Из писателей индивидуальных в православную эпоху выделяется светило мировой славы, плодовитый Ефрем Сиринъ (смотрите XX, 104), вдохновенный аскет, поэт, проповедник, библ. экзеге-тик. Вскоре после него лучшие С. писатели уже не православные. Литературные таланты монофизитские подвизаются на западе арамейской территории—в Сирии, Палестине, месопотамских пограничьях М. Азии, вообще, в пределах Римской империи; несториане—в пределах персидской империи шахов-сасанидов, куда бегут от гонений православных и монофизитов и доходят даже до Средней Азии и Китая. Ради научной защиты своих догматов и та и другая ветвь, монофизиты и несториане, в изобилии переводят съ греческого языка творения старыхъ отцов церкви, расчитывая в нихъ найти догматическую опору для своих идей, и с неменьшим усердием переводят и обрабатываютъ творения классической греческой философии (Аристотеля и др.), необходимия для научной, логической дисциплины; церковное право, каноны тоже тщательно включаются в кругъ С. литературных интересов. Расцвет и монофкзитской и несториан-ской письменности всякого подобнаго богословско-ученого рода приходится на ИВ-ВИИ вв. Особенно выдаются тогда из монофизитов: Иаков Серуг-ский (ум. 521), эта „флейта св. Духа и арфа верующей церкви“; мистик-пантеист неоплатонического характера Сщефан бар-Судайле VI в., приютившийся из Эдессы в Иерусалиме, ИаковъБарадей (ум. 578), эпоним т. н. „иаковитской“ монофизитской церкви в Сирии. У несториан, спасавшихся в Персию, установились к концу V в превосходные политические отношения с шахами-сасанидами, которые поняли, что исповедники несторианства, жестоко преследуемого в соседней Римской империи, обязательно должны быть надежными верноподданными са-санидской империи. Под покровомъ шахов, несторианская С. литература в Персии достигла высокого подъема, совпавшего по времени с блескомъ пехлевийской (персидской) литературы эпохи ХосроваИ Ануширвана(531— 579). С. и персидская литературы тогда взаимно пополняли одна другую. Если С. литература усваивала из пехлевийской повествовательные сборники(например переведенные с индийского притчи „Калилы и Димны“), то в свою очередь она обогащала Персию переводами из греческой философии и вообще из греческой науки; в Ганди-шапуре Ануширван учредил медицинскую академию с составом из сириян-несториан, один из многочисленных тогдашних писателей-философов Павел Дершехрский поднес Хосрову Ануширвану свой С. перевод логических сочинений Аристотеля и, во введении, дал трактатъ о превосходстве знания над верою: знание, касаясь вещей, понятных уму, ведет людей к единодушию, а вера касается вещей сомнительных и потому ведет к раздорам. Столичный патриарх-католикос Мар-Аби I (540 —552), сам родом зороастриец, разносторонний ученый, не боялся вступать в пререкания с зороастрийскимъ духовенством и имел столкновение с самим Хосровом I Ануширваном. В следующем, XII веке, в наступивший период после расцвета, писал один из известнейших не-сторианских аскетов Исаакий Ниневийский (епископ 660—680); это популярнейший писатель и у православного монашества, его очень полюбила и древняя Русь, для которой он—„иже во святых отец наш авва Исаакъ Сиринъ“ (он по-русски и теперь часто издается). В его время вся С. территория, и монофизитская и несто-рианская, находилась уже в рукахъ арабов - завоевателей, основателей обширного халифата. Как до ислама сирияне знакомили с греческой наукой Персию, так теперь они явились передатчиками греческой образованности арабоязычным жителям всего халифата. При Халифе аль Мамуне (813—833) в Багдаде была учреждена из христиан-сириян особая коллегия переводчиков с греческого, подъ титулом „дом мудрости“, с обсерваторией и библиотекою; они переводили греческую науку сперва на свой язык (или пользовались готовыми переводами), а со своего языка—ужъ на арабский, обогащая при этом арабскую речь надлежащими отвлеченными терминами.—После IX в арабизация сириян имела последствиемъ количественное уменьшение С. литературы. Все-таки С. язык, хоть и перестал быть живым, продолжалеще употребляться письменно. В XIII в С. литература еще могла дать таких замечательных энциклогиеди-стов-полигисторов, каковы иаковитъ Абульфарадж бар-Гебрей (1226— 1286) в Азербейджане и несторианинъ Абд-Ишб Нисибский (ум. 1318), воплотившие в себе все лучшее литературное С. прошлое. Абд-Ишб оставилъ и библиографический обзор С. литературы.—Сверх христианско-богословского и греко-научного направления С. литература развила и историографию. Недошедшая до нас „История Армении“ эдесского еретнка-гностика Вар-Дайсана (154—222), которая оказалась одним из источников для знаменитого армянского летописца Моисея Хоренского, принадлелсала, очевидно, к самым ранним С. историческимъ произведениям. Дошедшия же до насъ —начинаются с IV в Таков перевод греческой „Церковной истории“ Евсевия (ум. 340), ценный потому, что греческий подлинник сохранился не совсем удовлетворительно. Отъ V в сберегся свод житий: „Книга мучениковъ“, приписываемая еп. Ма-руфе Старшему. В VI в писали очень ценные историографы. Оставляя въ стороне несторианского патриарха-ка-толикоса времен Хосрова I Анушир-вана Мар-Абу I (540—552), котораго арменисты стараются отождествить с „Мар-Ибасом халдейпемъ“, одним из существенных источниковъ „Истории Армении“ Моисея Хоренского, отметим ценную летопись войны византийцев и персов 502—506эдесца лже-Йошуа Столпника, по религии или монофизита или еще православного. Православным, повидимому, был и безымянный автор „Эдесской летописи“, довед. до 540 г. Монофизитские труды VI в.: сводная летопись около 569 г., переделанная из греческой „Церковной истории“ Захарии Ритора; „Церковная история“ Иоанна, еп. Эфесского, до 585 г. На рубеже VI—VII в —история сев.-месопотамских (адиа-бенских) христиан при парфянах и сасанидах, несторианина Мешиха-Зехии (ум. после 603). В нач. VII в.—переработка светской (уже не церковной) греческой „Евсевиевой хроники“, а въ конце века—продолжение к ней Ианова Эдееекого. В УШ в.—огромная всемирная хроника: „Лже - Дионисие-вы летописи“ около 776 г., ошибочно приписываемия иаковитскому патриарху Дионисию Теънь-Махрийскому IX в., подлинный труд которого непосредственно до нас и не дошел. В IX в превосходен по своей бытовой картинности род несторианского патерика: „Книга духовных владыкъ“ Фомы, еги. Маргского 840 г. Несториан-ский митрополит Илия бар-Шипая Нисибский снабдил свои „Летописи“ 1018 г., ради удобопонятности, параллельным арабским переводом,— показатель того, насколько С. языкъ в живой речи был уж для паствы непонятен. Однако на этом же умершем С. языке появились как-разъ знаменитейшие С. исторические труды; „Летописи Михаила Сирийца“, то есть антиохийского иаковитского патриарха Михаила I Старшого (1166-1199), и продолжение к ним—„Сирская хроника“ вышеупомянутого полигистора Абульфараджа бар-Гебрея (1226 — 1286), который составил еще и сводную „Церковную хронику“. Свою светскую хронику Абульфарадж переработал и по-арабски, под названием: „История династий“. В XIV в выдающееся по общеисторическому интересу—житие китайского уроженца, патриарха несториан Яб-алахи 111(1281 —1317), с описанием путешествия его друга Раббан-Савмы в Европу въ качестве посла от монгольского хана Аргуна—через Византью в Римъ к папе, в Париж к французскому королю (есть описание париж. университета! и к другим дворам. Съ тех пор С. литература не производила ничего интересного, за исключением разве кое-каких летописей, продолжающих бар-Гебрея.—Вънаше время язык С. употребляется у маро-нитов, иаковитов, несториан, при богослужении, но для целей литературных применяется арабский, Возле озера Урмии и в соседних местностях стараниями европейских миссионеров зарождается т.-н. „ново сирская“ литература на живой речи туземцев; но эта речь—потомок во-сточно - арамейского наречия, а не эдееекого, то есть не „С. языка“.—

См. В. Райт, „Краткий очерк истории сир. литературы“, под ред. проф. П. К. Коковцова, Спб. 1902; В. Duval, „La litterature syriaque“, 3-е изд.. Пар. 1907 (написана очень живо); А. Крымский, „Очерк истории сир. литературы“ во II томе „Семитских языковъ и народовъ“ (М. 1910, изд. Лазар. Инстит.), стр. 165—216, с библиографией изданий и переводов.

А. Крымский.