> Энциклопедический словарь Гранат, страница > Строганов граф Павел Александрович

Строганов граф Павел Александрович

Строганов, граф Павел Александрович, один из „молодых друзей“ ими. Александра I (смотрите M, 121), самый молодой и, по распространенному до недавнего времени, не вполне основательному мнению, самый радикальный. Родился в Париже в 1774 г., но друг. свед. в 1772 г., идо 7 летне говорил по-русски, начав учиться этому языку одновременно со своим гувернером Жильбером Роммом (впоследствии изобретателем „республиканского календаря“и одним из „последних монтаньяров“). Для маленького „Попо“ до восемнадцатилетнего возраста Ромм составлял всю семью: отец А. С. Строганов (смотрите XXIII, 649), „искусный царедворец“, умевший „ладить со всеми любимцами парей и пользоваться благосклонностью четырех венценосцев“ (Внгель), более всего на свете интересовался своей картинной галлереей; мать, тотчас лее но приезде в Россию, разошлась с мужем — факт, который от сына всячески старались скрыть. С этой целью мальчика держали подальше от Петербурга—этим, главным образом, объясняются непрерывные путешествия Ромма с его воспитанником сначала

(1781—86 г.г.) но России, а потом за границей, по Швейцарии и франции. В 1789 г. С. приехал в Париж в самом начале революции, в которой его воспитатель должен был принять такое деятельное участие. Под влиянием Ромма С. также увлекся революционным движением и был членом двух революц. клубов, сначала основанного самим Роммом—„друзей закона“, а потом и якобинского. Но нет никаких оснований думать, чтобы революция произвела на „гражданина Очера“ (так назывался в Париже С„ подобно многим франц. аристократам того времени отбросивший свое родовое имя) сильное и глубокое впечатление. Скорее это было банальное увлечение молодости, где интерес к революции переплетался с интересом к таким ее представительницам, как Теруань-де-Мерикур (смотрите). Но для придворных кругов, к которым принадлежал С. но рождению, уже одно посещение революционных клубов было настоящим скандалом, о котором русский посланник Симолпн поспешил донести Екатерине II. С. - отцу было приказано немедленно вызвать сына в Россию, где молодого С. сослали в деревню. Опала, впрочем, продолжалась недолго: в 1797 г. мы застаем С., уже успевшего жениться, в Петербурге, в ближайших отношениях к наследнику престола, Александру Павловичу. После 11 марта 1801 г. С. „был первым из друзей Александра, который удостоился слышать мысли о его предстоящих преобразованиях“ (Шильдер). По его именно инициативе возник в мае того жо года знаменитый „негласный комитет“. Ужо раньше, при попытках более конкретного выяснения плана реформ, между друзьями обнаружились, однако же, разногласия, весьма харарактерные: обсуждая „права граждан“, С. выдвигал на первое место право собственности, а император упразднение сословных перегородок. В негл. комитете продолжалось то же самое:все время Александр был „левее“ своих друзей в социальном вопросе и „правее“ их—в политическом. В результате, почти никаких реформ, ни социальных, ни политических, во получилось (смотрите II, 121/22), а скоро затем

„друзья“, вместе с императором, всецело увлечены были иностр. политикой. Социальная физиономия „друзей“ и здесь сказалась со всей яркостью: взятое ими направление было резко антифрапкузское, и главн. обр. их влиянием объясняется участие России в коалиции держав „старого порядка“ против Наполеона I. С., хотя занимавший тогда должность тов. министра внутр. дел, принимал в делах внешней политики деятельное участие. В заседаниях негласн. к-та он вместе с Чар-торийским (с,и.) энергически доказывал, что „надлежит положить преграду властолюбивым видам франции“. В 1805 г. он был в походе с императором и присутствовал при аустер-лицком сражении. В след, году, в качестве черезвычайного уполномоченного России в Лондоне, он употребил все усилия, чтобы помешать заключению мира с францией. Неудача коалиции была катастрофой „молодых друзей“. Неизбежность капитуляции перед Наполеоном чувствовалась уже весною в 1807 г., и О., „опасаясь, что его употребят по дипломатической части в сношениях с врагом Европы и России, перешел в военную службу“ (Греч). Превращение тайного советника и сенатора в казацкого полковника было, собственно, ликвидацией всей карьеры С.: из ближайшего советника государя он становится рядовым генералом, с честью выдержавшим, правда, ряд кампаний (1809 и 1812 — 14 г.г.), но ничем особенно не выделившимся. С. умер от чахотки, в море, около Копенгагена, в 1817 г. См.

в. кн. Николай Михайлович, „Гр. IT. А.С.“, 3 т. М. Покровский.