> Военный энциклопедический лексикон, страница 1 > Турецкая война 1828 и 1829 годов.

Турецкая война 1828 и 1829 годов.

ТУРЕЦКАЯ ВОЙНА 1828 И 1829 ГОДОВb. Введение. Аккерманский и Лондонский договоры и истребление турецкого флота при Наварине (смотрите статью Турецкая империя — история ея) не могли склонить Порту к сохранению мира съ Россиею. Она отказалась признать независимость Греции, стала мешать нашей торговле на Черном море, оскорблять русский флот и возбуждать Персию к продолжению с нами войны. Должно было и с нашей стороны противопоставить силу силе. 14 (26) апреля 1828 года император Николай Павлович возвестил своим народам о разрыве союза с Оттоманскою Пор-тою.

Решась воевать с Россиею, султан заблаговременно готовил к тому средства. Опираясь на многочисленные крепости, но двум главным оборонительным линиям Европейской Турции, Дунаю и Балканам, он велел усилить укрепления и занять гарнизонами: на Нижнем Дунае Тульчу, Иисакчу, Мачнн, Бирсов и Кистенджи, стараясь также поднять на нас живущихъ в этой стране неприязненных намъ племен — Запорожцев, Некрасовцевъ и Добруджских Татар; в центре линии, на Среднем Дунае, вооружены были Силистрия, Журжа; Ру щук и Гуртукай; на левом фланге изготовлены к защите Никополь, Виддинъ и замки, лежащие по Дунаю до Кладова и Новой Оршовы. Но, исключая

Браилова, Силистрии.чРущука и Вйддн-на, все эти крепости находились в жалком состоянии, будучи защищены только высоким валом и рвом, безъ внешних укреплений. Артиллерии, запасов и гарнизона в них было достаточно; но гарнизоны большей частию состояли из ополчившихся жителей, под начальством неопытных пашей. За этою линией должны были собираться войска, назначенные к действиямъ в поле, и разделенные следующимъ образом: правый фланг, под начальством Ибрагима паши, из 6,000 регулярных войск, к которым причислялись еще около 50,000 человекъ народного ополчения и гарнизонов, находился в окрестностях Бабадага. Назначение Ибрагима состояло в осно-ривания Русским переправы черезъ Нижний Дунай; но позиция его легко могла быть отрезана посредством перехода наших войск близ Черноводъ и движения их к Кистенджи. Центр, лично предводимый турецким главнокомандующим по сю сторону Балкан, сераскиром Гуссейном Ага-пашею, принимавшим важное участие в истреблении янычар, собирался в ИПумле. Сиду его полагали в 40,000 регулярных войск и до 80,000 ополчения (Не-Ферам, Аскеров, Делиев,Баши-Бузу-ков, Тимариотов и др. Турок, живущих в Булгарии, Македонии и Руми-лии). Впрочем, это предпол&жение превышало двумя третями то число войск, которое было действительно собрано. Санджаки и Аяны не имели никакой возможности выставить определенные Фирманом и ффтфою контингенты; ополчение собиралось медленно и, по старому обычаю Турок, служило только с апреля до октября. Левое крыло, под начальством Виддинского сераскира, Мегмета-паши, должно было собраться в Виддине и состоять из

60,000 человек как регулярных войск, так и милиции нагорной Булгарии, Боснии и Албании. Султан намерен былустремить эти силы на наше правоекрыло и на основание наших действий; но Албанцы и Босняки, занятые внутренними раздорами и опасавшиеся восстания Сербов, не слушали новеления падишаха и не пришли к Виддину, где Ибрагим-паша, сменив Мегмета, съ трудом мог собрать 30,000 человек Турецкий авангард, из 12,000 отборныхъ всадников, под начальством Кучук-Ахмеда-паши, должен был расположиться в окрестностях Журжи, и при первом известии о переходе Русских через границы занять Бухарест. Быстрое наступление нашихъ войск спасло однако же столицу Валахии. Дунайская турецкая флотилия, в 109 судов, командуемая Албанцем, меримироном (двухбунчужным нашею) Ибрагимом, разделялась на четыре отделения : в Браилове, Сили-стрии, Руицуке и Виддине. Резервная армия начала собираться в Адрианополе. Султан сам хотел предводительствовать ею, вызвав всех Мусульман под санджак - шериф на брань народную и религиозную, долженствующую продолжаться до Страшного суда. В Адрианополь должны были явиться остальная часть регулярных войск и народы Азии и Африки. Но внутренния смятения Оттоманского государства и движение наших войскъ из Грузии остановили приход этихъ полчищ, без того мало полезных въ европейской войне. Верховный визирь не выступил в поле, потому что султан не желал подвергать своего наместника неудаче при открытии войны и в том уважении, что Норта, по древним постановлениям, не может заключить мир, пока армия верховного визиря не сражалась еще снеприятелем. Из всех этих турецких сил в начале апреля было на северной стороне Балканов только двадцать три, ослабленные бегствомъ и дурно устроенные, регулярные полки, состоявшие большей частью из молодых рекрут. Несколько лучше была милиция, привыкшая к войне въ междоусобных драках и одушевленная Фанатизмом и ненавистью к Русским.

Вторая оборонительная линия Турок простиралась по Балканам, упирая правый фланг в море у Варны и Мизем-врии, левый в Софию, и прикрываясь неприступными горами, Шумлою и множеством укрепленных городов и замков, лежащих между Балканами и Дунаем.

Русское правительство, беспрерывно наблюдая за военными приготовлениями Норты, также готовило свою 2-ю армию, расположенную но юго-западным границам империи, приводило в надлежащий порядок внутреннее ея управление, учреждало складочныя места для провианта, амуниции и снарядов, постоянные и подвижные госпитали, парки, этапы и-пр. Для усиления же 2-й армии предназначено отделить некоторую часть 1-й, а именно : 3-й пехотный корпус, расположенный тогда в Киеве, 4-й резервный кавалерийский из Курска, Бугскую уланскую и 10-ю пехотную дивизии; в последствии присоединились еще къ действующей армии 2-й пехотный и гвардейский корпуса.

При открытии военных действий в апреле 1828 г. 2-я армия состояла изъ следующих войск:

Корпуса.	Дивизии.	Батал.	Эскадр.	Орудия.	Полкиказачьи.	Числолюдей.
6-йнехотныйген.-лейтен. Рота.	16- я пехот. дивизия, ген.-лейт. Сулимы. 17- я — ген.-лейтен. Корнилова.. 4-я уланская, ген.-лейт. бар. Крейца.	2 И	41	90	4	26,500
7-й пехотный корп. ген.отъ кавалер. Войнова.	18- пехотная дивизия,генер.-маиора барона Людингсгаузе-на Вольфз. 19- я—генер .-маиора Иванова. Бугская уланская, ген.-маиора Рейтер-на.	26	36	102	3	28,700
3-й пехотный корп. ген.отъ инФант. Руд-зевича.	7- я пехот. дивизия, генер.-лейт. Ушакова. 8- я пехот. дивизия, ген.-лейт. Засса: 9- я пех. див. ген,-лейт. Бартоломея. 3-я гусарская, ген.-лейт. Ридигера. Причисленн. к нему 10-я пех. див. ген.-лейт. Свечина.	44	16	156	4	45,600
4-й резервн. кав. корпусъ генер. адъют. Бороздина.	1-я драгунская дивизия, генер.-лейт. Квитницкого. 1-я конно-егерская ген.-лейт. Загряжского.,	2	32	48		7,800
Да еще в осадных, резервных, батарейных и горных артиллерийских ротах, инженерных парках, других коман-			1	24		2.000
дах и на флотилии.		—	—	—	—	2,000
	Итого	96	126	420	11	112,600

Главнокомандующим армией в Европейской Турции назначен был генерал - Фельдмаршал граф Витгенштейн; начальником штаба его был генерал - адъютант Киселев; генерал-квартирмейстером генерал-ма-иор князь Горчаков; начальником артиллерии генерал - лейтенант барон

Левенштерн; начальником инженеров генерал-лейтенант Трузсонъ2-й, а до прибытия его, генерал - маиоръ Ден. Резервами, (3-е батальоны и 3-е дивизионы полков, 3-й резервный ка. валерийский корпус, 13 артиллерийских рог и 5 казачьих полков, всего, без казаков, 60 батал., 120

эскадр. и 136 орудий), расположенных в ближайших к театру войны губерниях и крепостях Хотине и Измаиле, командовал генерал - лейтенант граф Витт.

Первоначальный план военных действий, утвержденный государемъ императором, состоял в следующем. Войскам 6-го и 7-го корпусов, перейдя Прут во второй половине апреля, двинуться: 6-му корпусу въ Бухарест, чтобы быстрым занятиемъ княжеств предупредить вторжение въ них Турок; 7-му корпусу обложить Браилов; 3-му, следовавшему из Киева, спешить к Нижнему Дунаю и перейдя его, направить действия против крепостей правого берега и Ба-бадага; 4-му резервному кавалерийскому корпусу идти за 3-м пехотным; отдельному гвардейскому корпусу, выступившему 1 апреля из С. Петербурга, направиться к Тульчину. Для обеспечения военных действий со стороны азиатской Турции, Кавказский корпус, под начальством генерал-адъютанта графа Паскевича-Эрпванска-го, получил приказание вступить въ Натолию; к Анапе была послана изъ Севастополя, на эскадре вице-адмирала Грейга, особая экспедиция, под командою контр - адмирала князя Меншикова.

Поход 1828 г. в Европейской Тур-ги,ги. Согласно операционному плану, 6-й и 7-й пехотные корпуса выступили въ первых числах апреля из Балты и Кишинева и сосредоточились у г. Рени, где велено было переправиться через Прут; но необыкновенное разлитие реки остановило их до исхода месяца; 25 апреля оба корпуса перешли Прут тремя колоннами : у Сквлян, Фальчи и Вадулн-Исаки. Правая колонна, под начальством барона Креиица, заняла в тот же день Яссы; средняя колонна, имея в авангарде генерала барона Гейсмара, с 4 казачьими и 2 уланскими полками, пройдя в 5 дней 228 верст, 30 апреля вступила в Бухарест, где была принята жителями с восторгом; левая колонна (7 корпус), при которой находился Фельдмаршал и начальник главного штаба Его Величества, генерал - адъютантъ барон Дибич, обложила 29-го Брандов. В пять дней по переходе русских войск через Прут, княжества Молдавия и Валахия были в нашей власти, обеспеченные от Турок, и базисъ дальнейших наших операций поставлен на Дунае между его устьев и Бухарестом.

Переход наш за Дунай, определенный близ Исакчи, в особенности затруднялся обладанием Турками крепостей Браилова и Мачина, которыя препятствовали также свободному плаванию нашей флотилии по реке. Должно было начать действия покорением этих крепостей, и сперва завоевать Браилов, после чего можно было ожидать и скорого падения лежащаго насупротив Мачина. Осада Браилова была возложена на прибывшаге тогда в армию генерал-Фельдцейгмейстера и генерал - инспектора по инженерной части, великого князя Михаила Павловича. Осадные работы начались ночью с 14 на 15 мая (смотрите статью Браилов) и деятельно продолжались в присутствии Государя Императора, переехавшего границу 7 мая в Вадули-Исаки; 29-го наша флотилия истребила неприятельскую в Мачинском гирле и этимъ пресекла сообщение между обеими крепостями; к началу июня подступы доведены были до контр-эскарпа Браилова; и так как комендант, Сулей-ман-паша, мужественно защищаясь, отверг предложение к сдаче, то 3-го июня предпринят общий приступ. Онъ был отбит Турками с значительным для нас уроном, но Сулеймаи-паша, опасаясь вторичного, более решительного штурма, и нс имея в виду никакой помощи, 7-го числа сдалъ крепость на капитуляцию. Русские нашли в ней 218 орудий и огромные военные запасы.

Цока продолжалась осада Браилова, 3-й корпус, Рудзевича, готовил переправу через Дунай; казачий отрядъ подполковника Золотарева 4-го занялъ 9 мая Краево, столицу Малой Валахии, а генерал Гейсмар, мая 21-го, разбил у Слободзеи, близ Журжи, турецкую партью в 600 человек, переправившуюся на лодках из Рущука. Тогда же добровольно покорилась часть Запорожской сечи, обитавшей на правом берегу устьев Дуная. Кошевой ея атаман, Гладкий, духовенство, чиновники и 1,000 казаков с их семействами перешли на нашу границу и усердно стали содействовать нам въ переправе через реку. Она воспоследовала 27-ro мая при селении Сатуковп, (смотрите это слово). Войска 3-го корпуса и флотилии, не смотря на местные препятствия и силу занимаемой Турками на противном берегу укрепленной позиции, воспламененные присутствиемъ императора, превозмогли все затруднения, выбили неприятеля из окопов гщ лагерей, взяли 20 орудий и обложили Исакчу. Государь переправился в лодке, гребцами коей были недавно подчинившиеся Запорожцы, а рулем управлял атаман Гладкий, пожалованный полковником русской службы. Мая 30-го мост и плотины, ведшия к нему через болота и камыш, были готовы; остальные войска наши перешли Дунай; при их виде гарнизон Исакчи сдался, выдав победителям 18 знамен, 75 орудий и большие запасы всякого рода. Туркам позволено было возвратиться домой.

После благополучной переправы на правый берег Дуная, армии надлежало вступить в пустынные страны Бул-гарии, где войска должны были везти за собою все нужное для их существования, начиная с ежедневного продовольствия до угля, на подковку лошадей. Такое обстоятельство делало необходимым приобретение Черноморских гаваней, открывавших свободное сообщение с нашими южными портами. Потому, для направления действий к Балканам, избран был путь, вблизи моря лежащий, а на нем прежде всего положено занять Кистенджи. 31 мая авангард главной армии, подъ начальством генерал-лейтенанта Ри-дпгера (3-я бригада 10-й пехотн. див. 3-я гусарская и 400 казаков), двинулся к Бабадагу и Карасу. Для обеспечения тыла отправлены были к лежащим на правом берегу крепостямъ особые отряды: полковника Роговского (бат. пехоты, 6 эскадронов и 100 казаков) к Мачину, генерал-лейтенанта Ушакова (4 бат. 7-й пехот. див., 2 фскадр. и 100 казаков) к Тульче и генерал - лейтенанта князя Мадатова (4 бат. и 300 казаков) к Гирсову. Остальные войска 3-го корпуса, при которых находился Государь Императоръ и была главная квартира, пошли вслед за генералом Ридигером въ Бабадаг. Ридигер, заняв этот город 1 июня без сопротивления, обратился к крепости Кистенджи, которая была обложена 4 числа; 3-й корпусъ продолжал марш к Траянову валу, где расположился лагерем при озерах Карасу, в ожидании сдачи крепостей и далеко отставших подвозовъ с съестными припасами. 6 июня покорился Мачин, 11-го, после шестидневной осады, сдался Тирсов, а 12 го Кистенджи, где гарнизон, составленный большей частью из прежних янычаров, взбунтовался и принудил коменданта отворить нам ворота. Трофеи, найденные в этих трех крепостях, состояли в 247 орудиях, 24 знаменах, 4 канонерских лодках и огромных жизненных и военных запасах. 18 июня Тулча последовала примеру Кистенджи, а племя Некрасов-цев (русских выходцев, прежде столь враждебных к нам) последовало примеру Запорожцев. В Тульче достались нам 84 орудия.

Видя тыл свой обеспеченным покорением вышеозначенных твердынь, а подвоз продовольствия морем—занятием Кистенджи, Фельдмаршаль положил продолжать с главными своими силами наступательное движение но направлению к Базарджику. Между тем, всегдашния бедственные сопутницы походов в Турцию—повальные и изнурительные болезни и необходимость оставить гарнизоны к занятых кре-ностях, ослабили действующую армию до того, что под личным начальствомъ гра<и>а Витгенштейна находились только четыре неполные дивизии (8-я, 9-я и

10-я пехотные и 3-я гусарская), всего около 12,000 человек Государь велелъ двинуться из расположения в Киевской губернии и присоединиться къ армии 2-му пехотному корпусу, генерал-адъютанта князя Щербатова, состоявшему из 4-й, 5-й и 6-й пехотныхъ и 2-й гусарской дивизий (36 батал., 24 эскадр., 88 орудий — 40,000 человек). Корпус этой предназначался для занятия Молдавии, Валахии и мест, лежащих по течению Дуная выше Силп-стрии. Часть резервных войск 2-й армии должна была прикрывать Дунай ниже Силистрин и занять пространства до Балканов, по мере движения вперед главной армии. Одна дивизия 4-го резервного кавалерийского корпуса (1-я конно-егерская) перешла Дунай и поступила в состав армии; туда же должен был следовать 7-ии пехотный корпус по окончании осады Браплова. Генерал от ннФантерии Рот, с двумя бригадами 16-й пехотной и одной

4-й уланской дивизий, получил назначение обложить Силистрию; генерал Бороздин, с 17 ю пехотною дивизиею, одною бригадою 16-й и 4-мя полками кавалерии, охрашил Валахию, имея особые отряды генералов князя Горчакова, барона Гейсмара, Рейтерна и полковника Кауфмана против Жур-жи, Виддина, Турнм и Кале..

Скоро были получены достоверные известия, что неприятель собирает значительные силы в Базарджике. Подкрепления и транспорты, назначенные в нашу армию, начали подходить; 24

июня Фельдмаршал, имея впереди авангард Рндигера, выступил из Кара-су к Базарджпку. Отряд князя Ма-датова, держась с ним на одноии высоте на дороге в Кайнарджн, охранял сообщение с генералом Ротом, который, перейдя реку у Фундан, следовал к Силистрии. На следующий день передовия войска генерала Риди-гера, под начальством генерал-маио-ров Кирсанова и Лникиева, без боя заняли Базарджпк, оставленный жителями, и расположились впереди его. Тут они внезапно были атакованы многочисленными толпами турецкой конницы, выскочившими из лесов по Шум-ленскоии дороге. Наши опрокинули ихъ после упорной схватки. Турки, отступая к Козлуджи, нанесли довольно сильный вреда, слишком горячо преследовавшим пх гусарам и ушли къ ИПумле и Ира водам. 28-го июня прибыла в Базарджпк армия, претерпевъ большия затруднения во время марша от зноя и жажды посреди безводных, брошенных жителями степей. Скоро потом присоединился к ней 7-й пехотный корпус и получено было радостное известие о взятии, 12-го июня, Анапы экспедицией князя Меншикова, и о разбитии сю во многих жаркихъ боях, прибывших на помощь города горцев (см., Анина). 3 июля эскадра адмирала Грейга взяла снова на корабли десантные войска и 8-го числа высадила их на берег в Мангалии, откуда отправились они сухим путемъ к Варне. Эскадра поплыла туда же.

Варна и Шумла составляют, как мы уже заметили, дне главнейшия точки оборонительи ой линии Турок на Балканах. Не овладев одною из них, нельзя отважиться перешагнуть этот хребет. Варна, служившая опорою правому флангу Турок, сильно укрепленная природою и искусством, была тогда обороняема многочисленным гарнизоном, под начальством опытных и твердых Капудана-паши и Юссуфа Сересского. Еще неприступнее была Шумла

(смотрите это слово), где находился сераскир Гуссейн-Ага наша с главными турецкими силами. Предстоял вопрос: на который из этих пунктов должно было нам обратить первые ударые Выгода взятия Варны и обеспечения тем нашего операционного пути на берегу Черного моря, были очевидны; но трудно было осаждать Варну, имея у себя во фланге и в тылу неприятельскую армию; с другой стороны, разбитие этой армии и покорение Шумлы представляли нам величайшие стратегические результаты и обеспечивали наше зимнее расположение в Булгарии. Одновременное же нападение на Варну и Шумлу было невозможно, по недостатку на то наших сил и но неприбытью еице флота и осадной артиллерии. После многих рассуждений, положили в нашей главной квартире начать наступлением на Шумлу, чтобы разбить или держать в бездействии сераскира, а между тем обложить Варну отдельным отрядом. В следствие этого принят был следующий план военныхъ действий. Главная наша армия, состоявшая в то время из 3-го и 7-го корпусов, 1-й конноегерской дивизии и 108 орудий резервной артиллерии, должна была следовать через Ииозлуджи и Енибазар к Шумле. Для прикрытия этого движения со стороны Варны, послан отряд под начальством генерал-адъютанта графа Сухтелена; генерал - лейтенант Ушаков с Туль-чинским небольшим отрядом шелъ в-резерве. 4 июня генерал Ридигеръ заняв Козлуджи, с трудом вытеснил Турок, засевших, под начальством Али-Шаха-нации, в лесахъ и ущельях, простирающихся к Ени-базару. Армия в тот же день выступила из Базарджнка, 5-го прибыла въ КозЛуджн и остановилась в нескольких верстах впереди этого города. Али-Шах-иаша с своими войсками, простиравшимися до 8,000 человек с 5-ю орудиями, отступил к Енпбазару, имелъ там жаркое дело с казаками походнаго атамана Сысоева, и по прибытии к ним в подкрепление одной егерской бригады 3-го корпуса, удалился къ Шумле. 6 июля Енибазар был занятъ Русскими Генерал-адъютант Бенкендорф 2-й, отправленный с 4-мя ба-тал., 1 эскадр. и частью казаков влево для прикрытия следования армии со стороны Балканов, вступил в Праводы, на, средине дороги из Шумлы в Варну, и истребил посланною къ Айдосу партиею, обоз, тянувшийся къ Шумле. 8 числа началось общее движение к этой крепости, под личнымъ предводительством Государя Императора. В 12 верстах от города, за тинистым ручьем Буланлыком, стояли в правильном боевом порядке

30,000 Турок под начальством Гус-сейна Али-паши. Наша армия развернулась к битве, перешла на разныхъ пунктах ручей и, не смотря на усилия сераскира и на храбрость турецкой конницы, обратила врагов в бегство до самой крепости, после чего заняла позицию вокруг ея, простирая левый фланг до дороги, ведущей из Шумлы в Царьград через Чали-Ивавак, а правый упирая в горы у м. Стражы.

Е начала обложения Шумлы силы турецкие были равны нашим: оне простирались до 50,000 человек, но неприятель имел на своей стороне все выгоды местоположения и пользуясь задолго перед этим заготовленными, искусно расположенными укреплениями, мог противопоставить нам на каждом шагу упорное сопротивление. Не смотря на эти выгоды, армия наша скоро стала твердою ногою с северной и восточной сторон Шумлы, имея Фронт прикрытый множеством редутов, которые препятствовали неприятелю проникнуть до нашей линии и заставили его думать, что фельдмаршал действительно готовится к правильной атаке крепости. Генерал Ридигер был послан к ЧиФлику и къ Эски-Стамбулу с одною бригадою пехоты, 3-ю гусарскою дивизией и однимказачьим полком, чтобы не допускать к Шумле неприятельские подкрепления. Вправо къДжумаю и Осман-Базару ходили сильные партии. Важная позиция у Привод, занятая отрядом генерала Бенкендорфа 2-го, также была прикрыта редутами, и разъезды наши ходили оттуда до дерев. Кюпри-Киой на Камчике, где открыли неприятельский лагерь в 5,000 человек Скоро потом (6 августа) Бенкендорф умер, а начальство над его отрядом принял князь Мадатов.

За Варною наблюдал сперва отряд графа Сухтелена, из 4 батальонов, 12 эскадронов и сотни казаков — всего 4,500 человек с 12 орудиями.. Не смотря на эту незначительность сил, граф Сухтелен, подвигаясь по левому берегу лимана Девно, оттеснилъ Турок до гласиса крепости, прикрылъ свою линию окопами и, отбивая яростные вылазки многочисленного гарнизона, держался до прибытия (6 июля) отряда Ушакова, (4 батал. 2 эскадр., 16 орудий). Сухтелен сдал ему блокаду-и пошел в Праводы на соединение с генералом Бенкендорфом. Ушаков, будучи слабее своего предшественника, с трудом, но храбро,держался несколько дней в виду крепости, потом отступил к дер. Дер-вент-Киой, прикрывая дороги в Шум-лу и Базарджик. Тут, Получая въ разные времена небольшия подкрепления, он остался до второй половины июля. 19 числа присоединился к нему Анапский отряд и обложение Варны было поручено вице-адмиралу князю Меншикову. 23-го прибыл Государь Император; все закипело новым мужеством и деятельностью.

По отъезде Его Величества из-под Шумлы, скоро увидели, что строгая блокада этой крепости, по слабости наших войск, невозможна, а темъ менее взятие ея открытою силою. Главнокомандующий предложил отправить к Шумле гвардейский корпус, приближавшийся тогда к Дунаю и, усилив им 3 и 7 корпуса, приступить к правильной осаде; но государь, соображаясь с важнейшими еице выгодами — покорения Варны, не принялъ предположение, а направил гвардию къ Варне и велел графу Витгенштейну продолжать наблюдение Шумлы с имевшимися у него средствами. Фельдмаршал умножил число редутов вокруг крепости, занял их по мере возможности войсками и решился послать сильные партии к Камчпку и Балканам, чтобы перерезать дорогу в Царьград, захватить шедшие оттуда транспорты и, подавая вид,будто бы мы намерены обложить со всехъ сторон Щумлу, воспрепятствовать Туркам посылать помощь к Варне и Силистрии. Июля 25 и 26 генералъ Ридигер, с двумя пехотными и двумя гусарскими полками при 24 орудиях, оставив генерала Иванова в позиции у ЧиФлика, предпринял поискъ к сел. Котешу и Труссам; он рассеял со стороны Эски-Стамбула найденные на Камчике и в ущельяхъ Балкана турецкие отряды, осмотрела, дороги, ведущия из гор к Шумле, и благополучно возвратился в лагерь. Генерал Воинов, приняв начальство над всей кавалерией действующей армии, рекогносцировал Джумай и пути в верхнюю Булгарию. 31 числа Ридигер опять предпринял наступательное движение к Эскп-Стамбулу и расположился там в крепкой позиции, чтобы угрожать Шумле с тыла и прикрыть редутами главнейшие пути к Карнабату,. Казани и Джумаю. Отсюда Ридигер и Иванов пошли къ Котешу и к речкам Урано иБуюк-Камчик, прогнали, с потерей двухъ орудий и нескольких сот пленных, утвердившиеся в ближайших ущельях неприятельские отряды и зажгли Котеш и Эски-Стамбул; когда же Турки, получив из Шумлы значительные подкрепления, стали теснить и прс-следовать наших, тогда Ридигер отбил их с потерей до 2,000 человек; нфи мы лишились генерала Иванова, до 330 человек и одного орудия. Между темъ положение нашТих войск под Шум-лою становилось крайне затруднительно. Ни в одном месте не имели мы достаточных сил и не могли действовать с полною уверенностью на успех; экспедиции, несоразмерные съ числом войск, истощали их; потери в битвах и от болезней становились более и более чувствительными; добытие продовольствия и Фуража более и более трудным. Напротивъ того, неприятель получал почти ежедневно свежия войска и подвозы запасов, которые на верблюдах пробирались горами в Шумлу. Албанецъ Омер-Врионе с 2,000 всадников расположился против Ридигера у Эски-Стамбула и одновременно с Галнль-ииашей, начальником регулярныхъ турецких войск, предприняв два отважные ночные нападения на вашъ лагерь, захватил в одном редуте 6 орудий и перерезал гарнизон его и командовавшего им генерала Вреде; другия внезапные вылазки были направлены к Марату, где стоял принцъ Евгений Виртембергский, назначенный начальником 7 корпуса. Генерал Ри-дигер, принужденный оставить Эски-(/гамбул, приблизился к левому флангу принца и этим открыл Омер-Врионе свободный путь в Шумлу. Съ каждым днем Турки становились отважнее. Они посылали партии к дорогам в иираводы и Силистрию, захватывали наши подвозы и отдельныя команды и истребляли Фуражиров. Конница наша, изнурив совершенно лошадей от беспрерывной службы и от скудного корма, не могла тому воспрепятствовать, пехота, занимавшая ея место на аванпостах, гибла отъ усталости.

В продолжение этих происшествий под Щумлою, началась осада Варны. князьМеншиков, имея под своим начальством 13 батал., 12 эскадр. и 47 орудий, всего около 10,000 человек, перешел

22 июля из Дервент - Киоя к деревне Франки, лежащей к северу от Варны, занял там новую позицию, укрепил ее и вошел в сношение с флотом адмирала Грейга, прибывшим на Варнский рейд, в числе 8 кораблей, о фрегатов и 13 мелких судов. Но флот этот не мог близко подходить к крепости и потому князь Меншиков должен был основать успехъ почти на одних собственных средствах. Июля 24 приступили к осадным работам заложением 1-й параллели; 26 - го капитан Мелиховъ овладел с отрядом наших гребных судов неприятельскою флотилиею, стоявшей под крепостными выстрелами, и прибуксировал ее к флоту, после чего началось также бомбардирование города. Турки делали сильные, но безуспешные вылазкй; въ одной из них, 9 августа, князь Меншиков был тяжело ранен. Место его заступил Новороссийский и Бессарабский генерал - губернатор, граф Воронцов. Осада подвигалась деятельно. Не смотря на храброе сопротивление Турок, заложена была вторая параллель и подступы доведены до гласиса; но слабость наших осадных войскъ не допускала к приобретению решительных успехов, а тем менее тесное обложение Варны с западной и южной сторон, где действовали только летучие отряды. Гарнизон, получая ежедневно подкрепления и подвозы продовольствия, бодрствовал и отказал нам в сдаче. В конце августа прибыл под Варну гвардейский корпус. В то время государь возвратился из Одессы к флоту и тогда осада приняла новый, деятельнейший вид.

Чтобы избегнуть лишних повторений, мы отсылаем читателей наших к статье Варна. Крепость, атакованная с решимостью и искусством, съ сухого пути и с моря, держалась упорно два месяца, но видя неудачу Омера-Врионе, посланного из Шумлыосвободить Варну, и близкое взятие ея приступом, сдалась 28 сентября. Въ ней было 178 орудий, много пороху и снарядов, но продовольственныхъ припасов, кроме истолченного гнпла-го проса, вовсе не оказалось. Остававшиеся еще 6,000 человек гарнизона объявлены военнопленными. Узнав о иаде нии Варны, Омер-Врионе отступил за Камчик, преследуемый до Пстрикиой войсками принца Евгения Виртембергского (прибывшего во время осады из-под Шумлы с частью 7 корпуса) и отрядами генерала Полешко и барона Деллингсгаузена, взятых из корпуса генерала Вистрома, который блокировал Варну с южной стороны и в то же время удерживал Омер - Врионе в лагере его у Куртепэ.

2 октября государь, пересев на ли-нейиый корабль императрица Мария, изволил отправиться в обратный путь в Одессу, куда и прибыл. 8 числа, выдержав на дороге сильнейший шторм. 14 октября Его Величество уже был в Санкт-Петербурге.

Под Шумлою действия продолжались по прежнему, без важных с обеих сторон результатов. Мри беспрерывном уменьшении, сил своихъ в боях и от отправления подкреплений к Варне, граф Витгенштейнъ не мог продолжать строгое блокирование крепости, и в начале сентября принужден был оставить несколько редутов на левом крыле 7 корпуса. Турки, после сильной, с трудом отбитой вылазки 28 августа, долго не выходили из укреплений, ограничиваясь пальбою из мортир и пушек и вылазкою конных партий против наших обозов и Фуражиров. Одна изъ них проникла до Енибозара и Правод, где однако была отражена князем Мадатовым. Счастливее для неприятеля кончилась отважная экспедиция Караджимена Ибрагима-паши, который с 6,000 человек был послан къ Силистрип для доставления гарнизону пороха, и исполнив поручение, благополучно возвратился в Шумлу. Другая партия, в 4,000 человек, пробралась лесами до Базарджика и едва не захватила этот город и хранившиеся въ нем запасы; но наконец была прогнана комендантом Базарджика, генерал-маиором Курисом, усилившимъ малочисленный гарнизон вооружившимися больными и легкоранеными. 16 сентября Гуссейн Али-паша с большими толпами конницы вышел изъ Шумлы, и оттеснив казаков Сысоева, бросился на наши редуты, но останов- ленный удачным действием их артиллерии, пошел обратно в крепость. Тогда начал прибывать к Шумле 6 корпус, генерала Рота, смененный под Силистрией корпусом князя Щербатова. Шедший в авангарде генерал-маиор Набель с бригадою 3-й уланской дивизии, 28 сентября, не доходя двух верст до нашей позиции, был атакован 8,000 Турок, подъ предводительством сераскира и пашей Ицетаи Галиля. Прибытие из нашего лагеря графа Орлова с 1 конноегерскою дивизией и 4 батальонами пехоты спасло его; неприятель, потерявъ в жарком бою более 800 человек, возвратился в Шумлу. Между тем въ крепости взлетел на воздух пороховой магазин; это обстоятельство, какъ равно и отправление на выручку Варны войск Омера - Врионе, Али-Шаха паши и Ибрагима-агм, остановили на время дальнейшия предприятия сераскира. Прибытие корпуса .генерала Рота могло дать новый оборот деламъ под Шумлою, уже три месяца продолжавшимся нерешительно. Но прежде описания их, должно изложить действия, происходившия в тылу нашей армии на, Дунае.

обложение и осада Силистрии отрядом генерала Рота описаны в XII томе нашего лексикона. Гарнизонъ превосходил осаждавших силою и получал в разное время подкрепления из Шумлы и Руицука. Генерал Рот, с величайшими лишь напряженияминедостаточных его средств мог продолжать осаду и держаться на занимаемой позиции до смены его 2 пехотным корпусом. Но и сеии последний не имел успеха и, как мы увидим в последствии, должен был в средине октября отступить на левый берег Дуная.

Журжу наблюдал отряд генерал-лейтенанта Корнилова, из 7 батал. пехоты, 1 полка кавалерии и 2 казачьих, с 28 орудиями. Ночью на 11 июня Корнилов двинулся к Фунденам, а на другой день занял позицию перед Журжею, близ Слободзеи. Гарнизон, усиленный войском из Ру-ицука, производил частыя, более или менее значительные вылазки, но никогда не мог сбить нас из выгодного расположения за Слободзеей ц всегда принужден был отступить въ крепость. Между тем генерал Корнилов заболел и умер,» а на место его поступил генерал-адъютант Потемкин.

В Малой Валахии происходили дела более значительные. Июня 20 посланный туда отряд генерал-маиора барона Гейсмара (1 батал. пехоты, один уланский и один казачий полки с 12. орудиями, всего до 5,Ь00 человек) и выступил из Краиова к Радованам; авангард его, предводимый полковником Граббе, стоял в Чарне. Турки, в числе 10,000 человек Впддинского гарнизона занимали укрепленный город Калафат, производя грабительства по левому берегу Дуная; другой их отряд 3,000 человек собирался у Кладова. 26 июня барон Гейсмаръ предпринял с 2 батальонами, 3 эскадронами и 6 орудиями рекогносцировку неприятельской позиции. Турки вышли ему на встречу и с яростью бросились на оба русские фланга, но удачным действием артиллерии и ударом в штыки двух рот гренадеров, были обращены в бегство. Они скрылись в свои окопы и с того времени перестали выходить из них. В

половине июля Гейсмар из своей позиции при Маглавнте перешел в Иио-яре, где мог удобнее наблюдать неприятеля и прикрывать Краиово. Заметив это движение, 12 июля утром, вся турецкая конница высыпала изъ Калафата. Произошла жаркая битва, но победа осталась на нашей стороне. Недостаток в воде принудил отряд барона Гейсмара снова приблизиться к Калафату и стать за сел. Голенцы. Небольшой отряд из 2 рот, 1 эскадр. и 60 казаков был послан к р. Жио для наблюдения Рахова; партии у Чернеца и Садова ходили вверх и вниз по Дунаю,- тревожа неприятеля мнимыми приготовлениями к переправе. Ночью 6 августа получено было достоверное известие о переходе в Калафат Мехмеда-паши с

12.000 Албанцев, от чего собранный там турецкий корпус увеличился до

26.000 человек Этим силам Гейсмаръ мог противопоставить только 3,000. Ему не оставалось ничего, кроме немедленного отступления к Краиову, на что он и решился. В Чарое онъ простоял один день для уничтожения магазина, и уже готовился отступить далее, когда, к счастию, Турки, обманутые ложным известием о прибытии в Краиово свежих русскихъ войск, стали уходить на всех пунктах и возвратились в Калафат, преследуемые авангардом полковника Граббе. Так прошли три недели. 12 сентября новый сераскир Виддинский, Пбрагим-наша, наконец получивший подкрепления из Боснии и Албании, опять двинулся вперед с 26,000 войскъ и 30 пушками, чтобы овладеть Краевым. Дойдя до Боелешти, Турки начали делать окопы. Генерал Гейсмар, намереваясь предупредить их быстрым и неожиданным ударом, напал 14 сентября на сераскира, не смотря на величайшее превосходство его сил, разбил его совершенно, приступом овладел его лагерем и прогнал остатки неприятельского корнуеа до Калафата (смотрите Боелештии). Блестящая эта победа, обеспечив Малую Валахию и избавив ее от неизбежного опустошения, уничтожила также опасный замысел сераскира — истребить слабый отряд Гейсмара и действовать потом в тыл нашей армии. Пользуясь страхом, нанесенным Туркам, Гейсмар решился идти на Ка-лафат. Перейдя в одну ночь 50 верст, внезапно явился он, 12 октября, перед этим городом, наскоро укрепленным Турками. Устрашенный гарнизон бежал в Виддин. Гейсмар приступил к устроению дополнительных верков к турецкой стороне, поставил в них гарнизон и прикрыл постами наиболее важные пункты по левому берегу Дуная. Въ таком положении оставались дела въ Малой Валахии до конца кампании 1828 года.

Со взятием Варны цель наблюдения Шумлы была достигнута. Наступившее зимнее время не позволяло думать о дальнейших действиях; войскамъ велено отступить: 6 и 7 корпусамъ к Варне, 3 к Силистрии и прикрывать ея осаду, вверенную тогда графу Ланждрону. Гвардейский корпус готовился к обратному походу в Россию. Накануне дня, назначенного къ выступлению от Шумлы, 2 октября, Турки сделали сильную вылазку, оттеснили казаков и, в свою очередь, были отброшены ими в крепость, где остались спокойными, между тем какъ наша армия, в величайшей тишине снявшись по частям с позиции и выведши артиллерию из редутов, отошла за р. Буланлык. Тут она разделилась: главная квартира и корпуса Рота и принца Евгения Виртембергска-го направились через Енцбазар въ Козлуджи; Рудзевичь потянулся по дороге в Силистрию. На другой день Турки, не доверяя видимому, робко приблизились к редутам, но убедившись, что они оставлены нами, быстро понеслись вперед. Впрочем, делоограничилось перестрелкою с казаками у переправы через Буланлык. Между тем ненастпая погода и наступившая после того довольно сильная стужа совершенно испортили дороги и затруднили отступление войск. 6 и 7 корпуса беспрепятственно достигли Варны; но 3 много потерпелъ на походе, в особенности в Айдоод-ской лощине, из которой должно было подниматься на крутизны, простирающияся на две версты. Изнуренные лошади и истощенные в силахъ люди боролись двои суток с ЭТИМИ препятствиями, увеличенными проливным дождем. 7 октября Рудзевичь был атакован 8,000 неприятельской конницы и пехоты, отбил .натискъ их, по принужден был бросить и истребить большую часть своих обозов, и только с величайшей трудностью и значительною потерей въ людях мог выбраться из лощины; оттуда отступление совершилось уже без всякого препятствия со стороны неприятеля, и 3 корпус, приблизясь к Силистрии, стал содействовать князю Щербатову в осаде.

Другие корпуса Фельдмаршал, не опасаясь зимней кампании, по непроходимости дорог и всегдашнему обыкнот вению Турок прекращать военныя действия в позднее время года, поставил на зимния квартиры. ИИо важности ИИравод, как самого дальнего пункта, нами занятого, город этот былъ наскоро укреплен и поручен.защите генерала Куприянова с прежнимъ отрядом князя Мадагова; 6 пехотный корпус, генерала Рота, имея корпусную квартиру в Варне, а передовые посты на Камчике, -занял Каварну, Бальчик, Мангалию; генерал - адъютант Головин назначен военнымъ начальником в Варне; 7 пехотный корпус, перешедший под начальство генерала Рпдегера, квартировал въ Базарджикской области, Девпе и Гн-беджи; сводный пехотный корпус, генерал-лейтенанта Красовского, составленный из 6 и 7 дивизий и 3 казачьих полков, имея корпусную квартиру в Гирсове, занял Исакчи, Ки-стенджи, Бабадаг, Тульчу, Карасу и Черноводы. Начальство над всеми тремя корпусами, стоявшими на нравом берегу Дуная, принял генералъ Рот. На левой стороне реки, войска, порученные начальству графа Ланже-рона, имели следующее расположение: в Малой Валахии отряд барона Гейе-мара в Краиове, наблюдая по течению Дуная от Оршовы доЖуржи; 3 пехотный и 4 резервный кавалерийский корпуса в Большой Валахии. Главная квартира была перенесена в Яссы. Гвардейский корпус 7 октября выступил в Подольскую губернию, куда, после величайших затруднений во время следования, прибыл в конце ноября.

Несмотря на усиление наших войск под Силистриею, крепость эта продолжала упорно защищаться (смотрите Сили-стрия), а между тем погода сделалась ненастною, дороги испортились, подвозы снарядов, продовольствия и фуража остановились; приближение зимы угрожало прервать сообщение съ левым берегом Дуная. Соображаясь с сими обстоятельствами, Фельдмаршал велел генералу от инфантерии Довре, заменившему графа Ланжеро-на в командовании осадою, снять ее 27 сентября и отступить за Дунай. Войска двинулись двумя колоннами: первая переправилась в Калараше на судах Дунайской флотилии, другая в Гирсове; 6 пехотная дивизия, конница и казаки прикрывали движение. Для наблюдения Силистрийского гарнизона оставлено отделение флотилии, а на левом берегу Дуная укреплено местечко Калараш и устроены редуты въ разных местах. Остальная часть флотилии отплыла в Измаил.

В начале ноября все корпуса действующей армии стояли уже на канто-нир-квартирах. Крепость занятых нами мест и сила гарнизонов ихъ не позволяли Туркам беспокоить наснападениями; только отдаленный Пра-водский отряд был ими неоднократно треножим, в надежде возвратить этот важный пункт. Толпы регулярных турецких войск и Албанцев, остававшихся при бунчуках своихъ пашей, скитаясь в ущельях гор, приближались иногда кь ИИраводам; за Камчиком стоял в готовности значительный неприятельский отряд. Съ своей стороны генерал Куприянов съ достохвальною деятельностью занимался укреплением города, перестройкою уцелевших строений под госпитали и магазины, снабжением войск продовольствием и изготовлением их къ упорной обороне. В исходе октября отряд Куприянова был усилен 3 бригадою 10 пехотной дивизии и сотней казаков; а для сообщения его съ Варною, позиция при Девно занята 3 бригадою 19 дивизии и прикрыта укреплениями. Так прошли ноябрь и декабрь. Турки часто приближались къ ИИраводам, но не дерзали атаковать Куприянова, не смотря на то, что у него было только 3,000 человек Наши партии и разъезды ходили до Камчика и имели иногда незначительные стычки с неприятельскими шаииками. Кампания 1828 года заключилась в Европе взятием, 2 декабря, контр - адмиралом Кумани, крейсеровавшим у западного неприятельского берега, укреш ленного острова Св. Анастасия, лежащого в Бургасском заливе. В Средиземном море главнокомандующий русским флотом впце-адмирал графъ Гейден,. получив Высочайшее пове-ление блокировать Дарданеллы и Константинополь, отрядил из Мальты въ Архипелаг контр-адмирала Рикорда с двумя кораблями и двумя Фрегатами. Отличное исполнение этого важнаго поручения, крайне затруднившего доставление в столицу продовольствия и других запасов, описано в статье Дарданеллы.

Действия вг, Авиятской Турции.

Сильные меры приняты были Оттомайскою Иортою к защите ея азиат-ских владении со стороны Грузии. Она сосредоточила в восточных областях Натолин до 60,000 войск, подняла на нас полудиких Курдов и Лазов и вооружила пограничные крепости; дороги и ущелья заняты были сильными отрядами; народонаселение удалено на 100 верст; подвластныя нам магометанские племена подвигнуты к восстанию; Эрзерумскому сераскиру, Галиб-наше дана полная власть усилить эти оборонительные средства созванием поголовного ополчения. Главнокомандующим всех войск назначен храбрый и опытный трехбун-чужный Киос Мухаммедь-паша. ГраФъ Паскевич Эриванский только-что кончил тогда двухлетнюю Персидскую войну, стоившую нам неимоверныхъ усилий и значительной убыли в людях и лошадях. Перед открытиемъ войны с Иурцией, в войсках Закавказского корпуса состояло только 45 некомплектных батальонов, 11 эскадронов, 15 казачьих полков и ну, батарей. Из них главнокомандующий должен был оставить около

17,000 человек для защиты обширных границ и почти столько же для охранения внутреннего спокойствия и безопасности Закавказских областей. Затем осталось в действующей армии немного более 12,000 человек (8,560 пехоты и 3,440 кавалерии, с 70 орудиями). Не смотря на этот недостаток сил, гра“и> Паскевич решился действовать наступательно в стране, до этого мало известной, где почта вовсе нельзя бь-ло надеяться на местные способы и средства относительно продовольствия и других потребностей, где сообще- ния черезвычайно затруднительны и препятствия с каждым шагом увеличиваются. Только быстротою действий и беспрерывными успехами можно было надеяться на счастливую развязку дела.

Базисом своих операций главнокомандующий избрал Гумры близ р.Ар-начая, откуда он хотел двинуться на

Карс и, взятием его обеспечив нашу границу, устремиться на Ахалцых, чтобы открыть себе путь в Эрзе-рум — сердце азиатской Турции.

Не смотря на деятельность графа Паскевича, нельзя было начать походъ ранее половины июня. 14 числа войско, собранное в Гумрах, отрев молебен, перешло границу. При нем было на 40 дней провианта и 20,000 артиллерийских вилстрелов. За корпусом следовали 4,000 подвод и вьюков с запасами всякого рода, 2,000 штук рогатого скота ие 3,000 баранов. Июня 17, Еири дер Мешко, в 29 верстах от Карса, произошла первая сшибка: Турикги были опрокинуты. 19-го граф ПаскевиЕч обозрел крепость ее, обойдя ее с севера, стал лагерем при Кичик-Эве, отняв тем у гарнизона надежду на помощь сераскира, приблизившагося от Эрзерума. Осада и взятие Карса Еириступом 23 иеоня, почти в виду армии Киос-Му-хаммеда, оппсанЕЛ в особой статье (см. Гиарс). СераскиЕр иеосееЕшно отстуиЕнлъ к Ардагану. К сожялЕееиео, торжество ЕЕобеднтелей омрачилось появлением в рядах их чумЕл, занесенной из Эрзерума. Последствия могли быть гибельны, но быстрия и решительныя меры,главнокомандуюЕЕЕ,ого остановили зло в самом начале. Жертвами заразы сделались только 260 человек, а прекращение воеЕишлх действий продолжалось не более 20 дней.

Едва миновала опасность, граф Паскевич устремился к Ахалцыху. Ближайший путь туда вел через Ардаган. ГлавнокомандуЕощий поЕпел на Ахалкалаки, прнкрЕлваясь слева ЧиЕльдыр-ским озером. Быстро пробрался онъ через высоЕвиии Чильдырский хребет, преодолевая величайшия трудности, ее 23 июля подстуееил к Ахалкалакам. После сильной бомбардировки, крепость была взята штурмом (смотрите Ахалкалаки)- Покорение ея обеспечило со-обЕцение с Грузиею, усееокоеело ЕЕОгра-ничную часть Сомхетип и уиЕрочилодальнейшия предприятия Накануне подучено известие о взятии крепости Поти, сдавшейся 15 июля после семиднев- ной осады, отряду генерал-маиора Гессе Через два дня отряд генерал маиора барона Остен - Сакена овладел без сопротивления крепостью Хертвнс на дороге к Ахалцыху, куда граф Паскевич двинулся 1 августа. Желая снова предупредить помощь Киос Мухаммеда-паши, наши пошли кратчайшим, хотя почти непроходимым, путем через хребет Цихед-жаре и горы Цхенис-Цхале; 4 августа они были в виду Ахалцыха. Читатели найдут подробное описание осады сей крепости, разбития, 9 числа, Киоса Мухаммеда-паши и штурма, повергшаго 15 августа к стопам графа Паскевича неприступную до этого твердыню в I томе нашего лексикона (смотрите Ахалцыхв).

Остальные события Закавказской кампании 1828 года представляют мало примечательного. Близость зимы и потеря людей в нашем корпусе не позволяли думать о дальнейших завоеваниях. Надобно было дать отдых войску, укомплектовать убыль, упрочить за собою приобетения. Главнокомандующий занялся делами внутреннего порядка в корпусе и покоренных областях, восстановлением укреплений Ахалцыха и исправлением дорог. Крепость Ацхур, лежащая на сообщении с Карталпниёю, и Ардаган сдались добровольно; генерал-маиор князь Чав-чевадзе завоевал, с 25 августа по 9 сентября, весь Баязетскиии пашалык и овладел Баязегом, Топрак-Кале и Диадиною (смотрите Баязетк). В-начале октября настала зима. Граф Паскевич, распорядившись занятием гарнизонами взятых крепостей, с остальными войсками возвратился в Грузию. Менее нежели в пять месяцев, с 12,000 корпусом и 6,000 человек в отдельныхъ отрядах, он покорил три пашалыка, взял шесть крепостей и тридамка, 313 пушек, 195 знамен, 11 бунчуков и до 8,000 пленных.

Той» XIII.

Походя 1829 года.

В течение зимы наша армия была укомплектована людьми и лошадьми; оружие и другия принадлежности были исправлены и пополнены; части строевая, медицинская, полицейская и хозяйственная улучшены и приведены в возможный порядок. С своей стороны Турки, весьма ослабленные возвращением большей части милиции домой, занимали только крепости малозначительными гарнизонами; резервные войска их находились в ИИИумле и за Балканами, в Адрианополе, Ниссе, Софии, Ряфй-ЧифликЕ, Галлиполи инадр. пунктах, Свежие полки Формировались в Константинополе; народное ополчение собиралось как в Булгарии, для усиления гарнизонов крепостей, такъ и во всех странах империи. Султанъ сам, не внимая никаким убеждениям, с изумительною деятельностью занимался изысканием и приготовлениемъ средств к продолжению упорной борьбы. Недовольный в прошедшем году действиями своих главнокомандующихъ в Европейской и азиатской Турции, онъ сменил их. В звание верховного визиря возведен был Решид паша, защитник Шумлы; Гуссейн Ага-наша был удален в Рущук. Сераскиръ ЭрзерумскийГ алиб и Киос-Мвхаммедь паша заменены Гаджи-Салехом и Гаг-ки, пашами Майданским и Сивасским. Главный план султана для похода 1829 года в Европейской Турции Состоялъ в том, чтобы, с наступлением весны, частью своей армии, под личнымъ предводительством верховного визиря, напасть на Праводы и Варну, а с другою частью вторгнуться в Малую Валахию. Для сего, к концу зимы, велено было собрать до 60,000 человек между Бургасом и Константиноиолемь и такое же число в Виддпне. Центр, по прежнему, должен был оставаться в Шумле. В Азии непреложною волей султана было возвратить от Русских все области, утраченные Гиортою в прошедшем году.

На театре войны произошли во время зимы взаимные поиски и частные экспедиции, преимущественно со стороны Правод. Граф Ланжерон, для обеспечения Валахии, находя необходимым овладеть крепостцами Турною и Кале, поручил исполнение этого пред- приятия генерал-маиору Малиновскому с 7-ю бат., 4-мя эскадр., 100 казаками и 20-ю орудиями. 13 января Малиновский незаметно подступил к Каде, въ то же время атакуя близлежащия укрепленные предместья. Кале в несколько часов был взят приступом. Тур-но сдался без кровопролития отряду барона Гейсмара. Скоро потом охотникам генерала Малиновского удалось сжечь всю неприятельскую флотилию, зимовавшую при Никополе, в устье р. Осмы.

Преклонные лета и слабое здоровье графа Витгенштейна, расстроенное минувшим походом, заставили его просить об увольнении от звания главнокомандующого армиею, действовавшею в Европейской Турции. Государь Император, снисходя на прошение доблестного и маститого старца, назначил, преемником его, начальника своего главного штаба, генерала от инфантерии, генерал-адъютанта графа Дибича, который, прибыв 16 Февраля в Яссы, избрал начальником штаба армии многодетного товарища своего в трудахъ и главе, генерал-адъютанта барона Толя, а генерал—квартирмейстеромъ генерал-маиора Бутурлина.,

Новый главнокомандующий .немедленно занялся приготовлением всех способов к начатью предстоявшего похода. Он велел пополнить запасные магазины подвозами на сухом пути и морем; продолжать построение постоянного моста в Гирсове; содержать в исправности переправу у Сатунова, а мост, устроенный в минувшем году У Фунден, изготовить к перенесению, при начатии военных действий, к Каларашу, для способствования предполагаемой осаде Силистрии;

но суровая и продолжительная зима была причиною позднего появления подножного карма, без которого нетъ возможности вести войну в Турции, и граф Дибич, не смотря на свойствен ную ему пылкость нрава и желание ускорить открытие действий, принужден был отложить его к тому времени, когда артиллерийские и кавалерийские лошади могли бы, хотя с нуждою, питаться свежей травою. Между тем покорен был с 14 на 15 Февраля, приморский город Сизеболь (см. это слово) эскадрою и десантным войском контр-адмирала Кумани, которыя, спустя полтора месяца, отстояли Сизеболь против нападения начальника турецких сил в Румилии, Гуссей-на-раши.

Кроме этого славного деда, удачного поиска нашцх мелких судов в Бургасский залив (где взяты и истреблены были неприятельский паром и 9 транспортов) и нескольких безуспешныхъ вылазок гарнизона Журжи, по всему протяжению линии, занятой нами въ Булгарии и по Дунаю, до апреля месяца господствовало спокойствие. В сел. Фунденях, на р. Аржисе, строили плашкоуты для Каларашского моста. Под управлением инженер-генерал-маиора ХПильдера они были, 27 марта, спущены на воду, 30 числа вышли въ Дунай и в тот же день привезены в безопасное место.

В половине марта, в главноии квартире получены были достоверные известия, что неприятель, от недостатка продовольствия в разоренной Нижней Булгарии, слабо занимает Балканские дефилеи, Шумлу и Силистрию, и что главные его силы расположены между Рущуком, Тырново, Софиею, Видди-ном и Никополем. Соображаясь съ этими сведениями, граф Дибич решился, в первых числах апреля, подступить к Силистрии с частью своей армии, и пресекая всякое с ней сношение неприятеля, ускорить покорение этой важной для нас крепости. Кт.

исполнению этого предприятия назначен был сводный корпус генерала Красовского (6-я пехот. див., 1-я бригада, 7-й иЗ-я 11-ой дивизии, 6 казачьих полков) и вся Дунайская флотилия, под начальством контр-адмирала ииатаниоти. 8-я пехотная дивизия составляла резерв въ Черноводахь, Гирсове и Гречах; 2-я бригада 11-й дивизии заняла гарнизонами Мачин, Гирсово, Бабадагь, Тулчу, Исакч.у, Кистенджи, Мангалию и Кавар-ну. 4-я пехотная дивизия и 2-я бригада

7-й конноегерской обложили Журжу:

5-я дивизия собралась в Калараше, против Сйлистрии. 9-я нехот. дивизия и 3 гусарская, три полка Бвгской уланской и Атаманский казачий двинулись къ Сатунову; 2.-я гусарская, 4-я уланская дивизии и один полк Бугской к Дио-петри; 2-я бригада 1-й конноегерской дизизии была в Бухаресте. Главная квартира 2 апреля выступила из Яссъ и 6 прибыла в Галац. Открывшаяся в Мачине, Гирсове и других местахъ зараза, которую сперва приняли за чуму, остановила па некоторое время движение войск. Наконец, 1 мая, все войска, собранные в окрестностяхъ Черновод, и флотилия Ииатаниоти двинулись, под личным предводительством главнокомандующого, к Сили-стрии, между тем как граф Паленъ с 11-м пехот. корпусом приступилъ к наведению моста у Калараша и. занял твердою ногою острова, лежащие выше Силистрии. .

5 мая началось обложение этой крепости (смотрите Силистрии), и деятельно продолжалось до 23 числа.

Между тем верховный визирь выступил из Шумлы с весьма значительными силами, укрепился в лагере при Турк-Арнаут-Ларе, против позиции, занимаемой корпусом генерала Рота, и отделил некоторую часть войск своих для осады ИИравод. Положение Рота на правом берегу Дуная становилось со дня на день затруднительнее: в полках было почти на половину больных, продолжавшая свирепствовать моровая язва беспрерывно уменьшала число людей; под ружьемъ находилось не более 15,000 человек С этими незначительными силами генералъ Рот должен был занимать Базард-жик, Варну и Праводы, иметь отряды в Сизеболе, Девно и Эски-Арна-ут-Ларе и передовую казачью цепь, растянутую до Камчика. Расчитывая на такое невыгодное положение Рота, верховный визирь вознамерился исполнить повеление султана о возвращении ИИравод и Варны, и сначала устремился с 25,000 человек на Эски-Арнаут-Лар, где стоял в наскоро укрепленной позиции генерал-маиор ИПиц с од ною пехотною бригадою, 12 орудиями и сотней казаков. 5 мая, перед рассветом, Турки напали на него, но были отбиты и пошли к Ираводам. Генерал Рот, подоспевший к Эски-Арнаут Лару с бригадою генерала Рындина, послал, часть своих войскъ преследовать неприятеля, который, обратившись на них, нанес им сильный удар и взял 4 орудия (смотрите Эски-Apnaymr.-Japn); но вместо того, чтобы воспользоваться мгновенным счастиемъ и устремиться на иираводы, Турки, после торжества победы, возвратились обратно к Шумле; туда же пошелъ отряд в 2,000 человек конницы, пододвинутый Решидом-пашей к Праводам, но разогнанный генералом Куприяновым. Граф Дибич усилилъ Рота несколькими полками пехоты и Бугскою уланскою дивизией до 19,000 человек и приказал ему продолжать наблюдение за верховным визирем.

Во время этих происшествий на нашем левом фланге, отряд генерала Гейсмара на правом крыле стоялъ спокойно в Малой Валахии, ибо Турки не отваживались там ни на какие решительные предприятия. В Виддине они занимались толькр покупкою хлеба, который потом намерены были сплавить в Рушу к. Граф Дибич, желая тому воспрепятствовать, велелъ барону Гейсмару овладеть Раховым,

как промежуточным пунктом между Виддином и Никополем. Гейсмар присоединил к батальону, стоившему близ устья р. Жио, четыре другие батальона, полк драгун и 20 орудий, спустил из Краиова нужные к переправе суда и, поручив этот отрядъ полковнику Граббе, последовал за нимъ с остальными войсками, 28 мая все было готово. Батарея наша, поставленная на берегу Дуная, открыла огонь. Граббе и Флигель-адъютант граф Толстой с охотниками первые переправились в Рахов, и, не смотря на отчаянную оборону Турок, захватили часть этого города. Когда подоспели резервы с полковниками Гавриленковым и Леманом, тогда раскинутия но горамъ укрепления также были взяты приступом. Устрашенный паша с остаткомъ гарнизона сдался военнопленным, о орудий, 6 знамен и большие запасы достались победителям Не менее счастливо кончился поиск, предпринятый в то же время генералом барономъ Крейном к Разграду, где неприятель занимался у стройством народного ополчения, под прикрытием сильного отряда регулярных войск. Барон Крейц, посланный туда с 4 уланскою дивизией и с двумя бригадами пехоты, разогнал эти скопища, отнял у нихъ обоз с провиантом, занял без боя Разград и захватил посланного въ Руицук курьера, из бумаг котораго узнали, что визирь вновь готовится выступить против генерала Рота. Передовые его конные отряды действительно показались 17 числа перед нашей Эс-ки-Арнаут-Ларскою позицией, но были прогнаны Бугскою уланскою диви зиею, а появление барона Крейца въ Разграде остановило Решид-нашу. 18 мая барон Крейц, узнав, что неприятель намерен напасть на него одновременно из ИИИумлы и Рущука, повернул в Туртукай. Не доходя этого места, авангард его, под начальством генерал-маиора Чииереметева, напал врасплох у сел. Эскимиля на

2,000 конный и пеший отряд Гассана-наши и рассеял его совершенно, после чего колонна барона Крейца благополучно присоединилась к нашей армии, облегавшей Силистрию. В самое это время получено было донесение генерала Рота, что верховный визирь опять идет на него с главными свои ми силами, в намерении атаковать Приводы; граф Дибич немедленно решился поспешить к нему на помощь. Онъ предоставил генералу Красовскому часть армии (25 батал. и несколько кавалерии и казаков—всего до 12,000 ч.), а сам с корпусом графа Палена и другими отрядами (26 батал. 26 эскадр. и 2 полками казаков) выступил по направлению к Праводам. Генералъ Рот, после личного с ним свидания, стянул 6 и 7 корпуса у Козлуджи и Эеки-Арнаут-Лара. Защита Праводъ по прежнему поручена была генералу Куприянову.

17 мая, до 40,000 Турок, под предводительством визиря, обложили этотъ город, обращенный, по начертанию инженер-капитана Бюрно, в довольно сильную крепость, и став лагеремъ у деревни Кривно, начади строить батареи для обстреливания передовых ея укреплений: кронверка, блокгауза, Ай-дооского фронта и Дездыркиойского редута; многочисленные стрелки, засевъ в ущельях, висящих над ГИраводами скал, беспокоили день и ночь гарнизон на улицах и в домах. На приступ Турки, не смотря на черезмерное превосходство сил, не отваживались; равно не умели они отрезать храброму отряду Куприянова сообщение съ Эски-Арнаут-Ларом и главною армиею, откуда почти беспрепятственно прибывали в Праводы подкрепления, подвозы и курьеры. Наши молодцы, в продолжение 10 дней, мужественно выдерживали осаду и неумолкаемую пальбу-врагов, укрывались, когда большая часть строений была разрушена и кронверк и блокгауз в решето пробиты ядрами, у подножия высоких чалов,

отвечали неприятельским батареям убийственным огнем, брали некоторые из них в смелых вылазкахъ и, ободряемые примером генерала Куприянова и похвалами генерала Рота, лично посетившего город, уничтожали все усилия визиря. Наконец, -29-го мая пробил час освобождения. Верховный визирь, узнав о приближении графа Дибича, поспешно снял осаду и бросился к Шумле, преследуемый генералом Куприяновым, с 4 полками пехоты и всей кавалерии его отряда, до Марковчинских высот. Там Турки вдруг остановились, напали из засады на н-ашу конницу, слишком смело напиравшую на них под начальством генерала Левченко и, опрокинув ее, гнали в беспорядке до Пехоты, огонь и твердость коей остановили ярость неприятеля. В этой несчастной для нас стычке мы лишились 4 орудий и до 180 офицеров и солдат. Куприянов возвратился кратчайшим путемъ в Праводы.

Между тем граф Дибич, как нам известно уже, следовал из-подъ Пилпстрии для соединения с генераломъ Ротом, намереваясь напасть с тыла на неприятеля. Чрезвычайно затруднительно было 4-х-дневное скрытное движение войск наших до окрестностей Эски-Арнаут-Лара. 28 они прибыли на позицию при деревне Таушан-Козлуд-жас; 29 двинулись через Енибазаръ по направлению к сел. Мадарде на р. Буланлыке. На противолежащих крутых высотах за дер. Кулевчей стояла армия визиря. 30 мая граф Дибич, соединившийся с отрядом генерала Рота, напал на неприятеля. Закипелъ бой при Кулевче (смотрите это слово) и кончился совершенным разбитием Турок, которые, потеряв до 5,000 убитых, столько же раненых и пленных, все обозы (в том числе экипажи самого Решида-паши), 6 знаменъ и 43 орудия, лесами и окольными дорогами, побежали к Камчнку, перешли его в брод и через Эски-Стамбулпробрались в Швмлу. Гарнизон этой крепости, покусившийся подать иомощь визирю и для сегодвинувщийсяпротивъ нашего правого фланга и тыла, былъ остановлен и прогнан резервнымъ отрядом барона Крейца. Отправленный в след за визиремь корпусъ графа Палена, а потом отряд генерала Куприянова, останавливаемые на каждом шагу непроходимостью дорог, заваленных брошенными неприятелем, патронными и зарядными ящиками, повозками и разного рода оружием, дошли только до Марковчинских высот и дер. Янкова и возвратились потом к армии и в Праводы.

На другой день после одержания победы, главнокомандующий двинул к Шумле через Касаплы генерала Рота с_г6 и 7 корпусами. Встретив близъ одного из наших прежних редутовъ неприятельский конный отряд, Ротъ приказал князю Мадатову атаковать его,с Ахтырским и Александрийскимъ гусарскими и одним уланским полками. Князь Малатов блистательно исполнил приказание: опрокинул турецкую конницу, внезапно ворвался въ блпзлежавший лагерь пехоты-, рассеялъ ее, вскочил в редут, захватил два орудия и, с помощию подоспевшей пехоты, овладев другим редутом с 4 орудиями, продолжал теснить Турокъ до их ретраншамента. 2 июня Рот занял Марат и начал наблюдение Шумлы.

Между тем осада Силистрии, порученная генералу Красовскому, подвигалась быстро и решительно. Не смотря на отчаянную оборону гарнизона и частия его вылазки, работы осаждавших, под руководством инженер-генерал-маиора Шильдера, были доведены до контр-эскарпа; 8 июня взрывом минъ он был обрушен в ров. Спустя несколько дней, все было готово къ приступу; но гарнизон, устрашенный известием о поражении визиря при Кулевче, 18 июня сдался военнопленнымъ (смотрите Сиинстрия), отдав нам 253 орвдия, флотилию из 76 судов и большие запасы всякого рода.

Получив известие б покорении этой важной крепости, граф Дибич послал Красовскому повеление немедленно выступить к Щумле, оставя в Си-листрин 8 батальонов и 3 казачьихъ полка. Красовский двинулся 25 июня; одновременно с ним были отправлены два отряда для преследования и истребления партизанских и разбойнических шаек, скитавшихся между Шум-лою и Силистриею. Один отряд, порученный генералу князю Мадатову, пошел вправо от большой Шумлин-ской дороги; другой, генерал-маиора Фролова, влево на Каургу и Коалуджи.

По прибытии Красовского, граф Дибич приступил к распоряжениям для перехода через Балканы. Для исполнения его назначены были корпуса графа Палена, Рота и Ридигера; корпус Красовского определено оставить под Шумлою, с наименованием наблюдательного. Сверх того, Красовскому подчинены были отряды: Куприянова въ’ Праводах, в Девне (6 рот пех. и 100 казаков) и Гебеджи (100 казаков).

Переход русской армии через древний Гему с доставивший графу Дибичу имя 3абалкинского, описан во 11 томе лексикона (смотрите ст. Балканы. Обманув верховного визиря демонстрациями к осаде ИПумлы, наш главнокомандующий отправил скрытно вышеозначенные корпуса к Камчику. Там они разделились на две колонны. Правая, генерала Ридигера (7 корпус,

12.000 ч.), двинулась на Кьюприкиой; левая, генерала Рота (6 корпус, 13,500 человек), к дороге, ведущей из Варны в Бургас; за ней следовал резервъ (2 корпус графа Палена, резервная артиллерия и прочие, около 16,500 человек; а при нем и главная квартира. На правомъ берегу Камчика были устроены. Турками полевия укрепления, занятия небольшими отрядами. Один из нихъ в 3000 человек, под начальством Юсу-

Фа-паши стоял у Кьюприкиой. Риди гер обошел его, переправясь черезъ реку у дер. - Чала-Малы, выгнал 6 июля неприятеля из его ретраншамен-тов с потерей 4 орудий и поворотилъ вниз по правому берегу к устью Камчика, чтобы содействовать переправе генерала Рота; но она уже была исполнена 7 числа посредством обхода, за-, щищавшего ее с 5,000 человек Ибрагимн-агп и взятия приступом его укрепленного лагеря у Дервшп Джевана. Турки побежали, оставив 6 орудий и 200 пленных. 8 июля правая наша колонна дошла до Арнавтляра, а левая до Аспро; резерв остановился в Дер-вишь-Джеване. В то же время вицеадмирал Грейг с эскадрою и транспортами, нагруженными военными припасами и продовольствием, приблизился к Миземврии и стал бомбардировать этот город. 9 числа наша правая колонна была на вершине Калкана, въ Эркечи, а левая у Эреклии. Отсюда Ри-дигер, опрокинув выставленные против него неприятельские отряды, спустился по Южной покатости гор къ Алакрии; генерал Рот разбил 10 числа 7,000 Турок, которые занимали, под начальством сераскира Абдул-Рахмана, укрепленную позицию у Кил-лерера, за речкою ИЗнгикиой-дере, и отняв у них 8 орудий и 400 пленных, отправился к Миземврии. II июля комендант этой крепости, Осман-паша, въ одно время атакованный с сухого пути и моря, сдался на капитуляцию с

2,000 человек и 15 орудиями. Город Ахиоло последовал в тот же день примеру Миземврии. 12 числа авангард 6 корпуса, предводимый генералом Набелем, был направлен к Бургасу, между тем как главные силы Рота двинулись к Айдосу. Гарнизон Бургаса шел на встречу Набелю, но былъ опрокинут и город занят авангардом, который нашел там 12 орудий и огромное количество запасов. Остальные войска генерала Рота и часть 2 корпуса сосредоточились в Алакрии.

7 корпус был в Эскибахе. 13 июля, переход черед Балканы былъ окончен и славно увенчан взятиемъ Айдоса генералом Ридигером и поражением трехбунчужного паши Ибрагима, пришедшого туда из Шумлы (смотрите Айдпс). Турки, потеряв до 1,000 убитыми и ранеными, 3 орудия и 4 знамени, в беспорядке ушли обратно въ Шумлу. На другой день казаки безъ боя вступили в Карнабад. Жители Гумилии, до крайности измученные своевольством и хищничеством единоземных своих войск, везде принимали наших как избавителей и не думали о поднятии на нас оружия.

После занятия Карнабада, 2-й корпус, графа Палена, пошел к Кара-бунару; авангард его стал в Фа-каХ; разъезды ходили по дорогам к Тырнову, Кирклиссе и Адрианополю. Ге-нерал-маиор Шереметев, со 2-ю бригадою 4-й уланской дивизии и 100 казаками, и послан был ь вправо к Ямболи, где, 19 числа, встретил 15,000 Турок, под начальством Галиль-паши, и после жаркого е ним дела, возвратился в Карнабад. Ночью Турки очистили Ямболи и потянулись частью къ Адрианополю, частью къСелимво. 21-го Шереметев вступил в Ямболи. Въ тылу армии, генерал Набель, с отрядами Роговского и Завадского, овладелъ неприступными горными теснинами у Чаликавака и Ченга, разрушил тамошния укрепления и открыл такимъ образом ближайшее сообщение с Красовским, который в то время приблизился к Шумле со стороны Марата.

Из поисков, предпринятых из Ямболи и Карнабада к Селимно, открылось что этот город занят сильнымъ неприятельским корпусом, который строил там укрепления и ожидалъ прибытия верховного визиря. Графъ Дибич, получив тогда морем изъ Севастополя значительное подкрепление, двинул к Селимно 6-й и 7-й корпуса, 5-ю дивизию 2-го и отряд Шереметева; 31-го Селимно был взят приступом и неприятели принуждены в беспорядке бежать к Казанлыку и Старорецки (смотрите Селимно). Не менее блистательны были успехи, приобретенные флотом адмирала Грейга. Крейсеры его захватили несколько судовъ усамого устья Константинопольского пролива; капитан 1-го ранга Скаловский сжег и разгромил ядрами у Пенде-раклии и Шили на азиатском берегу один линейный корабль, готовый къ спуску, несколько транспортов и дру- гих судов. Страх заставил Турокъ опомниться; главный флот их оставил Босфор и поплыл к Пендера-клии, чтобы отмстить Скаловскому. Вице-адмирал Грейг, узнав о том въ Сизебольском рейде, немедленно снялся с якоря и хотел отрезать неприятеля, но Турки уже возвратились въ Босфор, не успев даже захватить бриг Меркурий, под командою капитан-лейтенанта Казарского, геройский бой которого против двух турецкихъ кораблей описан в особой статье (см. Казарский). Скоро потом инженер-йолковник Бюрно, посланный на пароходе для обозрения устья Босфора и встретивший на обратном пути фрегат Поспешный с небольшим десантом, завладел внезапною высадкою городом Василико; 24 июля/ онъ покорил укрепленный город Агато-пол, где было 1,200 человек гарнизона и 5 орудий. Оба города тотчас же были прикрыты новыми верками.

О действиях контр - адмирала Ракорда при блокаде Дарданельского пролива; см. слово Дарданеллы, в ИВ-м томе Лексикона.

По взятии Селимно, главнокомандую- щий ускорил движениеармиик Адрианополю. 4 августа 7-й корпус усиленными маршами достиг Гассан - Бей на Тундже. Главная квартира с 6-М и 2-м корпусами дошла до сел. Папаскиой. На следующий день она уже была въ Бвюк - Дербенте, оставив за собою 7-й корпус в Кучук - Дербенте. Не смотря на жары необыкновенно знойного лета, на каменистую почву земли ! и на пути, более трудные нежели въ самых Балканах, храбрые наши воины быстро совершали дальнейшие переходы. Передовой отряд генерала Жирова & августа явился уже в 4-хъ верстах от Адрианополя; 7 августа подошла к городу вся армия и развернулась к бою невдалеке от Эски-Са-рая, окружив Адрианополь казачьими постами. Граф Дибич предпринялъ обозрение его, и видя намерение Турокъ защищаться, велел изготовиться къ нападению на следующее утро; но паши, устрашенные быстротою нашихъ действий, рассудили иначе. Едва графъ Дибич усииил возвратиться с обозрения в лагерь, явились посланные от сераскиров Ибрагима и Галиля съ предлоикением капитуляции. Наш главнокомандующий потребовал:сдачи оружия, пушек, знамен, военных и провиантских запасов и всего казеннаго имущества; за это он позволял турецким войскам свободно удалиться по направлению к Филиппополю и Де-мотике; милиция и жители, положивъ оружие, могли оставаться в городе. 14 часов определено было сроку для принятия условий. Не получив до истечения его ответа, Русские, 8 августа, рано поутру, выступили к Адрианополю; граф Толь с 6-ю полками конницы был послан влево для пресечения Цареградскон дороги. Когда колонны наши приблизились к городскимъ стенам, жители, не ожидая решения переговоров, вышли к нам на встречу; гарнизон, в числе 15,000 человек, бросив оружие, батареи и лагерь, удалился нестройными толпами. Наши войска без боя заняли вторую столицу Турецкой империи; главная квартира расположилась во дворце падишаха; вокруг его стояли корпуса, имея передовые отряды на дорогахъ в Филиппополь, Демотику и Кирклис-су; особый отряд, под начальствомъ генерал-лейтенанта барона Будберга, овладев 8-го числа Кирклиссою, занялна следующий день Люли-Бургас. В Адрианополе найдено, кроме 56 пушек, 25 знамен, 5 бунчуков, несколько тысяч ружей, сабель и прочие и черезвычайно большое количество военных снарядов и запасов продовольствия.

Из Адрианополя граф Дибич, желая открыть сообщение с русским флотом в Архипелаге и у Дарданельского пролива, послал к Эносу генерал-маиора Сиверса, с полком Буг-ских уланов, 25 казаков и 4 конными орудиями; другие два уланские полка заняли для поддержки его Демотику. Турецкий отряд, вознамерившийся подкрепить Эносский гарнизон, былъ разсеян; Аяп, командовавший в цитадели, сперва хотел защищаться, но видя, что Русские заняли господствующую над крепостцою гору и поставив там батарею, готовились к приступу, сдался с 500 человек, 25 оруд. и множеством снарядов. Сиверс, по занятии города, немедленно отправилъ на прибывшем туда бриге адъютанта с депешами к графу Гейдену. Такимъ образом почти вся Румилия открылась Русским, и главная наша армия, упираясь слева на флот адмирала Грейга на Черном море, а справа на флотъ графа Гейдена в Архипелаге, могла предпринять решительное движение къ Царьграду. Главнокомандующий расположил часть войск 2-го и 6-го корпусов следующим образом: в м. Ка-ристраие,. с разъездами до Родосто, отряд генерал-маиора князя Любо-мирского (6-я пехотн. дивизия, 1 полкъ гусаров;; в городе Сарае, 2-я бригада 2-й гусарской дивизии под начальством генерал - маиора Петрищева, имея передовой пост на дороге въ Константинополь и 1 полк казаковъ в г Чорлу на берегу Мраморного моря. Отряд генерала Будберга в Люле-Бургасе. Главные наши силы остались в Адрианополе, занимая постами Кир-клиссу, Мидию и др. места.

Генерал Красовский, получив 14-гоиюля известие о переходе войск наших за Балканы, выступил из Ени-базара к Шумле, развернул свои войска за р. Странджей и предпринялъ обозрение крепости. Турки выступили против него с 10 до 12 т., за которыми стояли столько же в резерве; но они не предприняли атаки, и но всему было видно, что визирь еще ничего не зналъ о движении нашей армии. Вечером Красовский возвратился в Енибазар и стал укреплять это место, для помещения в нем депо и вагенбурга. Для прекращения разбоев и налетов турецких шаек и вооружившихся жителей в тылу наблюдательного корпуса, в особенности в пространномъ Дели-Орманском лесу, сформированъ был, под начальством полковника Липранди, партизанский корпус изъ 600 охотников, Русских и туземцев; смелыми и искусными действиями его и благоразумною строгостью Липранди вскоре удалось искоренить зло. 23 июля Красовский, окончив укреплени.е Ени-базара и оставив там обозы и прикрытие, двинулся опять к Шумле но направлению Мараша и Эски-Стамбула; авангард, под начальством начальника штаба князя Горчакова, потянулся к Джумаю. В самое это время верховный визирь выступил из ИИИу-млы с значительным числом конницы к Марату и Касанлы, в намерении пробраться через Эскн-Стамбулъ и Осман-Базар к Адрианополю. Появление авангарда князя Горчакова и отважное нападение генерала Красовского с одним егерским и однимъ уганским полками остановили визиря и скоро обратили толпы его в беспорядочное бегство. Сам Решид, потеряв до 500 человек, с трудом возвратился в Шумлу. Следующие за темъ дни прошли с нашей стороны в обозрениях ближайших окрестностей крепости, исполненных Красовскимъ с обычною смелостью, и в частныхъ сшибках с неприятелем. Корпусъ стал лагерем у Марата, авангарду Эски-Стамбула, откуда князь Горчаков 27 июля сделал нападение на турецкий отряд, расположенный в укрепленном ущелье на Камчике, близ дер. Темиркиой, которым прикрывалась дорога в Осман-Базар, но, по неприступности этой позиции, атака была отбита.

Между тем, но повелению султана, прибыл из Рущука в Шумлу, въ помощь визирю, сераскир Гуссейн-паша, воин хитрый и опытный; онъ предложил визирю воспользоваться тогдашним разъединением русскихъ войск—в Енибазаре, Марате и Эски-Стамбуле и ударить всеми силами на Марат, где стоял сам Красовский с двумя бригадами конницы, 14 батальонами и одним казачьим полком. 28-го, рано по утру, большия массы неприятельской пехоты и конницы, выйдя из Мачинского укрепления, устремились к Марату. Красовский, расположенный скрытно за высотами, допустил их на самое близкое расстояние, иотомъедруг выскочил им во фланг, со всей кавалериею, конною артиллерией и егерями, и после краткого боя, стоившего Туркам более 1,000 человек, разбил и прогнал их до самой крепости. 29 июля Красовский возвратился в свой лагерь при Енибазаре, откуда продолжал потом тревожить и теснить Турок ь неожиданными и быстрыми экспедициями, с одной стороны къ Кадикиой и Мадарде, с другой къ Силистрийской и Разградской дорогам; в то же время предприняты были рекогносцировки до подошвы турецкихъ укреплений, истребляя неприятельскихъ Фуражиров и захватывая подвозы. Турки уже не показывались из-за оград крепости, и узнав о взятии Айдоса и Селнмно, совершенно упали духом.

14 августа получено было из главной квартиры известие о занятии нами Адрианополя. Генерал Красовский немедленно уведомил о том верховного визиря и предложил ему свиданиедля переговоров и заключения перемирия. Визирь согласился. 16 числа вожди съехались на аванпостах, но совещания их не имели результата. Решидъ и помощник его, Гуссейн, решительно отказали в требовании Красовского — сдать нам Шумлу, объявя желание и надежду близкого мира. Генералъ Красовский двинул к крепости весь свой корпус, и расположив его между речками Странджей и Боклуджею, стал готовиться к начатью осады за_:ложением в ночь на 19 августа редута и ложементов против передовыхъ турецких укреплений. В следующия ночи, не смотря на беспрерывный сильный огонь осажденных, приступили к заложению подступов и батарей, которые открыли удачное действие по неприятельским веркам и городу. 25 ночью и 26 в полдець, Турки сделали сильную вылазку, но она была отбита мужеством наших войск; между тем генерал князь Мадатов былъ послан с тремя полками кавалерии и

6-ю орудиями для поиска к Тыриовуи Джумаю. Он захватил и истребилъ несколько обозов, шедших в Шумлу, успокоил жителей и был принятъ с доверенностью и дружбою. От нихъ мы узнали: что силы визиря простирались до 35,000, но ежедневно уменьшались в следствие зараз и побегов; что в крепости ничего не знают о новейших действиях в Руынлии и все с нетерпением ожидают мира, что и подтвердилось во вторичном свидании Красовского с Гуссейном, 4-го сентября. На возвра,тном пути к корпусу скончался храбрый Мадатов и был, с согласия визиря, похороненъ р Шумле (смотрите Мадатов).

Не смотря на благоприятные известия из Адрианополя, Красовский продолжал принимать все меры предосторожности и осмотрительности: новые летучие отряды были посланы к дорогам в Рущук и Тырново, осмотрено место для атаки Шумлы со стороны гор и составлен план к производству ея тотчас после прибытия подкреплений, ожидаемых из Силистрии, под начальством генерал-адъютанта Киселева; но дальнейшия действия подъ Шумлою прекратились 5 сентября прибытием курьера из главной квартиры с радостным известием о заключении мира.

Действия в азиатской Турции..

Успехи оружия нашего в Азии были не менее блистательны. Как ни сильно, казалось, потрясено было там могущество Порты кампанией 1828 года, но она нашла способы собрать новыя силы, которые вдесятеро превосходили числом войска графа Паскевича-Эриванского, ослабленные тремя победоносными; ио сопряженными с большими потерями, кампаниями в Персию и На-толию. Подкреплений из России наши Закавказские войска не получали уже в продолжение двух лет; назначенных же в ноябре 1828 г. на укомплектование 20,000 рекрут ожидали въ Тифлис только в июне месяце. Въ следствие этого граф Паскевич, за оставлением в Грузии и на Кавказской линии необходимого числа людей, при всех усилиях, не мог отделить в состав действующого корпуса более 19 батальонов пехоты (до 13,000 человек) и 3,500 кавалерии с 68-ю орудиями. Очевидно, что с этою горстью воинов не только не представлялось возможности продолжать завоевания, но и держаться в оборонительном положении. Затруднения для нашего вождя еще увеличились неожиданною гибелью нашего посольства в Тегеране, которая, по видимому, требовала разрыва съ этою державою, и отважным, прежде неслыханным предприятием Турок — зимним походом.

В начале Февраля многочисленные толпы Лазов, Аджаровь и другихъ горных народов, под предводительством Ахмета - Бека, устремились на Ахалцых (смотрите это слово), заняли20-го числа его рредместья и пошли на приступ крепости, защищаемой князем

Бебутовым с слабым гарнизоном. Штурм был отбит; Турки ограничились теснейшим обложением и обстреливанием Ахалцыха и довели защитников его до крайности, когда они были спасены неожиданным появлением отряда полковника Бурцова, посланного графом Ииаскевичем на выручку Ахалцыха; другой отряд, подъ начальством генерал - маиора Гессе, был послан для разорения собственных владений Ахмета-Бека. Бурцовъ прошел в 12 дней 200 верст по глубоким снегам, по горам и утесам, не находя переправ на Куре и сражаясь ежедневно с многочисленнымъ неприятелем; на рассвете 4 марта онъ показался у Ахалцыха; смятенный неприятель обратился в бегство; смелая вылазка русского гарнизона довершила разстройство его. Четыре орудия и два знамя были трофеями победителей. Въ то же время генерал Гессе, с 2,500 человек и 6-ю орудиями, двинулся к Ад-жару, но, остановленный глубокими снегами, поворотил к Николаевской крепости. Не доходя ея, он встретил

8,000 корпус Трапезунтского паши, Кея-Оглы, стоявший в укрепленномъ лагере у лимана. Гессе атаковал его 5 марта, скрытно переправившись через р. Натанебу, приступом взялъ лагерь и принудил пашу искать спасения в бегстве, бросая имущество и оружие.

Освободившись таким образом от первых руководителей неприятеля, граф Ииаскевич, в ожидании прибытия рекрут, составил следующий план действия : он хотел иттидвумя колоннами к Гассан - Кале, через Дели-Бабу и Саганлук, а оттуда, в общей массе, к Эрзеруму. Для отвлечения части неприятельскихъ сил, начаты были переговоры с Курдами, чтобы склонить их к восстанию и нападению на Диарбекир. После взятия Эрзерума, главнокомандующий намеревался овладеть Сивасом и То-катом, рассечь этим движением надвое азиатскую Турцию и открыть сообщение с Черноморским флотом взятием Самсунского порта. В случае несогласия Курдов, граф ииаскевичъ положил достигнуть содействия Черноморского флота овладением Трапе-зунта. Тогда же он старался усилить свои войска посредством туземнаго народного ополчения, из которого составлены были два полка Сарбазов, и конница Кенгерлы и Мусульман изъ армянских и курдских охотников.

Отстранив действием дипломатики грозящий разрыв с Персией и получив ожидаемия подкрепления, графъ Ииаскевич приступил к наступлению. Главные его силы, под начальствомъ генерал - маиора Панкратьева, начали сосредоточиваться между Карсом и Ахалцыхом па р. Арпачае. Занятие сей позиции прикрывало границу нашу со стороны Гумров и в то же время защищало Армянскую область в случае нападения Персиян. Генерад-ма-иор Гессе стоял на границе Гурии; Бурцов с отрядом в 1,500 человек у Ацхура, прикрывая окончательную разработку дороги по Борджомскому ущелью. Карс и Ахалцых были заняты достаточными гарнизонами; но в сей иоследней крепости свирепствовала чума} которая, впрочем, не препятствовала князю Бебутову и Бурцову отбить в конце апреля новое нападение на Ахалцых Ахмета Бека с 5,000 Турок. Между тем- сераскпр Салехъ паша успел соединить у Эрзерума

60,000 пехоты и конницы. Из нихъ 10,000, под предводительством Гагки паши, подкрепили отряд Кучук-па-ши, назначенный действовать противъ Ахалцыха; движением главных турецких сил должно было обратиться на Карс через Гумры.

17 мая главная наша квартира выступила в поход; 19-го была у Ахалкалаки, 24-го у Ардагана, а июня 10 при Котанлы, в 30-тп верстах от Са-ганлугского хребта. Тут граф Эриванский сделал смотр армии. Подружьем оказалось 12,300 пехоты и

5,500 конницы, с 70 орудиями; против них стоял на одной из дорог, ведущих в Эрзерум близ урочища Милле-Дюзе, Гагки-паша с 20,000 войск и 17 орудиями, по другой, через Каинлы, приближался сераскир. ИИаш главнокомандующий обошел ближайшого своего противника справа, отрезал его от товарища, потом бросился на сераскира, разбил его 19 июня наголову у Каинлы, обратился тот_;час на Гагки пашу у Мплледюзе и 20 числа одержал также над ним полную, решительную победу (смотрите Каинлы и Милле-дюзе). Гагки и два второстепенные паши с 2,000 человек были взяты в плен, до 3,000 легло на месте; 28 пушек, 19 знамен, два лагеря и все запасы продовольствия и военные достались Русским. азиатско - турецкая армия была уничтожена; жалкие ея остатки разбежались, или скрылись въ Эрзерум. Город этот, столица и ключ Армении и, можно сказать, всей азиатской Турции, был занят 27 июня без боя (смотрите Арзрум). Сераскир, его паши и чиновники, до 10,000 войск, со всей артиллериею, положили оружие. Знамя русское, поднятое на Эрзерум-ской цитадели, возвещало торжество креста над полумесяцем.

В то самое время, когда главные силы Эриванского героя пожинали лавры побед на снежных вершинах Саган-луга, наш отряд в Баязете выдержал сильный двухдневный приступъ многочисленных полчищ Ванского паки. Благоразумные распоряжения генералов Потапова и Панютнна и непоколебимое мужество гарнизона и тутъ восторжествовали над превосходствомъ сил. Цель похода была достигнута. Покорение Трапезунта преставилось решительно невозможным по непроходимости ведущих туда горных путей и при отчаянной защите Лазов. Оставалось удержать за собою обширныя завоевания, что было труднее самыхъ побед. 4 июля покорилась Русскимкрепость Хнис; отряд- Бурцова занял Байбурт, на Трапезунтской дороге, но храбрый и даровитый Бурцов нашел свою смерть в экспедиции’на Харт. ГрафъЭриванский отмстил за него истреблением 12,000 неприятельского корпуса в Каииоурте (см\ слово). Между тем Русские сражались с Курдами близ Хниса и Баязета, бились- съ Аджарами близ Карса и Ардагана, заняли Муш, укрощали мятежную Гурию. Оставленный ими Байбурт былъ снова занят по разбитии Лазов и нового сераскира Османа Хазындара Оглу, паши Трапезунтского. Граф Паскевичъ овладел важным местом Гюмиш-Хане к юго-западу от Трапезунта и потом стал лагерем у се.и. Урушлы. Сюда прибыл вестник заключеннаго в Адрианополе мира. Сто одним выстрелом возвещено было это радостное известие войску. 4 октября грачгь Паскевич возвратился в Эрзерум, откуда действовавшая армия и победоносный вождь ея, возведенный в сапъ генерал - фельдмаршала, предпринялъ обратный путь в Грузию. В продолжение 4-х месяцев он уничтожилъ многочисленную неприятельскую армию, взял четыре крепости и резиденцию сераскира. Русским достались 262 пуни-ши, 65 знамен, 10 бунчуков и жезлъ сераскирский. Пленных не считали. Вся наша потеря не превышала 3,900 человек, в томь числе до 1.000 умершихъ от чумы.

Адрианопольский мир.

Падение Адрианополя и Эрзерума произвело в жителях Константинополя сильное волнение, которое еще было увеличено тесною блокадой) Босфора и Дарданелл нашими флотами, угрожав. шей столице голодом. Султан и министры его убедились в необходимости скорейшого заключения мира. Они обратились к прибывшему тогда въ Царьград черезвычайному прусскому послу, генералу МюФ.иингу, и при его посредничестве отправили в Адрианополь сановников, уполномоченныхидля вступления в переговоры, которые открыты были 18 августа с нашей стороны генерал - адъютантом графом Орловым и тайным советником графом Паленом, с турецкой стороны ТеФтердаром, Мехмед - Са-дак-Ефендием и Кади-Аскером Анатолии, Абдул-Беем. При ревностномъ желании Порты положить конец столь гибельной для нея брани и при великодушии Государя Императора, подчиняй- шого чувствованием человеколюбия все другия уважения, переговоры эти продолжались не долго. 2 (14) сентября заключен был славный мир, почти въ виду Константинополя. Султан сталъ медлить ратификацией его, но угрозы нашего главнокомандующого — идти въ Царьград и движение нашего авангарда вперед устрашило его. По желанию Махмуда, прусский посланник Ройеръ отправился в нашу главную квартиру с объявлением согласия Оорты на все предложенные ей условия.

Между тем в некоторых местах Турции спокойствие еще несовершенно было восстановлено: нужно было силою усмирить возмутившихся -жителей Де-мотнки; паша Скодрийский Мустафа, стоявший с несколькими тысячами Албанцев в Софии, вдруг в половине сентября вздумал, под предлогомъ удобнейшого продовольствования его войск, подвинуться к Фнлиппополю и послать авангарды к местам, нами занимаемым. Граф Дибич давно уже подозревал нашу Скодрийского в неприязненном к нам расположении, а потому велел командующему в княжествах генерал-адъютанту Киселеву двинуть для наблюдения за ним отрядъ барона И’ейсмара (4 батал. 8 эскадр. 30 орудий, 500 казаков) к Враце, самому же следовать туда с резервом. 26 сентября барон Гейсмар вступил въ Врацу, и узнав о движении Мустафы к Филиппополю, занял ущелия в Балканах при дер. Новосел. Генералъ Киселев расположился в Враце. Тутъ настигло пх известие о заключении мира. Но Мустафа, назначенный сераскиром Адрианопольским, и тогда неостановил наступления, не смотря на неоднократное требование и угрозы главнокомандующого, и стал уже подходить к Адрианополю. Граф Дибич приказал Гейсмару остановить непокорного пашу нападением на его авангард, а генералу Киселеву, с 6 бат., 8 эскадр. и казачьим полком, движением наГаброву и Казанлык, угрожать его флангу. На пути в Софию барон Гейсмар нашел укрепление Арнаут-Калеси занятым Албанцами, которые открыли пальбу по нашимъ войскам. Укрепление немедленно было взято приступом, а скоро потом занят и г. София. Тогда Мустафа смирился и распустил свои войска. Барон Гейсмар возвратился в Врацу; Киселев остановился в Габрове. Покушение турецкого отряда, переправившагося в начале августа из Никополя на левый берег Дуная, с намерением овладеть кр. Турно, кончилось поражением его генералом НИтегема-ном и возвращением за Дунай.

17 октября, во дворце Эски-Саран-ском, где имел пребывание граф Дибич, совершен был торжественный размен ратификаций мирнаго трактата. Он упрочил за Россиею крепостиАнапу, Поти, Ахалцых, Ац-хур и Ахалкалаки; Дарданеллы и Босфор были открыты для торговли всехъ народов; нрава и преимущества Молг-давии, Валахии и Сербии утверждены; Россия получила требуемое вознаграждений убытков и издержек, от войны понесенных. Порта признала независимость Греции.

, Заслуги графа Дибича получили достойные награды пожалованием ордена Св. Георгия 1-й степени и возведением в сан генерал-фельдмаршала с титулом Забалкапского.

Материалы: Описание Турецкой войны 1828 и 1829 годов, Н. Лукьяновича. — История военных действий в азиатскойТврции. И. Ушакова.—Derliir-

kische Feldzug in der Europaischen Turkey 1828 und 1829, von Moltke.

Б. J. И. 3.