> Энциклопедический словарь Гранат, страница > Стратегия

Стратегия

Стратегия (греч.), искусство достижения цели, выдвигаемой войной для воруженных сил, посредством надлежащей подготовки к войне и группировки операций. Военное искусство распадается на искусство ведения боевых действий—тактику (с.н.), на искусство ведения операций—оперативное искусство, и на С. — искусство подготовки вооруженного фронта (в мирное время) и выдвижения перед ним (на войне) частных, промежуточных целей, достижение которых вело бы, с затратой наименьших сил и средств, к достижению конечной военной цели, указанной политикой. Теория С. существует только с 1770 г., когда англичанин Ллойд, решив приступить к составлению истории семилетней войны, нашел нужным предпослать ей, в первом томе, рядобщих соображений о войне, которые помогли бы разобраться в хаосе событий, В основу своей С. Ллойд выдвинул представление об операционной линии, которую он понимал, как материальный путь, который должен быть пройденнаступающим для достижения своей цели. Но, если теория С., как самостоятельное целое, только недавнего происхождения, то практика С., разумеется, охватывает все войны, которые человечество вело с древнейших времен. Фукидид вкладывает в уста Перикла речи, совершенно отчетливо характеризующие стратегический план, которого Афины должны держаться в Пелопоннесскойвойне—сосредоточение сухопутной обороны на материке, за стенами Афин, уклонение от сражения в поле со спартанцами, блокада Пелопоннеса, давление на тяготеющие к Спарте колонии и воздержание от дальних, обширных предприятий, которые могли бы связать силы Афин и ослабить их положение в войне со Спартой.

Труднейшим вопросом С. является вопрос об отношении С. к политике. Мысль Жан-Жака Руссо, что причину поражений государства на войне надо искать в условиях его мирной жизни, побудила революционера стратегической мысли, Генриха-Дитриха Бюлова (1760— 1806) установить зависимость С. от политики; политическая С. относится к военной С., как эта последняя — к тактике; война — явление не самодовлеющее, а только надстройка над мирной жизнью; события на войне являются предопределенными теми опорными точками, базой, которыми в борьбе располагают обе стороны. Противник Бюлова, Клаузевиц, подхватил, углубил и развил эти мысли. С.-по Клаузевицу, это продолжение поли, тики, только другими средствами, Эта известная мысль обострена американским писателем Гомером Ли так: сражение относится к войне, как война к миру. Война — акт насилия; достижение кратчайшим путем цели возможно лишь посредством насилия в его крайней, ничем не сдерживаемой форме. Но так как война не изолированное явление, а вырастает из конкретной обстановки, является продолжением предыдущих политических сношений и ведется в атмосфере таких же сношений с нейтральными государствами, то политика весьма различно модулирует характер войны, как насилия,— от колониальной экспедиции,

напоминающей торговое предприятие, до борьбы на жизнь и смерть. Этот характер война получает непроизвольно, так как она представляет не самостоятельную категорию, а только инструмент политики. Работа по определению характера предстоящей войны требует работы и политика и стратега. В его высшей плоскости военное искусство становится политикой, которая вместо посылки дипломатических нот дает сражения. Нельзя говорить о вредном влиянии политики на руководство военными действиями: вред причиняет не влияние политики, а ошибочная политика. Руководящее значение политики не должно, однако, обращаться в ее деспотический произвол, так как верная политика должна учитывать природу действующих на войне военных сил и средств.

Т. обр., политическое руководство должно проходить непрерывной нитью через всю войну, политические цели и требования должны иметься в виду при решении каждого стратегического вопроса. Проведение этой мысли на практике связано с огромными трениями. Мемуары Бисмарка отмечают ряд острых разногласий на войне с Мольт-ке. Известнейшее из них связано с осадой Парижа в 1870 году: Молыпке, после Седана, полагает, что война уже кончается, и считает излишними обширные и сложные приготовления к осаде и бомбардировке Парижа; а Бисмарк с гораздо большей опаской расценивает республиканское правительство обороны, явившееся на смену Второй империи, боится вмешательства нейтральных и требует энергичной операции по взятью Парижа. Это объясняет, почему ученик Клаузевица, Мольтке, расходится в этом вопросе со своим учителем и настаивает на том, что и веденин военных действий С. должна сохранять полную независимость °т политики. В последнюю Мировую войну на этой почве Германия совершила много ошибок, которые содействовати ее поражению. Люден-дорф, прекрасно умевший руководить ведением чисто военных операций, совершенно не справлялся с постановкой целей ни во внутренней, ни во внешней политике (подводная война,

провоцирование выступления Соединенных Штатов, реакционная позиция по отношению к русской революции и к внутренней политике, истощение военных сил весенним наступлением 1918г-и так далее).

Рассмотрение С. как производной от политики, установленное Клаузевицем; исключает возможность формулировать какие-либо твердые правила и принципы для изменчивого содержания стратегического искусства. Поэтому школа „доктринеров“ энергично отстаивала самостоятельность С. Доктринер Жомини (смотрите) черезвычайно ясно подметил методы ведения войны Наполеоном, но, пользуясь приемами мышления XVIII в., облек эти методы в догматические формы неподвижной системы, будто бы верной на все времена. Война требует, по мнению Жомини, всегда приложения С. сокрушения, то есть сбора на кратчайшем направлении к неприятельской столице возможно большей массы войск и перехода ее в наступление с целью дать неприятелю решительное сражение, чтобы одним ударом покончить войну. Жомини дал определение операционной линии, как мысленной линии, соединяющей исходное положение армии с целью ее действий, и концентрирующей в себе, таким образом, идей и направление операции. Большие шансы на победу дает, по мнению Жомини, пользование внутренни.ии операционными линиями, то есть занятие массой своих войск внутреннего положения между разделенными частями неприятельских армий и унич-Т( ж >ние их по частям, поочередно, ударами по ним главной массы по эксцентрическим направлениям. Как метод ведения войны Наполеоном, так и отражение его в теории Жомини обусловлены стремлением использовать те массы, которые французская революция двинула на войну, при отсутствии технических средств связи и при необходимости пользоваться для передачи приказания исключительно ординарцами, что допускало возможность согласованного управления лишь при сосредоточении всех войск на тесном пространстве.