> Энциклопедический словарь Гранат, страница > Ссылка

Ссылка

Ссылка, как административная мера (смотрите административные наказания), применяемая органами управления, и как репрессивное средство или мера социальной безопасности, по назначению судебных органов, противополагается в теории и на практике высылке, или изгнанию. В то время, как высылка, или изгнание (смотрите), состоит в удалении из определенного места, С. состоит в удалении в определенное место.

История С. в ее основных чертах сходна по различным странам. Хотя она и была известна древнейшему миру и в Риме практиковалась несколько веков, но затем выходит из употребления почти на полторы тысячи лет с тем, чтобы, появившись в XVI столетии или даже еще позднее в некоторых европейских государствах, давать очень короткое время положительные результаты и быстро вымереть. К началу XX века она оставалась в более значительных размерах только во франции и в России. Таким образом, С. была одним из самых кратковременных по сроку существования средств уголовной репрессии. С. появляется после изгнания, а изгнанию предшествует добровольное удаление. Такое добровольное удаление вызывалось стремлением избежать кровавой мести обиженного в ту переходную элоху, когда сложившееся государство уже брало в свои руки борьбу с правонарушителями, но месть еще не вымерла окончательно. Таким местом добровольного удаления, были, например, несколько т. паз. „городов-убежищ“ у древних евреев; точно так же римский гражданин, не подлежавший на основаниипривилегий своего сословия предварительному заключению под стражу, нередко удалялся за пределы своего отечества в изгнание, которое Цицерон называл „убежищем от нака-зания“. Прямым последствием такого добровольного удаления было постановление заочного приговора о лишении удалившегося прав и имущества вплоть до возможности безнаказанного убийства его в случае возвращения в Рим. Позднее добровольное удаление заменяется принудительным не только за пределы отечества, но и в определенное место, то есть появляется институт С. Характерною чертою в истории этого института является применение его не столько-как наказания-возмездия, сколько как меры безопасности в политическом отношении. С., как мера безопасности, первоначально применяется в административном порядке. Такова была С. в республиканском Риме властью консулов, в императорский период—декретами императора, таково же было начало С. в России и во франции (смотрите ниже). Эта сторона С. должна быть тем более подчеркнута, что она не оттенялась до этих пор с достаточною ясностью: в тот самый период, когда наказание строилось на системе устрашения, в С. видят прежде всего меру обезопасения. Вот почему здесь часто и не требуется наличия виновности и осуждения судебным приговором, а признается достаточным усмотрение администрацией лишь наличия опасности для господствующей власти. Другою характерною чертою в истории С. в тот период, когда она начинает применяться уже в порящте судебного приговора, как наказание, является взгляд на нее, как на кару лишь для привилегированных сословий в замену смертной казни (так, например, по законодательству Ману, брамин подлежал этой каре взамен лишения жизни и телесных наказаний, применявшихся к другим кастам). Только позднее, когда С. соединяется с принудительным трудом, или ей начинают ставить колонизационные задачи, она распространяется на осужденных и из непривилегированных классов. Размеры потребностей в колонизационном населении и в рабочих руках для тяжких видов труда определяют широкий объём С. в законодательствах и на практике. Но быстрое экономическое развитие большинства колоний, выбранных местом С., и развивающееся их политическое значение, приводящее иногда к полному отделению их от метрополий, наносят один за другим удары С.: колонии отказываются быть „клоакою для стока социальных нечистот и отбросов“ своих метрополий. Таковыважнейшие этапы в истории С. Мы рассмотрим ее историю из отдельных стран лишь во франции и в России.

С. во франции. Исследователи истории С. во франции видят начало этого наказания в так - называемых „галерах“. Так назывались гребные суда, на которых за веслами сидели прикованные к скамьям осужденные преступники, заменившие собою рабов. Но „галеры“ скорее могут быть сравнены с тюрьмами, чем с С., так как свобода передвижения здесь совсем исключалась, и трюм судна превращался в настоящую пловучую тюрьму. По отбытии наказания на галерах, приговоренный, как и после отбытия тюремного заключения, не был стеснен в свободе передвижения; ему лишь запрещалось приближение к окрестностям Парижа и месту пребывания королевского двора. Главным местом для стоянки этих галер были не какие-либо порты вне метрополии, а Марсель и Брест. Сходство галер с тюрьмами усматривается и в том, что неспособные к труду, а также женщины и лица старше 55 лет, вместо галер подлежали лишению свободы. Вот почему правильнее поступает проф. Фой-ницкий, полагающий, что идея С. впервые применяется во франции законом о подозрительных 1791 г., на основании которого политически неблагонадежные подвергались С. в Гвиану. Кодекс 1791 г. устанавливал высылку в определенные места, как меру безопасности против рецидивистов, совершивших более серьезные правонарушения и затем вновь осужденных за таковые же (И тит., ст. 1). Хотя уложение 3 брюмера IV года повторило это законоположение о С.

(она назначалась пожизненно), однако, фактически эта мера не была осуществляема. Получил применение только указанный закон о подозрительных, причем из числа 500, сосланных в Гвиану, уже в течение года умерло около половины ссыльных(1797-1798 г.). Таким образом, С. с самого ее начала имела право на данное ей позднее наименование „сухой гильотины“. После отмены „закона о подозрительных“ С. продолжает применяться к политически неблагонадежным в административном порядке, и, по закону директории 17 янв. 1799 г., делаются попытки ссылать вместо Кайены на острова Средиземного моря. После этого С. почти пятьдесят лет не развивается, но революционное движение 1848 г. вновь воскрешает административную политическую С.: инсургенты, захваченные правительством после июньского движения, на основан, декрета 27 июня 1848 г. и др. декр., подлежали С. в Алжир. Закон 5-22 апреля и 8 июня 1850 г. вводит С. по суду в виде так называемой депортации за политические преступления. Депортация разделялась на две степени, и местом С. были избраны Маркизские острова. Однако, правительство гораздо охотнее прибегало не к этой С. по судебным приговорам, а к административной. Фактическое применение С. по судебным приговорам получает после подавления Коммуны: закон 23 марта 1872 г. определил местом С. для захваченных коммунаров полуостров Дюкос и остров Сосен (Ново-Каледонский архипелаг). После амнистии 1880 г. депортация фактически прекратилась.

Кроме депортации, французское законодательство знает еще два вида С.—транспортацию и релегацню. Транс-портация была введена законом 1854 г. и рассматривается не как самостоятельный вид наказания, а лишь как способ исполнения наказания каторжными работами (до 1748 г. они отбывались на галерах, затем в портах некоторых приморских городов,—тал называемые „bagnes“, которые после издания указанного закона 1854 г-были закрыты). Первоначально транс портация была направлена в Гвианузатем, после десятилетнего периода черезвычайной смертности здесь, местом С. была выбрана богатейшая Новая Каледония с более здоровым климатом, а в настоящее время ссыльные направляются в оба указанные места, причем осужденные, признанные худшими, посылаются в Гвиану, а отнесенные к лучшим — в Каледонию. Все ссыльные разделяются в месте С. на три класса. Декрет 26 февраля 1907 г. понизил сроки пребывания во втором классе для перехода в первый класс (сокращение от 2 до 5 лет, в зависимости от срока каторжных работ). Пребывание в каждом классе связано с особыми правами и обязанностями, и ссыльные 1-го класса могут получать участки земли для свободного на них проживания и для их обработки в свою пользу.

Положение транспортации и транспортированных все время вызывало протесты отдельных теоретиков и прак-тиков-криминалистов и общественных деятелей. Указывалось на обычные в истории С.бесконечные злоупотребления служебного персонала, черезвычайную жестокость режима, полнейшее бесправие ссыльных, непомерно высокую заболеваемость и смертность их, отсутствие заработков для отбывших сроки каторжных работ и на многие другие отрицательные стороны С. Но эти единичные протесты не достигали цели. Только в 1923 году общественное мнение франции всколыхнулось так сильно, как это никогда не бывало в истории борьбы с С. Парижский журналист Лондр обследовал лично состояние С. в Гвиане, Кайене, на островах Спасения. Он талантливо и смело нарисовал ряд картин полных ужаса и позора для современной борьбы с преступностью, которую вело далеко от метрополии правительство страны, числящейся в числе передовых. В результате бури негодования части франц. печати и широких кругов, правительств образовало особую комиссию о С. декретом 17/1 1924 г. Одно короткое время было даже предположение отменить совсем -С., но восторжествовало мнение об оставлении С. в силе. Главным основанием для этого послужило соображение, что метрополия не располагает

Свободными местами заключения, в которые можно было бы направить ссыльных (в Гвиане отбывали наказание каторжн. работами в 1924 г.— 4.497 каторжн.) взамен С. Это соображение взяло верх, несмотря на такие красноречивые цифры, как наличие в тюремных больницах гвианской каторги 1.509 тяжких больных из общего числа 4.497 каторжн., не считая массыбольных, не попавших в больницу. При 14.000.000 расходов, каторга давала всего 140.000 франков в доход казны, но и это обстоятельство не оказало должного влияния на отмену С. Названная нами комиссия ограничилась предложением ввести некоторые „улучшения“ в законы о С. Предложения комиссии были приняты, и 18/IX 1925 г. министры юстиции и колоний подписали 6 декретов, опубликованных 30/1Х 1925 г.