> Военный энциклопедический словарь, страница 97 > Степные походы
Степные походы
Степные походы. Действия войск в степях, обитаемых только кочевыми племенами, подвергаются совершенно иным условиям, чем в странах обработанных и населенных. Степная война .имеет много особенного, сии только свойственного, и заслуживала бы специального изучения, но, к сожалению, до этих пор, как будто не получила еще права гражданства в ряду других военных наук и даже имя ея напрасно будем искать в любом руководстве тактики. Между тем наши войска, на долю которых выпало охранение азиатских пределов, издавна привыкли с таким же успе--хом и славою действовать в степях, как войска ские в горах и войска Действующей армии на театрах европейских войн. Продолжительный опыт научил их многим практическим правилам, передаваемым одним поколением другому, но ци одно из этих правил не внесено еще в науку и не сделалось ея достоянием. Из европейских народов, кроме Русских, Англичане, распространяя свое владычество в Индии, весьма часто и в больших размерах предпринимают походы в степи; но, не смотря на это, они не мастера применяться к степной природе; доказательством чему может служить беспристрастный отзыв об английской армии в Индии на походе бывшего главнокомандующого Ост-Индскою армиею, сэра ЧарльсаНэиира. (Военн.журн. 1850 г.).
Средне-азиатскид степи, по которым приходится совершать поход с одной стороны русским, а с другой английским войскам, представляют собою совершенно безлесные, маловодные и, большей частию, песчаные или солонцеватия пустыни, обитаемыя, с древнейших времен, кочевыми народами, и только около больших рек, дающих возможность оплодотворять почву орошением, образовались оседлые оазисы. Не смотря однако на свою бесприютность, степи средней Азии издавна служили путем, но которому передвигались народы Азии в Европу, и поприщем кровавых столкновений между ними. Полчища Персов, Македонян, Турок, Арабов, Монголов, Узбеков, Персиян и многих других народов, проходили степи по разным направлениям. Походы Чингис-хана и Тамерлана заслуживают особенного внимания. Оба эти великие полководцы, не вполне оцененные еще современною наукою, проводили огромные массы войск там, где, в настоящее время, с трудом проходят небольшие европейские отряды. Тайну этого явления должно искать в особенной способности Азиатцев переносить голод, жажду, зной и вообще все лишения и неудобства обычной им кочевой жизни. Пища Азиатцев заключается преимущественно в мясе; скот гонится обыкновенно при войсках, или добывается в степях грабежем. При недостатке скота они охотятся на зверей, едят запасных и подъемных верблюдов и лошадей, даже падаль и коренья растений. Во время похода Азиатец черезвычайно умерен в пище; небольшого куска крута (овечьяго сыра) бывает достаточно для него на несколько дней. Относительно воды, он также неразборчив. Степные лошади, подобно своим хозяевам, необыкновенно способны к перенесению лишений в корме и питье. Все эти обстоятельства дают Азиатцам возможность иметь при войсках незначительный обоз, что весьма облегчает движение. Кроме того, степные народы, из опытов всей своей жизни, хорошо знают, как совершать походы, имеющие много общого с пе-рекочевками, когда останавливаться для корма лошадей, как обращаться со скотом и проч. Из этого уже видно, что степные походы требуют много привычки, опыта и местных соображений.
Систематическое изложение теории степной войны в настоящее время, конечно, невозможно, потому что ни наша, ни европейская военная литература, не представляют почти ничего по этому предмету, а опыт одного лица, как бы ни был значителен, не может служить исключительным основанием для развития отдельной отрасли науки. Удовлетворительно полная теория степной войны может быть осуществлена только тогда, когда военная литература будет иметь достаточное количество специальных исследований, касающихся до действий войск в степи и основанных, разумеется, не на одних только умозрениях. Но этим соображениям, долгом считаем сообщить нашим военным читателям некоторые практические правила и замечания о походах и действиях наших войск в средне-азиатских степях, основанные на личных наблюдениях и опытах.
Цели степных походов. Походы в степь предпринимаются с различными целями, а именно: во-первых для снабжения степных укреплений военными, продовольственными и разными другими припасами и предметами; во-вторых, для ученых исследований, как-то: астрономических определений пунктов, топографических рекогносцировок и съемок, нивеллировок, геологических разведок и проч., и для сопровождения торговых караванов и посольств в соседния владения, одним словом, — для прикрытия предприятий мирных, если можно так выразиться; в-третьих, для поддержания спокойствия и порядка в степи и, в случае надобности, для наказания мятежных и хищных Ордынцев, или, выражаясь местным термином, для поиска; в-четвертых, для обуздания дикого и враждебного к нам своевольства оседлых Лзиатцев. В первых двухь случаях войска придаются только в виде прикрытия; а в поисках и важных экспедициях войска составляют главное, хотя и обозы, по необходимости, бывают весьма значительны.
Транспорты.
Транспорты составляются из вьючных верблюдов, или из подвод, конных или воловьих. Транспортиро вание тяжестей через степи несравненно удобнее на верблюдах, чем на подводах, потому что верблюды дольше лошадей и быков выносят жажду и почти везде могут найти для себя подножный корм и, по тому, не нуждаются в возке Фуража; наконец без утомления проходят те места, через которые едва можно провести подводу, как, нанр., через сыпучие пески. Но этим причинам, провиант и Фураж транспортируются через степи всегда на верблюдах; но есть предметы, которые неудобны для навьючивания, и потому но необходимости возятся на подводах. Из последних парные воловьи во многих случаях удобнее конных. Вообще же не следует соединять, без крайней необходимости, верблюдов, подъемных лошадей и быков в один общий транспорт, потому что ход и нравы верблюда, лошади и вола различны.
Величина транспорта зависит от степени спокойствия в степи и от других соображений, Степные укрепления могут снабжаться всем необходимым или раз в год одним общим транспортом, или несколько раз малыми транспортами. В хозяйственном отношении последний способ гораздо удобнее, потому что по степи несравненно легче следовать малыми частями, чем большими. В песках и солонцеватых степях, где подножный корм черезвычайно скуден, а вода добывается исключительно из однех копаней (кудуков), и то дурного качества и в незначительном количестве, следование большого транспорта даже невозможно. Для отстранения этого препятствия, можно разделить транспорт на несколько эшелонов, на переход расстояния один от другого, так чтобы в каждом эшелоне было не более 1,000 голов скота; но это средство помогает только до некоторой степени.
Величина прикрытия соразмеряется с величиною самого транспорта. Иногда оно бывает довольно значительно, состоя из пехоты, казаков и даже артиллерии; иногда же имеет всего два или три десятка казаков. Экспедиции, предпринимаемия для прикрытия ученых, торговых и тому подобных предприятий.
Величина прикрытия экспедиции для ученой цели соразмеряется с количеством и свойством предстоящих ей работ и со степенью спокойствия в степи. Так, нанр., успешное производство топографических съемок требует раздробления отряда на партии, которые но необходимости должны удаляться одна от другой, иногда на целый переход и более; поэтому прикрытие съемки бывает, разумеется, значительнее, чем прикрытие работы, которая производится в совокупности, то есть неразбросанно. В странах, удаленных от линии, или где много кочевок, и особенно таких, на которые нельзя вполне положиться, прикрытие экспедиции усиливается. Обыкновенно для ученых экспедиций назначаются отряды сплою от полусотни до двух сотен казаков; но бывали случаи, что дли этоии цели снаряжались отряды, достигавшие до весьма значительных размеров. Таковы были экспедиции: князя Бековича-Черкасского в Хиву и генерального штаба полковника, ныне генерал-адъютанта, Берга, производившого, в 1824 — 25 году, исследования перешейка, разделяющого Каспийское море от Аральского. Предпринимая, но новелению императора Петра Великого, экспедицию, князь Бекович построил, в 1716 году, укрепления на восточном берегу Каспийского моря, у заливов Тюк-карагана, где ныне находится Новонетровское укрепление, и Красноводск, дабы иметь надежные опорные пункты для дальнейших своих действий, и, в 1717 году, двинулся, с отрядом в 2,200 человек, из Гурьева-городка через Усть-урт в Хиву; но достигнув оседлой части ханства, погиб, как известно, со всем своим отрядом, в следствие вероломства Хивинцев.
Торговые караваны ходят из Бу хары и других владений средней Азии на Оренбургскую и Сибирскую линии без всякого прикрытия. Они подвергались не раз грабежу и это обстоятельство породило неосуществпвшуюея доныне мысль об изменении принятого порядка торговли с средней Азиею. азиатские товары возятся обыкновенно в Россию Азиатцамн и размениваются на товары русские, преимущественно в Нижнем-Новгороде. Этот порядок предполагалось заменить отправкою русских товаров, для размена на азиатские, в Бухару, и для обеспечения караванов придавать им военные прикрытия. Первый опыт вооруженного каравана, сделанный в 1803 году, под начальством поручика Га-вердовского, не удался; караван принужден был вернуться, не дойдя даже до Сыр-Дарьи. В 1824 году, был отправлен в Бухару другой вооруженный караван, только в гораздо больших размерах, под начальством полковника Циолковского; но и на этот раз он не достиг своей цели и от горы Бишь-тюба в песках Бызым-кум вернулся назад. С тех пор торговые караваны по прежнему стали ходить без прикрытия. В настоящее время, благодаря спокойствию, водворенному в степи устройством у-креилений, караваны обеспечены на протяжении большей части своего пути.
Для прикрытия посольств назначаются обыкновенно незначительные прикрытия, состоящия из нескольких десятков казаков, дабы не возбуждать подозрений в мнительных Азиатцах.
Малия военные экспедиции и поиски.
Малия военные экспедиции и поиски предпринимаются только в случае необходимости. Выполнение пели их, — наказание Ордынцев, всегда бывает затруднительно, по причине неизвестности виновных и места их кочевок, и требуют большой осмотрительности, ибо легко впасть в ошибку, вместо виновных наказать невинных и тем возбудить ропот ц волнение в степи; кроме того, виновные часто имеют возможность убраться с своими стадами от опасности и заставить таким образом отряд понапрасну совершать трудный поход.
Величина малой экспедиции и поиска зависит как от цели предприятия, так и от числа войск, находящихся под рукою; иногда посылается не более 25 казаков, а иногда несколько сотен, которым придаются даже орудия. В делах с Азиатцамн, пехота приносит большую пользу своим огнестрельным действием; по для поиска, главное условие которого состоит в быстроте, необходимо сажать ее на лошадей. Тяжестей должно быть как можно менее, потому что от количества их зависит степень подвижности отряда. Вот почему поиски продолжаются обыкновенно не долго.
Большия военные экспедиции.
Большия военные экспедиции, имею-иция целию временное или постоянное занятие какой-либо оседлой страны, части ея, или отдельного пункта, предпринимаются весьма редко, именно только в случае необходимости поддержания наших прав и достоинства и для обуздания дикого своевольства Азиат-цев. Вообще оне бывают сопряжены с большими трудностями.
Сила экспедиции должна быть соображена с препятствиями для достижения ея цели, представляемыми природою и неприятелем. Первое условие требует нанвозможно меньшого числа войск, потому что с меньшим отрядом легче преодолеть трудности пути. Второе условие также не требует слишком больших сил. Армия средие-азиатека-го владения состоит обыкновенно из толпы всадников, набираемых из всей массы народонаселения, толны, громадной иногда но своей числительно-стп, но не имеющей никакого военного образования. Русские войска не раз вступали в бой с подобными толпами, не обращая внимания на страшную несоразмерность сил, и всегда оставались победителями. Только одни укрепления могут еице потребовать некоторых усилий со стороны экспедиции, хотя все они неважны в Фортификационном отношении, и хотя гарнизоны часто бросают их при появлении сильного неприятеля. Бывают однако случаи, когда укрепления обороняются весьма упорно н, в буквальном смысле слова, до последней капли крови. Причина этого явления заключается впрочем не в нравственной силе войск, а в простом расчете: гарнизону осажденной крепости, по азиатским обычаям, ничего не остается делать, как бежать или обороняться до последней крайности.
Представим указание на силу экспедиций, предпринимавшихся до настоящого времени со стороны 1оссин в средне-азиатские владения.
В давнее время(приблизительно около 1600 года), как говорит предание,
Томь XII.
Яицкий атаман Нечай ходил с 500 казаков в Хиву через Усть-урт. Хан был тогда с войском в походе. Нечай завладел городом, жил в нем довольно долгое время и, наконец, услышав о возвращении хана, предпринял обратный путь, но был настигнут Хивинцами и погиб со всем своим отрядом. Только три или четыре казака возвратились домой. После этого, другой Яицкий атаман Шамай вторично предпринял поход в Хиву, через Сыр-Дарью, с 300 казаков; но казаки Шамая, вытерпев холод и голод на пути, были взяты наконец Хивинцами в плен.
Зимняя экспедиция в, Хиву, предпринятая в 1836—И0 году из Оренбурга, под начальством генерал-адъютанта Перовского, состояла из 3,500 человек пехоты и 1,500 кавалерии, артиллерии и разных других команд.
ИИаконецъотряд, осаждавший, в 1853 году, Акмечеть, под начальством генерал-адъютанта Перовского, состоял из Зрот пехоты, S/2 сотен конных казаков, 4 сотен казаков с подводами, 17 орудий с прислугою, команды артиллеристов с боевыми ракетами и команды сапер с галваннческою батареею. Всего состояли в отряде строевых и нестроевых около 2,500 человек
Большия экспедиции необходимо составлять из всех родов войск.
С первого взгляда кажется, что пехота не должна иметь большого значения в экспедиции, имеющей цель наступательную против неприятеля, которого войска составляются исключительно из одной конницы, потому что пехота может со славою обороняться против кавалерии и даже наносить ей значительный вред; но не может совершенно разбить, уничтожить ее и тем достигнуть одного из главнейших средств к успешному окончанию войны. С другой стороны, однако, пехота не только полезна, но даже необходима для экспедиции: во-первых для поражения неприятеля ружейным, ‘ 45 гнем, имеющим особенную важноств в действиях против невежественных Азиатцев, и во-вторых для овладения укреплениями. Пехота имеет в степных походах еще то преимущество, что снаряжение и содержание ея требуют меньших хлоиот и издер- жек, а препятствия, представляемия природою для движения по степям, имеют на нее несравненно меньшее влияние, чем на конницу.
Кавалерия необходима в экспедиции: во-первых для обеспечения движения отряда от внезапных нападений и для рекогносцировок, с целию разведывания о неприятеле и о местности, и во-вторых для боя, то есть для атак и преследований. Обилие кавалерии однако невыгодно, потому что она трудно преодолевает препятствия, представляемия природою; неизбежный недостаток воды и подножного корма могут сильно ее изнурить и ослабить. Для поддержания кавалерии, необходимо иметь зерновой Фураж, но это значительно увеличивает обоз и с тем вместе трудность движения.
Самый способный род кавалерии для степного похода, без сомнения, казаки. Они способнее регулярной кавалерии, не только в отношении обязанностей малой войны, но и для боя против нестройных азиатских полчищ. Кроме того, заводские лошади регулярной кавалерии решительно не годятся для степи. Здесь нужны лошади степные, привыкшия и зимою и летом ходить под открытым небом, на скудном корму и способные пить не только болотную воду, но даже горькую и соленую. Лошади линейных казаков удовлетворяют этим условиям, тотя не в одинаковой степени.
Артиллерия необходима для экспедиции более по огромному нравственному влиянию, которое она производит на Азиатцев, чем по материальным выгодам; впрочем—и в этом отношении - она может принести значительную пользу. Нет никакой, однако, надобности придавать экспедиции значительное число артиллерии, а также орудия большого калибра, потому что среднеазиатские народы почти совершенно не имеют полевой артиллерии, а, между тем, излишния тяжести при экспедиции могут значительно затруднить ея следование по степи. Гораздо лучше ограничиться самым необходимым числом легких и горных орудий, но за то иметь несколько станков с боевыми ракетами, которые производят огромное моральное влияние на Азиатцев.
Кроме главных родов я, в составе экспедиции необходимо иногда иметь небольшое число опытных сапера, для осадных и особенно минных работ и при них галваническую батарею.
Обоза при степнома отряде.
Обозы при отрядах, совершающих движение по степи, заключая в себе все необходимое на все продолжение похода, бывают обыкновенно черезвычайно значительны. Обозы, подобно транспортам, преимущественно должны составляться из вьючных верблюдов; но есть предметы, которые, или по своей тяжести, или по другим каким-либо свойствам, препятствующим составлению из них вьюков, нельзя иначе везти, как на подводах. Вьюк самого крепкого и сильного верблюда никогда не должен превышать 16 пудов и, кроме того, необходимо, чтобы он был составлен из двух совершенно равных частей, не только по весу, но иногда даже и по объёму. На каждые десять верблюдов полагается всегда, но крайней мере, по одному запасному. Кладь на подводу бывает различна, смотря по количеству впрягаемых в нее лошадей или волов. Употребление в упряжь верблюдов, не смотря на кажущуюся выгоду, едва ли может быть с пользою осуществлено в больших размерах.
В состав обозов, при степных отрядах, входят главнейшим образом следующие предметы:
1) Продовольствие для людей. Солдат получает в степи по 1b/Л Фунта сухарей, ‘Д Фунта круп и /а фунта мяса в сутки, но 3 винных порций в неделю, по 2 Фунта соли в месяц и, кроме того, но мере надобности, известное количество уксуса, сушеной капусты, перцу, луку, табаку и других протпву-цинготных средств. На поднятие месячной пропорции для 100 человек, сухарей, круп и соли, необходимо не менее 11 верблюдов; а если прибавим к этому 1 верблюда под прочие предметы и аптеку и 1 запасного, то всех верблюдов потребуется 13. 11о мере расходования провианта, верблюды, освобождающиеся из под вьюка, могут быть с пользою употреблены для облегчения движения пеших людей; но большей частью они заменяют слабых или усталых верблюдов, отпускаемых совершенно из отряда, или употребляются для вторичного подвоза провианта и для других хозяйственных нужд, смотря по ближайшему усмотрению начальства.
Скот для мясной порции гонится обыкновенно при отряде, но иногда добывается у кочующих Ордынцев.
2) Фураж и другие предметы для лошадей. Если положим по 2 гарнца зернового фуража на лошадь в сутки, или но 7/s четвериков в месяц, то на 100 лошадей потребуется в месяц 93Д четверти, или, полагая по 3 четверти на вьюк,—31 верблюд; а прибавив к этому числу, под месячную пропорцию дегтю, скипидару, евиного сала и других ветеринарных средств, 1-го верблюда и запасных 3, окажется, что на поднятие месячного содержания 100 лошадей нужно 35 верблюдов. Огромность числа верблюдов, потребного для поднятия самого незначительного количества Фуража, служит причиною, что в степных походах лошади почти всегда находятся на подножном корме и только в случае необходимости им выдается Фураж, и то не в значительном количестве. Здесь надобно однако заметить, что поддержание сил лошадей в степном походе — предмет большой важности и требует со стороны начальника не только постоянной заботливости, но ц значительной опытности. Лошадь нужно поддерживать, когда она еще не потеряла своих сил; иначе ее ничем не поправишь, и сколько бы ее ни откармливали, пойдет не в коня корм.
3) Предметы, необходимые для похода. Если в составе обоза есть подводы, то необходимо иметь еще запасные колеса и оси, деготь для смазки колес, походную кузницу со всеми принадлежностями и проч.
4) Военные запасы, как-то :, снаряды, ы и проч., гораздо удобнее возить на подводах, чем на верблюдах.
5) Офицерские и солдатские вещи. Генерал Нэиир, в своей статье Об армии в Индии на походе, справедливо заметил, что в военное время, все обозы, без различия, должны быть перевозимы на счет казны. Он го-ворнт, что Офицер, получивший день-ги на подъем, может лишиться сво-их верблюдов, без вины своих деныцнков или своей собственной. Если же, но уставу, он может иметь лишь определенное число вьючных животных, то есть столько, сколько достаточно для перевозки всего нуж-ного для сохранения его здоровья и пользы службы, то, лишившись одного верблюда, он может сделаться не-снособиым к службе, или, по край-иней мере, подвергнуться важным лн-шениям. Вот почему, в военное время, не должно дозволять офицерам иметь собственных вьючных живот-ных, потому что, если этой частью будет заведывать правительство, то офицер почти никогда не подвергнется опасности лишиться своих бьюиков. Армия на походе всегда имеет запасных верблюдов и такие сред-ства, какими не может владеть част-ный человек. Вещи нижних чинов, не только артельныя; но даже и те, которые носятся в ранцах, необходимо возить также на казенных верблюдах, так чтобы на рядовом, кроме платья, и сумы с ами, не было ничего. Летом, в сильные жары, следует дозволять солдатам снимать с себя верхнее платье и оставаться в однех рубашках, а шинели укладывать на свободных верблюдах. При этом только условии пеший солдат без усталости делает самые большие переходы, нередко в 35 верст, без излишних привалов и дневок, что весьма важно, как увидим ниже.
Соображая количество вещей, необходимых в степном походе для каждого чина, можно положить: генералу от 4 до 12 верблюдов, штаб-ОФище-ру 2, обер-офицеру 1, нижним чинам 1 на 20 человек. Нижним .чинам, как пешим, так и конным, я полагаю одно и то же число верблюдов, на том основании, что, хотя кавалерист и может укласть значительное количество вещей в переметные сумы на верховую лошадь, но за то ему необходимо дать средство иметь при себе все нужное не только для себя, но и для своей лошади.
6) Войлочные палатки. Для сохранения здоровья людей необходимо иметь при степном отряде употребляемия средне-азиатскими кочевыми народами войлочные палатки, называемия кибитками и юламейисами; последния меньше первых и потому удобнее для похода. Юламейка во многих отношениях имеет преимущество над парусинными палатками: расстановка ел не требует никаких предварительных приготовлений и оканчивается не более, как в 5 минут; свет и свежий воздух пускается в нее сверху, снизу и с любого бока, но произволу; во время зноя, яркий свет не сквозит через нее, как через палатку, а это обстоятельство немаловажное, если принять в соображение, что тень в степи ед-ва-ли не дороже, чем самая вода; наконец, даже зимою, юламейка может укрыть, до некоторой степени, от холода и бурана. Единственное неудобство ея заключается в тяжести, на верблюда вьючится только 2 юламейки. Это обстоятельство служит причиною, что отряд не всегда имеет возможность вести при себе достаточное количество их, на все число людей, полагая 2 или 3 на генерала, 1 на штаб-офицера, 1 на 3 обер-офицеров, 1 на 16 нижних чинов и 1 или несколько на лазарет. В случае недостатка юла-меек, необходимо по крайней мере иметь для нижних чинов кошмы (войлоки) на подстилку на бивуаках.
7) Шанцевые инструменты и разные другие предметы, как-то: лопаты, заступы, мотыги, топоры, ведра, косы, серпы, веревки, и проч. необходимы как для поправки и разработки дороги, так и для бивуака. Иногда бывает даже нужно иметь при отряде переправочные средства.
Наконец, 8) Предметы, которые необходимо иметь при отряде сообразно с специальною его целию.
Из перечисления этих предметов уже видно, как значителен должен быть обоз при степном отряде, особенно большом и предназначенном для продолжительного похода. Для отстранения этого неудобства, предпринимая большую военную экспедицию, у-стронвают обыкновенно, заблаговременно, промежуточные этапные укрепления на предстоящем пути следования, и снабжают их также заблаговременно значительными запасами продовольствия, с тем, чтобы экспедиция имела возможность возить с собою только то количество, которое необходимо на время следования от укрепления до укрепления, а не на все время похода. Так, перед открытием экспедиции в Хиву, в 1839 и 1840 году, на пути к этому городу, были построены укрепления Эмбинское и Акбулакекое (Ч ушкаку льское).
Время года для похода в стец.
Главные затруднения степных походов заключаются в недостатке воды и подножного корма. Зимою снег заменяет воду и потому первый из этих недостатков исчезает, но за то второй значительно усиливается. Кроме безкормицы, стужа, нередко свирепствующая в степях, и жестокие бураны, или снежные мятели при сильном ветре, бывают часто гибельны для людей и для скота и служат причиною невыгоды зимних походов. Лишения и потери, понесенные отрядами полковника Берга, в 1825 — 26 году, и генерал-адъютанта Перовского в 1830—40, произошли от этих причин.
Летом жары в степях бывают нестерпимы и воздух почти никогда не освежается дождями и грозами; но против зноя можно принять действительные меры для облегчения и для сбережения отряда, тем более, что степной климат, говоря вообще, здоров. На этом основании, в настоящее время, степные походы предпринимаются почти исключительно летом, начиная с апреля месяца до ноября. Походы бывают особенно удобны весною, когда трава в степи не успела еще выгореть, воды везде довольно и жары не так сильны, и осенью, когда, при ясном небе, солнце не палит уже так сильно, как в июле месяце. Для летних походов в степи, особенно пехоты, необходима легкая белая одежда, состоящая из полотняных или парусинных кителей, а иногда и просто однех рубашек; в одежде тяжелой, и особенно темноии, трудно вынести жару. Степные Азиатцы предохраняют себя от палящих лучей солнца несколькими халатами, надетыми один на другой, и даже иногда шубою; но этот род одежды могут употреблять только верховые люди, а не пешие.
Движение отряда по степи.
Скорость движения отряда но степи зависит от величины находящагося при нем обоза. Транспорты и большия экспедиции делают обыкновенно не более одного перехода в день; а легкие отряды, и особенно назначаемыедля поиска, могут делать но два перехода.
Назначение дневок не подчиняется здесь правилам, а зависит от степени действительной надобности в них. Частия дневки, растягивая время похода, увеличивают количество потреб ного на путевое довольствие провианта и, следовательно, увеличивают обоз, потому считаются невыгодными. Так, при движении транспорта от Орской крепости до Аральского укрепления на Сырь-Дарье, на протяжении 687 верст и 31 перехода, делается обыкновенно не более 4 или 5 дневок.
Привалы в степи для транспортов и больших отрядов также неудобны. Продолжительный привал требует места, имеющого подножный корм ии воду, что встречается очень редко и отымает значительную для отдыха лошадей ии верблюдов часть времени от ночлега; а при кратковременном привале, лошади и верблюды должны стоять на одном месте, иногда в жар, в упряжи II под вьюком, что для них едва-ли не тяжелее, чем идти вперед. По этому привалы следует производить только в случае необходимости; а для облегчения пеших людей, делающих переходы без привалов—иметь постоянно несколько свободных верблюдов или подвод, для помещения на них не только больных ии слабых, но и усталых, и кроме того, — дозволять пешим людям производить движение свободно, не соблюдая равнения, без ранцев, а в жаркие дни — и без шинелей.
Для обеспечения отряда во время движения от внезапных встреч с враждебными шайками, необходимо иметь разъезды, состоящие каждый из 3 казаков, и следующие непременно в виду отряда, то есть в расстоянии от 1 до 2 верст. Для дальнейшого разведывания окрестных мест, можно употреблять туземцев, состоящих при отряде в качестве вожатых и посыльных.
Отряд следует около обоза, в том порядке, который, по ближайшему соображению начальника, оказывается самым лучшим, как в отношении хозяйственных удобств, так и в отношении военных предосторожностей. Необходимо только иметь в виду, чтобы он не растягивался и не разбрасывался по степи, а держался бы около обоза и имел всегда возможность, в случае надобности, собраться к нему в самое короткое время. Обоз должен двигаться постоянно в совокупности и в порядке. Начальник обязан следить за этим бдительно и стараться, чтобы неизбежное расстройство, происходящее в частях обоза, не распространялось на весь его состав и чтобы части его отнюдь не растягивались, не отклонялись от данного им направления. Подводы следуют обыкновенно одна за другою, в одну, или несколько нитей, так чтобы, в случае надобности, из них можно было построить каре. Верблюды двигаются также нитями или гусем, и из вьюков их образовывается на стоянках также каре.
Бивуаки.
Места для бивуака должно выбирать близ воды и пастбища, но в песках, где копани или колодцы бывают окружены сыпучими буграми (барханами), приходится, по необходимости, удаляться от воды, от 1 до 3 и даже более верст. Вообще в степи редко когда можно найти место, удобное для бивуака во всех отношениях, то есть которое бы было обильно водою, подножным кормом и топливом. В северной части ской степи, самой удобной для походов, почти везде можно найти воду и скудный подножный корм, но за то нет совершенно топлива; вместо дров употребляются здесь коренья некоторых растений и скотский помет. В южной части степи, напротив того, вода добывается только в копанях и бывает бблыией частью дурного качества и в недостаточном количестве для большого отряда; подножного корма почти вовсе нет; но за то встречается много кустарника, который может служить прекрасным топливом.
В видах военной предосторожности, необходимо соблюдать на бивуаке следующия правила:
1) Вагенбургя. Отряд устраивается на ночлеге в каре, для чего верблюжьи вьюки и подводы сближаются и образуют собою непрерывную преграду, а войска располагаются, смотря по местным соображениям, по фасам и внутри вагенбурга. ИИри расположении транспорта и большого отряда, из вьюков и подвод образуется каре в несколько линий и при всем том оно имеет еще обыкновенно весьма значительную величину. Это обстоятельство дает возможность укрывать, в ночное время, внутри каре лошадей, чтЬ весьма важно, потому что для степного отряда не столько опасно открытое нападение неприятеля, сколько хищнический угон скота. На случай тревоги, отряд должен быть расчитан заблаговременно, так чтоб каждый чин знал свое место и свою обязанность при обороне вагенбурга. Внутри вагенбурга и около него, для охранения казенного имущества, должен содержаться караул от пехоты.
2) Дежурные части. В отряде необходимо иметь, особенно ночью, дежурные части, из казаков, постоянно готовия к откомандировке в поиск, Днем, по крайней мере половина казаков дежурной части должна быть в готовности и кормить своих лошадей около еебя на приколах, а другая половина может в это время отлучаться на водопой, для приготовления на ночь травы и проч. Ночью же все лошади дежурной части должподиояшого корма внутри его достаточно, или если трава на ночлеге хороша, так что можно ее накосить на ночь, то полезно загонять на это время лошадей внутрь каре. Верблюды днем пасутся по степи, а на ночь укладываются около своих вьюков.
5) На бивуаках в песках, необходимы еще караулы при копанях или колодцах, для соблюдения порядка при водопое; иначе никогда не достанет Воды для всего отряда.
Из этого перечисления караулов, необходимых на бивуаках, уже видно, что служба во время степного похода весьма не легка для людей. Во всяком случае, однако, нна не должна быть слишком обременительна; иначе ослабит бдительность и самое здоровье людей и будет отправляться небрежно, чтб может повлечь за со-и бою невыгодные последствия. Следовало бы принять за непременное правило, чтобы наряд на службу во время степного похода ни в каком случае не превышал одной трети величины всего отряда. К сожалению, это правило не всегда соблюдается, и начальник, увлекаясь одною стороною предмета — охранения безопасности отряда, забывает часто другую — сбережение его сил.
Действия отряда.
Отряды, служащие для прикрытия транспортов ученых и тому подобных предприятий, вступают в бой только в таком случае, когда это необходимо для обеспечения их следования и действий. Начальник отряда, отразив неприятеля, может его преследовать для довершения поражения, но не должен отвлекаться слишком от прямого своего назначения посторонними действиями.
Отряд, назначенный собственно для военных действий в степи, может встретиться с неприятелем в превосходных силах, или в силах слабейших. В последнем случае, неприя-I тель почти всегда уклоняется от бояны быть оседланы и кормиться на приколах.
3) Аванпосты. Вокруг бивуака необходимо иметь бдительные казачьи аванпостри. Часто для обозревания окрестной местности, на значительное пространство, достаточно бывает занять одну или две возвышенности. Этим обстоятельством следует пользоваться, для облегчения, по возможности, службы людей отряда, и днем выставлять только самое необходимое чи сло постов.Ночью, разумеется, посты приближаются к вагенбургу и усиливаются. Каждый пикет должен состоять не менее как из 3-х казаков, из которых днем один должен быть постоянно в полной готовности, имея лошадь оседланную и держа повод в руках; другой монет кормить лошадь, также оседланную, на приколе, а третий может от-! лучаться даже на водопой, для заготовления травы и проч. Ночыо же все лошади на пикете должны быть оседланы и кормиться не иначе как на приколах.
4) Караул при табунах Охранение табунов, и особенно конных, составляет один из главнейших предметов заботливости каждого начальника степного отряда. При малейшей оплошности, табун может быть отогнан самою незначительною партией хищников, не говоря уже о том, что может еще сам но себе шарахнуться от самой ничтожной причины и разбежаться по степи, в разные стороны, на значительное расстояние. Отгон лошадей ставить отряд в нолот жение черезвычайно затруднительное и иногда даже почти безвыходное. Для предотвращения подобных случаев, должны быть приняты самия строгия меры осторожности. Необходимо, чтобы лошади были всегда стреножены и паслись, как днем, так особенно ночью, под зорким присмотром особенно наряженых на этот предмет караулов. Если вагенбург велик и поспешным бегством. При встрече с сильнейшим неприятелем отряд устраивается обыкновенно в каре и принимает оборонительный бой, действуя ружейным и артиллерийским огнем и отражая атаки холодным ем. Когда же неприятель будет приведен в расстройство, тогда необходимо его атаковать и настойчиво преследовать, довершая поражение. В этих немногих словах заключаются, в общих чертах, те правила, которыми руководились наши отряды в сгепп, при встрече с несравненно многочисленнейшим неприятелем, и которые доставляли им всегда замечательные и нередко блистательные победы (смотрите Оренбургский край).
Осада средне-азиатских крепостей.
В средней Азии почти все значительные города обнесены глиняными стенами; но они не имеют большого военного значения, по совершенному недостатку оборонительного вооруже-пия. Несколько в лучшем положении находятся собственно так называемия крепости или укрепления, устроии-ваемия на границах средне-азиатских владений. Крепости эти строятся в виде 4-х угольника, с башнями по углам, а если иасы длинны, то и по середнпам их. Стена или вал складывается из глины, высотою от 1 до 4 сажен и такою же толстотою при основании, а в верху хотя и съу-живается, но заложение внутренней и внешней отлогостей остаются весьма незначительными. На стене, с наружного края, устропвается тоненькая стенка, в рост человека и выше, оканчивающаяся сверху зубцами; в ней проделываются небольшия отверстия, заменяющия цы. Башни сгроются или сплошные, или пустия в середине и, в последнем случае, в 2, 3 и даже 4 яруса. Деревянные ворота оковываются железом. С внешней стороны они прикрываются наружным траверсом, а с внутренней от них отходит иногда извилистый крытый коридор. Внутри укрепления, к стенам пристраиваются мазанки из глины, с плоскими крышами. Одне из них служат жилыми строениями, а другия кладовыми, конюшнями и проч. Вне укрепления, вокруг стен, в некотором от них расстоянии, вырывается довольно глубокий водяной ров.
Приступая к осаде средне-азиатской крепости, необходимо ее обложить со всех сторон, так чтобы гарнизон не только не мог получать подкрепления, но даже не имел бы никакого сообщения с окрестными местами. Этого достигнуть не трудно, потому что пограничные крепости в средней Азии вообще весьма невелики.
Если осаждающий отряд может располагать временем, то, принимая в соображение обычную азиатским крепостям недостаточность снабжения и вооружения, можно достигнуть цели одною только блокадою. В противном же случае, придется прибегнуть к штурму; но штурм, без предварительных подготовлений, при высоте стен ц отчаянной обороне гарнизона, бывает иочтп всегда сопряжен с значительною потерею, и потому на эту меру можно решиться только тогда, когда особенные соображения понуждают к немедленному овладению крепостью, когда есть верные ручательства за успех и, наконец, когда при отряде находится достаточное количество лестниц, совершенно приспособленных для взлезанил па стену. При обыкновенных же обстоятельствах, необходимо подготовить штурм артиллерийским огнем и осадными и минными работами.
Пробитие полевыми орудиями бреши в толстой стене крепости — дело решительно невозможное, а потому лучше и не тратить на этот предмет снарядов. Действие рнкошетами, при недостаточной длине крепостных верков, также бесполезно. Наконец, для навесного огня, осаждающий отряд может располагать только кегорновы-ми мортирками и боевыми навесными ракетами; последния особенно полезны, по огромному нравственному впечатлению, которое оне производят на Азиат-цев. Собственно же артиллерия содействует осаде почти только одним сби-тием неприятельских орудий.
Осаждая азиатскую крепость, нет никакой надобности вести апроши по всем правилам Фортификации; напротив, применяясь к местным условиям и обстоятельствам, нужно стараться по возможности сокращать работы, имея в виду скорее достигнуть стен крепости и, заложив в них мину, произвести брешь, удобную для приступа.
Оборона степных укреплений.
Исправное вооружение и снабжение наших степных укреплений и перевес, в отношении военного образова ния и нравственного духа наших войск над азиатскими, дают полную возможность степным укреплениям выдерживать продолжительную осаду многочисленного неприятеля. Но как бы оборона ни велась удачно, она, во всяком случае, невыгодна для укрепления. На этом основании гарнизону не следует ограничиваться одною пассивною обороною, а при благоприятных обстоятельствах, он должен переходить в аступление, не- обращая слишком большого внимания на несоразмерность сил. Подобным действием, бывший начальник Форта Перовский, подполковник Огарев, ныне генерал-маиор, не только избавил Форт от блокады 13-ти тысячного корпуса, но разбил его совершенно и завладел всей коканскою артиллерией и всем обозом.
А. И. М.
ПОПРАВКА.
Сведения о боевых ракетах, помещенные в статье Ракеты, (В, Э. Л. Том XI, стран. 71 — 80), извлечены из превосходной сгатьп об этом предмете, составленной нашим известным ученым артиллеристом, генерал-маиором Константиновым.