> Энциклопедический словарь Гранат, страница > Этические учение немецкой философии конца XVIII и нач

Этические учение немецкой философии конца XVIII и нач

Этические учения немецкой философии конца XVIII и нач. XIX вв. противостоят прогрессивным этическим теориям французских материалистов. Они представляют собою аристократическую реакцию на французскую буржуазную революцию. Иммануил Кант (1724—1804) подходит дуалистически к вопросам нравственности. С одной стороны, человек подчинён, по Канту, необходимым законам природы, с другой — человек свободен, и воля его самоопределяется независимо от внешней необходимости. Признавая невозможность теоретических доказательств бытия бога и бессмертия души, Кант в то же время требует религиозной веры в интересах поддержания нравственности. Его высший моральный закон — категорический императив— основан на вечном и неизменном принципе: «Поступай так, чтобыправила твоего поведения могли быть принципом всеобщего законодательства». Формальная и метафизическая этика Канта игнорирует наличие в обществе антагонистических классов и вследствие этого она широко использовалась в борьбе против революционной идеологии пролетариата“ В ювоём учении о нравственности идеалист-диалектик Гегель (1770—1831) приходит к открыто реакционным арйстократически-юнкерским выводам. Прусскую монархию он объявляет «действительностью нравственной идеи», восхваляет моральные «достоинства» пруссачества, выступает апологетом воин, которые, по его мнению, содействуют нравственному здоровью народов. Эти реакционные взгляды Гегеля были использованы фашистами. Немецкий мелкобуржуазный материалист Людвиг Фейербах (1804—1872), критикуя гегелевский идеализм, в вопросах нравственности сам оставался на идеалистических позициях. «Действительный идеализм Фейербаха выступает наружу тотчас же, как мы подходим Ки его этике» (Энгельс, «Людвиг Фейербах», 1944, стр. 25). В своих рассуждениях о морали Фейербах исходит из абстрактного человека, оторванного от общества. Высшим принципом человеческих отношений он объявляет всеобщую любовь. «II это в обществе, разделённом на классы с диаметрально противоположными интересами!» [Энгельс, там же, стр. 32). Фейербаху чужда идея революционного преобразования общества. Его мораль — бессильная, сентиментальная, мелкобуржуазная мораль.

В целом все этические теории домарксовского периода лишены научной основы и носят идеалистический и метафизический характер. В подавляющей части они ставят своей задачей защиту интересов эксплоата-торских классов. Те немногие этические учения, которые порвали с защитой эксплоататорского строя (утопические социалисты), оказались не в состоянии создать действенную

Э., связывающую нравственность с борьбой масс за социальное переустройство. Создание подлинно научной Э. стало возможным лишь на основе мировоззрения революционного пролетариата — диалектиче- ского и исторического материализма. Обоснование марксистской Э. — Э. пролетариата — явилось величайшим революционным переворотом в истории этических учений.

М Баскин“

II» Яркими и глубокими вырази“ Т9ЛЯМИ революционно-демократиче“

ских устремлений в Э. являются великие русские философы-материалисты середины XIX в., воззрения которых стоят в нервом ряду прогрессивных домарксовских теорий. Классики русской философии были свободны от тех религиозных и идеалистических наслоений в учениях о морали, которые характерны даже для материализма Фейербаха. Отличительной чертой Э. русских материалистов является её теснейшая связь с общественно-политической мыслью и революционно-демократическим движением в России. Гуманистическая нравственная идея красной нитью проходит через этические воззрения Белинского (1811—1848), страстно боровшегося за пробуждение в народе чувства человеческого достоинства. Представители передовой русской общественной мысли исходили из того, что интересы отдельного человека совпадают с общественными интересами. Достижение личного счастья невозможно без полного раскрепощения личности от политического и нравственного гнёта. Сущность всей теории «разумного эгоизма» Чернышевский усматривал в том, что разумные благородные отношения человека с другими людьми совпадают с правильно понятыми интересами самого этого человека. Человек может достигнуть лучшего будущегов том случае, если каждый из людей откажется от известной доли j)Bonx личных интересов и стремлений. Чернышевский считал чувства дружбы и любви неотъемлемыми качествами нормального человека. Кто лишён их, тот, с точки зрения Чернышевского, нравственно больной человек. В романе «Что делатье» Чернышевский сумел дать живые образы новых для того времени людей с высокими моральными качествами, людей твёрдых, неустрашимых, самоотверженных. Сформулированный Чернышевским принцип человеческого достоинства гласит: «Для человека, привыкшего уважать себя, смерть гораздо легче унижения». Этическое учение Чернышевского служило идейным обоснованием героизма и самопожертвования револю-ционеров-разночинцев, боровшихся против крепостничества и царского самодержавия» Сторонником теории

«разумного эгоизма» был и Добролюбов (1836—1861). Он полагал, что нет людей, свободных от эгоизма: все стремятся к счастью, но есть грубые эгоисты, которые видят своё счастье в наслаждениях чувственности и в унижении других, и есть «разумные эгоисты», которые находят счастье в общественно-полезной деятельности, в самозабвении для других; таким людям общее счастье даёт большие радости, чем может дать личное благополучие. Этическим идеалом Добролюбова являются революционеры, люди не пустых фраз, а реальных дел, не беспочвенные мечтатели, а борцы за справедливость и народное счастье.