> Военный энциклопедический словарь, страница 95 > Янычары

Янычары

Янычары, турецкое пехотное войско, составлявшее прежде главную, коренную часть вооруженной силы Турции и уничтоженное в 1826 году. Урхан (Орхан), второй владетель Османов, учредил в 1328 г. (целым столетием раньше французского короля Карла YII) постоянное войско, состоявшее на жалованье, под названием Яии или Пиады; по оно, по разным беспорядкам, не соответствовало предположенной цели. Тогда Урхан, по жестокому, ио глубоко обдуманному плану своего верховного визиря АлаеДдпна и военного судьи Кара Халиля Ченде-рели, определил составить корпус войск из христианских детей, обращенных силою к Мвгаммсданской вере. Опо получило название /енп-Черя (нового войска) и головной свой убор— белую поярковую шапку, от уважаемого по своей святости дервиша, шейха Гаджи Б’егтама, который, положив рукав своей мантиги на голову представленного ему юного воина, сказал: Да Именуются оши ИениЛИерами; да будет лпце их бело, рука победоносна, сабля остра, копье пронзительно; да возвращаются они всегда с победою и благополучиемъ! Первоначальная сила корпуса состояла из 10,000 человек, но она Возросла постепенно до 40 000 и более. II первый начал выдавать янычарам, сверх жаловавья, денежную награду при своем восшествии на престол,— обыкновение истощившее впоследствии казну и подавшее повод к многим смутам и беспорядкам, но сохранившееся до воцарения Абдуль-Гамида (1774 г.)· Вообще возраставшая сила янычаров была ознаменована в истории оттоманского государства беспрерывными крамолами и возмущениями, которьгл нераз оканчивались свержением с престола султанов, убийством, пожарами, и грабительством. Мустафа I, Осман II и Ибрагим лишились через них короны и жизни; IV, Мустафа Й, Ахмет ИИ и Селим III были отрешены от верховной власти. Мурад 11 должен был отдать им в жертву своего верховного визиря. Некоторые султаны пытались, но тщетно, сокрушить могущество янычаров переменою их организации. Селим I определил в должность главного их начальника (аги), избираемого прежде из офицеров этого корпуса, придворного сановника; IV осла- бил (1685 г.) их силу дозволением жениться, заниматься промыслами и пополнять ряды свои собственными детьми. Селим III сформировал, в противоположность им, 30,000 войска, у-строепного по европейскому образцу (Низамн-Двкедид); но оно скоро потом было истреблено янычарами в кровавом восстании. Селим лишился престола и преемник его, Мустафа IV, принужден был уничтожить все его нововведения. Не смотря на то и он был свержен с престола 8 июля то-Тои хив. го же года верховным визирем Мустафою Бапрактаром, который провозгласил султаном Махмуда II. Бай-рактар снова собрал рассеянных воинов ИИизами-Джедида и сформировал из них новые полки; ио янычары вторично возмутились (16 ноября 1808 г.), штурмовали дворец Байрак-тара, который с несколькими сотнями вторгнувшихся мятежников взорвал себя на воздух, и овладев сералем, изрубили все, что попало. Махмуд спас жизнь свою только тем, что велел казнить Мустафу IV, и остался последним принцем из дома Османа. Он успокоил бунтовщиков всеобщей амнистией и отменени-ем постановлений Байрактара; но у-твердившпсь на престоле, ви. 1814 году снова велел сформировать полки ио европейскому образцу, и когда число их игЬ Константинополе простиралось уже до 20,000, а во всей империи до

40,000 чел, решился уничтожить янычаров. Согласившись со многими начальниками их и получив благословение муфтия и улемасов, Махмуд издал, 25 мая 1826 г., гати-шериф, которым, восстановив Низами-Дже-дпдов, приказал усилить их 50 человек из каждой янычарской орты. Чего надобно было ожидать, то и случилось; ярость янычаров вспыхнула в ужаснейшем возмущении; 15 июня они выступили из казарм на площадь Эт-Мейдана и потребовали выдачи некоторых ненавистных им вельмож, и уничтожения Низами-Джедидовь. Tor да Махмуд велел водрузить санд-жак-шериФь (священное знамя Пророка) для воззвания всех Османов к ю, и усилил свою гвардию азиатскими войсками и 8,000 артиллеристов. Янычары были объявлены богоотступниками; ага их, Гуссейн ь-паша, атаковал мятежников, оттеснил в у-жасвой сече к казармам и велел зажечь их. Около 4,000 янычаров погибли; спасавшиеся бегством большей частью были изрублены. На другой день 31 султан, собрав на Эт-Мсйдане, визиря, муфтия, кадиасков и знатнейших улемасов, с согласия их, велел казнить всех офицеров и нижних чинов, захваченных с ем в руках, как и тех, которые прежде присягнули на принятие реФор-мы, а остальных бросить в темницы. 17 июня особым гати-шерифом уничтожен был на вечные времена янычарский корпус, имя его предано проклятью и учреждены новия регулярные войска, под именем Аскери-Мо-гаммедизе. В то же время казармы янычаров были срыты до основания, котлы их разбиты, полковые знаки попраны ногами муътия и разломаны. Около 16,000 янычаров погибли частью в бою, частью от руки палача, и до

30,000 были сосланы в отдаленнейшие пашалыки Азии. Еще возникали некоторые возмущения и смуты янычаров в Константинополе, Аденце, Дамаске, Эрзеруме, Софии и Боснии, но строгость Падишаха укрощала их в самом начале.

Внутреннее, устройство пнычаровк.

В царствование а IV, ког да пополнение янычаров пленными христианскими мальчиками (5-л часть их принадлежала государству) оказалось недостаточною, положено было комплектовать этот корпус Ю-м отроком из христианских подданных империи (Демме). Для этого всякие пять лет по всему государству рассы-лаемы были отряды войск, которые, собрав с помощию местных правительств народ, уводили красивейших юношей от 7-ми-летнего до возмужалого возраста. Называясь, до определения в янычары, Ачем-Огланами (неопытными), они приучались к перенесению трудных работ и лишений ратной жизни. Их отдавали частью на пропитание анских поселян отдаленных мест ИИатолии, чтобы учиться турецкому языку и религии, частью помещали в должность пажей, в серале, где они составляли сперва 30, потом 4 роты (оды), под начальством полковника, избранного из среды их корпуса и главным надзором Истамбул-Агассия (коменданта Константинополя). Каждые 3 года янычарский ага делал им смотр и назначал тех, которые должны были поступить в корпус янычаров.

Но определению Сулеймана, весь корпус янычаров должен был состоять из 165 отрядов (орт) в 500, 400 и

100 человек; но во время уничтожения его (1826 г.), в нем находилось 196 орт, не считая 4 од Ачем-Огланов. В каждой орте, круглым счетом, было 400 человек, но в том числе только 200 исполнявших военную службу. Различие в числительностп отрядов происходило от того, что каждый янычар мог вступить в любую орту. Наибольшая сила янычарского корпуса в поле не превышала, в цветущее время государства, 40,000 человек, хотя по спискам состояло в нем до 400,000 почетных членов, между коими было много высоких сановников; даже сам Падишах получал в звании янычара 1-й орты 1000 асперов жалованья. В день восшествия на престол, новый султан, опоясав себя в мечети Эюбе саблей пророка, проезжал мимо казарм 61 орты, был там угощаем кофр и сорбетом и говорил янычарам: Если Богу угодно, мы снова увидимся в Риме или Регенсбурге.

Кроме почетных членов были еще другие янычары, которые не получали жалованья, а только квартиру и продовольствие, и_чза это должны были содержать караулы в Константинополе, от чего состоящие на жалованье всячески старались освободиться.Между ортами соблюдался особенный ранговый порядок: 19-я занимала первое место, 1-я второе, 111-я третье; прочие следовали по старшинству нумеров.Оне былираз-делены на три класса: первия 62 орты назывались бу луками (полками); следующия до 96-й сеибапами, а остальныя

101 чематами (собраниями), или просто пиадами и пятами (пешеходцамн): Бу-луки стояли болынЕЮ частью в Константинополе; 5-я орта их называлась Баш-Чауш по имени своего начальника (чауша); 56-я орта занимала караул у янычарского аги, снабжала его суда гребцами и, под именем гароа-ии (алебардистов), составляла (гвардию Музира-аги. Сверх сего, принадлежали к булукам одна орта музирbч, или приказных служителей, и 2 орты хассеисисовв (ефрейторов). Сегбаны (сторожи собак) происшедшие в то время, когда имена охотника и воина были однозначуици,составляли древнейшее пехотное войско игсредния 33 орты янычаров. Воины 33-й орты назывались охотниками, ибо сопровождали султана на охоту. К ним принадлежали также 44 отборных конных сегбанов, большей частью сыновья янычарских полковников, составлявшие на охоте телохранителей -ПадиШаха. -

Из числа лев или пиадов, 1-й, 2-й,

4-й и 5-й чематы, состояли из погонщиков верблюдов, а Г4-й, 49-й, 66-й и 67-й из хассекнсов или ефрейторов; они носили почетный титул и преимущественно перед другими ортами производились в Офицерские чины. 60, 61, 62, 63 и 64 чематы составляли арриергард армии (солак); 64-й и 71-ии (сагарчи, самсунчи) ухаживали за собаками султана и, подобно сегбанам, имели от 30 до 40 отборных всадников. 82-й чемат состоял из еенбо-речи-башиев, стрелков из самопалов. 17-й чемат из черкеджиев, людей, обязанных ставить султанские шатры. 54-й из талимханеджилеров или экзерцирмейстеров и так далее

К чематам причислялись еще ту-лумбаши (пожарная команда в Константинополе), учрежденные в 1721 году французским ренегатом Герт-меком Давидом.

Каждая орта разделялась на определенное число рот (од, комнат), ибо люди каждой роты занимали в казармах но одному покою. Состоявшие при ортах Офицеры имели свои отличительные знаки и названия, взятия большей частью от кухни и доставления воинам еъестных припасов например: 1) Чорбачн (суповар), с чином полковника; ои раздавал янычарам пилав (вареный рис) и носил на шапке, при публичном исправлении своеq должности, разливательную ложку. 2) Ода-Баши (начальник камеры) или капитан. 3) Веки-ли-Харч, (лейтенант, казначей и бухгалтер). 4) Уста или Амчп-Башн, главный повар. 5) Сакка-Башп, главный водонос и проч. При каждой орте состояли также свои Эскиевы, то есть ветераны, Отураки Мутекайдииы, ИИене-соннсты, Ейтамовы, или спроты (кантонисты) и Я маки, помощники.

Каждая орта имела вилообразно вырезанный штандарт красного и желтого цвета (Бапрак), с двумя пересекающимися саблями, нумером орты и гербом своей провинции или другими эмблемами. Верховным предводителем янычар был Ага (Иениче-ри-Агасси);- он составлял, с 6 подчиненными ему начальниками (генерал-лейтенантами),” Сегбан, Сагарчи, Самсунчи и Турпачи - банками, Куль-Киаисю и Баш-Чаушем, высший военный совет (диван), заседавший у ворот (порты) его.дворца. Янычарский ага, как первый из всех аг, равнялся чином с визирями и трех-бунчужными пашами. Большей частью его место было занимаемо заслуженным воином из числа яцы-чаров, иногда пажами и любимцами Султана, но никогда другими знатными государственными сановниками, чтобы устранить вредное соединение могущества в одной и той же особе. Янычарский ага определял в комендантские должности по всей империи и в чины своего корпуса, за исключением 3 первых, имел право над жизнью и смертью янычар и был главою полиции в Константинополе. Он при-сутствовах в государственном диване; при выходе со двора, предшествовал ему главный конюх (Серрачb баши), носивший дерсвлиниас кандалы для наказания виновных бастонадою; а когда выступал в поход, то перед ним несли бунчуки и белое лна-мя (Байрак) и сзади вели 4 подручных лошадей; по сторонам следовали ИПатиры (телохранители визирей); шествие заключалось военною музыкою. Старший генерал - лейтенант, Буль-Киая, хотя и был подчинен Аге, но пользовался большим против него значением, по крайней мере в отно-Ипении влияния на корпус янычаров; без согласия его даже султан не мог отреншть Агу от должности; все дела, касавшиеся до янычаров, были решаемы им и Агою; он с дозволения Аги. определял на осе офицерские места, начиная с полковника, располагал войска к бою и отправлял приказы о выступлении в поход пограничным полкам. Остальные генералы (баши) командовали отрядами и ортами и имели также другия различные должности.

Кроме этих высших начальников состояли еше в янычарском корну-се следующие военные, политические и судебные чиновники: Орта-Чауш, за-ведывавший исполнением смертной казни над янычарами; Мвзир-ага или поверенный корпуса у верховного визиря; два Хассекн - аги, полковники двух ефрейторских орт, посылаемые обыкновенно вместо янычарского Аги с отрядами к границам; Киаиа Ер н-ага, помощник Куль-Киаип; он издавал все приказы, Аги и рассылал их через своего секретаря (Киаиа Киатииби) крепостным и полковым комендантам; Еиичери --еиенди заве-дывавший письменною частью корпуса, Беигголмачи или казначёй, Омак-Има-мн, священник и др.

Военный порядок и устройство янычары знали очеищ мало; мятежи, непо пшиовение начальству, побеги, споры и кровопролитные драки случались часто. Только офицерам своей орты они повиновались беспрекословно, ибо их соединял один и тот же интерес, и каждая орта р ода составляла как бы отдельное семейство, которое имело своии собственный капитал и своё хозяйств. В каждой орте проступки были наказываемы без ведома генералов. Наименьшее наказание было— сидение под арестом на кухне; фалака или бастонада (палочные удары но подошвам) производилась редко. Приговоренные к смерти сперва быдн исключаемы из списков корпуса и ночью вт темнице задушаемы чау игом орты; тело-обыкновенно клали в мешок и бросали в море; иногда отсекали преступникам головы. Турки нс знали военного суда; виновный, без оправдания и дальних допросов,был приговариваем судьями к казни, которая в особенности определялась за ослушание, упрямство, побег, азартные игры ит. и.: беспечность караульных и другие небольшие проступка наказывались бастонадою. Награды высших чинов состояли в производстве, в почетных саблях и одеждах; у рядовых—в денежных наградах и пожаловании сиамета и тп-мара.

Вооружение янычар состояло в длинном, грубо-отделанном, сабле и кинжале (ганчар), одном или нескольких ов, носимых на поясе, овом рожке, нескольких ах, в небольшой сумке и железном ном шомполе.

Воинов обучали: беганью, прыганью, бросанию тяжестей, борьбе, а иногда и употреблению я. Зкзерцпция была очень недостаточна; без строя, смыкаясь в тесные толпы, янычары двигались в беспорядке к месту назначения, не заботясь о правильности построения и эволюций. В сражении они нападали на неприятеля массами, при восклицании имени а, держа в правой руке саблю, в левой -

По предписанию а, они обыкновенно делали три нападения; первое было самое пылкое и опасное; но бывали примеры, что они нападали еще чаще, как например в 17и I г., при штурме русского- лагеря на Пруте. При неудаче, они скоро упадали духом и бежали с поспешностью и в беспорядке, восклицая: Гиаур бастн! неверные идут. В Константинополе янычары занимали все караулы вне сераля и наблюдали за порядком в городе патрулями, по без я, нося длинные, свинцом обития палки. В крепостях они кроме этих обязанностей хранили ключи, обыскивали путешественников и проч. Гарнизоныих никогда нс сменялись; холостые янычары были помещаемы в казармах, а женатые, мастеровые и прочие жили на квартирах, но должны были являться в казармы каждую пятницу. В лагерях они помещались в больших круглых палатках, различавшихся полковыми знаками.

Парадная одежда янычаров состояла в платье (Долама) одинакового покроя, но различного, большей частью зеленого цвета, широких -синих суконных шароварах, красных кожаных башмаках и вышеописанной поярковой белой шайке с медным футляром для рисовой ложки. В карауле они носили чалмы, обвития красною и черною шелковою материей. 11а войне, кроме шинели, имели еще ковер, или овечыо шкуру, на которой спали, и Флягу для воды. Каждый янычар должен был одеваться и вооружаться на собственном нжднве- нии, но получал денежное пособие. Высшие офицеры — аги, генералы и полковники, носили шишак с перьями (ускуФи, кука), офицеры — янычарскую шапку (ускуФ кетче) с золотою опушкою. Чины отличались металлическими поясами и бляхами. Парадное платье аги состояло в собольей шубе, покрытой золотоюнарчей с длинными, висячими рукавами; платье генералов—в рысьей шубе, покры- той зеленым бархатом ;Баш-Чау-ша и Чаушев орт — в плаще из красного сукна. Бороду могли отращивать только офицеры и ветераны; рядовые носили усы.

Жалованье янычаров было различно и завие Ии.ио от участвования в походах и заслуг. Жалованье янычарских детей составляло, со дня включения их в списки, ежедневно 3 аспе-ра (около 9 к. медью), простые Янычары получали от 4 до 7, а но причислении к классу Отуракове, от 7 до 39 аскеров. Сообразно тому было жалованье офицеров и генералов. Кроме жалованья, выдавалось янычарам весьма достаточное продовольствие сухарями, говядиною или бараниною, рисом или крупою и маслом. Кушанье варилось по артелям в общей кухне в больших котлах, бывших в особом уважении у янычаров; они заступали у них как бы место знамен: рекруты должны были на них присягать, и их потеря покрывала орту позором. Выдача жалованья производилась каждые три месяца в серале Баш-Чаушом, в особых кожаных кошельках с нумерами орт. Назначенные к тому янычары принимали деньги с такою торопливостью, которая походила ма драку, и потом относили их к своим командирам, которые только на следующий день раздавали жалованье но принадлежности; после раздачи воины были угощаемы любимою их нищею—пилавом, которую пожирали с жадностью, если не имели жалобы, но не трогали, когда были, недовольны визирями или.собственными своими офиицерамц, что нередко служило предвестием возмущения. При объявлении войны, янычарам раздавалось жалованье за три ме, сяца вперед; кроме того, на закупку необходимого я и амуниции, вновь завербованные получали 30, а другие воины 15 пиастров; но, в следствие обыкновенного истощения государствеи-ного казначейства, эта выдача не всегда производилась. Так наприм. в 1770 году янычары не получали жалованье в продолжение 27 месяцев. В военное время жалованье раздавалось у шатра верховного визиря. (Milit. Conv. Lex.).

Г. И. к. янково или ЯИКОВИЦb, местечко в Каурцпмском округе, в Богемии.

Сражение 24 феврали 1645 года.

Победив, в 1644 г. Датчан и истребив имперскую армию Галласа, Top-стенсон обратился с 16,000 человек к Богемии, чтобы перенести театр воины в австрийские наследственные владения. Император Фердинанд 1II, который сам отправился в Прагу, чтобы присутствием своим ободрить дух войска и народа, собрал все силы под начальством рельдмаршала Гац-ре.иьда, единственного остававшагося у него полководца, и велел ему противостать неприятелю. Армия Гацфзльда превосходила шведскую особенно конницею, и Фердинанд положил уничтожить своего врага одним решительным ударом, хотя осторожный Гац-рельдь всячески старался отклонить его ‘от этого намерения. В продолжение нескольких дней обе армии маневрировали,- чтобы принудить противников к бою на выгодном для себя местоположении. Гацрельд, заблаговременно уведомляемый о движениях неприятеля легкими партиями полковника Шпорка, успел опередить Шведов на всех угрожаемия ь ими точках и надеялся, принуждая их беспрестанно располагаться лагерем в суровое время года, ослабить и изнурить их армию. Торстенсону, страдавшему .от подагры, наскучило это кочеванье; он решился атаковать Пмперцев, где бы то ни было. 23 Февраля (5 марта) 1645 г., обе армии стояли лицем к лицу: Шведы при Ян-кове, ИИмпсрцы за лесистыми возвышениями. Шведы, после слабой демонстрации против правого крыла ИИмпер-цевь, овладели часовней и нескольки ми возвышениями, лежавшими, впереди левого их крыла, состоявшего под предводительством Фельдмаршала Геца. ГацФельд, наблюдая за движениями противников, прислал-было Гецу приказание занять эти пункты до прибытия Шведов; но Гец, пропустив рекогносцировать впереди лежащую местность, попал в дефилеи между болотами, прудами и кустарниками, и прибыл ь только тогда в довольно большом беспорядке к подошве возвышений, когда Шведы уже взвезли на них свои орудия. Не смотря па то, Гец приступил к атаке, которая при таких обстоятельствах кончилась совершенным разбитием левого имперского крыла. ГацФельд сам прибыл на место, чтобы вести часть его вокруг леса, но мог только прикрыть отступление несколькими орудиями’ и конницей. Фельдмаршал Гец нал жертвою своей неосторожности. Тогда ГацФельд, немного, отодвинув свою линию; занял новую позицию, на хребте возвышений, которыя, поднимаясь террасами, затрудняли неприятелю нападение. Здесь он надеялся собрать бежавшее войско Геца и пробыть до вечера, а на другой день начать сражение с новыми силами; но некоторые шведские отряды предпринявшие нападение на центр Иимпер-цев, были с уроном отбиты их пехотою и принуждены отступить, оставив в руках неприятеля 10 орудий. Этот неожиданный успех увлек все правое крыло Имперцев, и ГацФельд, хотя вовсе ненамеревавшийся начать нападение, не мог и не хотел остановить общее одушевление, а велел выступить всей линии. Имперская конница бросилась на шведское правое крыло и прорвала его стремительным ударом; но вместо того, чтобы воспользоваться приобретенными выгодами, устремилась на неприятельский обоз и начала грабить его. Остальные имперские войска также учинила атаку; однако пересеченная местностьзатрудняла их движения, и они много пострадали от шведских орудий. Не смотря на храбрый пх напор, они не могли ничего сделать; ибо атака, происшедшая от внезапного порыва, была лишена всякого единства и иира-вильности. Шведы, в свою очередь, пошли на встречу неприятелю и опрокинули расстроенные его ряды. Генералы никак не могли построить пх опять в боевой порядок; возвратившаяся от грабежа конница левого крыла была частью слишком слаба, частью слишком отягощена добычею, чтобы сделать диверсию в пользу армии, и после неудачной попытки пробиться сквозь Шведов, была большей частью истреблена. Гяйфсльд со многими офицерами попал в плен. Отступление вскоре превратилось в бегство, и последняя армия Австрии была уничтожена. Битва продолжалась от 8 часов утра до 4 часов пополудни и была очень кровопролитна. На стороне Имперцев нал Фельдмаршал Гец и 4,000 человек убитых и раненых. Фельдмаршал Гац-Фельд, 5 генералов, 185 офицеров и 4,118 унтер-офицеров и рядовых взяты в плен; 45 штандартов, 32 знамени, 26 орудий и весь обоз достались победителю. Шведы имели только одного раненого генерала и около

2,000 человек выбывших из строя воинов; но обоз их быль почти совершенно истреблен Император Фердинанд поспешно удалился в Вену, и Торстенсон беспрепятственно опустошил австрийские наследственные области. (Miljt. Conv. Lex.). Г. И. /Г.