> Энциклопедический словарь Гранат, страница > Что касается органов чувств

Что касается органов чувств

Что касается органов чувств, то в орг. обоняния в зародышевом состоянии имеется с каждой стороны лишний (третий) обонятельный валик, позднее исчезающий; этим доказывается развитие органа обоняния Ч. из более совершенного органа обоняния ниже стоящих млекопитающих, каковы обезьяны. Якобсонов орган в свою очередь развит у Ч. в зарод, состоянии более, чем во взрослом, хотя ясные следы ёго сохраняются и у взрослых. В глазе полулунная складка, остаток 3-го, внутреннего века рептилий и птиц, достигает своего наибольшего развития на 5-м месяце. В течение развития глаза в его внешнем углу иногда появляются лишние слезные железки, которых нормально нет у Ч., но которые есть у рептилий и птиц. Развитие уха особенно полно соответствует его эволюционному развитью у позвоночных. Из трех отделов уха скачала развивается т. наз. внутреннее ухо (пере пончатый лабиринт—стадия рыб), затем среднее ухо (барабанная полость-стадия амфибий и рептилий) и, наконец, наружное (наружный слуховой проход и наружи, ушн. раковина-стадия птиц и млекопит.). В барабанной полости слуховые косточки развиваются из частей т. наз. подвеска, что обусловливает собою непосредственное причленение нижней челюсти к черепу (черта общая Ч. со всеми млекопитающими). Наружная ушная раковина недоразвивается по сравнению с большинством млекопитающих и утрачивает свою первоначальную форму (заостренную), но мышцы уха развиты более, чем, например, у оранга. Евстахиева труба развивается из остатков висцеральной щели, лежащей между челюстной и подъязычной дугой и соответствующей брызгальцу рыб.

В органах пищеварения замечательны зародышевые особенности области глотки. Здесь, между вышеупомянутыми висцеральными или глоточными дугами развиваются т. наз. глоточные щели. Те и другие образования наиболее развиты у рыб, где дают начало преимущественно жаберному аппарату, то есть органам водного дыхания—жабрам и связанным с ним образованиям. У всех амниот этот аппарат в значительной мере недоразвит, и щели почти не заслуживают этого названия, потому что не прорезываются. Однако, гомология глоточн. щелей и глоточных дуг амниот с висцеральными дугами и щелями низших позвоночных не подлежит сомнению, и, следовательно, зародыш Ч. вместе с другими млекопитающими проходит стадию жаберного дыхания (однако, собственно жабер у них не развивается). При дальнейшем изменении этого аппарата из 1-й дуги развивается меккелев хрящ и позднее на нем нижняя челюсть, из 2-ой и 3-й— подъязычный аппарат, из 4-й и 5-й щитовидный хрящ гортани. На 5-й неделе зарод, жизни кишечный канал еще очень прост, желудок образован на нем веретеновидным расширением, двенадцатиперстная кишка только намечена, как и тонкие и толстые кишки; тонкие принимают в себя проток желточного мешечка. У зародыша

3—3Va недель кишеч. канал оканчивается клоакой, временно закрытой снаружи особой перепонкой; эта клоака, куда открывается зародыш, мочеполовая система, существует как постоянное образование у некоторых рыб, у амфибий, рептилий, птиц и низших млекопитающих (клоачные — Monotre-matau.TH Prototheria). Вследствие зна

Чительного удлинения кишечногогка-нала, дифференцировки его отделов) местами скручивания и смещения (желудок), местами образования сложных петель, он постепенно принимает свою окончательную форму. Червеобразный отросток слепой кишки относительно более развит в зародышевом состоянии, нежели у взрослого: у зародыша его длина относится к длине толстых кишек приблизительно как 1:10, у взрослого как 1:20.

Самые замечательные изменения, падающие на органы дыхания, состоя т во временном развитии только что указанного жаберного аппарата. Общи Ч. и антропоидным, в связи с более или менее выраженным вертикальным состоянием их тела, преимущественное развитие в легких бронх вентральной стороны и характер развития долей легкого правой и левой стороны.

В развитии кровеносной системы наблюдается целый ряд особенностей, указывающих на происхождение Ч. от низшей формы. На 3-й неделе .зародышевой жизни сердце Ч. весьма точно походит на сердце рыбы, состоя из четырех следующих друг за другом отделов: венозной пазухи, первичного предсердия, первичного желудочка и сердечной луковицы. Позднее предсердие делится путем образования в нем вертикальной перегородки и развития выростов на правое и левое, из которых правое ассимилирует, венозную пазуху, становящуюся частью его стенки. Точно так же первичный желудочек делится на две половины, и отходящий от него ствол брюшной аорты—на ствол аорты и легочный, из которых первый остается в соединении с левым желудочком и второй с правым. Артериальная система первоначально представляет собою симметричное образование и состоит из вентрально идущего непарного ствола—брюшной аорты, отходящих от него справа и слева по висцеральным дугам жаберных артерий и двух дорзальных стволов, которые, сходясь позади головы, образуют непарный ствол спинной аорты. В таком виде артериальная система вполне напоминает собою артериальную систему рыб и водных амфибий. Позд--

нее, на 6-ой неделе зародыш, жизни, вместе с изменениями висцеральных дуг, 1-ая пара жаберных артерий превращается в сонные, 2-ая пара становится корнями спинной аорты, из которых правый начинает атрофироваться,

3-я исчезает, 4-я идет на развитие легочных артерий. Еще позднее правый корень аорты совсем исчезает, а левый образует левую дугу аорты. Таким образом, артериальная система Ч., как и всех млекопитающих, подобно сердцу, проходит стадию, указывающую на существование у предков Ч. водных органов дыхания. Наконец, что касается венозной системы, то у Ч„ как и у всех млекопитающих, она сначала имеет парное строение, с двумя парами кардинальных вен, передней и задней, сходящихся с каждой стороны,—правая передняя с правой задней и левая передняя с левой задней,— в области сердца, где они посредством протоков Кювье открываются в венозную пазуху сердца. Эта стадия строго соответствует тому, что наблюдается у рыб, а позднее рядом изменений и частичного недоразвития вен левой стороны во взрослом состоянии у амниот и в том числе у Ч. развиваются яремные вены и полые, которыми кровь приносится к правому предсердию. Следует упомянуть, что при развитии кровеносной системы Ч. немаловажное значение имеют артериальные и венозные сосуды желточного мешечка, позднее отчасти исчезающие, отчасти дающие начало другим сосудам. Равным образом, во все время утробной жизни зародыш Ч. (до известного времени называемый плодом) дышит и питается посредством плаценты, или материнского места, развивающегося за счет его аллантоиса (смотрите выше) и слизистой оболочки матки материнского организма, и здесь также развивается своя артериальная и венозная система, в связи с чем между правым и левым предсердием сердца в течение утробной жизни долгое время существует прямое сообщение. Пока это сообщение существует, между правой и левой половиной сердца нет строгого разделения на венозную и артериальную: это деление устанавливается только с восстановлением легочного дыхания, то есть с рождением ребенка.

Столь же замечательно как развитие кровеносной системы протекает развитие и мочеполовой сист. У всех позвоночных почки развиваются из по-сегментно расположенных поперечных канальцев, соединенных с каждой стороны продольным каналом, открывающимся или в клоаку, или в аллантоис. Эти поперечные почечные канальцы вполне соответствуют выделительным или сегментальным органам кольчатых червей. У круглоротых (Cyclostomata) и низших рыб функционируют только передние пары этих почечных канальцев, образующие т. наз. головную почку (pronephros); у акул и амфибий—средний отдел, т. наз. туловищные почки (mesonephros); и, наконец, у амниот —задний отдел или поясничные почки (metanephros). У зародыша Ч. в конце 3-й недели развития зародыша видны зачатки головных почек; на некотором расстоянии от них, на протяжении многих сегментов,—туловищные, которые вместе с зачатком внутренних половых органов образуют т. наз. вольфовы тела; и сзади них начало образования постоянных почек. Позднее головные почки атрофируются, вольфовы тела, частично атрофируясь, идут преимущественно на развитие полового аппарата, а поясничные почки, доразвиваясь, становятся почками взрослого. На 2-м месяце развития зародыша Ч. вольфово тело достигает своего наибольшего развития; на 3-м месяце начинают господствовать постоянные почки, а вольфово тело, как выделительный аппарат, утрачивает свое значение.

При развитии полового аппарата особенно важное значение имеет развитие полового аппарата женских особей. У них фаллопиевы трубы и матка дифференцируются, проходя последовательно стадии развития, на которых останавливаются в разных группах низших млекопитающих.

Таким образом, в течение своего развития зародыш Ч. позволяет усмотреть многочисленный ряд особенностей, или общих ему с разными низшими позвоночными, или общих с разными группами млекопитающих. Лишьпостепенно человеческий организм приобретает характерные для него особенности, наиболее продолжительное время удерживая сходство с приматами. Многие из особенностей, общих ему с приматами, сохраняются у Ч. на всю жизнь.

Остатки ископаемого Ч., которые должны окончательно выяснить его родство и степень близости с разными приматами, не так многочисленны, как это необходимо для решения вопроса. В Пнльтдауне (Суссекс) была найдена челюсть, верхний клык и обломки черепа, которые некоторое время рассматривались как принадлежащие. одной и той же особи Ч., хотя челюсть с самого начала обратила на себя внимание своим слишком обезьяньим строением. Именно по форме челюсти весь череп считался одним из самых примитивных человеческих черепов. Но Дж. Миллер в 1915 году довольно убедительно доказал, что пильтдаунская челюсть и клык принадлежали настоящей обезьяне типа шимпанзе, которой, по его мнению, принадлежит также зуб, найденный у Таубаха, в Германии, тоже считавшийся за человеческий. В виду этого пильтдаунский череп, считаемый всетаки за череп Ч., теперь относится к гораздо более позднему времени, нежели это принималось ранее, именно ближо к концу ледникового периода. Таким образом, самым древним бесспорным черепом Ч. теперь считается так называемым гейдельбергский, найденный у деревни Мауер близ Гейдельберга в песках, отложенныхр. Неккаром. Этот череп представлен нижней челюстью с хорошо сохранившимися зубами, в которой особенно обращает на себя внимание ее не выдающийся вперед, а напротив, скошенный назад передний угол, где сходятся друг с другом правая и левая ветвь челюсти. В 1856 г. был найден знаменитый неандертальский череп, названный так по его нахождению в долине Неандер на речке Дюссель, между Эльберфельдом и Дюссельдорфом. По имени, данному этому черепу, была названа и вся раса людей—неандертальская раса древнего каменного века. Вместе с черепом были найденыи другие части скелета, но всего скелета восстановить, к сожалению, не удалось. В 1858 г. Шафгаузен дал первое описание скелета неандертальского Ч., отметив его принадлежность к простейшей расе, которая по своим особенностям отличалась в любом отношении от более нового Ч. Эта точка зрения была принята в 1863 г. Бюском, Ляйеллем и Гёксли, но вскоре после этого Вирхов высказался в том смысле, что неандертальский череп принадлежал ненормальному субъекту, с чем охотно согласились все те, кто был против происхождения Ч. от низшей формы- Только позднейшие находки новых остатков Ч. неандертальского типа и новая обработка всех их проф. Швальбе (1899 — 1914) восстановили и укрепили в науке взгляд Ляйелля и Гёксли.

Остатки Ч. неандертальской расы найдены также в Бельгии, Кроации, Дордоньи и Испании и отличаются общими им признаками, которые можно сгруппировать по трем категориям: 1) особенности, свойственные разным расам Ч., но не встречающиеся у обезьян; 2) особенности, характерные для неандерт. расы и 3) особенности, стоящие между пределами изменчивости современного Ч. и антропоидных обезьян. Выдающиеся надбровные дуги, скошенный назад лоб, плоская крыша черепа, форма нижней челюсти, по отсутствию подбородочного выроста приближающейся к гейдельбергской, расположение зубов, как у Ч., выдающиеся лицевые части—вот наиболее характерные черты неандерт. черепа. Отношение частей тела определяется следующими особенностями: руки, сравнительно с ногами, коротки; предплечье коротко сравнительно с плечем;голень коротка сравнительно с бедром; голова велика сравнительно с ростом. Ребра были развиты очень сильно, что давало мощный торс, в соответствии с большой головой и короткими конечностями.

Неандертальская .раса была широко распространена в Европе, где существовала многие тысячи лет в течение значительной части ледникового периода, вероятно успевши разбиться на расы меньшого значения, чем, вероятно, отчасти и объясняются различия между остатками неандертальского Ч. из разных местностей. По мнению большинства ученых, неандертальская раса вымерла и была замещена вновь пришедшей расой, которая, как думает Осборн, будучи лучше одаренной и лучше вооруженной, могла способствовать окончательному исчезновению неандертальской, побеждая ее в битвах. По времени неандертальская раса может назваться расой палеолитического периода. В гротах Гримальди вблизи Ментоны найдены остатки расы или негритянской (Верно), или промежуточной между белыми и черными расами (Кейс). Во всяком случае, она была отлична как от неандертальской, так и от сменившей ее кроманьонской. Череп последней характеризуется дисгармоническим соединением высокого черепа долихоцефалического типа с очень широким лицом и широкими скулами, при узком орлином носе, очень длинных и узких глазницах и выдающеюся вперед верхней челюстью. Совершенно неожиданна вместимость черепной полости кроманьонской расы, равная, по- вычислению Брока, по крайней мере 1.590 куб. см. Рост людей этой расы колебался в значительных размерах, но в общем это была раса (в среднем рост мужчины 1,86 м.) с большой разницей между мужчинами и женщинами. По сравнению с неандертальской расой, у кроманьонцев ноги были очень длинны относительно рук, руки с длинным предплечьем по сравнению с плечевым отделом, ноги с длинной голенью по сравнению с бедром. Эта -раса отличалась также мощным развитием верхней части груди и шириною плеч. По мнению Кейса, кроманьонская раса была одной из красивейших человеческих рас, и тогда как раса Гримальди отличалась в сумме признаков негроидными особенностями, кроманьонская, несомненно, азиатская. Некоторые ученые отличают ориньякскую расу от кроманьонской, другие сливают их. Кроманьонская раса, повидимому, дала из себя далеко менее совершенную расу в Германии, отличавшуюся меньшим ростом и большей шириной нижней части лица. Эта раса была представлена и во франции (магдаленская, как ее можно назвать по свойственной ей культурной стадии). По мнению Осборна, кроманьонская раса в самом конце палеолитического века разбилась на несколько колоний, которые можно проследить не только в неолитический, но и позднейший век. Тем не менее, в неолитический век Европа была наводнена несколькими новыми народностями, за которыми мы не будем следить далее.

Из переходных форм между Ч. и остальными приматами известна только одна—обезьяно-человек с о. Явы (Pithecanthropes erectus, см.), остатки которого были найдены д-ром Дюбуа в 1891 г. и описаны им же в 1894 г. Теперь эту форму называют триниль-ской расой, по месту ее нахождения близь Триниля, на р. Бенгаван. Здесь сначала был найден верхний коренной зуб, затем, в расстоянии около метра от него, крыша черепа. По прошествии дождливого времени года, метрах в пятнадцати от места нахождения черепа, был найден еще один коренной зуб и бедренная кость. Вместе с остатками этого существа были добыты многочисленные остатки окружающей его фауны, что позволило определить возраст ископаемых. Дюбуа считал их плиоценовыми, но позднейшие проверочные раскопки заставляют признать их несколько более поздними, то есть отнести к нижнему плейстоцен, или ко времени ледникового периода в Европе. Что касается крыши черепа, то при рассматривании ее как сверху, так и сбоку бросается в глаза ее сходство с соответствующей частью черепа неандертальской расы. Но Швальбе, череп Pithecanthro-pos ближе к черепу последней, нежели к черепу какой-либо из антропоидных обезьян- Объем черепной полости вычисляется в 855 куб. см., следовательно меньше наименьшего объёма головного мозга неандертальского Ч., который равняется 1.230 куб. см. Затем, явский череп долихоцефалнческий, как и черепа всех низших рас Ч. M, наконец, сильное развитие надбровных дуг и скошенный назад лоб оставляют позади даже неандертальскую расу иавстралийцев. Швальбе считает Pithecanthropus одним из прямых предков неандертальского Ч. и даже высшего вида Ч. (homo sapiens). По его мнению, нижняя челюсть тринильского обезья-но-человека должна быть очень похожа на нижнюю челюсть гейдельбергского Ч. Бихнер тщательно сравнил три-нпльский череп е черепом ныне вымершей, очень низкой тасманийской расы, которая стояла немного выше неандертальской, и пришел к заключению, что подобная „до-человеческая“ стадия должна была быть ожидаема именно в глубине плейстоцена. Если бедренная кость принадлежала той же особи, что и череп, в таком случае триннльская раса была несколько больше ростом, нежели неандертальская. Бедренная кость, несомненно, человеческого характера по своей прямизне. Голень, вероятно, была соответственно короткой. Верхний коренной зуб гораздо более походит на человеческий, нежелп на зуб гиббона, но отличается и от зуба Ч. В 1907—8 г. Зеленка предпринял новые раскопки, с целью достать еще остатки обезьяно - человек, но добыл только левый нижний коренной зуб Ч. По слухам, Дюбуа нашел недалеко от Триниля обломок просто устроенной нижней челюсти. Pithecanthropus, несомненно, был двуногим существом и мог пользоваться своими свободными руками в разных целях. Но его головной мозг в передней части полушарий был мало развит, следовательно это существо обладало хорошо развитыми центрами движения, зрения, слуха, но не обладало или почти не обладало способностью памяти.

Когда Pithecanthropus жил на Яве, этот остров находился в соединении с материком Азии, и, таким образом, триннльская раса могла широко распространяться на этом материке. Оранг, вероятно, уже жил в лесах Борнео. Из других млекопитающих, современных Ч. описанного периода, известны два вида носорогов, тапир, кабан, бегемот, олени, индийский буйвол и дикий бык. Можно не сомневаться, что были и слоны, три вида которых известны из поздних плиоценовых отложений Индии. По словам Э. Смита, Pithecanthropus, пользуясьсвоей способностью к вертикальному хождению и свободными руками, вышел из своих родных лесов обществами, вооруженный дубинами и камнями и, что главное, зачатками тех способностей, которые обеспечивали ему господство в будущем. Опасности, возросшие с переходом к жизни на открытых местах, и борьба, которую эти получеловеческие существа должны были постоянно вести с окружающими врагами и силами природы, послужили толчком к дальнейшему развитью и, с одной стороны, путем устранения неприспособленны, с другой— подбором наилучше приспособленных, привели к выработке настоящего Ч. Такова в общих чертах история одного из предков Ч., которая приводит к вопросу о его происхождении.

Если исключить школу Вирхова, для всех остальных биологов вопрос о происхождении Ч. решается положительно в смысле его происхождения эволюционным путем от одной из низших форм приматов, и разница во взглядах выражается только в том, каков был этот путь. В этом отношении существуют два мнения: одни, как Клаач, выводят Ч. из лемуров, следовательно, считают генеалогическую линию Ч. параллельной генеалогическому древу всех обезьян; другие, со Швальбе во главе, выводят Ч. из общего корня только с антропоидными, и, следовательно, его родословную линию параллельной родословной линии только человекоподобных обезьян (горилла, шимпанзе, оранг и гиббоны). Швальбе объединяет все человекообразные существа (Hominida), как обладающие вертикальным положением тела, увеличившимся объёмом головного мозга, соответствующим развитием черепа и полным освобождением верхних конечностей от участия в передвижении, иначе говоря, приобретением ими полной свободы для самых разнообразных действий. Вычерчивая генеалогию человекообразных существ в восходящем ряде, Швальбе на первом месте внизу ряда ставит Pithecanthropus, затем Homo primigenius (первобытный Ч.), куда он относит неандертальскую расу со всеми ее видоизменениями, и, наконец, Homo sapiens (современный

22V3

Ч.). В последнем он отличает еще Homo fossilis (ископаемый Ч.), так как между первобытным и ископаемым Ч., по мнению Швальбе, остается далеко незаполненный промежуток. В ряду ископаемых рас замечательно развитие черезвычайно высоко организованной кроманьонской расы и ее до этих пор загадочное вымирание, так как современный Ч. развился не нз нее, а из другой, менее совершенной расы. Осборн, развивая взгляды Швальбе, начинает генеалогический ряд человекоподобных существ олигоценовым Propliopithecus (Египет). Одна линия ведет от него к современным гиббонам (миоценовый Pliopithecus Европы, плиоценовый Pliohylobates Европы и затем азиатские гиббоны), другая—к горилле, шимпанзе и орангу между ними, через неизвестных еще плиоценовых предков, тринильскую расу, гейдельбергскую, пильтдаунскую, неандертальскую и др. к современному Ч. В противность этому мнению, Кольман считает, что современный Ч. выводится не из первобытного, а из карликовых форм, в свою очередь развившихся из мелких человекообразных существ. Однако, под карликовыми расами и карлик, формами в ископаемом состоянии разумеется нечто не совсем определенное; нам известно несколько современных карликовых рас (андаманцы, филиппинские негритосы, карл, племена внутренней Африки, отчасти цейлонские ведды), но под карликовыми формами в ископаемом состоянии обыкновенно фигурируют малорослые и притом женские особи той или другой расы обыкновенного роста. Таким образом, по времени карликовые расы являются более поздними, а не более ранними, ясак надо было! бы ожидать согласно взглядам Кольмана. Мнение Клаача о связи Ч. не с обезьянами, а с лемурами опровергается уже тем, что есть целый ряд анатомических особенностей, отличающих Ч. и обезьян вместе от лемуров. Так, у Ч. и обезьян глазница отделена от височной ямы костным краем, у лемуров глазница сзади открыта, то есть не полна; у Ч. и обезьян половины нижней чюлюсти рано срастаются между собою, у лемуров остаются разделенными; у Ч. и обезьяннет третьего отростка нижнечелюстной ветви (processus angularis), у лемуров он есть; у Ч. и обезьян на сетчатке глаза есть центральная ямка, которой нет у лемуров; зубы Ч. и обезьян, с одной стороны, и лемуров, с другой, весьма различны; наконец, Ч. и обезьяны, сходные по плаценте, отличны в этом отношении от лемуров. Таким образом, родство Ч. с обезьянами гораздо ближе, нежели с лемурами. Далее, можно доказать, что Ч. гораздо ближе к узконосым, нежели к широконосым, и наиболее близок из узконосых к антропоморфным. Кейс дает такое определение степени родства Ч. с обезьянами в цифрах. Считая за общую коренную форму для антропоморфных обезьян и Ч. низших узконосых обезьян Старого Света, Кейс определяет степень близости Ч. к четырем современным антропоморфным обезьянам числом изученных им особеностей строения, которые свойственны только Ч. или общи ему с одной из антропоморфных обезьян. Таких особенностей строения, свойственных только Ч., 312; общих Ч. и шимпанзе — 396; Ч. и горилле — 385; Ч. и орангу — 272 и Ч. и гиббонам —188. На основании этих числовых данных Кейс приходит к заключению, что большое число общих Ч. с гориллой и шимпанзе особенностей строения может быть объяснено единственно более близким родством Ч. с этими обезьянами. Другими словами, по мнению Кейса, от общей родословной линии Ч. и антропоморфных обезьян первыми отошли в сторону гиббоны, затем оранг и последними шимпанзе и горилла.

В последнее время (к 1928 г.) ряд работ, выясняющих отношение Ч. к че- ловекообразным обезьянам, вышел из, Американского Естественно-исторического музея, где этим вопросом занялись на первом месте Осборн и В. Гре-1 гори. Последний в течение 12—13 лет опубликовал несколько работ первостепенного значения, в которых на основании тщательного изучения ископаемых остатков приматов, в частности их зубов, дает генеалогическое древо приматов, начиная с эоценовых и кончая современными. По Грегори, в верхнем эоцене жили предки современных мартышек и человекообразныхобезьян на ряду с другими близкими формами, невидимому, не перешедшими за олигоцен. Нижнему олигоцену принадлежат обезьяны р. Propliopithecus. от которых одна ветвь повела к современным гиббонам, другая—к остальным человекообразным обезьянам. Прародительский тип последних Грегори относит к среднему миоцену, когда и несколько позднее появились Palaeo-simia, Sivapithecns и Dryopithecus. Ра-laeosimia привела к современным оран-гам. Dryopithecus дал начало как той ветви, которая, разделившись несколько позднее на две, привела к шимпанзе и горилле, так и той, которая окончилась Ч. Грегори считает Pithecanthropus боковым отпрыском последней ветви. Дюбуа в своей новейшей работе ставит его на самом низком месте в ряде человеческих существ.

При попытке выяснить плиоценовых предков Ч. было обращено внимание на т. наз. эолиты, то есть кремни особого вида, которые считаются одними за j произведение рук самого Ч., другими | —его отдаленных более или менее обезьяноподобных предков. Наконец, третьи считают эолиты совершенно не связанными с существованием человекоподобных существ и объясняют их происхождение естественными причинами.

Аргентинский палеонтолог Амехино (1854— 1911), многие годы исследовавший Аргентину с целью изучения ее ископаемых животных, держался того взгляда, что Южная Америка, в частности ее южная оконечность, должна многое выяснить в происхождении Ч„ но до этих пор это не нашло себе ни малейшего подтверждения. Напротив, родину Ч. скорее всего можно предполагать в ю. Азии, или на ныне сохранившейся здесь суше, или где-либо в пределах суши, исчезнувшей под водами океана, но, несомненно, значительно увеличивавшей протяженность Азии к ю. и ю.-в. М. Мензбир.