> Энциклопедический словарь Гранат, страница > Тьеполо Джованни Баттиста

Тьеполо Джованни Баттиста

Тьеполо, Джованни Баттиста, итальянок. художник (1696—1770), родился и умер в Венеции, был сыном богатого торговца, корабельного капитана, учился гл, обр.у маньериста Пьацетты и очень скоро достиг неоспоримого признания, затмив всех своих сограждан живописцев. Слава его распространилась далеко за пределы Венеции, и оп выполнял большие заказы в Вюрцбурге и Мадриде. Крупнейший представитель венецианской школы живописи в XVIII в., Т. является вместе с тем—па ряду с Гольдони, Гоцци и Казановой—наиболее ярким выразителем блестящей, утонченной и упадочной культуры своего века. Эклектизм; культ внешней чувственной красоты и зрелища для зрелища, погоня за наслаждением иусталый скептицизм—таковы осповпые черты Венеции XVIII в., доживавшей свои последние дни в бесконечных светских празднествах и любовных интригах. Блестящее чисто живописное дарование Т. претворило этот матери“ ал в образцы высокого искусства. Забытый классиками и реалистами XIX в., он получил должное признание в наши дни,когда в нем увидели не только предшественника импрессионизма, но и одного из величайших представителей живописи. Т., прежде всего, непревзойденный мастер декоративного искусства. В своих фресках он непосредственно примыкает к Веронезе, однако, в то время как монументальная живопись Возрождения украшала стену, утверждая ее архитектурные функции, Т. стремится к тому, чтобы создать иллюзию пространства, чтобы стереть всякую грань между пространством реальным и изображенным Реальная архитектура незаметно переходит в архитектуру живописную, и смелые плафонные композиции при помощи головокружительных сокращений создают прорывы в несуществующие выси и дали. У т., как и у Тинторетто, все формы охвачены бешеным, неукротимым движением, однако, в отличие от мастеров Барокко, движение у Т, носит всегда характер легкой шалости или задорной игры, и вместе с тем и фигуры и пространство трактованы с почти нарочитым натурализмом. Пространство Т.- живая, насыщенная солнцем атмосфера, его колорит — легкий, прозрачный и серебристый, воздушная, светлая гамма тонов лишь кое-где подчеркивается резкой теныо или пикантным сопоставлением ярких контрастирующих цветов. Подобно своим французским современникам, Ватто, Фрагонару, Шардену, Т. яркий выразитель психологии не только упадочной аристократической культуры, но и нарождающегося третьего сословия: это сказывается как в той скептической и подчас даже цинической иронии, с которой он трактует мифологические и религиозные сюжеты, так и, главным образом, в его реализме. Люди Т. ничем не похожи на обобщенные, типизованные человеческие образы Возрождения и Барокко; это—лишенные всякойидеализации беспощадные портреты выхваченные из венецианской толпы, по большей части лица и тела его натурщиков и натурщиц. За исключением его юношеских произведений, обнаруживающих влияние темной манеры его учителя Пьяцетты, Т. в своем творчестве очень скоро нашел себя и после этого уже почти не эволюционировал. Из его ранних росписей особенно удачны: фрески в архиепископском дворце в Удние (1732—33), великолепный цикл фресок на сюжеты из Гомера, Вергилия и Ариосто в вилле Вадь-марана около Виченцы (1737) и росписи в церквах Скальци (1743—44) и Maria del Rosario (1747) в Венеции. 1750—1753 г.г. Т. работает во дворце архиепископа в Вюрцбурге, где он, на ряду со сценами из жизни Фридриха Барбароссы, написал плафон с аллегорией четырех частей света, в которой особенно ярко выразилась пышная романтическая экзотика, типичная для Венеции и для искусства Рококо. К 50-мг.г. относятся его фрески в церкви Piet< (1754—57) и в Palazzo Labia (1757). Последние, изображающие Антония и Клеопатру, являются наиболее зрелым выражением его декоративно-архитектурного стиля и ого изобразительного мастерства. Последние работы Т,—его росписи в тронном зале мадридского дворца (1761—66). Из его отдельных картин особенно типичны и известны «Мучение св. Агаты» в Берлине и «Несение Креста» в S. Alvise в Венеции. Т. был, кроме того, блестящим офортистом. Его две серии—«Capricei» и «Scherzi di Phantasia», пабросанные легким, уверенным штрихом, полны света и воздуха и, повидимому, остались не без влияния на творчество Гойи (смотрите XXII, 556/57).—Сыновья Т., Джованни Доме ико (1726—95) и Лоренцо (1728—1806), живописцы и офортисты, были постоянными помощниками отца при его жизни и продолжателями его традиций. Творчество их носит мало-оригинальный, подражательный характер.

Лучшие работы о Т. Meissner, «Т.», (в серии Knackfuss); Modern, с.Т», 1902; Molmenti, «Т.», 1910; его /«AquefortideiT.», 1896. ГабричевС/CllU.