> Энциклопедический словарь Гранат, страница > Сомов

Сомов

Сомов, Константин Андреевич, живописец, р. в 1869 г. в Петрограде, сын известного писателя по художественным вопросам А. И. С-ва. Детство он провел в спокойной семье тихого уклада. Отец, большой любитель и знаток живописи, былъ собирателем коллекций, и С-а с ранних лет окружали старые интимные голландцы и любовное отношение къ искусству. Уже к 1881 г. у С. ясно выступила любовь к искусству. Въ 1888 г. С. поступил в Академию художеств. Но пребывание его там дало немного. С. больше прислушивался к себе и шел своей дорогой. Путешествие в Италию подействовало возбуждающе. Венецианцы с сияющимъ колоритом и трогательно-подробныя изображения улиц и садиков у умбрийцев произвели на него особенно сильное впечатление. Характеристическое и колористическое дарование сказалось в портретах и пейзажах, где он выступил художником, любящим скромную нежную линию, прозрачную акварель и милия простыя наблюдения. Таковы портреты Обер, его матери, „облака“, вечернее розовое небо и „После дождя“. В ато же время С. начинает отходить от жизни въ область ретроспективных созданий — видений из ХВИИИв. и началаXIXвека. Под влиянием увлечения музыкою Рамо, чтения Гоффмана и Готье и „Опасных связей“ Шодерло де Лакло он любуется XVIII в Его начинаетъ увлекать Обри Бердслей. В 1897 г. Париж усилил его тяготение къ мастерам XVIII в и к Версалю. Въ Париже С. бодро работает маслом, акварелью и карандашом, появляются „В августе“ (1897), „В былия времена“, „Волшебство“, „Поэты“ (1898). Навеянные прошлым мечтательныя фигуры и заколдованные сады получают у С-а привкус пряности. Они полны необычайного, грешного, пленительного очарования; они далеки отъ чистых и простодушных радостей „Прогулки“ и „Радуги“. В эти же годы С. делает первые опыты графики и прикладного искусства, виньетки для Мира Искусства, „Гр. Нулина“ и рядъ плакатов. Вьющияся линии, томныя создания с загадочными взорами, сверкающия краски сливаются в гармоническое волшебство. В то же время

С. пробует работать из глины, пластилина небольшия группы. На этом кончаются годы ученичества. С. возвратился в Петербург и с 1900 г. отдается работе над „Вечеромъ“, „Дамой в голубомъ“, „Островом любви“ и „Мигренью“. За этим следуетъ „Кокетка“, „Эхо прошедших временъ“, „Спящая женщина в синемъ“, „Дремлющая женщина в черном платье“, „Спящая молодая женщина“, „Влюбленные“, „Осмеянный поцелуй“. Здесь уже мастерство и чуткая передача вол-шебности сновидения, умение выявить в нежном горячем румянце грешность сна и тонкая нюансировка многогранности любезничания и его забавности. В серии „Фейерверкъ“

1904— 8 годов С. дает мастерское решение красочной темы. С 1911 г. наступает для С. пора завершенности. Техника углубляется, делается четкой и успокоенной. Краски—простыя, ясные, зрелыя, гармоничные. Таковы портреты Гирпшан, Носовой, Карповой. Он пишет сильно и спокойно съ холодным благородством. Таковы „Итальянская комедия“, „Волшебный садъ“. С. разносторонен. Работаетъ в портрете, в пейзаже, в ретроспективном жанре, графике и скульптуре. Портрет не главная его стихия. Реалистический портретъ 1900-х гг. сменяется портретом

1905— 10 гг„ в которых он ищетъ выявить то единственное, что принадлежит человеку, его тайну. Пейзажъ С. радостный, насыщенный, с лазурью неба, радугой, с светлыми золотистыми облаками и изумрудною зеленью луга открывает новые мотивы чувствования. Но главное своеобразие С. въ графике и ретроспективном жанре. В графике он сыграл видную роль возродителя. Виньетки его, сплетенные из тонких и изящных линий, богаты замыслами и грацией. Главнейшая его работа—„Книга маркизы“ — две сюиты иллюстраций, одна галантного, другая эротического содержания. Первая издана, вторая по цензурным условиям не выпущена. Здесь выступает с страшной силой болезненная изощренная эротика. Но это эротизм не грубого чувства, а почти сверхчувственный.

С. любит и превосходно, тонко чувствует прошлое. Но он не копирует его, он не бытописатель старины, а острый, чуждый тому миру исчезнувшего прошлого, наблюдатель XX века. Шумливое и беззаботное веселье XVIII века не увлекает задумчивого мастера, который смотрит на него с иронией нашего времени. Языкъ старинных костюмов и причесок, все старинное убранство пропитано у кего современностью. Нарядные дамы, влюбленные Арлекины, освещенныя меркнущим заревом ракеты; модницы, задремавшия на маленьких диванах, улыбки томные и грешные, фигуры, преломленные под острымъ углом, вычурно изгибающаяся фигура вырывающейся из объятий кавалера дамы — все это вскрывает сложное, утонченное, капризное искусство понимания нашего века. К этому еще присоединяется две характерные для С. черты. Первая черта—это эротическая основа. Она представляется художнику „трагическим курьезомъ духа, накопляющого великие и благодатные силы, чтобы растратить их на мелкую похоть“. Другая черта—это ирония усталой души, созерцающей пошлость и скуку жизни. Картина „Надаче“ полна едкой иронии над мещанскимъ счастьем, где даже высшая поэзия жизни—любовь, чахлая и робкая, протекает в грязном углу среди давящих стен, в непосредственномъ соседстве с самыми прозаическими явлениями. Все это С. рассказывает, реально, но в этом реальном онъ не дает жизни, как она есть, а свою мысль о ней и мечту. В этом особенность С. Он не повторяет никого, он всегда свой, но и его нельзя повторить. Он индивидуален, он уединенно-замкнуто работающий художник; у него нет учеников. О С. см. К. О-в вт издании Современное Искусство кн. Щербатова, 1903; „Золотое Руно“, 1906, № 2 (произведения), Ettinger, С. S.Kunst fiir Alle. 1913, № 4. Дмитриев, „Опыт исторического определения К. С.“ и Курошев, „Художник радуги и поцелуевъ“. „Аполлонъ“, 1913, № 9. Barchan,,Somow nnd seine Erotik.“, Kunst u. Kiinstler. 1914. Март. Bie, „С. S.“ .1907; Эрнст,,C.“ 1918. H. Тарасов.