> Энциклопедический словарь Гранат, страница > Тропин

Тропин

Тропин, СН2 — СН — СН2

I Асы“нонсн2-(!н-(!н2,

соединение, обладающее смешанным характером—вторичного спирта и третичного амина—и входящее в состав важных алкалоидов: атропина (см., рацемическая форма) и гиосциампна (оптически деятельная форма атропина). Как вторичному спирту Т. отвечает кетон тропинокотношение которого к Т. ясно из формул. Кокаин представляет метиловый и бензойный вфир зкгонина и имеет формулу отроения;

сн“—СИ — снсоосн.

i I ! i NCH3 CHOCOCgH

СВ,— сн — сн».

См. Winterstein-Trier «Die Alkaloide“, 1928.

И. Демьянов.

СН2-СН-СН2

1 I

ксна со

i I

сн2-сн-сн2,

при восстановлении кот. (цинковой пылью и крепкой иодистоводородной кислотой) получается Т. Получение Т. таким путем весьма важно потому, что тропинон получен синтетически, а из Т. синтезирован и атропин.

Т. известен в виде двух геометрических изомеров: Т. и ф-Т. В одном группы СИ» и ОН расположены по одну сторону плоскости кольца, в другом—по разную. Атропин представляет сложный зфир Т. и троповой наслоты,

сн“он

CgHg — сн — со он,

ж получен из этих соединений. Тая как тропо-вая кислота тоже получена синтетически, то синтез атропина является полным, и строение его таково:

СН — СН — СН СНОН

I 1 ГСН, СНОСОСЫС5Н,

I ! I

сн,—сн-сн,

Как Тч так и тропинон являются производными бескислородного соединения тропана,

СН,—СН—СН,

! icH, сн»

1 L I

СН— СН — СН“,

который является продуктом их окончательного восстановления и действительно таким путем может быть получен. Эта двуядерная система является производным дикяогептана, в котором перемычка из КСН вызвала образование двух колец пятичленного—метил-нирро-дидннового, и шеетичлеиного—метил-пипериди-нового. Так, близкий к атропину гаосцпн имеет троение:

СН — СН — СН, СНОН

I fCH, снососнс4н, I

осн — сн—сн»,

а кок&пн (смотрите) является производным вкгоняна,

сн“—сн —снсоон

I JjTCH,нон I I I сн, — сн—сн„

Тропинин, Василий Андреевич, живописец (1776 —1857), сын крепостного крестьянина А. С. Миниха, жил в е. Карпове Новгор. губ., где отец его был управляющим. С школьных лет Т. чувствовал страсть к рисованию; He-имея никакого руководства, он удовлетворял ее, доставая у школьных товарищей лубочные картинки и с них. копируя самоучкой. По выходе из школы Т. был взят в господский дом на побегушки. Когда дочь Миниха вышла замуж за гр. И. М. Моркова, » приданое за ней был отдан и Т. Отец просил графа отдать мальчика в учение к живописцу, но получил отказ. В-1794 г. Т. все-таки был определен в Академию художеств. Будучи учеником Щукина, в академии Т. развивался под влиянием Кипренского и Варнеке. Так же, как они, Т. прошел через романтизм, своеобразно переработав его-и слив с увлечением правдой. Одновременно Т. должен был проходить курс конфетного мастерства у кондитера, красить стены, каретные колеса и колодцы в деревне Моркова, прислуживать за столом и обучать рисованию детей своего господина. Но страсть, живописца в Т. не умирала и в это время. Он работал неутомимо, без заученных тонов, свободною кистью писал натуру, большой семейный портрет Морковых; жирным мазком, в бархатистых тонах, превосходно лепя, он делал портреты своей матери, сестры брата, сына. Только в 1823 г., 47 лет Т. получил отпускную и тогда же был возведен в академики. Но и сделавшись свободным, Т. не сразу порвал со своими господами. Только под старость Т. мог устроить себе свою жизнь, как хотел. Он поселился в Москве, жил очень скромно, так как его произведения, несмотря на его известность, оплачивались скудно. Но теперь зато Т. мог отдаться всецело искусству. Ояспокойно и беспристрастно писал гр. Растопчину и гр. Зубову, поэта Пушкина и художника Брюллова, многих лиц из дворянской и купеческой Москвы 30 — 50х годов.

Беспритязательный рассказ, простота, скромность в передаче натуры отличают портреты Т. Слабее написаны маслом женские головки, которые создали Т. славу «русского Греза», его девушки с гитарой, с цветами, швеи, кружевницы. Они представляют гл. обр. интерес как стадии перехода от портрета к жанру. Это—портреты, которые превращены в бытовые картины при помощи бытовой обстановки и подходящей мимики. Очень ценны для понимания творчества Т. его рисунки, наброски. Т. особенно дорожил первым впечатлением и всегда, перед тем как работать маслом, делал первый набросок, где он прекрасно схватывал сразу общий облик и непосредственно, свежо, без мелочей передавал характер. От всего, что выходило из рук Т., дышит невозмутимым спокойствием. Яспый, радостный, теплый взгляд светится во всем. Т. в своих портретах дает поэму повседневности. Т. приписывается около 3.000 работ. При тех условиях, в которых он работал, они не могли быть все одинаково удачны и ценны. Т. иногда пишет с большим сходством, но без особой вдумчивости, много обращает внимания на руки и одежду и старательно их выписывает. На ряду с прнкрашенностью и манерностью, он показывает настоящую правду, здоровый реализм и наблюдательность. Подле белесоватых, дряблых молочных тонов мы видим сильные, крепкие. Рядом с сбитым рисунком — твердый и тонкий. Этот мягкий, молчаливый и добрый человек, без определенно выраженных взглядов и без твердо формулированного направления, все время стойко оставался живописцем, изуча“ телем жизненной правды, и поэтому оказался одним из наиболее влиятельных художников Москвы первой полов. XIX в Т. посеял здесь семена того реализма, который вырос и отлился в протест Москвы против академического искусства. Забытый во вторую полов. XIX в., Т. в XX в., по мере открытия его и изучения, выступаетвсе сильнее как большой мастер.—О Т. см. Тарасов, «Цветковская галлерея в Москве», Ст. годы, 1909, № 12; Вран-гель, «Помещичья Россия», Ст. годы, 1910, Je 7/9. Н, Тарасов.