> Энциклопедический словарь Гранат, страница > Эдвардс

Эдвардс

Эдвардс, Джонатан, амерпк. богослов, см. XLI, ч. 6, 492,

Эдда („Edda“), заглавие исландского учебника поэтики XIII в., означает .Книга из Одди“ (прежние толкования .прабабка“ и „поэтика“ оказались несостоятельными); названа она так по имени поместья, где воспитывался ее составитель, Сиорре Стурлусон (смотрите XXXIX, 662). Согласно исландской традиции, в основу учебника Снорре легло какое-то сочинение Семунда Спгфуесона Мудрого (1056—1133), владельца Одди. Когда же в 1643 г. епископ Брюньулф Свейнссон нашел сборник песен, которыми пользовался Снорре, то все решили, что это и есть искомый источник, и Брюньулф озаглавил его „Эдда Семунда Премудрого“. Название (несмотря на свою необоснованность) укоренилось, и теперь различают Старшую, песенную Э„ и Младшую, прозаическую Э., т.е. книгу Снорре.

I. Старшая Эдда. Основная рукопись XIII в (Codex Regius, 2365, Копеигаг. ко-рол. библ.) содержит 29 песен, связанных между собой прозаическими вставками; посреди героических песен цикла Си-гурда падает т. н. „пробел“, содержавший, м. б„ еще 2 песни. В теперешних изданиях помещают еще 6 родственных по форме песен иэ других рукописей, т. что под .эддической поэзией“ стали понимать все эпико-дидактические песни т. иаз. „народной“ формы в отличие от придворной поэзии скальдов. Хотя сюжеты песен Э. восходят частью к эпохе переселения народов (героические), частью даже к еще более седой германской древности (некот. мифологические), однако дошедшая до нас обработка гораздо моложе; самая старая песнь („Сказ о Тримре“) не древнее IX в., а самая новая („Пророчество Грипира“) написана, вероятно, около 1200 г.: большинство относится к X—XI Ьв. Т. обр., песни Э. не старше поэзии скальдов и вообще ни в каком отношении не могут быть отнесены к наивному или примитивному творчеству. Позади их чувствуется длительный художественный опыт (в дифференциации размеров, в искусном построении сюжета, в диалогической форме), просвещенная, мыслящая среда (в развитой космогонии и моральной философии) и даже известный декаданс (в схоластическо-богословских выкладках, уживающихся рядом со скепсисом и иронией). Песни Э. возникли в героическую эпоху, когдапо всей Европе вырастали варяжские государства, когда все дрожало перед оружием норманов, когда ими была открыта Америка. Эта эпоха привлекла иа север несметные богатства, невероятно расширила кругозор скандинавов, потребовала углубления прежнего мировоззрения и привела к кризису старой религии. Все это отразилось в релнгиозно-дйдактической части Э. Вместе с тем эпоха викингов укрепила веру в человеческую волю и создала культ золота и славы, с которым мы встретимся в героических песнях Э. Возможно, что древиейшне песни привезены еще из Норвегии, но основная масса, несомненно, сильно переработана в Исландии. Только две песни (Atlakvidha и Atlamal) помечены как гренландские (Гренландия колонизована исландцами в конце×в.). Т. обр., эта поэзия, как и творчество скальдов, сосредоточивается в Исландии (теорию Бугге-Вигфуссоиа о возникновении почти всех песен иа Оркнейских и др. о-вах следует признать необоснованной). Исландцу же обязаны мы и искусной компановкой всего сборника с его ценнейшпми прозаическими примечаниями и дополнениями. От скальдов {см. ХХП, 161) авторы песен Э. отличаются своей анонимностью. Здесь то же соотношение, какое существует на континенте между героическим и куртуазным эпосом. Причины этого явления туманны. Во всяком случае, нельзя утверждать, что певцы Э. принадлежали к меиее образованным или социально ниже стоявшим слоям, чем скальды. Мы знаем, что эти песни пелись дружинниками, которые при дворе королей составляли и публику скальдов. Сами скандинавы всех поэтов равно называли skald. Как бы то ни было, несмотря иа некоторые переходные виды, песни Э. и поэзия скальдов — две совершенно различные литературные стихии: и стихотворная форма, и стиль, и способ оформления темы—все говорит о различном понимании поэтической задачи. К песням Э. никогда не применяются принятые у скальдов названия жанров (dr&pa, flokkr. Aim).- Чаще всего встречается kvidlja (сказ, сказание), но только прн повествовательных песнях.

Меиее ясио обозначение mal (речи, речения); б. ч. оно означает чьи-либо’ поучительные речи и применяется к дидактическим пьесам, но можетиногда озаглавливать и эпические. Режевстре-чается: thula—длинный каталог, содержащий систематизацию каких-либо знаний и б. ч. вкрапленный в другую песню; senna—перебранка; lj6dh—чародейская песнь. Все стихи Э.—тонические, аллитерированные. От манеры скальдов они отличаются почти полным отсутствием внутренних созвучий (Ьеп-dingar) и счета слогов. Основной размер—fornyrdliislag, древне-германский четырехтактный стих; оба полустиха (по 2 ударения и от 2 до 8 слогов в каждом) соединены аллитерацией („Молвил Трнмр, турсо владйгса“); применяется он б. ч. KanHHecicHMnecHHM.Ljodhahattr— четырехстишная строфа, в которой нечетные стихи построены, как в предыдущем размере, а четные, короткие (б. ч. 8-тактные), не делятся на полу-стнхи; этот размер у других германских народов не встречается и применяется, гл.обр., в дидактич. песнях Э. Стиль Э. сохраняет многие древне-германские черты, любовь к вариациям, к синонимике. Напротив, черты стиля скальдов (метафорические выражения и вставные предложения) встречаются крайне редко. Главной особенностью стиля Э. является любовь к прямой речи: из разговоров действующихлиц состоит большинство песен; у других германских народов эта форма не засвидетельствована. Расположение материала в Э. строго систематично: сперва песни о богах, затем—о героях. Мифологические песни начинаются Пророчества валвы“ (прорицательницы), обнимающей теогонию, космогонию, эсхатологию; здесь повествуется о природе и разновидностях богов, об их борьбе с великанами, о сумерках богов, всемирном пожаре и грядущем возрождении вселенной (ср. скандинавская мифология, XXXIX, 188/91). Затем следуют песни об Одине, одна песнь о фрейре и песни о Торе. Песни об Одине носят отпечаток исландской учености, утонченного языческого богословия; здесь мы встречаемся со сложными делениями скандинавского Олимпа, неизвестнымидревне-германской религии. Всего интереснее, однако, моральное учение эпохи викингов („Речения вышнего“), эгоистически-утилитарное, имеющее в виду индивидуальное счастье, в которое включается и высшее благо-посмертная слава; общего учения о добре и зле эта религия не знает. Йесин о Торе носят еще отчасти эпический характер: это подвиги народного любимца, бога Тора; но уже самая древняя из этих песеп комически окрашена (переодетый женщиной, Тор едет в качестве невесты в страну великанов); в „Речах Алвиса“ поучение тоже вставлено в рамку веселой проделки; другие лее пьесы („Песнь о Гарварде“, „Перебранка Локп“) носят прямо-такп кощунственный характер: бога перекоряются и вспоминают различные безнравственные илн постыдные приключения. Однако, песни эти писаны не представителями новой религии (выпады исландцев-христиан против язычества носят совсем другой характер), а просто скептиками и атеистами, которых появилось множество на закате язычества. Переходом от мифологических к героич. песням служит песня о кузнеце Валунде—миф очень древнего происхождения, родственный греческим сказаниям о Гефесте. В отличие от песен о богах, песни о героях составляют одно целое, скрепленное при помощи генеалогической циклизации. Эго —поэтическая иегорияродаВалсун-гов и связанных с ним Нифлунгов, в центре которой егоатсгожетЯмбз.гунзэ в (ем.). Повесть распространена в сторону предков и потомков. Песни о первых представителях рода (Валсуиг и Сигмунд) уже неизвестны составителю: он передает их в прозаическом пересказе. Затем следуют песни о сыновьях Сигмунда: Синфьотли (происхождение этой лпчиостинееовсем выяснено), Хел-ги и Сигурде (Зигфрид нем. версии). Песни о Хелгя—чисто скандинавский продукт: оказание о влюбленной валькирии и мертвом возлюбленном, к которому (путем скандинавского же учения о метемпсихозе) пристегнуто сказание о другом Хелги, Хьярвард-соне. Мотив родовой мести за отца и брата связывает сказание о Сигурдес предыдущими. Скандинавская версия сюжета Нибелунгов отличается от немецкой следующими“ чертами: а) усилено значение „золота“, которое вообще играет большую роль в исландской поэзии, и введена целая мифическая праистория клада; б) в центре стоит любовь Брюнхилд (Брунгильды, см.) к Сигурду (затушеванная в нем. версии), из которой вырастает трагический конфликт: убийство Сигурда (ив в лесу, а в постели; впрочем, лесная версия тоже упомянута) и трагическая смерть Брюнхилд; в) хотя фигура Гудрун (нем. Кримхилд) отступает на задний план перед любимицей северян валькирией Брюнхилд, все-же есть песин, специально ей посвящеииые и оплакивающие ее несчастную судьбу (одна нз них, Gudhrunarkvidha III, сложилась уже под нем. влиянием, вер. в XII в.); г) но во 2-й части (смерть бургундов) оиа играет совсем не ту роль, что в нем. поэме: она мстит ие братьям за Сигурда, а своему мужу (Atli) за братьев; это —старое готское предание, утерявшееся в Германии. Далее, путем генеалогии пристегнуто сказание готского цикла об Эрмана“ рнхе; убитая им жена оказывается дочерью Сигурда и Гудрун, и эта последняя подстрекает своих сыновей к мести. Рассказом об этой мести („Слово о Гамдире“) заканчивается Codex Regius.

2. Младшая Эдда. Сиорре Стурлусон принадлежал к поколению, в котором поэзия скальдов находилась уже в упадке: эпигоны изучали классических скальдов и подражали им. Чтобы облегчить понимание старых поэтов, живших еще в язычестве или недавно из него вышедших, Снорре иаписал учебник, разделив его на три части: мифология („Обман Гюлфи“), поэтика, то есть учение о поэтических образах („Слово об искусстве скальдов“, или „Речи Браги“) и метрика („Перечень размеров“). В первой излагается языческое учение о мире и богах, искусственно систематизированное исландской наукой; во 2-й даны объяснения образных выражений, относящихся к разным древним сказаньям (эти сказанья здесь излагаются); в 3-ей дается полная сокровищница скандинавскойметрики, причем цитируется и много таких форм, которые у старых скальдов не засвидетельствованы. Т. обр., Э. является для нас неоценимым источником как для истории скандинавского эпоса, так и для понимания лирики скальдов. Снорре оставил, по-видимому, черновик, который был приведен в порядок его племянником Олафом Тордарсоиом (ХШ в.).

Русской литературы об Э. почти нет. Мифологические песни переведены С. Свприденко („Эдда”, изо:. СжГашянковых, Ше>. Иноырр.вв&я лат. о“> Э. огромна, см. Mogk, „Geschicbte der norwegisehjs-laadiechen Literatur“ (Pauls Grundrles dor gcrmanisohen Phllologie). В. ЯрХ0.