> Энциклопедический словарь Гранат, страница > Со стороны организационной М

Со стороны организационной М

Со стороны организационной М. с. может быть выде-яон в самостоятельную систему судебных учреждений, и тогда он противополагается общим судебным учреждениям, или же М. с. может входить в качестве составного ввепа в единую систему судебных учреждений. Пример выделения М. с. в самостоятельную систему даст Англия, где он представлен мировыми судьями, полицейскими еудьями и судами графств (с.и. IX, 33335).

В отличие от Англии, во франции Ы. с. объединены с судебными учр оледени ими, рассматринающими более важные дела и с болое значительною местною подсудностью, в одну систему тем, что эти последние) составляют по отношению к первым апелляционную инстанции»: апелляционные жалобы на решения М. с., называемого мировым судом (justice do la paix) в качестве органа гражданского правосудия и трибуналом простойполиции (tribunal de simple police) в качестве органа уголовного правосудия, подаются в окружные суды (tribunaux d’arrondissement).

Такое же объединение М. с. со всеми остальными судебными учреждениями в одной системе существует и в Германии.

В России до октябрьской революции различались три рода М. с.: 1) М. с., которым были подведомственны все лица безразличия их «состоял и яv. то есть принадлежности к той или другой из различавшихся законодателем категорий населения (их иногда называли М. с. высшего разряда); 2) крестьянские и казацкие М. с. (М. с. пизшего разряда) и 3) суды инородческие.

О б щ е с о с и о в и ы е М. с. Составители Судебных Уставов 1864 г. создали самостоятельную организацию М. с., обособленную от организации общих судебных учреждений. Местный судья, по Судебным Уставам,— мировой с у д ь я. «В его лице» имелось в виду дать «местным обывателям не только ближайшее средство для разрешения пререканий о праве в делах, требующих прежде всего скорого решения на место и наглядного знания местных обстоятельств и отношений, но вместе с тем и посредника для’ соглашения требований, которые весьма часто только в начале своем кажутся противоположными». Чертами, обособляющими мировой суд от общих судебных учреждений, составители Судебных Уставов считали: «выборную систему», необязательность для мировых судей юридического образования и то, что решения мировых судей и их съездов нс подлежали переносу по апелляции в общио судебные места. Мировые судьи, по Судебным Уставам, делились на участковых, получавших вознаграждение, и почетных, служивших безвозмездно.

Интересы дворянского класса, уже сдвинутого с прежней хозяйственной позиции, но попрежиему сохранившего положение «первого» сословия, положили свой резко выраженный классовый отпечаток на условия избрания мировых судей. Выборы мировых судей повсеместно, за исключением столиц, к которым впоследствии была присоединена Одесса, были предоставлены уездным земским собраниям, в которых, как известно, дворянству, хотя и поставленному рядом с другими группами населения, был обеспечен перевес сил (смотрите XVIII, 92).

Так же мало, как земские собрания, d тех городах“, где избрание мировых судей было предоставлено городским думам, эти последние могли считаться представительницами всего городского населения.

Желание обеспечить интересы землевладельческого класса (а таковым в то время вес еще оставалось, главным образом, дворянство) было еще резче выражено в тех требованиях, которые предъявлялись к кандидатам в мировые судьи. К баллотировке в мировые судьи допускались лица не моложе 25 лет от роду, обладавшие имущественным, или образовательным, или служебным цензом. Оснопным типом имущественного ценза составителя Судебных Уставов считали ценз земельный. Их желанием было видеть на посту мировых судей преимущественно «местных землевладельцев, к какому бы сословию они г и принадлежали». Что касается образовательного ценза, то ему придавалось второстепенное значение в виду «маловажности дел, предоставляемых решению мировых судей, и по несложности производства этих дел».

Недостаток средств у земств мешал осуществить в полной мере близость суда к населению; мировые участки бывали обыкновенно весьма обширны, и нередко случалось, что даже в плотно населенных уездах многие поселения отстояли от камеры судьи на 40 и более верст, а в уездах с более редким населением — значительно далее. При таких расстояних суд, естественно, не миг быть ни близким, ни скорым.

Лица, избранные в миропыо судьи, представлялись на утверждение первому департаменту сената. Согласно Положению комитета министров от 26 сент. 1879 г., «Правительствующий Сенат, при рассмотрении представлений об утверждении и должности мировых суде]), входит в ближайшую оцевку и поверку представляемых ему местным губернским начальством отзывов, в связи с заключениями по сему предмету министра юстиции». Так было введено очень реальное сродство для установления зависимости мировых судей и от губернского начальства и от министра юстиции. Эта зависимость наглядно дала себя знать в фактическом отказе мировых судг-й от предоставленного им но закону нрава контролянад законностью личного задержания (ст. Юуст.уг. еудопр.): «Условия общественной жизни—говорил в

190G г. представитель Петербургского мирового съезда М. П. Глебов—сложились так, что закон потерял свое значение, и судьи перестали посещать места заключения, и, таким образом, контроль судебной власти над ваконностью произведении х арестов перестал существ о вать».