> Энциклопедический словарь Гранат, страница > Тайлор

Тайлор

Тайлор (Taylor), см. Тэйлор. -

ТайЛор (Тэйлор, Tylor), Эдуард Вернет, выдающийся англ, этнолог и исследователь первобытной культуры (1832—1917), происходил из богатой семьи, готовился первоначально к торговой деятельности и не проходил курса высшей школы, что не помешало ему знать не только большинство европейских языков, но и языки классические и древне-еврейский и поражать впоследствии своей колоссальною эрудицией. В молодости он по нездоровью должен был провести довольно продолжительное время на о. Кубе, где он познакомился с археологом и этнографом Г. Крайсти (Christy), и эта встреча имела для Т. решающее значение, определив круг его интересов. Вместе с Крайсти они совершили обширное путешествие по Мексике, и затем Т. посвятил себя этнологии и смежным с ней наукам. Первым его печатным произведением была книга „Anahuac, or Mexico and the Mexicans, Ancient and Modern“, появившаяся в 1861 г., но дальнейшие работы Т. посвящены уже общим вопросам этнологии, доисторической археологии и антропологии. В- 1865 г. он издал книгу „Researches into the Early History of Mankind and the Development of Civilisation“. Книга эта, выдержавшая в подлиннике три издания и переведенная на немецк. и русск. яз. („Доисторический быт человечества и начало цивилизации“, М., 1868), состоит из ряда самостоятельных очерков,

посвященных отдельным вопросам истории материальной, духовной и социальной культуры. Вслед за тем стали появляться его сообщения и статьи, вошедшие в переработанном виде в главное произведение Т.—в его „Primitive Culture“, вышедшую первым изданием в 1871 г. в двух томах и переведенную на большинство европейских языков. Одним из первых по времени был русск. пер. Д. А. Короп-чевского („Первобытная культура“, Спб., 1872; 2-е изд. этого перевода появилось в 1896—97 гг.). Книга эта посвящена гл. обр. вопросам духовной культуры: языку, счету, мифологии и особенно верованиям, и в ней развита теория анимизма (смотрите), в течение ряда десятилетий клавшаяся в основу всех построений по истории первобытных верований, да и в настоящее время не столько вызывающая против себя возражения по существу, сколько требующая дополнений в том смысле, что анимизм не есть наиболее ранняя форма верования и что имеются более первобытные, доанимистические, так сказать, верования. В этой же книге находится и наиболее систематическое обоснование метода переживаний, игравшего выдающуюся роль в истории этнологии последних десятилетий прошлого века. Т. был не только великим ученым, но и талантливым писателем, а потому его „Первобытная культура“, несмотря на свои обширные размеры и несмотря на насыщенность ее фактами, иногда очень детальными, читается поразительно легко, и основные положения автора, сформулированные с замечательной четкостью,усваиваются сами собой, почти без всякого напряжения внимания со стороны читателя. В 1881 г. появилась последняя большая работа Т. „Antropology“, представляющая собой превосходный популярный учебник, охватывающий жизнь малокультурных народов со всех сторон (физическая антропология,этнология, доисторическая археология). Книга эта оиять-таки была переведена на большинство европейских языков, а русский перевод ее с предисловием П. Л. Лаврова выдержал несколько изданий. Последующая литературная деятельность Т. выразилась в ряденебольших статей и чтений, из которых наибольшее значение имела статья „On a Method of Investigating the Development of Institutions applied to lows of Marriage and Descent“ (Journ. Anthr. Inst., vol. XVIII). На русск. яз. эта статья явилась под заглавием „О методе исследования развития учреждений в применении к законам о браке и происхождении“ в „Этнографическом обозрении“, 1890 г., № 2. Здесь сделана попытка обосновать своеобразный „статистический“ метод в истории развития учреждений,— попытка в целом неудачная, но содержащая в себе и положительную сторону в виде подчеркивания особой важности факта „сосуществования тех или других явлений.

К этому более позднему периоду жизни Т. относится его преподавательская деятельность. В 1884 г. он сделался лектором оксфордского у нив., а в 1895 г.— профессором и оставался в этом звании до 1908 г. Он занимал в университете кафедру антропологии, но в Англии „антропология“ понимается в гораздо более широком смысле, чем у нас, и охватывает не только физическую антропологию, но и материальную культуру, верования, быт и учреждения малокультурных народов, одним словом, все то. что у нас обыкновенно подводится под понятие общей этнологии. Как профессор, однако, Т. не сделал чего-либо выдающегося и мало оставил после себя учеников. Кроме того, он принимал деятельное участио в различных ученых обществах и съездах и дважды был президентом „Антропологического института Великобритании и Ирландии“ (1879—81 и 1891—93 гг.). В 1907 г., по случаю исполнившегося 75-летия со дня рождения Т., его ученики и почитатели издали в честь его обширный сборник статей „Anthropological Essays“, где между прочим дана подробная библиография всех произведений Т. В 1908 г. тяжелая болезнь лишила Т. возможности продолжать какую бы то ни было научную работу,. и последниеЛгоды своей жизни он находился не в полном сознании.

Т. можно назвать величайшим этнологом XIX в и самым крупным представителем эволюционного направления в этнологий. Его роль в развитии этнологии была исключительно велика, и критика неоднократно проводила параллель между ним и Дарвином, Его колоссальная эрудиция, замечательно точный и ясный ум и крупный литературный талант не только сделали его книги настольными для всякого занимающегося этнологией, но и открыли им доступ в очень широкие круги читающей публики, обратили их в необходимые пособия для общего развития и самообразования. Т. был только ученым, он только излагал и объяснял факты, ни с кем не полемизируя и никого не обличая, и, однако, его книги больше сделали в смысле устранения разного рода предрассудков, чем вся литература, специально посвященная этому. Что же касается этнологов; то целое поколение их воспиталось на его книгах, и вплоть до настоящего времени приходится во многом считаться с идеями, впервые формулированными им 50 и более лет тому назад. Для многих частных вопросов данные им решения до этих пор остаются в полной силе. Данный им в „Researches“ небольшой очерк способов добывания огня и применения его к изготовлению пищи ни в малой степени не утратил своего значения, и более новые работы на эту тему по существу повторяют то, что об этом было сказано Т. Представленное в этой же книге объяснение кувады (с.«.) и до этих пор остается господствующим в науке, хотя сам Т. от него впоследствии отказался, и так далее

Но вместе с тем Т. были свойственны и слабые стороны эволюционного направления в этнологии: вера в единообразный ход развития всех народов земного шара, игнорирование крупных различий между отдельными культурными областями и недостаток внимания к способам распространения культурных явлений и, в частности, к вопросу о заимствованиях. Свою точку зрения по этим вопросам он с наибольшей отчетливостью формулировал а заключительной главе своей:; книги „Researches“, где он говорит. .Значительные отличия в цивилизации и умственном состоянии разных рас человечества скорее сводятся к различиям в степени развития, чем к различиям в происхождении; в них скорее можно видеть „ различия в ступени культуры,чем в ее характере“.Конечно, Т. знал, что в культуре отдельных племен и даже целых областей имеются иногда значительные различия, но эти различия его совершенно не интересовали; его интересовали только те черты культуры, которые оказываются общими различным народам. Конечно, он знал, что одни народы оказывают влияние на другие, что часто происходит прямое заимствование культуры или отдельных ее элементов, но заимствованный факт утрачивал для него всякий интерес, и он имеет дело только с такими фактами, которые он может считать зародившимися самостоятельно у разных народов. Отсюда его стремление рассматривать эволюцию культуры как один целостный процесс, охватывающий все народы земного шара и отбрасывающий в сторону все различия между этими народами; отсюда постоянное сопоставление фактов, заимствованных из жизни самых разнообразных народностей, и готовность ставить на одну доску факты, взятые из жизни средневековой Европы или античной Греции, и факты из жизни австралийцев, огнеземельцев и других наиболее отсталых племен. Этот путь давал возможность строить самые широкие обобщения, открывал заманчивые перспективы создания стройной и целостной картины истории единой человеческой культуры, но этот же путь был чреват и опасностями произвольности даваемых обобщений. У самого Т. таких совершенно произвольных обобщений нет, но все-таки многим из его положений можно пожелать большей доказательности. Главное же дело в том, что ему удавалось избегать при избранном им пути грубых ошибок только потому, что он оставался преимущественно в области наиболее общих вопросов. Для решения более частных вопросов, для исследований более детального характера нужны были у лее иные пути, и это понимал сам Т., как видно из его статьи „О методе исследования“ и так далее

И пониманием этого, быть может, объясняется то, что Т., создав свою „Первобытную культуру“ еще не имея 40 лет от роду, затем почти что совсем замолчал и не выпустил в свет ничего, хотя бы приблизительно равноценного этому произведению. Молчал Т. потому, что провидел необходимость новых путей, но не мог встать на них по причинам объективного и субъективного характера. С одной стороны, тогдашнее состояние этнографии и недостаточность накопленного фактического материала не позволяли в то время пользоваться теми приемами, которые применяются теперешним культурно-историческим направлением в этнологии. С другой стороны, автору „Первобытной культуры““, дающей такие широкие обобщения, трудно было браться за работы мелкого частного характера, которые стояли в тот момент на очереди дня, да и теперь все еще остаются насущными очередными вопросами этнологии. А. Максимов.