> Энциклопедический словарь Гранат, страница > Со смертью Гаральда против созданных им порядков началась реакция

Со смертью Гаральда против созданных им порядков началась реакция

Со смертью Гаральда против созданных им порядков началась реакция, которую его преемник Эрик (934) усилил своим деспотизмом. Еще при жизни Гаральд разрушил созданное им единовластие тем,что разделил все свое королевство на 20 частей между своими сыновьями, назначивши Эрика главою всех. Эрик, заслуживший название Кровавой Секиры (Blodaxe). решил при жизни отца восстановить нарушенное единовластие путем избиения своих братьев. Цель была, повидимому им достигнута, но в годъ смерти Гаральда (933 г.) оставшийся в живыхъ сын последнего Гакон, рожденный от рабыни и отосланный на воспитание к Этельстану въ Англию, вернулся в Н., объявив, что все старинные права народа попранные Гаральдом, будутъ им восстановлены и, был избран всем народом королем. Эрик вынужден был бежать изъ Н., а Гакон (935—с61), торжественно поклявшийся восстановить старину, выполнил обещание. Крестьянство было освобождено от податей, тяжело ложившихся на него при Гаральде, глаЕы племенъ были восстановлены в их правах, Гулатинг и Фростатинг были реорганизованы на прежнихъ основаниях и стали играть прежнюю роль.

Но согласие царило недолго. Гакон принял в Англии христианство и задумал обратить Н. въ христианскую страну. То было началом той новой и упорной борьбы между населением и королевскою властью, результатом которой, как и въ Дании, было создание нового у особенно влиятельного общественного элемента в Н. —духовенства. Правда, усилия Гакона потерпепи фиаско. Крестья не заставили его исполнять все языческие обряды, но преемникам его, после упорной борьбы, удалось силою обратить население Н. в христианство и тем самым укрепить свою власть за счетъ народных вольностей. Крупный шаг в этомъ отношении был сделан Олафом Трюгвссономъ (995—10.0), еще больший и. можно сказать, окончательный, Олафом Ии Толстым, провозглашенным Святым (1016—1С29) и сделавшимся до реформации патроном Н. (Отсюда титул „ленъ св. Олафа“). Окончательное водворение по всей Н. христианской церкви и христианских обрядов и уничтожение всего языческого было совершено и.мъ уже в самом начале его правления. Он объединил всю Н. под своей державой, восстановивъ Нидарас (Дронтгейм), обращенный им в столицу государства, и подчинил своей неограниченной власти представителей почти независимыхъ местных родов. Стремление создать прочное централизованное государство впервые проявилось въ Н. и проводилось Олафом с неслыханной еще энергией. Олаф не брезгал ничем, раз дело шло о его власти, и мероприятия его нередко носили насильственный характер. Оппозиция со стороны глав племен и населения все еще не была сломлена, а между тем рост и развитие Н. вызывали со стороны соседней Дании в лицЧ столь же могущественного Канута недвусмысленныя тенденции к захвату Н. Канут вступил в сношения со Швецией, завел связи с недовольными Олафом оппозиционными элементами и вторгся в 1023 г. в Н. Олаф вынужден был бежать и скрылся в России. Правда, ему удалось вернуться несколько позже назад, но при Стиккльстапе (1030 г.) он столкнулся с крупными силами, собранными оппозиционно настроенным населением, потерпел полное поражение и был убит. Н. попала теперь в руки Дании; Капут отправилъ своего сына Свенда в Н. в качестве правителя, и всем норвежцам пришлось испытать впервые прелести иноземного господства. Невыносимия притеснения, полный произвол в управлении и во взысканиях налогов, все это пришлось вынести И. под датским игом, и создалось охватившее всех течение в пользу изгнанной династии. Те, кто являлся наибольшим врагом Олафа, кто были его убийцами, отправились за море да его сыном Магнусом и провозгласили его королемъ Н. Uojf- 1047). Свен вынужден был искать спа сепия в бегстве, и Н. вновь сделалась вполне самостоятельным и независимым государством. В течение почти столетия спокойствие царило е стране. Короли сменяли друг друга, и все они, в той или иной мере, работали надъ упрочением своей власти, объединением страны, расширением ея пределов. Магнусу удалось временно даже завладеть Данией (битва при Зеландии 1047 г.). Его преемник Гаралъд Суровый, (Haard-rade, 1046—106с). которому не удалось удержать въ своих руках Данию, наносил Дании беспрестанные и тяжелые удары, за что прозван был северной молнией и губителем датских островов, и даже задумал завоевать Англию. Позже Магнус Барфуд (109—1103) покорил Гебридские и Оркадсние острова, простер свои завоевания и на Ирландию, но тут был убит (1103 г.), а при Сигурде Иорсалъфаре (1103—1130), предпринявшем крестовый поход, могущество и слава объединенной Н. достигли апогея своего развития-Знаменательные изменения произошли за это время в Н. Произошло все большее и большее оседи-ние населения на местах, и о недавних подвигах викингов и грабительских набегахъ норвежцев в чужия страны уже более не было слышно. Последними единичными уже подвигами въ этом смысле были подвиги последнего викинга Свейна АслеЙфсона (в половине XII в.) Независимые вожди теперь уже окончательно подчинились власти короля, а лендермены, хотя все еще игравшие роль глав местной знати, потеряли характер наследственной должности и перестали быть полунезависимыми владельцами в своихъ округах, какими были раньше. Их втянули въ сферы влияния двора, членами которого они являлись; все более и боле е отторгались они от местного населения и его интересов, но, не будучидостаточно сильными и объединенными, стали искать опоры и союза в новом все более и более усиливавшемся благодаря церковной политике и благочестью королей элементе, духовенстве. Крупным и особенно важным для Н. последствиемъ истекшого столетияго периода времени явилось впервые возникшее сознание единства страны, ея интересов, зародилось сменившее племенные привязанности национальное сознание, которого до того не существовало в Н. и которое никогда уже бопее не было Н. утрачено. После смерти Сигурда (ИЗО г.) наступил длинный период междоусобных войн, быстро перешедших в жестокую и упорную внутреннк ю борьбу классов, более чемъ что-либо другое определившую судьбу и социальный строй Н. Благодаря обычаю, установившемуся в Н., в силу которого к наследованию трономъ призывались лица королевской семьи безразлично по мужской или женской линии, целая масса претендентов стали предъявлять свои права, и Н. то попадала в руки кого-либо одного, то делилась на части. Королей то свергали то избивали. Уже сын Сигурда, Магнус, силою был вынужденъ разделить свою верховную власть с Гаральбомъ Гилла, претендовавшим на престол в силу того, что он был незаконнорожденным сыном Магнуса Барфуда. Гаральду удалось даже низвергнуть Магнуса, но он пал под ударами нового претендента (1136). В стране образовались партии, становившиеся на сторону то того, то иного претендента, и все ярче выступали члены старых ро-дои, лендермены и их потомки, большей частью крупные землевладельцы, пытавшиеся захватить власть в свои руки при помощи поддерживаемаго ими претендента. Феодальные элементы усиливались с каждой новой междоусобицей. А рядомъ быстро росло могущество духовенства. Оно сделалось крупнейшим поземельным собственником-в Н., не встречая на пути расширения своих земельных притязаний ни малейшого препятствия в законах страны. И тогда, и гораздо позже не существовало в Н. каких-либо ограничений въ деле приобретения церковью земель, естественно, становившихся землями мертвой руки (main morte). Все энергичнее духовенство стло вмешиваться во внутренния дела, входить в сделки с выгодными для него претендентами. Одному из выдающихся искателей трона, Ерлингу Скакке, духовенство оказало могущественную поддержку, посадило на трон сына его Магнуса, ссылавшагося на то, что с материнской стороны он был яко-бы внуком Сигурда Иорсальфара, и собственною властью, помимо народа, короновало его. Взамен оказанной услуги духовенству в 1174 г., была дарована Грамота Золотого Пера, поставившая церковь и ея представителя, архиепископа Нидарасского, почти на такую же высоту власти и могущества, какими она пользовалась в Дании. Грамота превращала коро ля Н. „волей народа“ в короля „божьей милостью“, санкционируя его высокое положение в стране, надолго духовенства достался крупнейший источникъ доходов, в Риде десятины с хлеба, скота и рыбной ловли (повсюду в Н., исключая Финмаркенаи. Затем оно совершенно освободилось от влияния короля и вообще светской власти на выборы в должности архиепископа, епископов и всяких иныхъ церковных чинов. Наконец, оно присвоило себе з лице архиепископа и епископов верховное право и решающее влияние на решение вопроса о том, кому из сыновей илй родственников короля должна быть отдана корона, и того, кого оно признавало достойным, помазывало на царство без ведома и согласия народа. Для представителей знати, теперь все более и более примыкавших къ духовенству, последнее сделало уступку, допуская его членов к участью в делах. Крупный переворот создался, благодаря этому, в Н. Прежде всего назначение короля всецело было изъято изъ рук народа и поставлено в зависимость от духовенства и аристократии.И, наоборот исключительной опорой короны теперь сделалось духовенство и объединенная с нимь знать, новое в Н. средс-стение, грозившее захватить всю политическую власть. Угроза положению в Н. свободных яюдей, свободного крестьянства, была страшная, и то, что параллельно происходило в Дании и Швеции—восстания крестьян в Дании и борьба демократической части населения Швеции с ея растущей аристократией, —должно было случитесяи здесь, где силы крестьянства сохранились нетронутыми. Возстание и вспыхнуло под предводительствомъ Эйстейна Мейла, претендовавшего на корону Н. в качестве внука Гаральда Гилле. Все население -страны распалось на две враждующих партии: биркебейнеров (Березовоногих) и баглеров (Кривожезловых). Первая состояла из массы свободных и крестьян, руководимых беглецами, пострадавшими при непрестанных междоусобиях, вторая включала всю высшую церковную власть, всех клерикалов того времени и значительную часть примкнувших к духовенству знатных и лендерменов. Борьба шла упорная и беспощадная, и сила долгое время была на стороне духовной и светской знати. Дело народа казалось одно время совершенно проигранным. Н. и норвежское свободное крестьянство спасли от участи Дании энергия и таланты Сверре, священника с острова Фе-рос, выдававшего себя за потомка Сигурда, сына Гаральда Гилле. В нем не было ни капли королевской крови, но народная масса и биркебей-неры признали его членом королевской семьи. Его организационный талант, сразу превративший разбития и рассеянные банды биркебейнеров въ сильную армию, его умение привлечь крестьянъ привели к блестящей победе на Фимрейге у Се-зерн. фьорда (1184 г.). Магнус был убит, и королей был провозглашен народом Сверре (1184—1202), тотчас торжественно оповестивший население Н., что старый закон о наследовании короля, как равно и все старинные порядки и отношения будут восстановлены и что все будет сделано, чтобы отменить порядокъ вещей, созданный грамотой Золотого Пера.

А это означало, что отныне король будет опираться на массы свободных собственников и поведет борьбу с церковью и дворянством. Обещание было выполнено новым королем, и никогда еше более тяжелые удары не падали на эти два сословия. Своими мерами Сверре положил сильнейшия препятствия дальнейшему развитью могущества дворянства и лишил церковь всего влияния, какое она приобрела в Н. Он усвоил теорию церкви о божественной власти короля, но направил ее против церкви, поставивши свою власть как истекающую от Бога, выше власти и церкви, и дворянства. Напрасны были протесты со стороны церкви. Норвежское духовенство апеллировало к папе Иннокентью III. На Н. был наложен интердикт, король был объявлен отлученным от церкви, и все епископы покинули страну. Ни на страну, ни на Сверре это все не произвело ни малейшого впечатления. Народ отнесся совершенно равнодушно к громам Ватикана и норвежского духовенства. Для управления местными делами Сверре прибегал к помощи уже не дворянства или лендерменов, а новых назначаемых им лиц, контролируемых королем. Есйи ему не удалось довести дело до конца, если противники его еще не были окончательно подавлены и сосредоточились в южной Н., где имъ щедрой рукой оказывали поддержку датчане, т« это потому, что сму пришлось обратить всю свою энергию на войну с Данией. С его смертью борьба партий возобновилась, и при его сыне Гакомъ III (1202s—1204) и, затем, во время междуцарствия, по смерти Гакона, баглерам. засевшим на юге, удалось добиться назначения королей, выдвигавшихся церковью, тогда как биркебейнеры избирали своего. Собрание в Бергене, куда съехались и крестьяне и представители церкви и дворянства, положило конец смутам, доведшим Н. до полного разорения. ПобочныйвнукъСверре,/як;о«&ИВ(1217-1263), был избран королем, и вся страна была вновь объединена в одно целое и долгое время пользовалась почти полным покоем. Гакон окончательно отменил действие Грамоты Золотого Пера, но, в видах привлечения на свою сторону и ся согласия крестьян на сохранение за церковью некоторых прав. Церковные имения были освобождены от воинской повинности, церкви были предоставлено право выбора своих членов без вмешательства королевской власти, и ей дана была независимость от светского суда. Но политическое значение и роль церкви въ государстве были почти всецело уничтожены. Законом 1257 г. порядок престолонаследия былъ установлен на новых основанияхь. Короля не выбирали на тинге, а присяга приносилась ему при назначении его наследником. Этим влиянию духовенства на выборы короля был навсегда положен конец. Духовенство отблагодарило Гакона, оказавши ему поддержку при завоевании им Исландии. Его преемник, Магнус 1 ЛагаЬстеръ (1263—1290), расширил пределы Н. завоеваниемъ вновь Гебридских островов. То был единственный военный подвиг Магнуса, так какъ все остальное время было посвящено внутреннимъ делам, оформлению и приведению к определенным порядкам всего, что было достигнуто какъ Сверре, так и его преемниками. Было создано новое законодательство, общее для всей страны и долженствовавшее заменить собою прежнее иестное право. В основу были положены все старые законы и обычаи, как выработались они на Гулаткнгах, Фростатингах и так далее, и старый социальный строй был закреплен. Законы подверглись изменению лишь в том, что изменила жизнь и исход междоусобной войны. Выборы короля были отменены, установлен новый порядок престолонаследия в виде права короля еще при жизни назначать себе преемника; отменено было право короля разделять королевство между сыновьями. Уничтожены ярлы. Власть короля была расширена на счет власти и влияния лендерменов, поставленных законом в узкие рамки, препятствовавшия им превратиться в настоящих феодалов. Правда, им дан был титулъ баронов, но это ни на иоту не увеличило их власти. Гакону V (1299—1319), пришлось сделать еще один шаг, чтобы навсегда покончить с попытками феодализма пустить корни в Н. Простымъ указом (1319 г.) он уничтожил лендерменов. прежнее положение которых, как представителей племени и свободного крестьянства в округах, было давно потеряно.

Их уничтожение не вызвало ни смут, ни протеста, и король заменил их назначаемыми им самим лицами, простыми чиновниками, всецело зависевшими от его воли. Королевская власть выиграла, расширив, таким образом, свою компетенцию и влияние, но зато между ней и свободным населением, крестьянством, мелкими земельными собственниками посредников уже не было. В последующее время не могло возникнуть и не возникло особого сословия крупныхъ землевладельцев, обладавших реальною властью. Обезземелить крестьян не оказалось возможным, сколько-нибудь значительного и численного класса безземельных не существовало б Н., да кроме того качество почвы, размеры пахотной земли, невозможность не только вывозить хлеб, но даже пропитаться тем хлебом, какой могла дать почва Н., ставили неодолимия препятствия предпринимательской деятельности в сфере земледелия. С XIV в Н., после ряда смут, междоусобий и гражданских войн, стала страной почти исключительно мелких владельцев, страной крестьян. В противоположность Дании и Швеции она вышла из вековой борьбы чисто демократическим государством, основы которого уже была безсильна разрушить вся последующая история страны.