> Энциклопедический словарь Гранат, страница > Этим в значительной мере объясняется п то обстоятельство

Этим в значительной мере объясняется п то обстоятельство

Этим в значительной мере объясняется и то обстоятельство, что эпоха фритредерства оказывается наиболее длительной в А и г и и и, где фактическая монополия на мпровом рынке сохраняется на протяжении почти всего XIX в., к переживается лишь весьм короткий период такими странами, как Германия, выход для которой на мировые рынки затруднялся сопротивлением английского промышленного капитала. Как известно, Бисмарк и шеста десятые-семидесятые годы склонялся к „свободной торговле“, и лишь нарастание трудностей в продвижении германского промышленного капитала па мировые рынки в связи с аграрным кризисом превратило Германию в страну последовательного протекционизма.

Но нарастанию протекционистских настроений, которые и в Англии начинают крепнуть вновь с начала XX в., предшествует оформление висшрй стадии капитализма, империалистической. Этой последней и соответствует Э. п. финансового, монополистического капитала, протекционизм.

Лротскциопизм. Чтобы представить себе отчетливо сущность 9. п. монополистического капитала иа высшей стадии развития капитализма, необходимо прежде всего отчетливо представить себе характер данной стадии. Империалистический этап в развитии капиталистического обществадо-стпгпут был европейским и северо-американским капиталистическим миром приблизительно к началу XX в К этому времени монополистические объединения стали уже одной из основ хозяйственной жизни. Характеризуя последние, Ленин указывает, что в процессе образования монополистических объединений „конкуренция превращается в монополию. Получается гигантский прогросс обобществления производства, В частности обобществляется и процесс технических изобретений иусовершенствований. Это ужо совеем нс то, что старая свободная конкуренция раздробленных и нс знающих няче- го друг о друге хозяев, производящих для сбыта на неизвестном рынке. Концентрация дошла до того, что можно произвести приблизительныйу четг.еем | источникам сырых материаловfнапри-; мор, железяорудные земли) и дайной; стране и даже в ряде стран, во всем миро. Такой учет не только производится, но яти источники захватываются | в одни руки гигантскими моиоиола-; етическвми союзами. Производится; приблизительный учет размеров рыи-: ка, который „делят- между собою, по договорному соглашению, эти союзы. Монополизируются обученные рабочие силы, нанимаются лучшие инженеры, захватываются пути и средства сообщения—железные дороги в Америке, пароходные общества в Европе и Америке“ {Ленин, „Империализм, как высшая стадия капитализма“, отд. пзд. 1931 г., сгр. 23-24). Эта, вырастающая из конкуренции, монополия нс уничтожает конкуренции. Она дает ей иную форму, иное направленно. „Свободная ! конкуренция есть основное свойство -капитализма и товарного производства i вообще; монополия есть прямая про- тивоположность свободной конкуренции, но эта последняя на наших глазах стала превращаться в монополию, создавая крупное производство, вытесняя мелкое, заменяя крупное крупнейшим, доводя концентрацию производства и капитала до того, что из нее вырастала и вырастает монополия: синдикаты, картели, тресты, сливающийся с ними капитал какого-нибудь десятка ворочающих миллиардами банков. И в то же время монополии, вырастая из конкуренции, ие устраняют ее, а существуют над utft и рядом е ней, порождая этим ряд особенно острых и крутых противоречий, трений, конфликтов. Монополия есть переход от капитализма к более высокому строю“ (Ленин, там же, стр. 87). Внутри монополий сохраняется борьба за „квоту“, за дележ прибылей, эаусловия сговора; между монополиями обостряется борьба за рынки сырья, сбыта. В силу этого т, наз. „свободная“ конкуренция сменяетсяеще более обостренной, но значительно-видоизмененной.

Из этого основного факта монополистической стадпп развития капнтализ- ма вытекает и особая Э. и. монополистического капитала. При свободной конкуренции, как мы видели, промышленный капитал заинтересован был лишь в одном—чтобы ему государственный аппарат не мешал в борьбе иа рынках. При монополиях, наоборот, монополистический капитал заинтересован в том, чтобы мобилизовать все i силы государства на закрепление монополии. „Основной особенностью новейшего капитализма является господство монополистических союзов крупнейших предприятий. Такие монополии всего прочнее, когда захватываются в >одни руки все источники сырых материалов, и мы видели, с каким рве-: нпем международные союзы капиталистов направляют свои усилия иа то, чтобы вырвать у противника всякую возможность конкуренция, чтобы скупить, напр„ железнорудные земли или нефтяные источники и тому подобное. Владение колонией одно дает полную гарантию успеха монополии против всяких случайностей борьбы с соперником — вплоть до такой случайности, когда противник пожелал бы защититься законом о государственной монополии. Чем выше развитие капитализма, чем сильнее чувствует ся недостаток сырья, чем острее конкуренция и погоня за источниками сырья во всем мире, тем отчаяннее борьба за приобретение, колоний“ (ЛениЦ, там же, стр. 81—82).

| Общеизвестны факты отрицательного i отношения государственных деятелей ! эпохи промышленного капитала к ! расширению территориального господ-! ства. Лорд Гренвилль в свое время j высказывал отрицательный взгляд иа | имевшиеся уже тогда у Англии колонии. Ленин подчеркивает, что вообще „и эпоху наибольшего процветания свободной конкуренции в Англии, в 1840—1860 годах, руководящие буржуазные политики ее были против ! колониальной политики, считали осво-I бождение колоний, полное отделение, их от Англии неизбежным и полезным ! делом. М. Вер указывает ® своей», появившейся в 1898 г. статье о „новей-

шш английском империализме, как в 1852 г. такой, склонный, вообще говоря, в империализму государственный деятель Англии, как Дизраэли, говорил: „Колонии —это мельничные жернова на нашей шее“ (Ленин, там же, стр. 77). Совершенно обратная картина складывается прп образовании монополий. Ужо к 1900 г. происходит лихорадочный передел и раздел мира. Африка, которая лишь на 10% своей территории была расхищена капиталистическими странами к 80-м годам, к началу АХ в была перекроена между этими странами почти на все 100%, а к 1911 г. ее раздел совершенно закончился (захват Марокко францией). Этот процесс раздела мира между „ведущими“ капиталистическими державами но случайно „совпадает“ с торжеством монополий. Как мы видели, в закреплении за собою колоний, как рынков сырья, монополии находят самую прочную гарантью от всяких „неожиданностей“ и „олучайносте.Г|“ видоизмененной конкурентной борьбы.

Уже одного этого обстоятельства было бы достаточно, чтобы изменить отношение капитала к вопросу о государственном вмешательстве, как основе У. п. монополистического капитала. Без активного использования вооруженных сил государства, его дипло-матическогоаппарата ит.п. немыслима политика территориальной экспансии. Когда виднейший представитель империалистического капитала Англии. Сс гиль 1 »дс (ел-)» предпринял свою кампанию захвата южно-аф; нканскихрос публнк, он должен был в конце Х)Х в опереться на всю ьоенлую мощь Великобритании для доведения до конца начатого им дела. Война с бурс,ими республиками, явившаяся результатом упорной работы Сесиля Родса, представляла собою не акт Южно-африканской компании, руководимой Родсом, а акт британского правительства. Дележ Персии на „сферы влияния“ между Англией и Российской империей и первоо десятилетне XX в точно так же потребовал приведения в д“:йстнне дипломатического аппарата двух государств, хотя этот дележ диктовался интересами монополистического капитала. Территориальная экспансияфранции и Англии в Африке, начиная от Фашодского инцидента, едва не вызвавшего вооруженного столкновения между обоими государствами — точно так же потребовала огромной активности от военного и дипломатического аппарата обеих стран. Можно было бы привести еще много примеров аналогичного порядка (хотя бы судьбы Китая между 19Ю и 1932 гг., судьбы Турции в период между 1900 и 1914 гг. ит.д., см. XLVII, 1/123), показывающих, что основные тенденции монополистического капитала приводят неизменно к использованию государственного аппарата для закрепления монополий и их господства над рынками сырья и сбыта. А отсюда вытекает и неизбежность не только государственного вмешательства—что являлось недопустимым с точки зрения Э. п. промышленного капитала ь XIX в.,—но и прямого обслуживания государственным аппаратом монополий. В этом отношении самая прпрода монополий диктует такое именно использование государственного аппарата. „Монополия, раз она сложилась и ворочает миллиардами, е абсолютной неизбежностью пронизывает все стороны общественной жизни, независимо от политического устройства и от каких бы то ни было других „частностей“ (Ленин, там же, стр. 57).

Но если монополистический капитал, в отлично от пр< мышлеиного капитала, переходит на рельсы государственного вмешательства, точнее—на рельсы всемерного использования государственного аппарата для укрепления своих полыгическихпозццпй, товполие понятно, что и его Э. п. оказывается политикой. которую проводит именно государственный аппарат. 15 этом отношении облегчает дело монополистического капитала то обстоятельство, что последний действительно подчиняет себе все. Мощь концентрированного финансового капитала, выражающаяся в тон, что какой-нибудь десяток банков в состоянии диктовать любые условия, располагая г.соын контрольными нитями, приводит к полному и безоговорочному подчинению государственного аппарата воле финансовых центров. Вся предвоенная и послевоенная история 101

вскрыла полностью тот основной факт, что государственный аппарат в капиталистическом мире является орудием проведения политики монополистического капитала. Общеизвестен тот, например, факт, что мощный нефтяной концерн Детердиига, Royal Dutch Shell С°, явился решающей силой при ухудшении англосоветских сношений в 1у27 г., вслед за неудачей Детердиига в попытке получить концессию на кавказскую нефть.

Вполне естественно, поэтому, что и в вопросе о конкретных мероприятиях Э. п. монополистического капитала государство на высшей стадии развития капитализма обслуживает интерны этого капитала. В частности, в отношении системы покровительственных пошлин, в области регулирования взаимоотношения труда и капитала г. п. Э. и. государства всецело подчпсового. На долю государства и иа данном этапе выпадают в основном функции охраны экономических интересов правящего класса, а отнюдь ие плановое построение хозяйства. В главной своей части акты государства сводятся на всем протяжении истории капиталистического общества к методам внеэкономической охраны капиталистического строя. Особенно это чувствуется в отношениях между трудом и капиталом. Прямым насилием (судебно-полицейский аппарат, армия и так далее) государство буржуазного строя— порой в форме откровенного фашизма (после войны в Италии, Испании. Болгарии, Венгрии, Польше и так далее). порой с соблюдением известных .демократических- формальностей—удерживает в подчинении и порабощении рабочие; массы и крестьянство, а равно и недовольные господством моиополпстиченена воле монополистического капи- екого капитала мелко-буржуазные слои тала. I населения. Государство играет роль

Э. и., кот; система хозяйственных j охранителя капитализма от внутреи-мероприятий, проводимых государ- них потрясений, вызываемых обостре-ственпой властью, в эпоху господства нием классовых отношений, развитием капиталистичееи -го способа произвол- на все расширяющейся и углубляю“ ствахарактеризуется, с одной стороны, щейся базе классовых противоречий, меркантилизмом (па первом этапе),; в собственно экономической области затем фритредерством (второй этап) j мероприятия Э. п. точно так же в основ-и, наконец, на последнем этапе—про- ном сводятся к охранительным мерам, текциоиизмом. Однако, несмотря па j Если в эпоху империализма эти меры все, весьма часто серьезные, различия j приобретают значительно больший раз-в Э. п. капитализма, в капшпалистиче- мах и значительно большую роль в сном общеетве хозяйственное paseu-1 экономической жизни, то это отнюдь тие в основном направляется cmuxuii-1 не значит, что меняется по существу ними, рыночными законами. Механизм I действительный характер Э. п., и от капиталистического воспроизводства, охранительных мероприятий гоеудар-вскрытый и проанализированный К. j ство в эпоху империализма переходит Марксом, до определенного момента к ила; ируемому хозяйству, сам по себе приводит к развитью ка- Правда, в экономической литературе циталистических отношений. Буржуа-1 послевоенного периода мы все чаще зия чувствует себя в состоянии на“ и чаще встречаемся с попытками поправлять весь ход хозяйственной жиз-, казать, что государство в эпоху импе-нп без прямого регулирующего и пла-; риалпзма проводит Э. п., иринципиаль-пирующего воздействия государства.1 но отличную от довоешщй, что это Даже в эпоху империализма, как мы, принципиальное отличие именно и видели, когда необходимость закреп- заключается в том, что государство л»иия монополий порождает усиление начинает организовывать народное государственного регулирования хо-; хозяйство. Такую точку зрения мы зяйстьенной жизни, это усиленно про- встречаем в социал-демократической водится лишь постольку, поскольку, литературе 1924—1930 гг. В создании этого хотят и этого прямо требуют; государе 1 венных советов народного представители капитала—на данном хозяйства (Reicbswirtschaftsrat), в зтапе представители каптала финал- установлении законодательным порядком определенного контроля над деятельностью банков и монополий и тому подобное. мероприятиях такие теоретики социал-демократии, как Нафтали, Гильфер-дпнг, Каутский и др., усматривают новый этап в развитии капитализма— этап сверх-империализма, основной особенностью которого, по их мнению, является организованность капиталистического хозяйства и преодоление им присущей ему стихийности рынка, как главного регулятора капиталистического развития. Однако, эта попытка объяснить переживаемый после войны этап в развитии капиталистического общества, как этап нарастающей мощи этого общества, не встречает никакой поддержки даже у наиболее вдумчивых историков и теоретиков буржуазии, целиком стоящих па позициях капиталистических отношений. Так, в противовес этим попыткам открыть в некоторых мероприятиях государства признаки „здорового- процесса роста капитализма. Ломбард („Современный капитализм“, т. III, первый полутом, стр.XVIII и XIX) пишет: „Век развитого капитализма внезапно пришел к концу (п 1914 г.), хотя уже в последние годы перед 1914 г. имелись признаки его окончания. Признаки эти были таковы: пропитывание чисто натуралистических форм жизни, свойственных капитализму, нормативными идеями; развенчание стремления к наживе, как единственного определяющего мотива хозяйственного поведения; падающая напряженность хозяйственной энергии; прекращение скачков в ходе развития; вамена свободной конкуренции принципом соглашения; конституционный строй предприятий“. „Прибегая к сравнениям—делает вывод Зомбарт— можно сказать, что все это—признаки наступающей старости“. „В пользу моего понимания говорит то обстоятельство, что в действительности только что указанные признаки ие характеризуют своеобразных особенностей капиталистической хозяйственной системы. „Организаторское мышление“ не есть, конечно, такая специфическая черта капитализма, какой является, например, свободный произвол капиталистического предпринимателя нли продвижение вверх новых людей или приматстремления к наживе. Ведь в противном случае коммунистическое плановое хозяйство пришлось бы признать высшим проявлением капитализма. Дело обстоит совсем наоборот: там, где начинают приобретать руководящее значение принципы нормативного порядка, капитализм медленно угасает”.

Со всем этим положением Зом-барта согласиться нельзя прежде всего потому, что руководящего значения принцип планирования в капиталистическом обществе приобрести ие может по самой природе капитализма, что „медленное угасание“ общественной формации—факт, неизвестный истории, что организованность капитализма, какую Зомбарт, видимо, склонен признать за нынешним этапом, является фикцией. Прежде чем капитализм угаснет, эпоху буржуазного господства революционным путем сменит эпоха пролетарской диктатуры. Но Зомбарт прав в одном отношении: капитализму свойственна стихийность регулирующего хозяйственную жпзнь фактора, рынка, и попытки найти в капиталистическом обществе „организованность являются попытками заведомо несостоятельными. Вот почему Э. п. всех без исключения этапов в развитии капиталистического общества представляла собою систему государственных мероприятий. существо которых сводится к охранению капиталистической системы, а отнюдь 7Ю к замене плановым началом начала стихийности. Плановое начало противоречит сущности капитализма, его основным признака»е. Э. п. буржуазного государства (различно в зависимости от того, какой капитал занимает командные высоты» пе столько направляет хозяйственное развитие, сколько пытается ослабить до и стал о стихийных законов рынка путем применения особой налоговой системы, таможенных пошлин, рабочих законов, аграрного законодательства. Эти мероприятия имеют своим назначением обесе1ечить за господствующим классом или стоящей непосредственно у власти прослойкой последнего наиболее выгодное распределение народного дохода, соотношение классовых сил и т, п. В настоящее время сюда жо отноеятся черезвычайные декреты Брюниига и фон Йапеиа в Германии (1930—1932), ограничивающие права рабочих организаций. сокращающие заработную плату, снижающие пособие застрахованным безработным; сюда же относятся мероприятия аналогичного порядка. принятые французским правительством в тот жо период; сюда, равным образом, необходимо отнести и всю рабочую, таможенную и налоговую политику второго „рабочего кабинета“ Макдональда и возглавленного последним „национального“ пра-вптельства. Что еще знаменательнее для Э. п. фашизма, так это попытки регулирования кредита, денежного обращения и торговли в международном разрезе с помощью „экономических конференций“, лозаннского банка и др. мерами, принятыми при посредстве Лиги наций (смотрите эпоха пактов). Этн попытки в обстановке вееобщего кризиса капитализма, на третьем своем этапе развернувшегося в мировой экономический кризис, имеют целью воздать барьеры и опоры рушащемуся капиталистическому строю, укрепить расшатывающийся фундамент капиталистической экономики. Своей цели онп не достигают. Кризис отнюдь не смягчается, как показывают конъюнктурные обзоры (смотрите эконолш-ческие кризисы), а Напротив, все противоречия капитализма усиливаются, и все более безнадежными становятся попытки фашизма спасти капитализм.

Э. п. пролппарской диктатуры. Совершенно иной характер имеет Э. п. пролетариата в переходный от капитализма ft бесклассовому социалистическому обществу период, в период пролетарской диктатуры. В. и. государства, выражающего отношения пролетарской диктатуры, не охраняет классового угнетения, а направлена целиком, через угнетение и подавление эксплоататорскнх классов, к уничтожению всякого классового господства, к „окончательной ликвидации капиталистических зл< ментол и классов вообще, полному уничтожению; причин, порождающих классовые различая и эксплуатю и преодоление пережитков капитализма в экономике и ооананан людей, превращение всеготрудящегося населения страны в сознательных и активных строителей бесклассового социалистического общества“ (резолюция XVII партийной конференции по докладам тт. Молотова и Куйбышева). Основное значеине Э. л. пролетарской диктатуры, таким образом, заключается как раз именно в том, что решительно отличает ее от Э. п. буржуазии. Э. п. пролетариата имеет своей целью, очевидно, уничтожение основ капиталистического строя, частной собственности на средства производства, как первопричины экс-плоатации, и преодоление анархии пропзводства и рыночных законов. Отсюда—ведущая роль Э. и. пролетарской диктатуры, в отличие от чисто вспомогательной роли 5. п. буржуазии. Отсюда же и роль плана в Э. и. пролетарской диктатуры, как основного орудия разрешения всех экономических и, стало быть, политических задач переходного от капитализма к социализму периода. Э. п. пролетарской диктатуры подчиняет себе хозяйственное развитие страны, планомерно направляя его к социализму.

Таков характер Э. п. пролетарской диктатуры. Ее кошсретно-псториче-ское развитие диктуетея особенностями конкретно-исторической обстановки, в которой Э. п. пролетарской диктатуры реализуется. Оставаясь на всех этапах одной и той же по своему характеру, Э. п. не может не изменяться в различные периоды в зависимости от си-отношения классовых сил и конкретных задач, стоящих на каждом данном этапе. Эти конкретные задачи указывают, что именно из многообразия мероприятий Э. п. должно быть главным, основным для наиболее успешного разрешения основной задачи Э, п., — построения бесклассового социалистического общества.

На протяжении всего периода с момента установления пролетарской диктатуры в октябре 1917 г. и но начало 1932 г., который явился последним, завершающим годом проведения плана первой пятилетки, Э. и. пролетарской диктатуры прошла три этапа: этап .рабочего контроля“, этап „военного коммунизма“ и этап .новой экономической политики“ (Нэп).

Первый этап длился с момента октябрьской революциидосередины1918г. Его основное содержание было определено Лениным в брошюре „Очередные гадали советской власти“, написанной в марте-апреле 1918 г., следующим образом: „нельзя было бы определить задачу настоящего момента простой Формулой: продолжать наступление иа капитал. Несмотря на то, что капитал нами, несомненно, ие добнт и что про-доллгать наступление иа этого врага трудящихся безусловно необходимо, такое определение было бы неточно, неконкретно, в нем ие было бы учета своеобразия данного момента, когда в интересах успешности дальнейшего наступления надо .приостановить“ сейчас наступление Разумеется, о „приостановке“ наступления на капитал можно говорить только в кавычках, то есть только метафорически Речь пдет об изменении центра тяжести пашей экономической и политической работы. До п>х пор иа первом плане стояли мероприятия по непосредственной экспроприации экспроприаторов. Те-перь на первом плане становится организация учета и контроля в теа> хозяйствах, где уже экспроприированы капиталисты, и во всех остальных хо-гяйствах“ (Ленин, собр. соч. 2 изд., т. ХХП. стр. 444-445; последние фразы подчеркнуты нами). Таким образом, в течение первого периода сначала имела место экспроприации экспроприаторов— национализация банков, крупнейших предприятий,.социализация земли, а с момента, когда пролетариат овладел этими командными высотами, основ-; н«й задачей первого периода стала организация учета и контроля. Наряду < с обобществленным сектором народного хозяйства — черезвычайно важным но ’ своему удельному весу (баикн, транс- i порт, крупнейшие предприятия, иако- i нец, земля)—Э. п. пролетарской дню- i татурыоставлялаиадолюкапиталисти- 1 ческих элементов значительную часть; народно-хозяйственной активности, до- i пуская стихию рынка, но под контро- .тем рабочего класса, на основе точного; учета. Одной из ярких иллюстраций; сущности .4 п. пролетарской диктатуры с на данном этапе является политика с советской власти в области газетных i

- объявлений. Вполне понятно, что част- ные объяв леиия иогут иметь место лишь

- при наличии частного рынка и част-i пых предприятий, работающих на этот t рынок. В капиталистическом обществе

- роль объявлений огромна, как „двига-> тель торговли“, то есть серьезнейшее ору-г дие продвижения товаров на соответ-i ствующие рынки. Какую роль могли [ играть объявления в обстановке про-

летарской диктатурые Ленин в 1921 г.,

, на состоявшейся в конце октября VII, московской губпарткоифереиции, сле-, дующим образом охарактеризовал по- лптику советской власти в вопросе об : объявлениях: .Недавно мне в Москве

пришлось видеть частный „Листокобъявлений“. После трех лет предыдущей нашей экономической политике этот „Листок объявлений“ произвел впечатление чего-то совершенно необычного, совершенно нового, странного. Но с точки зрения общих приемов нашей экономической политики тут ничего странного нет. Нужно припомнить, ____как шло развитие борьбы,

каковы были ее задачи и приемы в нашей революции вообще. Одним из первых декретов в конце 1917 г. был декрет о государственной монополии на объявления. Что означал этот декрете Он означал, что завоевавший государственную власть пролетариат предполагает переход к новым обгцествен-но-экономическим отношениям, возможно более постепенным — не уничтожение частной печати, а подчинение ее известному государственному руководству, введение ее в русло государственного капитализма. Декрет, который устанавливал государственную монополию на объявления, тем самым предполагам что остаются частно-предпринимательские газеты, как общее явление, что остается эко-иомическая политика, требующая частных объявлений, остается и порядок частной собственности—остается целый ряд частных заведений, нуждающихся в рекламах, в объявлениях. Таков был и только таким мог мыслиться декрет о монополизации частных объявлений“ (Ленин, собр. соч. т, XXVII, стр. 62,- курсив всюду наш). Эта иллюстрация Э. п. пролетарской диктатурыв первый период черезвычайно яркооттеняет существо ее, как политики .длинного и сложного перехода от капиталистического общества (и тем более длинного, чем менее оно развито), перехода через социалистический учет и контроль хотя бы к одному нз подступов к коммунистическому обществу“ (Ленин, соб. соч., т. XXVII, стр. 39).

Однако, этот период был весьма непродолжителен. „В начале 1918 г. мы рассчитывали иа известный период— говорил Ленин на II всероссийском съезде политпросветов—когда мирное строительство будет возможно. По заключении Брестского мира опасность, казалось, отодвинулась, можно было приступить к мирному строительству. Но мы обманулись, потому что в 1918 году иа нас надвинулась настоящая военная опасность — вместе с чехо-словацким восстанием и началом гражданской войны, которая затянулась до 1920 года. Отчасти под влиянием нахлынувших на нас военных задач и того, казалось бы, отчаянного положения, в котором находилась тогда республика, в момент окончания империалистической войны, под влиянием этих обстоятельств и ряда других, мы сделали ту ошибку, что решили произвести непосредственный переход к коммунистичекому производству и распределению. Мы решили, что крестьяне по разверстке дадут нужное нам количество хлеба, а мы разверстаем его по заводам и фабрикам,—и выйдет у иас коммунистическое производство к распределение- (Ленин, собр. соч., г. XXVII, стр 38-39). «Тактика, принятая классом капиталистов, состояла в том, чтобы толкнуть нас на борьбу, отчаянную и беспощадную, вынуждавшую нас к неизмеримо большей ломке старых отношений, нем мы предполагали“ (Ленин, собр. соч., т. XXVII, стр.63). Ичемтруднее становилась борьба в период гражданской войны, тем меньше моста оставалось, по выражению Ленина, «для осторожного перехода- Раскрыть содержание Э. п. периода военного коммунизма значило бы пересказать всю историю этого героического и в тоже время исключительно тяжелого иериЬда, когда кольцо блокады в сочетании с кольцом гражданской войны окаймляло всю РСФСР,

сжимаясь порой до границ Орла с юга, Вологды с севера, Ленинграда с запада и правобережья Волги с востока. Здесь достаточно указать хотя бы бегло, что Э. и. периода военного коммунизма заключалась в жесткой продразверстке, оставлявшей крестьянину лишь то количество хлеба и др. с.-х. продуктов, какое было необходимо для посева и приходилось иа число едоков крестьянской семьи по твердым нормам, в твердом нормировании заработной платы, в строгом проведении пайковой системы снабжения, в последовательной централизации всего дела управления народным хозяйством в ВСНХ, разделенном на „главки“н„центры-, полной национализации всех без исключения промышленных (хотя бы и мелко-кустарных) предприятий, е ие менее полным уничтожением рынка и рыночных отношений.